Урбания

-Твою мать... — вот уж не думала, что предсмертное высказывание чародейки окажется таким эмоциональным.

Высота стены была, конечно, внушительной, но не то чтоб запредельной, и, согласно закону гравитации, через секунду-вторую мы должны были услышать звук упавшего на утоптанную землю тела. Однако прошли и две секунды, и три, а никакого шмяканья не последовало. Перешагнув через Зейтта, меняющего цвета, как светофор, я взглянула вниз и увидела... нет, не распростёртое у стен Перекрёстка тело, а вполне живую и здоровую Астру, парящую в воздухе. К сожалению, парила она вниз головой, так что смотрелось это со стороны довольно комично. А всё нехорошая хламида волшебников, магии не подчиняющаяся и, соответственно, задравшаяся до пояса. Вы когда-нибудь видели летающий суповой набор? Надо будет посоветовать ей сменить портного, что ли... особенно того, что занимается пошивом белья, потому что суконные портки до колена хороши только в анекдотах про Штирлица.

Её лицо было таким сосредоточенным, что я аж испугалась за её рассудок. Ведьма медленно (насколько ей позволяли время и сила тяжести) опускалась к земле-матушке. Наконец она перевернулась и коснулась ногами поверхности. Потом она коснулась поверхности не только ногами, а и пятой точкой — тяжёлая штука левитация. А сколько сил отнимает...

-Чего стоите? — выдохнула она, очухавшись достаточно, чтобы поинтересоваться делами друзей.

-Да так, созерцаем... — пробормотала я.

Как ни странно, Астра услышала:

-Что такого смешного ты увидела?!

-С чего ты взяла?

-А где трагическое уныние? Что, если бы я не успела сконцентрироваться и размазалась бы по воротам?

-Я бы обязательно положила тебе в гроб нормальную юбку.

-У-у, как сейчас кому-то будет больно!

-Что, повесишь на моих же подтяжках? Вот только подтяжки найду и принесу... да, а чего ты ждёшь? Лети-ка назад к нам, проведи лекцию для Зейтта на тему "Трусость — это зло". Он будет рад послушать.

-Я не могу.

-Так, где-то я это уже слышала...

-Да я на самом деле не могу! У меня недостаточно магии. Я всю израсходовала, когда падала. И так резерв еле-еле восстановился, тролль возьми! Идите вниз, там стражник у ворот сидит, скажите, что меня встречаете. Сейчас ворота открыты, в крепость отовсюду везут оружие. Встретимся там. Давайте, я пошла.

-Погоди, а как отсюда выйти? Я не буду пытаться втащить одного типа на карниз: видишь ли, для меня погода нелётная.

-Как хочешь. Иди по второму коридору до первого поворота, там пятно на стене... вообще-то это фреска, но только для "ценителей искусства", если ты понимаешь, о чём я. Пихни эту фреску что есть дури в центр, откроется проход в оружейную комнату. Там спросите, как пройти. Да Зейтт в оружейной уже был, он скажет.

-Точно? — недоверчиво спросила я.

Дахрейец закивал. Астра уже скрылась за выступом стены, и нам не оставалось ничего, кроме как следовать указаниям чародейки и надеяться на то, что в "момент истины" у неё было относительно хорошее настроение.

Пятно оказалось на месте. Секретный механизм "вход-выход" тоже, как ни странно, работал, и я даже успела подумать, как же нам всё-таки везёт, но мысль промелькнула и исчезла, как только мы вывалились в оружейную комнату.

Прямо перед нами стояли Гоббур, Кусак и Чаша.

Завидев нас, они сначала выпучили глаза по максимуму, а затем нехорошо усмехнулись. Я быстро огляделась. Кроме них и нас, в комнатке было трое воинов, очень занятых своими делами, а ещё — целая гора оружия. Зейтт обречённо вздохнул, выразительно разминая суставы. И вдруг меня осенило! Я выступила вперёд и насмешливо погрозила пальчиком поборникам справедливости:

-Ну вы и нетерпеливый народ, однако! Уже и полетать выйти нельзя, а вы тут как тут. Кстати, "чахоточную" ведьму можете уже не искать, она давно в безопасном месте.

-Ну, нам и ты сгодишься! — осклабился Гоббур.

-Думаю, да. Давайте сначала разберёмся... — я схватила со стенда меч, а дахрейец резво хапнул боевую секиру. — Вас теперь не так много, шансы каждого примерно равны, тем более, что старина Кусак в своём "подгузнике" вряд ли сможет чем-то вам помочь. Значит, вам придётся или договориться с нами, или драться. Не сомневаюсь, милейший Гоббур, делать это вы умеете, но и мы тоже, так что стоит ли? Может, сначала всё же побеседуем?

Мастер секиры фыркнул:

-Если ты — подруга ведьмы, значит, ты и сама — ведьма. А раз так, расколдуй Чашу и Кусака, тогда и разговор будет.

-Да запросто, было бы кого расколдовывать! Только я не ведьма, тут вы поторопились с выводами. Я знахарка, травница. Чаровать не умею. Травы, впрочем, тоже свою силу имеют. Хотя вы тоже должны это знать.

-Ты не болтай, а дело делай!

-Дело простое, сам мог бы догадаться. Кусака так хочется оставить в прежнем виде, но ничего не поделаешь. Ну-ка, расстегни штаны ещё раз. А вы все отвернитесь! Я что, должна профессиональные секреты выдать?

-А мы должны тебе верить? — проворчал Гоббур, но всё же честно отвернулся.

Вж-жик! Взмах мечом, и в ногах Кусака выросла копна жёсткой, как свиная щетина, шерсти. Воин удивлённо выпучил глаза. Я кивнула обалдевшему Гоббуру:

-Говорю же, чаровать не умею. Вы тоже хороши, могли бы догадаться подстричь. Насчёт длины — извини, не получишь. Женская солидарность. Ты мне тоже не нравишься. Эй, Чаша, а ты чего в углу жмёшься?

-Меч убери, — буркнул он.

-Не боись, не им тебя буду пользовать. Да и некогда, честно говоря. Вот! — я порылась в карманах и, нащупав случайно завалявшийся там чайный пакетик, торжественно предъявила пострадавшему. — Сам себя излечишь.

-Это что?

-Лекарственный сбор.

-Его что, пить надо? А если отрава?

-Буду я на тебя хорошую отраву тратить! Она знаешь сколько денег стоит? И не пить это надо, а мазать больное место. Завариваешь в горячей воде — вот этот пакетик на большую бутыль — и мажешь по чуть-чуть утром и вечером в течение двух недель.

-Так долго?

-А ты думал, всё так просто? Сглаз-то у тебя сильный, профессиональный. Ты же не прямо сейчас собираешься в деревню к невесте, верно? Да, и ещё кое-что. Средство это очень капризное, сразу его наносить нельзя.

-Что делать-то надо?

-Прежде чем мазать, ты должен в баню сходить. Ну, или в купальню, или на речку. Если грязный будешь — не поможет. И смотри, не увиливай, качественно мойся, от души. Всё понял?

-А без мытья никак?

-Никак, — сурово отрезала я, — говорю же, капризное средство. Не хочешь — не бери, потом хуже будет. Ну всё, каждый своё получил? Получил. Тогда и мы отчаливаем. Встретите ведьму в крепости — держитесь от неё подальше. Спросите у привратника, он вам как на духу расскажет, как она перед ним с неба спустилась. Вам самим охота драться с таким сильным врагом? Вот и я предпочитаю с ней дружить. Ну всё, до свидания.

В дверях нас нагнал Гоббур:

-Что ты ему дала? Только не ври, что лекарство.

-Ладно, не буду. Это совершенно безвредно. Почти как подкрашенная вода.

-Ну и отлично. Между нами говоря, ему давно уже надо было искупаться, да всё никак не мог ему сказать.

-Значит, драки не будет? И Астру оставите в покое?

-Оставим. Я же не самоубийца.

-Это вы к чему?

-Я узнал твой лук. Ты — воплощение...

-Пожалуйста, не надо продолжать. Спасибо за сочувствие, но не обессудь, если вы поторопились с опознанием. Счастливо оставаться. И всё же, Зейтт, где тут конюшни?

-Вон там. А ты куда-то собралась? — удивился дахрейец.

-Ага. Встречать гостей. Увидишь. Я постараюсь вернуться до вашего отъезда. И... поосторожнее с волосами!

С коротким северным проклятием Зейтт принялся отцеплять щетину от своих штанов. Я помахала ему рукой из-за угла и свернула в указанном направлении. Телефон в моём кармане призывно вибрировал. Надо было как можно скорее прислушаться к его вопиянию и показать Веронике, как же, на самом деле, можно из степи проехать к эльфам.

Астра подмигнула мне у ворот.

Vi. Предсказамус

Основательно...

Это — единственная правдивая реакция на Нику. Вернее, не на саму Нику, а на её обмундирование. Другого слова не подберёшь. Одна палатка чего стоит! Если в неё не влезут восемь человек, я схожу провериться к окулисту. Конечно, фляжки, котелки, сухой корм... нет, не для собак. Собаки это есть не станут, а вот любители пеших походов — за милую душу. Наш человек вообще всё ест и пьёт. Даже виски и даже в подворотне, но лучше водку и лучше на рабочем месте... Гм. Причём сухого корма столько, что хватит на целый взвод солдат. Одежда жуткого фасона, походный нож с миллионом лезвий. Посмотришь так на всю эту амуницию и решишь, что Ника вовсе не в поход собралась, а на северный полюс.

Встретились мы сравнительно быстро, я даже такого не ожидала. Зейтт пообещал меня прикрыть от праведного гнева мага-хранителя, а я быстренько выскользнула из крепости, мечтая только об одном: не попасться на глаза "очень злобным монголам". Перед отъездом я позвонила Нике и договорилась о месте встречи. Точнее, она должна была оставаться на месте и не высовываться, а я решила поиграть в "горячо-холодно". Как на дискотеке: "не волнуйся, милый мой, я сама тебя найду". Час поисков по лесостепи и — готово. Встреча века. Однако для искушённой специалистки по средневековью Ника выпорхнула из-за колючего куста чересчур быстро. Правда, это только моё мнение. Кто знает, как бы я сама поступила, если бы бродила четверо суток в окружении враждебно настроенных элементов.

-Рита! — кто бы подумал, что шептать можно так громко. — Я сначала не поверила. Что ты здесь делаешь, если не секрет?

-Спасаю свою шкуру и рассудок. Потом расскажу. Давай, лезь на лошадь. В темпе, в темпе!

-А что такое?

-Война началась.

-С кем?!

-А вот хотя бы с этими милыми узкоглазыми ребятами. Вообще всё так, как ты любишь... Эйна. Добро против зла, зло против добра, а моя хата с краю. Да ты будешь, в конце концов, лезть на лошадь?! -эй, это всё — твои вещи? Н-да, основательно, основательно. Так ты говоришь, вас было только двое?

-Скоро должны были подойти ещё шесть человек.

-Тогда понятно. Выбирай, что жалко бросать, я помогу.

Я слезла с Далилы и вместе с Никой мы приторочили оба рюкзачища к седлу. Далила недовольно всхрапнула. Ничего, милая, потерпи... это ненадолго. Наконец, сумки были закреплены, Ника устроилась позади меня на седле, и мы сразу же рванули оттуда прочь.

-Твой меч при тебе? — спросила я.

-Обижаешь. Конечно, да. Я едва ли не сплю с ним.

-Раньше я назвала бы это извращением, теперь же — приятным сюрпризом. Не расскажешь ли, каким образом ты оказалась здесь?

-Это какой-то страшный рок...

-Рок бывает только тяжёлым.

-Песец! Мы с сестрой поехали, ну, нас подвезли на товарняке. В степь. Решили устроить "игрушку", порубиться на мечах. Так я спрыгнула с товарняка чуть раньше, чем нужно было. Обернулась — а рельсов нет. Вообще ничего нет. А как увидела этих... муатийцев, мигом поняла, где я. Вот такая, в попу, история. А ты что? Что тут произошло?

-Тут? М-м... помнишь байку про Азгара?

-Да. Так он правда вернулся?

-Угу. Радуйтесь, дятлы: грядёт Большая Порка.

-Можно подумать, ты приехала сюда за мир бороться!

-Ты чего, лапуля? Разве ты не понимаешь, что борьба за мир — всё равно что секс за девственность?

-Якорь тебе в попу! Я пойду на войну. Буду рубить орков и защищать свободу эльфов!

-Да ты что? Хочешь постоять за других?

-Я готова.

-Тогда езжай в автобусе. И, пожалуйста, без лишнего героизма. Героями не рождаются, ими умирают. И вот это — сермяжная правда. Впрочем, пусть Фрекатта решает, куда тебя можно отпустить.

-Трусишь?

-Нет, адекватно оцениваю ситуацию. И, поверь мне, на такое лучше смотреть с закрытыми глазами.

-Ты что имеешь в виду?

-А ты высунься и глянь вперёд.

Ника послушно наклонилась вбок, чтобы увидеть то, что происходило впереди. Наклонилась и застыла. Я её понимаю: зрелище не для детского утренника. Навстречу нам двигался смешанный отрядец врага численностью в тридцать или тридцать пять рыл. Среди них были два орка, семеро греллов, остальные представляли собой местную диаспору. То, что они нас заметили, сомнений не вызывало, так же, как и происхождение крови на руках и лицах греллов и людей. Как ни странно, орки выглядели самыми приличными из всей честной компании. Наверное, успели умыться в ручье.

-Они нас видят?

-Так же, как и мы — их.

-Пипец...

-А кто-то не так давно горел желанием сложить буйну головушку за свободу Обитаемых Земель... Ладно, ладно, успокойся. И убери свою железяку. Помнишь институтский курс политологии? Самый оптимальный метод устранения разногласий — переговоры.

-Лично я с орками договариваться не буду!

-Это ещё почему?

-Потому что они Тёмные.

-А нам всё равно! Если же тебе так противно, отвернись и подумай о чём-нибудь хорошем.

-Где тут думать?!

-Ну, это как получится. Один думает о хорошем, другой — о себе, хорошем. Стой, красавица! Тпру-у! Эх, ну жизнь! Страдаешь фигнёй и никак не удосужишься научиться ездить верхом по всем правилам. Как же ей управлять? А, вспомнила.

Ника позади меня повертела пальцем у виска и нечаянно (не хочется думать, что намеренно) толкнула локтем в спину. Чем, интересно, вызвана такая ненависть к представителям иных рас? Только из-за "цвета" или же есть иные, глубинные причины? Ладно, не буду ломать голову, а то мысли уйдут пёс знает куда. Ника схватилась за меч, и на этот раз мне самой пришлось бить её локтем. Метила-то в бок, а попала в нос. Да. Да-а... А с виду такая воспитанная девушка!

-Я не буду с ними говорить, — упрямо повторила она.

-И не надо. Я и сама поддержу светскую беседу.

-Зачем?!

-Ох, старые мои кости... не служить тебе в разведке. Жаль, не успела тебя связать! А, впрочем, и так сойдёт.

-Ты что имеешь в виду?

-Что имею, то и... да ты ругайся, ругайся! Вот и они, наши лучшие друзья. Сделай-ка умное и злобное личико. Ну-ка, сколько надо дрожжей на полтора килограмма сахара? Эй, вы, чего вылупились?!

Весёлая компания окружила нас с таким радостным видом, что невольно в голову приходила ассоциация с детским новогодним хороводом. Из-за этого я пересмотрела своё мнение по поводу кровавых разводов. Нет, орки не успели умыться, им просто мяса не досталось. Вот они и радуются: рассчитывают за наш с Никой счёт пополнить так нужные им запасы протеинов и минеральных веществ. Да, почему я раньше не думала об этом?

-Что вы здесь делаете? — прошипел один из орков.

Как всегда, чудовищный акцент, почти как у тружеников центральных рынков. Может, сводить их к логопеду? Но это как-нибудь в другой раз.

-Катаемся, — хмуро ответила я.

-Ты что, эльф?

-Будь я эльфом, ты бы сейчас тут не стоял.

-А она?

-А твоё какое дело, рожа рогатая? Не воняй!

Орк громко выругался на своём языке, а люди и греллы так же громко заржали. Любопытно, неужели и в этом случае мы имеем дело с банальной расовой ненавистью? Это хорошо. Теперь, что бы орки не сказали в мой адрес, их не послушают, посчитают тупой местью. У нас в классе, лет до тринадцати, такое работало на ура. Не знаю, как там насчёт степняков, а у греллов интеллект просто не может быть выше, чем у среднего восьмиклассника. Хотя насчёт некоторых восьмиклассников я не вполне уверена — так же, как и старичок Эйнштейн не был до конца уверен в том, что Вселенная — одна из двух бесконечных вещей, наряду с глупостью. Кстати, насчёт глупости он был уверен на все сто. А, значит, у меня до сих пор шансы неплохие.