Властелины дорог

Разглядывая Храм, Шура даже забыл о своей болящей заднице. А в последние часы езды новоиспеченный найт о ней лишь и думал. Нижняя часть спины так натерлась о седло, что как ни примостись — всяко болит. А на скачках да ухабах вообще такое ощущение, что сотни мелких иголок впиваются в ягодицы. Вот у Зага, наверное, задница из железа сделана.

Пока железнозадый Заг сигналил перед массивными воротами, Шура с задранной головой зачарованно разглядывал титанические конструкции, на которых быстро вращались еле различимые громадные лопасти. Сверху доносился монотонный свист. Да, это вам не общинный ветряк, дающий пятьдесят мешков муки в день.

Над перекладиной ворот возвышались два литых железных мотоцикла. Оба без колясок, встали на дыбы, соприкасаясь передними колесами друг с другом. Шура знал, что это знак Храма. Раньше он замечал их на колясках оранжевых жреческих мотоциклов. А такой большой видел впервые. Что же он увидит внутри Храма? Ведь первый раз доведется войти в святилище, в обитель могущественных технарей.

На сигнал "Планеты" ворота распахнулись, и Заг медленно въехал в просторный внутренний двор. Сразу же за воротами ему пришлось остановиться. К мотоциклу подошли две мощные фигуры в оранжевых накидках с капюшонами.

- Отдай им оружие. Все, — прошептал рулевой.

Шура не колеблясь протянул копье, вынул из седельных ножен верховой меч, а вот акинак отдавал с некоторым опасением. Он насколько сроднился с ним, что без верного клинка почувствовал, будто ему не хватает какой-то части собственного тела. Но пришлось довериться Загу.

Небольшую стоянку в обширном дворе с утрамбованным покрытием уже заняли несколько мотоциклов. Рулевой заглушил мотор около зеленого "Урала", возле которого возился со свечой зажигания бородач в синем комбинезоне.

Через массивную бронированную калитку на противоположной стороне двора вышли двое в накидках с капюшонами. Они молча подошли к вновь прибывшим, стали рядом и терпеливо ждали, пока Заг выгрузит вещи из коляски.

Низенький жрец Ордена технарей поднял голову и Шyра поймал проницательный, цепкий взгляд из-под капюшона. Служитель Храма молча разглядывал молодого найта без единого ключа на шее.

- Две канистры бензина, аккумулятор зарядить, пару запасных свечей. И еще сменить тотем... — Заг повернулся к Шуре.

- Да. Нам осу, знаете, такая... полосатая... с жалом...

Высокий жрец невозмутимо подхватил "Планету" под руль, второй, что смотрел на молодого найта, начал толкать сзади. Вдвоем они покатили мотоцикл к стене.

- Подождите! — крикнул Шура.

Он подбежал к мотоциклу и достал из коляски магнитофон.

- И здесь аккумулятор зарядите.

Низенький служитель удивленно поднял голову, его озадаченный взгляд снова обшарил молодого найта с головы до ног. Жрец хотел удостовериться, что у Шуры действительно нет ни одного ключа. Может, спрятаны под курткой?

Тем временем высокий нажал на красную кнопку среди кирпичей и прямо в стене разъехались две створки потайных ворот. Когда мотоцикл затолкали внутрь, ворота захлопнулись, и на их месте вновь предстала стена.

Ночевали они в приземистом доме, где под стенами тянулись ряды топчанов. Здесь уже сидели за общим столом человек восемь. Найты и рулевые пили пенистый ячменный напиток и болтали о всяческих пустяках.

Шура и Заг присоединились к отдыхающим.

- О, кого я вижу! Мать моя, да это же Косой Загги, — стукнул глиняной кружкой по столу здоровенный детина с бегающими глазками. — Еще жив? — ощерились гнилые черные зубы.

- Здравствуй, Рамми. Как видишь.

- А этот твой новый найт? Жаль мне тебя, если мы с Тефом встретим вас на дороге, — рокотал гнилозубый.

- Что нам загадывать о том, что будет завтра? Тут пиво наливают?

Детина дружески похлопал по плечу присевшего рядом Зага, поставил перед ним пустую кружку и плеснул из большого кувшина.

Шура тоже сел за общий стол. Он молча потягивал горьковатое пиво и жевал вяленую рыбу, краем уха слушая болтовню найтов и рулевых. Его рассеянность мгновенно улетучилась, когда он услышал разговор двух найтов. У одного из них на шее было двадцать четыре ключа, у второго — на пять больше.

- В этом году лучшим наверняка признают Догера. И будет это по праву. Скажу тебе честно, лично я бы встретился на дороге с тремя любыми найтами. Даже с Хандредами. Но не с Волком-одиночкой.

Именно в этом месте разговора двух подвыпивших найтов скучающий Шура встрепенулся.

- Я тоже не трус, иначе не колесил бы Дороги. Я в одиночку взял голову Медоксского головореза и пятерых его сообщников. Но идти на верную смерть, заступая дорогу Догеру... Правда, говорят, что он в последнее время сам нападает редко. Только протыкает ретивые сердца дуралеев, которые чуют в себе силу буйную да ветер в голове, что гонят их снискать славы и заступить дорогу самому Одиночке.

- Разве только с допингом я бы встал на дороге у Догера...

- Да, хоть Григор и король Баделенда, но Догер — король дорог Объединенного Королевства.

- Да, с тех пор, как с Дороги ушел Вайс, то Догер стал лучшим найтом Баделенда.

- Кстати, я слышал, как несколько юнцов хвастались, что именно в их десятке ключей находится ключ Вайса. Только басни все петь горазды...

Шура внимал каждому слову найтов. А когда в их глотках вновь забулькало пиво, он вмешался в разговор.

- Какой тотем у Догера? — отрывчато спросил он.

Найты переглянулись, потом в две пары зениц уставились на вопрошающего.

- Мой юный друг, вы столь ретивы. Боюсь, что твой ключ украсит чью-либо шею прежде, чем у тебя на груди появиться хоть один ключ, — высокопарно произнес рыжебородый и залпом выпил из кружки.

- Какой тотем? — невозмутимо повторил вопрос Шура.

- Волк цвета крови, если тебе это поможет.

Шура вскочил из-за стола и сжал кулаки так, что аж захрустели пальцы.

- Где его можно найти?

В зале раздался смешок. Смеялись все присутствующие, кроме Зага. Рыжебородый найт тоже хохотал, но его смех не имел ничего общего с весельем, в нем проскакивали нервные нотки. Унявши смех, найт посерьезнел.

- Раньше Догера было легче найти — его путь устилали заглохшие мотоциклы и мертвые или покалеченные тела. Теперь его дороги ведомы только ему. В турнирах он не участвует. А те, кому посчастливиться его разыскать, потом уже разговаривать не могут.

После этих слов Шура покинул стол и прилег на жестком топчане, свернувшись калачиком.

До него долетали голоса сидящих за столом. Там пожурили неразумных молодых найтов, которые спешат отдать ключ Догеру, посочувствовали Загу, которому попался такой балбес, начинающий свой промысел на Дороге с подобных глупостей.

Два собеседника, начавшие разговор о Догере, приняли еще по пару кружек пива и уже клялись не подымать копья друг на друга, если их дороги пересекутся.

Шура их не слушал, а все думал о Мести. Так, с закрытыми глазами, но не засыпая, он и встретил утро. В эту ночь красный волк в его голове никак не мог угомониться, а все носился туда-сюда, заставляя Шуру сжимать кулаки и мечтать о встрече с врагом, которого он ни разу в жизни еще не видел. Зато теперь он узнал его имя. Ничего, теперь Шура стал найтом и его первая встреча с Догером будет также и последней.

"Красный Волк умрет", — прошептал он, глядя на бронзовое солнышко в руке.

Утром во дворе стояла "Планета", над которой поколдовали технари. Аккумулятор был заряжен, бак и канистры полны бензина. А на коляске мотоцикла поселилось яркое желтое пятно — оса с выпущенным жалом.

Полюбовавшись своим тотемом, Шура отсчитал низенькому жрецу восемь золотых эджей и спрятал в карман один, оставшийся сиротой. Хоть его мысли и были заняты Красным Волком, он все же спросил служителя Храма:

- А зачем вам сколько муки? — и показал рукой вверх на играющие с ветром лопасти.

Жрец сжал деньги в ладони и зашагал к потайным воротам.

"Наверное, это тайна предков-байкеров, — почтительно подумал Шура, садясь позади рулевого. — Правда, сами жрецы на вид обычные люди, только загадочные слегка".

Когда заправленная "Планета" покинула Храм, Шура пристал к Загу с расспросами.

- Слушай, Заг, может ты знаешь, зачем им такие ловушки для ветра?

- Не знаю. Какая разница?

- Просто интересно. Слушай, а что это за круг деревьев?

- Он показывает границы Круга Безопасности вокруг Храма. Тут нельзя сражаться.

- Хоть это ты знаешь.

- Еще я знаю, что если мы намотаем семьсот километров и не заработаем денег, то нам не за что будет заправиться, — буркнул рулевой.

Какое-то время они ехали молча.

- Заг, а кто такие Хандреды?

- Найты, у которых на шее более ста ключей.

- О-го! Хотя, если сразу забирать себе все ключи, которые были у противника...

- Можно брать лишь один ключ.

- А кто узнает?

- Жрецы узнают. Многие найты станут намеренно охотиться за ключом того, кто берет незаслуженное.

- Ну и хрен с ними, с ключами. Нам ведь не железки эти нужны. Слушай, Загги, я тут вспомнил... Там в Храме двое разговаривали, и один сказал, что заступил бы дорогу Догеру лишь с каким-то Допингом? Кто это? Суперумелый рулевой?

Мотоцикл натужно заревел. Они покинули границу Круга Безопасности, дорога пошла под гору. Заг ответил лишь когда они выкатились на пригорок.

- Допинг — это древнее волшебство. Согласно мифу, если его применить, то у человека вырастут крылья и силы прибавится неимоверно.

- Понял, это — Неистовый Воитель. Я слышал об этом, когда был разб... в общем, давно это было. Вот бы его раздобыть. Тогда бы Красный Волк точно от нас не ушел.

Взвизгнули тормоза, мотоцикл заскользил по пыли, и Шура ткнулся носом в куртку рулевого. Заг повернулся к нему.

- Так ты действительно хочешь сразиться с Догером?

- Хочу. Я не сказал тебе...

- А ты осознаешь, что моя жизнь находится на кончике твоего копья? Могу ли я тебе ее доверить, если ты ищешь Догера? Ты думаешь о том, что погибнешь не один? — Заг спрыгнул с седла и начал мерить шагами обочину дороги.

Шура впервые услышал эмоции в голосе рулевого с тех пор, как тот горевал о погибшем Байде. И даже не знал, что возразить на такую длинную, как для немногословного Зага, тираду.

- Хотя... — Заг присел на сиденье. — Байд отвел копье от меня, но сам погиб. Все равно два раза не умрешь.

"Планета" тронулась и, набирая скорость, снова помчалась вперед.

- Загги, ты должен в меня верить! Меня учил Вайс! — Говорить на скорости было не очень удобно, и приходилось кричать.

- Не надо лгать, — буркнула спина рулевого. — Ни к чему это.

- Это правда. Ты можешь не верить, но это так. Дальше я буду учиться у Дороги. И у тебя. Эх, если бы найти этот допинг...

В коляске у Зага оказалось два брезентовых шатра — одним можно было укрыть "Планету" на случай дождя, а в другом свободно размещались два человека. Перед сном Шура спросил у рулевого:

— Заг, а что у тебя за наколка?

Рулевой молча закатал рукав. На плече красовалось странное существо — передняя часть у него была человеческой головой в шлеме и торсом, враставшим прямо в раму мотоцикла с двумя колесами. Вместо руля у него были людские руки.

- Где ты учился ездить на мотоцикле?

- В школе Ремма.

- А это где?

- В Ремме.

- Я знаю, где Ремм. Там заводы жрецов и рудники. А почему я о тамошней школе не слышал?

- Нет ее сейчас.

- А правду говорят, что лучшими считаются рулевые из школы Бримона?

- Правду.

- А ты хорошо ездишь, я чувствую.

- Поездишь с мое... — пробурчал Заг и его слова сменились храпом...

II. Воин Дороги

Ты уходишь от погонь

Сквозь кордоны, сквозь огонь

Свет в глаза, рычаг в ладонь

Hо цель твоя — химера

"Ария"

1

Все дороги рано или поздно приводят к Храму. И уводят от него немало дорог.

От святилища технарей, которое покинули Шура и Заг, уходило много путей в разных направлениях. И выбирая один из них, важно было не столкнуться с Каннингом.

Заг выбрал северную дорогу, со сглаженной колеей, такую же пыльную, как и остальные. Деревья Круга остались за спинами, черного мотоцикла на горизонте не наблюдалось. Правда, Хандред мог поджидать их у парома. Шура не то чтобы боялся Пса, но опасался, ведь тот слыл вторым копьем Баделенда. Слишком высока вероятность не пережить встречу с Каннингом. До встречи с Догером, первым копьем Объединенного Королевства, Шура не мог позволить себе умереть.

Почти все деньги остались у жрецов. За них починили сцепление, поменяли рукоять и трос газа, поставили новую крышку на слегка подправленный бак. Сменили потрепанную резину. Еще зарядка аккумулятора забрала пять серебряных бримонов. На покраску избитого мотоцикла денег не хватило. Да и Шура не смог обзавестись новым шлемом.

В путь взяли всего одну канистру бензина. И то хорошо уложились, благодаря сорока девяти ключам на груди Шуры. Окажись у него на десять ключей меньше — пришлось бы кататься на латаных скатах, что могли в любой момент лопнуть. А если бы еще один ключ в связку, так еще и на покраску уплаченных денег хватило бы.

Говорят, Хандреды вообще бесплатно ремонтируются и заправляются в Храмах.

Шура старался не завидовать тем, у кого на шее груз целой сотни ключей. Ему нужно было решать их с Загом насущные проблемы. В опустевшем денежном мешочке осталось ровно девять тусклых бримонов, что пойдут для переправы на правый берег Данюба.

На еду денег опять не было.

За спиной пробивались первые лучи солнца, когда впереди широким руслом блеснула Большая река. Над просторной водной гладью прозрачным покрывалом плыл утренний туман. С высоты левого берега равнина правобережья полностью скрывалась в белесой дымке.

Несмотря на раннее время, Шура не дремал в седле, а настороженно смотрел по сторонам, пока "Планета" неспешно спускалась к реке. Каннинг запросто мог поджидать здесь, в месте ближайшей переправы через Данюб.

Большой деревянный плот с наращенными бортами уткнулся передней частью в глинистый берег. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь звуком подкатившего мотоцикла. Но появление "Планеты" не вызвало оживления на борту парома. Загу пришлось целую минуту давить на сигнал, пока проснулись двое подсобников. Сам паромщик так и не соизволил подняться с толстых бревен парома. В эту раннюю пору других желающих переправиться на Правобережье не было, и перевозчик не спешил. Что попусту гонять через реку всего за девять серебряных, если на пароме помещается три мотоцикла, не считая двуногих.

- Подождем других, — буркнул паромщик, натягивая на голову шерстяное одеяло.

- Эй, нам побыстрее надо! — крикнул Шура, привставая в седле.

- Всем надо, — донеслось из-под одеяла.

Шуру так и подмывало чем-нибудь бросить во вздымающееся покрывало. Но ссориться с паромщиком было не с руки. А заплатить за три места денег не было.