Книга 3. Вирусы.

Стоя возле панорамного окна, которое приоткрывало людям сокрытый за стеной бамбуковых жердей и густой зелени естественный уголок обитания белого тигра, Дэниэл держал сына на руках с тем, чтобы мальчик мог хорошенько рассмотреть возлежащего на камнях красавца-хищника. Брендан прилип ладошками к стеклу и с интересом разглядывал животное, которое видел до этого лишь на картинках либо на экране телевизора.

— Какой большой! — сделал вывод из увиденного малыш. — Я хочу его погладить!

— Нельзя. Тебе никто не разрешит. Видишь, какие у него огромные, страшные клыки?

Тигр как раз лениво, протяжно зевнул, открывая ряд устрашающих зубов, и повалился на бок, подставляя свой бок под лучи ласкового солнца, пробившегося сквозь пелену кучевых облаков.

— Если хочешь потрогать животных, то мы найдем с тобой специальный вольер, где пасутся козочки, овечки и пони. Туда пускают детей, и там ты сможешь их погладить. Даже подержать маленького пушистого кролика на руках! А сейчас пойдем лучше посмотрим обезьянок.

Но двинуться дальше им помешали две молодые девушки, которые подскочили к ним тут же, как только Дэниэл схватился одной рукой за коляску. В руках они держали по брошюре парка с подробным планом всего, что можно было найти на его территории, и шариковую ручку. Протянув мужчине все вышеперечисленное, они попросили у него автограф.

Дэн заметил их еще раньше (те некоторое время следовали за ним, как приклеенные, бросали на него заинтересованные взгляды и шушукались между собой), и он, конечно, не исключал вероятность того, что они не ограничатся одним лишь назойливым визуальным контактом, но все же надеялся на то, что ему удастся избежать прямого общения. Но, к великому сожалению, его надежда не оправдалась. Пришлось спустить Брендана на землю и со вздохом обреченности взяться за протянутые ему буклеты.

Он думал, что это не займет много времени, и буквально через минуту он уже сможет двинуться дальше, но не в меру радостное, ликующее настроение девушек привлекло совершенно ненужное для него внимание бродящих здесь людей. К их маленькой компании потихоньку стали присоединяться остальные — то один, то другой любопытный человек — пока Дэниэл не начал обрастать толпой. Всем хотелось поближе взглянуть на знаменитость да, по возможности, и для себя урвать от него кусочек в виде памятной росписи на всем, что подворачивалось под руку. Даже тем, кто и не знал, кого они перед собой лицезреют, в силу инертности и попадания под влияние общей массы — вдруг резко понадобился его автограф. Как говорится, так, на всякий случай. И не успел Дэн оглянуться, как оказался в плотном кольце людей, которые, как жирафы, тянули свои шеи вверх с тем, чтобы, не дай бог, не упустить ничего интересного.

Подобное чересчур оживленное внимание к своей персоне вызвало сильную досаду у Дэна, но он, привычно маскируя это чувство за приветливой улыбкой, пытался, по мере возможности, подписать все, что ему протягивали. Он понимал, что это не будет длиться вечно, и, в конце концов, должен наступить тот момент, когда поток привлеченных его известностью людей иссякнет, и он, наконец, сможет остаться с Бренданом один на один.

"Брендан!!!" — вспомнил вдруг он.

Дэниэл кинул взгляд вниз себе под ноги, но ребенка подле себя не увидел. Лихорадочно озираясь по сторонам и вгрызаясь глазами в плотную стену людей, он силился разглядеть там между телами трехлетнего карапуза в канареечного цвета легкой курточке, но среди сумрака десятков ног не было видно ни единого яркого пятна.

От сердца к горлу подскочил панический страх, грозя пробиться еще выше к мозгу, и Дэниэл, загнав это опасное чувство глубоко внутрь и надежно закрепив его где-то на уровне живота, стал звать сына по имени.

— Брендан! Брендан!!! — с каждым разом тревога все больше и больше прорывалась наружу. — Вы не видели здесь мальчика в ярко-желтой курточке? — вопрошал он людей, которые задетые крайним волнением в его голосе тоже начали озираться по сторонам в поисках ребенка. — Кто-нибудь видел маленького мальчика в желтой курточке?! — уже почти кричал он.

— Кажется, я видела... — неуверенно ответил ему женский голос из толпы, и Дэн, бесцеремонно распихивая стоящих людей, начал протискиваться в его направлении, пока не оказался возле свободного пространства, лицом к лицу с женщиной, голову которой сплошь покрывала благородная седина.

— Где? — нетерпеливо бросил Дэниэл.

— Я видела его на руках мужчины.

— Мужчины??? — Дэна пронзила новая волна паники. — Какого мужчины?

— Плотный такой, светловолосый. Я особо-то и не рассматривала. Меня привлек лишь яркий цвет курточки на мальчике, поэтому и запомнила. Они не могли далеко уйти. Я видела их всего пару минут назад.

— Куда они пошли?

— В ту сторону, — женщина указала в том направлении, откуда они с Бренданом до этого пришли.

Даже не поблагодарив женщину, Дэн рванул в ту сторону, куда предположительно унесли его сына. И пока он несся по извилистому, как тело змеи, довольно узкому пространству между вольерами и лавировал между прогуливающимися людьми, он, не переставая, молил бога о том, чтобы с Бренданом ничего не случилось. Только бы успеть! Только бы они никуда не свернули! Мысль о том, что его сын может быть украден каким-нибудь ненормальным маньяком, заставляла покрываться его тело холодным потом.

После того, как Дэниэл проскочил очередной поворот, он вдруг увидел, как вдалеке на солнце мелькнуло бросающееся в глаза ярко-желтое пятно. Как и говорила ему женщина, мальчик сидел на руках у широкоплечего мужчины и не проявлял ни тени беспокойства по поводу того, что находится в компании с чужим человеком. Сделав отчаянный рывок, горе-папаша в считанные секунды догнал беглецов и грубо ухватил предполагаемого киднеппера за плечо.

— Что за...! — последовала немедленная возмущенная реакция того, но Дэн растерянно отступил в сторону.

— Простите, пожалуйста! Я ошибся.

На руках мужчины сидел ребенок точно в такой же курточке, как у Брендона, но это был не его сын. Этот мальчик был старше Брендана примерно на год и даже крупнее, но в пылу погони Дэн не сразу это заметил.

— Я просто ищу своего сына. Он потерялся. У них похожие курточки.

От огорчения ему хотелось плакать. Отчаяние и страх за ребенка подступили к той черте, за которой начиналась паника.

Если Брендан не здесь, то где же? Где ему теперь его искать?

* * *

Маленькие ножки ребенка семенили по покрытой плотным песком дорожке вслед за женщиной, которая, катя перед собой высокую коляску, быстро двигалась в сторону выхода из туннеля, петляющего по зверинцу. Он силился ее догнать, но как ни старался, ему было не угнаться за широким шагом взрослого человека. Ноги его уже не слушались, подкашивались на ровном месте, но мальчик, сдерживая слезы отчаяния, упорно следовал за маяком из светлых вьющихся волос.

Боясь упустить ту, за которой он безнадежно гнался уже так долго, Брендан решил припустить. Перейдя на бег, мальчик уже почти было нагнал женщину, когда сзади его подхватили чьи-то сильные руки и оторвали от земли.

— Брендан! — кричал на него отец. — Ты почему ушел?! — он злился и встряхивал его, как куклу. — Я здесь уже все оббегал, всех работников поднял на уши! Думал, что рехнусь от беспокойства за тебя! Как ты мог! Разве так можно?!

Но мальчик совершенно не слушал Дэниэла. Он смотрел мимо него, куда-то в сторону и уже в следующий момент начал вдруг извиваться, пытаясь вырваться из рук.

— Пусти! — требовал его сын. — Пусти!

Дэн только еще крепче прижал его к себе и в растерянности нахмурил брови.

— Брендан, прекрати! Что случилось? Почему ты так себя ведешь?

— Там мама! — неожиданно выпалил мальчик, и Дэниэл посмотрел в ту сторону, в которую всем корпусом и рукой тянулся ребенок.

— Не говори ерунды! — попытался осадить сына Дэн, перебегая глазами от одной женской фигуры к другой. — Твоей мамы здесь нет и быть не может. Она на небесах.

— Нет! — упорно стоял на своем Брендан. Отчаяние, проскользнувшее в его голосе, вызвало слезы злости, готовые вот-вот хлынуть наружу. — Она там!

— Хорошо, — попытался успокоить его отец. — Где? Покажи, мы пойдем и посмотрим.

Следуя указаниям мальчика, Дэниэл вскоре нагнал женщину, которая со спины, и правда, чем-то напоминала Джессику. Но Дэн-то прекрасно понимал, что Джессика ни коем образом не могла разгуливать по грешной земле. Нужно было только доказать это сыну...

— Извините, пожалуйста, — обратился он к женщине. — Не могли бы Вы уделить мне минуту? Видите ли, мой сын принял Вас за свою мать. Ему нужно было убедиться, что Вы — это не она.

Взгляд женщины потеплел и остановился на мальчике, который обескуражено взирал на нее широко распахнутыми, полными разочарования серо-голубыми глазами. Мягкая, ласковая, понимающая улыбка осветила ее лицо, а рука потянулась к Брендану и нежно прошлась по коротко стриженым волосикам.

— Спасибо, — поблагодарил ее Дэниэл, и чья-то чужая мама, коротко кивнув им на прощание, покатила коляску со спящей в ней девочкой дальше.

— Видишь, это не она! — констатировал Дэн.

Брендан с тоской смотрел вслед удаляющейся от них женской фигуре, и его глаза начали наполняться влагой. Сделав судорожный вздох, он вдруг разразился громким ревом одинокой, покинутой всеми души. Казалось, что маленький ребенок только что навсегда распрощался с иллюзией. Вместе с этой женщиной его покидала и надежда на то, что его мама когда-нибудь сможет еще к нему вернуться.

Сердце Дэна тоже было не каменным. Тоска и отчаяние в плаче его сына прошили его насквозь, и только невероятным усилием воли мужчине удалось удержать свои собственные слезы внутри, не дав им пролиться. Он крепко прижал Брендана к груди, успокаивающе поглаживая его по светлой головке, давая выплакаться, пока вязаная ткань на плече не пропиталась влагой.

Люди начали коситься в их сторону, и Дэниэл предпочел уйти подальше от любопытных глаз. Сев на скамейку, окаймленную с трех сторон цветущим кустарником, мужчина ладонью вытер мокрые дорожки на щеках своего сына, который хоть и всхлипывал еще, но судорожные рыдания уже не сотрясали его тело.

— Брендан, послушай меня! — попытался завладеть вниманием ребенка Дэн. — Я знаю, как тебе больно и обидно. Но мама уже не вернется. Так уж получилось, и ничего с этим нельзя поделать. Но у тебя есть я! И что бы ни случилось, что бы с нами не происходило, я всегда буду рядом! Понимаешь, всегда! Я даю тебе слово, что по доброй воле никогда не оставлю тебя. Ты — мой сын, мой мальчик! И, поверь, я люблю тебя так сильно, что готов даже задушить на радостях! Вот так... — и Дэниэл прижал к себе маленькое тельце Брендана так крепко, что узор свитера отпечатался на щеке ребенка.

Уткнув нос в светлые волосики, мужчина вдыхал в себя чистый, сладковатый особенно-неповторимый запах, который бывает только лишь у маленьких детей. И только после того, как тельце мальчика расслабилось, Дэн поцеловал его в макушку и, приподняв личико сына за подбородок, так что их глаза встретились, повторил:

— Слышишь меня? Я всегда буду рядом! Помни об этом! Потому что вместе мы — одна семья!

Брендан ничего ему не ответил, лишь крепче прижался, положив голову на плечо.

* * *

А вечером, сидя дома в своем любимом кабинетном кресле, Дэн размышлял о том, как же ему справиться со сложившейся ситуацией. Получалось так, что он не мог совмещать свою любовь к музыке с заботой о сыне. Одному ему это было не по силам. Его известность становилась для самых близких ему людей камнем преткновения. И он очень боялся, что то хрупкое равновесие, что наступило между ним и Бренданом, развеется, как дым, стоит только ему вновь с головой уйти в работу в группе.

Настал момент, когда необходимо было для себя решить, что важнее — любимое дело или крепкие, устойчивые отношения с сыном. Как говорится, расставить приоритеты. Но мудрствовать лукаво здесь особо не приходилось, поскольку мальчику сейчас требовалась вся его забота и внимание. Дэну нужно было стать в жизни Брендана тем стержнем, опорой, за который мальчик сможет держаться и не бояться, что тот выскользнет из его рук.

"Эх, была бы рядом с ним женщина, чтобы хоть частично снять с себя груз ответственности..." — думал про себя мужчина, — "Может быть, тогда и не пришлось бы ему предпринимать столь решительных шагов в своей жизни. Возможно, тогда все рассосалось бы само собой..."

Но Дэниэл поспешил отогнать от себя столь малодушные мысли. Он снова ищет того, на плечи которого можно было бы переложить решение проблем. Его проблем, нужно заметить! Как там говорила Виктория? "Чтобы удержать Леру возле себя, тебе тоже придется пойти на жертвы. Это было бы справедливо".

Да. Это было бы совершенно справедливо. И не только по отношению к ней, но еще и к маленькому одинокому мальчику. А для этого ему придется...

* * *

— Трейси, я хочу серьезно с тобой поговорить, — приступил к разговору Дэн, и то, каким тоном он это произнес, заставил женщину оторваться от экрана компьютера и с возрастающей тревогой посмотреть на него.

— О чем?

— Дело в том... — слова давались ему с превеликим трудом, поскольку то, что он хотел ей озвучить, смахивало на предательство. — Я тут много размышлял... Не думай, что решение далось мне легко, но...

— Да не тяни же, Дэн! — подстегнула его Трейси.

— В общем, скорее всего, мне придется уйти из группы.

— Шутишь??? — глаза музыкального менеджера превратились в блюдца. — Что за муха тебя укусила?

— Нет, Трейси, не шучу, — понурил голову Дэн. — Я вполне серьезно. Не сразу, конечно, а лишь тогда, когда вы подыщете мне замену, но...

— Дэн, какого черта! — ругательство в устах этой женщины резануло слух. Казалось, еще чуть-чуть и его бывшая подруга забьется в истерике. — Откуда такие суицидальные мысли?

— Трейси, просто выслушай меня! — решительно настоял он. — Я же говорю, что это не сиюминутная прихоть! Я думал над этим несколько дней, но другого выхода просто не вижу! Понимаешь, я столько раз просил судьбу о том, чтобы отыскать свою любовь, — Дэн всем корпусом подался вперед, — настоящую любовь! — что судьба, в конце концов, сжалилась надо мной. Думаю, ты и сама понимаешь, что это Лера. Так вот, мое желание исполнилось! И если для того, чтобы встретить ее, мне нужно было стать вокалистом в твоей группе, то я исполнил ее предписание. Но если сейчас для того чтобы удержать Леру возле себя, требуется снова коренным образом изменить свою жизнь — то так тому и быть! Я пришел к выводу, что невозможно иметь и то и другое одновременно. Вот если бы перед тобой вдруг встал вопрос выбора между группой и Аланом, то кого бы ты выбрала?

— Глупости, — фыркнула в ответ Трейси. — Алан никогда не поставил бы мне такой ультиматум.

— Пусть не Алан! Представь, что жизненные обстоятельства сложились таким образом, что поставили тебя перед выбором! Что бы ты тогда сделала?

Женщина на мгновение призадумалась, а потом нехотя согласилась:

— Конечно, это был бы Алан.