Пусть мята напомнит тебе...

— Нельзя меня лупить! Я уже взрослая! — кричала я, а добрый Шака, выступив в мою защиту, подставил вампиру подножку и тот ухнул на пол, распластавшись там в виде живого и матерящегося коврика.

— Предатель! — сцедил Шелест. Оборотень растянул на физиономии довольнейшую ухмылку, в которой угадывался смысл: "Спасибо, за комплимент!". Вампир только махнул на него рукой, поднялся и, пригрозив мне пальцем, сказал: — Короче, как хочешь, но советую сходить. Я не буду лезть в ваши дела. Сами разбирайтесь! Только не пойму, зачем переться в такую даль? Чтобы просто выполнить "обещание"? Идиотизм. Я слишком хорошо тебя знаю, и могу сказать, что ты боишься... Ори, возьми себя в руки, и хотя бы пойди в зал на приём, посмотри на него. А там уже решай.

— Да поняла я! — огрызнулась из своего укрытия.

Парни ушли. Служанки принялись за уборку помещения: мы ведь насвинячили здесь прилично. Вода была и на полу, и на стенах. Тряпки и полотенца мокрые.

— А этот господин, он кто? — осмелела Эня.

— Сволочь, — объяснила ей я, задумавшись над советом Шелеста. — Но мудрая. Эня, а знаешь, что? Ты можешь мне кое-чем помочь.

Сегодня был приёмный день. В смысле, его величество Тайрелл I принимал просителей, кляузников и других милых людей, выслушивал их просьбы и жалобы, и выносил вердикт: подарить, пожаловать или отправить куда подальше. Народу собралось видимо-невидимо. Шумная толпа из придворных, обсуждала последние сплетни. Они до сих пор смаковали новость о женитьбе принца Улиана, и гадали, какие земли выделит король своему родственнику. Как ни странно, но о вампирском отряде, о грядущих нападениях никто не слышал.

Церемониймейстер трижды ударил посохом об пол, прокричал, что его величество сейчас войдёт в зал, и люди синхронно опустились в поклоне. Я чуть не забыла об этом, и тоже слегка присела. Он шёл уверенной поступью через весь зал, глядя куда-то вдаль перед собой. Подозреваю, смотрел на трон, проверяя, не занял ли его место какой-нибудь мерзкий таракан. Тай гордо держал голову, чтобы все видели королевский обруч на его лбу. Люди молчали, пока повелитель Карры не занял позу отягощённого ответственностью строгого судьи. Он отбросил подол мантии, сложил руки на подлокотники и, нахмурив брови, посмотрел на одного из своих советников. Сухощавый, высокий и седой мужчина в дорогой одежде, с какими-то важными побрякушками на груди (подтверждающими его положение в обществе, как правой, так и левой рук, а также одного из полушарий мозга его величества) повернулся к толпе, кому-то кивнул и встал рядом с правителем. Пред грозны очи короля предстали две семейные пары.

— Мы слушаем, — прогремел голос Тая.

Нет. Скорее всего так звучал голос Тайрелла I. А не моего любимого.

Мне стало горько от осознания того, насколько далеки мы теперь друг от друга. Но я продолжала стоять, скрытая толпой от него и втайне наблюдала, надеясь увидеть хоть проблеск милой улыбки.

— Мы ведь разговаривали с вами до моего отъезда! — припомнил король.

— Да, ваше величество, — хором ответили просители.

— Что на этот раз не поделили уважаемые Минерли и Ковы?

Вышеуказанные смущённо опустили головы. Хотя нет. Только мужчины. Женщины смотрели друг на друга, как хищницы, занятые дележом территории.

Скрип зубов его величества разнёсся по залу эхом, наводя леденящий ужас на людей. Присутствующие сжались от страха. Король стукнул кулаком по подлокотнику и вскочил.

— Разве мы не решили этот вопрос? — вышел из себя он, как родитель, отчитывающий ну совсем уж отсталое дитя. — Какой срок был назначен для раздела земель и перенесения ограды?

— Два месяца, ваше величество, — отозвался советник.

— Но, государь, — робко проблеял один из мужчин какого-то там уважаемого семейства. — Минерли разрушили ограду только для того, чтобы выдвинуть её ещё дальше, отобрав себе каменоломни. Теперь они продают камень втридорога, и нам приходится заказывать товар у приезжих, а это затратно и долго. Мы никак не можем построить церковь.

— Без каменоломен, мудрейший, — склонился другой мужчина. — Наш рынок падёт. Это основная прибыль для нашего графства.

— Вот как? — сощурил глаза его величество. — А как же шерсть? Или ваших овец украл мор? Насколько я помню, шерсть ваших овец ценилась дороже камня из каменоломен в Гранжи.

— Нет, их украли Ковы! — ляпнула хозяйка дома Минерли.

— Мы? — искренне обиделась представительница второго рода и отреагировала, как простая бабка с базара. — Следи за языком, ведьма! Иначе я расскажу его величеству, что ты им делала с моей мужем!

Оба мужчины покосились, оценивая рост рогов у соперника. Госпожа Кова покраснела до кончиков ушей. Её супруг уже потянулся к мечу. По залу прокатился смешок. Зрители ожидали продолжения спектакля, который, судя по всему, здесь был традиционным.

Когда гвалт достиг максимальной отметки, я покинула представление, так же как и пришла на него посмотреть: скрытая плащом, который мне принесла служанка.

Сначала я заглянула в комнату Шелеста. Но моих драгоценных мужчин и след простыл. В смысле, мужчин не было, а наследили они по всему полу, по кровати, столам. Везде валялись вещи, испачканные чьими-то жирными пальцами. Хотя почему "чьими-то"?! Шака собирался на прогулку и что-то ел попутно. Скорее всего, баранью ножку. Кость от неё я откопала прямо в одеяле, сев на неё.

— Ну, ладно-то он — волк, живёт по-звериному, еду с запасом прячет там, где спит. Но Шелест куда смотрел? — ругалась я, переодеваясь.

Накинула на себя плащ, в котором пряталась от внимательных взглядов придворных в зале и, через уже знакомый мне тайный лаз, прошла на улицу, минуя посты. Оглядывалась и сокрушалась о том, какая нездоровая обстановка среди военных: они вели себя в высшей мере расхлябанно! Я не считаю, что настолько сильна в маскировке, и меня никто не заметит, если постараюсь. Однако меня откровенно игнорировали. Уже думала, подойти к одному охраннику, щёлкнуть его по носу и сделать шокирующее заявление: "Здрасти, а вы не подскажите, где здесь лазутчиков, шпиёнов и диверсантов принимают? У нас просто слёт, а я что-то адрес забыла. Да и пароль не помню". Потом представила, чем всё могло бы закончиться: дикий смех охранника. И командира стражи. Я в попытке доказать воякам, что на самом деле засланная вражеская единица, бью морду мужикам. Тоже смеюсь, когда меня уводят в тюремные пенаты. Только там понимаю, какую глупость сделала и долго торгуюсь с палачом... Затем в пыточную врывается Шелест. Следом за ним Тень и Ольгерд. Последним входит король. И я такая, вися на дыбе, улыбаюсь ему и говорю: "Здравствуй, родной. Я так скучала!"

В общем, отказалась от компрометирующих поступков, решив, что наш славный командующий Ольгерд уже успел обойти посты и попросить подчинённых: "Мальчики, тут к нам подруга приехала. Будет лазить в мужской одежде по округе. Не сочтите за труд, сделайте девушке приятное — притворитесь, что не замечаете её".

Я вышла к рынку. Оценила местных барышень. Обзавидовалась. Они выглядели, как куклы в витринах торговых лавок: стройные, красивые, обряженные в платья самых разных цветов. Их волосы были сплетены в такие затейливые причёски, что казалось, будто над ними поработали феи или волшебники. Сравнила нас. То есть их и себя. Впала в меланхолию. Даже Войка на фоне этих девиц меркла. А я... чувствовала себя удобрением в палисаднике, где росли розы.

Руи отрицать не стал. Он вообще помалкивал. Вот! Даже призрачные мужчины оставили меня одну.

— Эй! — оклик незнакомца, скрытого от солнечных лучей во мраке кареты, застал меня выбирающей подходящий кинжальчик для собственного убиения. Шучу. Но я действительно, задумалась настолько, что дошла до любимого Файкиного занятия — разглядывания оружия. Отложив режущий предмет обратно на прилавок, повернулась к экипажу. Меня оттуда поманили пухлой ручонкой, проглядывающей сквозь бесконечные рюши рукава. Какая прелесть! Я спутала женщину с мужчиной.

Дверь открылась, и меня пригласили прокатиться. Я любезно согласилась. Не подумайте, что совсем уж тупая, и не знаю, что в кареты к незнакомым людям садиться нельзя. Просто надо же было как-то развеяться.

Скользнув в полутьму экипажа, поняла, что ушам и глазам доверять совершенно нельзя, так как на соседнем сидении в кружевной рубашке, утопая в украшениях и шёлке, сидел мужчина. Не старый. Слишком уж ухоженный. Потому и возраст определить я затруднялась.

— К какой гильдии наёмников вы принадлежите? — удивил меня вопросом дяденька, не удосуживаясь представиться.

— Я? — не сдержала эмоций, а в следующую секунду решила, подыграть сумасшедшему. — Но с чего вы вдруг опознали во мне члена гильдии? Знака то на мне никакого нет.

Мужчина скользнул по мне неприятным взглядом.

— Ваш внешний вид. То как вы двигаетесь. И, наконец, проникновение во дворец. — Перечислил он.

— Так вы тоже там бываете? — обрадовалась хоть какой-то зацепке я.

— Вам обо мне лучше ничего не знать! — остудил мой пыл он. Я нахмурилась. Скрестила руки на груди и откинулась на мягкую спинку сидения, поглаживая скилт, подвязанный на ремне к левому плечу. Меч с собой таскать было бесполезно. Торчит из-под накидки, сразу бросается в глаза. А скилт — ну железная палка и что тут скажешь?! Подозрения он не вызывал. Во всяком случае, не в боевом виде.

— За кем вы ведёте слежку? — пристал богатей.

— Я на допросе? — уточнила я.

— Нет, что вы! — притворно ухмыльнулся мужик и сел удобнее. Однако глаза его выдавали совершенно иные чувства: напряжение, хитрость, злость. — Мы просто ведём беседу.

— Беседу значит, — ответила ему такой же фальшивой улыбкой я. — Погода хорошая. Птички поют!

Он замолчал. Наверное, искал среди шума толпы, тявканья собак и блеяния животины, птичьи трели. Призадумался, повторно меня оглядел. Более внимательно. Не знаю, что он такого обнаружил в моей внешности, но улыбнулся задорнее. Кстати, ему это совершенно не шло. Будто змея пасть растягивает, чтобы поглотить мышь — такое впечатление у меня осталось.

— Да. Орлы парят. — Подтвердил странный человек.

Я чуть не подавилась. Весёленькая поездка. С сумасшедшим в одном экипаже.

— Ага, — кивнула, чтобы не расстраивать его.

— Вы любите охотиться на орлов? — спросил мужчина.

— А как же. Из них получается великолепный суп. Но охота на грифонов куда интереснее и опаснее, — ляпнула я, пустив фантазию на волю. Я же не знала, что мой бред так повлияет на незнакомого господина. Его глаза расширились, потом уж очень сузились и заблестели. Губы растянулись.

— За суп из грифона я бы заплатил вам крупную сумму! — сказал ненормальный и сунул мне в руку плотный кошель с золотыми монетами. — Это лишь малая часть того, что вы получите после охоты. — Подмигнул он.

Карета остановилась. Двери открыли. Я поспешила покинуть экипаж.

— Мой человек найдёт вас, — загадочно проронил щедрый благодетель и укатил, оставив меня посреди улицы у окраины Сулана.

Глава 13. Ночные развлечения

Во дворец я вернулась на закате. Компания отчаянных молодцев так и не появлялась в покоях. Шесть раз переставив сапоги Шелеста, я спрятала их под кровать, запихнула в них даренные мне за приятную беседу деньги и не смогла придумать себе занятие. Здесь всё было чужим. Мне хотелось ещё разок посмотреть на Тая, и определиться, что делать дальше.

Тук. Тук. — Робко постучались в двери.

— Входи, Эня! — обрадовалась служанке я. — Хоть ты меня не бросила!

— Простите, госпожа, я не знаю... — Замялась она. — Правильно ли поступаю...

— Правильно, правильно!

Освободив место посреди комнаты, я взялась обучать девушку нехитрым, но действенным приёмам. Эне это было в новинку. Она даже немного смущалась по началу. Говорила, что не справится. А через час уже охотно впитывала мои слова и точно повторяла приёмы, броски, попутно ломая и круша мебель моим мечом. В какой-то момент, я поняла, что играть с оружием ей рано и перешла к упрощённой программе. С каждым удачным ударом она становилась более уверенной в себе. Эня напоминала мне маленького игривого котёнка, которому дали клубок. Правда, этим клубком она устроила погром... Но оказалась способной девчонкой. Уже утром она продемонстрировала новые умения на поварёнке и конюхе, считавших служанку лёгкой добычей. Кроткая жертва оставила на физиономиях мужчин знатные синяки. До меня новости о боевых подвигах дошли гораздо позже остальных.

Эня ушла, когда все жители дворца укладывались спать. Довольная, она прикрыла двери. Лишь в коридоре вспомнила, что надо бы отвернуть завязанную на боку юбку. Её наряд дико мешал тренировке, и когда я приказала ей раздеться, девушка посмотрела на меня, как на извращенку. Вспомнила утренний инцидент с купанием, спросила себя, зачем вообще пошла ночью к ненормальной амазонке. Я же наслаждалась общением с ней, потому что отчаянно скучала по сёстрам. Даже по Войке. И когда ученица оставила меня, то тоска вернулась.

Я стояла у окна и смотрела, как зажигаются фонари. Внизу было тихо. Кроме птиц и собак, покой нарушали только шуточки дозорных. И тут в окне третьего этажа, напротив, зажёгся свет. Король промелькнул в этом видении и исчез. Сердце предательски ёкнуло.

— Подсматриваешь? — Вей явился неожиданно.

Что ж, у меня было приготовлено для него кое-что. Не дожидаясь реакции, я повесила ему на шею колокольчик. Удивлённые тёмные брови поднялись вверх.

— Спасибо за подарок, конечно, — протянул бог. — Но я к таким украшениям не слишком...

— Это чтоб ты не пугал меня!

— А ты ещё не привыкла разве? — изумился он.

— Слушай, у меня к тебе просьба! — отважилась я. Вей всмотрелся в моё лицо, читая мысли. Его плечи резко опустились. Сдался.

Увидел бы кто со стороны, как девка в мужском костюме парит в воздухе рядом с королевским балконом, разразился бы скандал, а сонные стражники устроили бы облаву на нарушителя спокойствия. Но к моему счастью, всё происходило незаметно. Наверное, Вею надо сказать спасибо и за это.

— Твоя бабка такой капризной не была! Ты вся в отца наверное, пошла! — бурчал бог, опуская меня на каменный пол.

— Не бухти! — прозвучало вместо благодарности.

Не обращая внимания на возмущённое божество, я прокралась на цыпочках к спящему в кресле мужчине. В широких и пустых покоях кроме него никого не было. Государь уснул возле камина под треск поленьев.

Не так я представляла себе нашу встречу после долгого расставания. Думала, что приеду, а он будет ждать меня у городских ворот. Или на крайний случай, я войду в набитую народом залу, толпа расступиться, и он бросится ко мне, обнимет. Но нет. Вместо того, чтобы ещё утром в той самой зале показаться ему на глаза, я спряталась. Теперь же под покровом ночи прокралась в его комнату, чтобы опять поглазеть. Ну не трусиха?

Он спал. С таким же серьёзным выражением на лице, как и утром. Только сейчас его обруч лежал на столе, а на лбу остались отпечатки от металлической полоски. Даже во сне Тайрелл I решал проблемы государства.

Я стащила с огромной кровати покрывало и бережно накинула его на властелина. Бессознательно умащиваясь удобнее, он выронил какой-то лоскуток, который держал зажатым в кулаке. Я подняла его, и рассмеялась. То был кусочек моей рубахи, которую я пожертвовала на перевязки, спасая советника, а не короля. Значит, не так и сильно он изменился.