Василиска 10

— Моя задача заключается в наблюдении, чтобы, когда вы будете предъявлять счёт её отцу, за своё гостеприимство, он соответствовал нанесённому ею ущербу, — удивил управляющего холёный оборотень. Самоуверенный. Дерзкий.

— Услышал я тебя, но предъявлять я белому лорду ничего не собираюсь, и можешь остаться со своей хозяйкой, но если проблем от тебя не будет, — смерил он его помятый вид, и потрёпанный своей хвостатой стражи. — А вы что здесь оба? — Обратился он к серым каменным нагам, переминающихся у входа в его кабинет.

— Сир?.. — замялась стража. — Девушка переговорную комнаты разгромила...

У-у-у... 'девушка', кажется, не до всех дошло, что она змейка. Выполз Каменный из-за стола. Сначала медленно так. А потом как рванул. Только хвост его в коридоре мелькнул.

— Вот это видишь — вытянула Лиска руку с зажатым кулаком в сторону заложившего её змеехвостого. — Лучше сам ударься. Вас на посту не было. И вы не видели, как я переговорный артефакт разбила.

В коридоре, по стойке смирно, стояли пять чернохвостых и один серохвостый змеелюды из местной стражи. Отдувались перед управляющим всего двое. Когда Шип вернулся в свой кабинет, они буквально не дышали, желая слиться со стеной. Уж больно яростно Каменный на подчинённых смотрел.

— Я оставляю тебе предложение, через три часа ещё раз спрошу, — развернулась Лиска и вышла из кабинета. Энергетика в кабинете стала так себе. Давящая.

Шип ничего не сказал, проводил белянка суровым взглядом. Ведь только её присутствие его сдерживало.

— Если согласишься на её предложение, она починит его, — проговорил оборотень, выходя за своей маленькой госпожой.

Починит? Прикрыл Каменный глаза, чтобы успокоить возникшую ярость. Никто не смеет ему указывать, что делать. В кабинет заглянул помощник. Ни вовремя.

— Позвать всех магов ко мне, — прошипел управляющий. Для начала он выслушает мнения других его подчинённых, некоторые из них неплохо разбираются в имеющихся станках. Может, что и по поводу переговорного артефакта скажут? Может, удастся его своими силами починить?

Глава 23

обновление 23.04

Два часа Лиска работала в кузнеце отца Цветы. Ну, как работала? Руководила действиями своего оборотня, с улыбкой наблюдая, как он позирует голым торсом и играет мышцами перед рыжеволосыми красавицами. У-у-у... как это чернохвостых стражей нервировало. Кое-что белянка заказала гномам. Каменный стол, вместо тяжёлой трибуны. Но это так. Мелочь. Ей ничего не стоило сделать артефакт менее тяжёлым. А для этого требовались заготовки как для переговорного артефакта, так и для будущей портальной арки. Мост нужен? Здесь ей так понравилось, что она и без подсказок сама бы завела с управляющим разговор на эту тему. Но это она оставила на 'закуску'. Если он ей ещё раз откажет. А что? Он подпишет договор о сотрудничестве с соколиной академией, это лучше, чем похищать и заставлять магов работать в Темногорье. Честно и безопасно. У него есть право самостоятельного решения таких вопросов: кого принять на работу, кто в Темногорье и чем будет заниматься.

Единственное, Шип не имеет право продавать добытое самостоятельно. Даже проживающие здесь гномы в первую очередь эльфами предлагали производимое ими, а уж потом торговли с другими. Ближайший город каменных нагов расположен в неделе пешего пути по извилистой лесной дороге. А через них уже велась торговля с подземным городом.

— Лиска, пошли поедим?.. — предложила Цвета беременной девушке отдохнуть. Белянка не стала возражать. А Серж с ней не пошёл, решил Каменного управляющего навестить. Поговорить один на один.

Шесть сопровождающих их стража разделились. Трое пошли с Лиской, трое с Сержем.

— Можно?.. — остановился оборотень на пороге разгромленного Лиской помещения. Недовольный управляющий стоял у стены, опираясь на древко копья, пока его учёные маги пытались разобраться с причинённым ущербом. Лента языка словно выстрелила между тонких губ, указывая на крайнюю степень раздражительности. — Я надеялся, что ты уже остыл. Ну, ладно, выйдем, поговорим.

Шип шикнул на стражу, и они отстали. А сам с оборотнем прошёл вглубь тоннеля, где находилось углубление, где стража отдыхала. Своеобразная каменная лавка.

Вполз, поставил копьё у стены, свернув хвост в кольца, сел. Садиться рядом с раздражённым змеелюдом Серж не стал, опустился на корточки, подперев стену напротив.

— Мне хотелось бы знать, что тебе успели рассказаль о ней, что ты так категорично против неё нестроен, — спросил оборотень, но ответ не ждал. Видел, что откровенничать он не хочет. — Лиска, конечно, не подарочек, но если её не обижать, намеренно она никому не навредит. 'Ни подарочек? Подарочек! Но не его'. Поджал Каменный губы.

— Ничего мне о ней не рассказали, кроме того, что леди ди Фён является дочерью змеиного белого лорда. Ни к какому она гнезду принадлежит, ни к какому царству...

— Ну, да! — сделал Серж вид, что поверил ему. Хотя, информация о новом царстве могла и не дойти. — Драконий камень не так давно признал Соколиное царство, и вот она — Её Светлость Василиска леди ди Фён, принцесса Солнечного и Зелёного города, является Хозяйкой своего гнезда. Отец у неё управляет на её земле.

— Я и не сомневался, что вокруг неё всё крутится, лишь бы ни в чём не нуждалась, — не сдержался Каменный.

— Всё с точностью наоборот, — потёр оборотень лицо. — Вам надо побывать в Акарне Утренней империи, тогда поймёте, о чём я говорю. Вы же слышали о лорде Соколе? Так вот, это её родной дед. Все-то думали, что он пропал, а он женился. То, над чем работал её дед, Лиска считает устаревшими технологиями. Но она очень молоденькая девушка. И в этом проблема, что никто не воспринимает её мастером-артефактором. А она лучший мастер во всём Лиране. Это я вам могу сказать, поклявшись на своей шкуре. Разреши ей отремонтировать переговорный артефакт. Ей это ничего стоить не будет. Она их с закрытыми глазами собирает. Так ты двух зверей в одни силки поймаешь. Пока она будет занята, у тебя в Темногорье будет спокойно. И согласившись на её предложения, добавишь себе положительные качества в её глазах.

— Она беременна!.. — шикнул Каменный наг, напомнив оборотню, что какой он будет самец с положительными качествами, если позволит тяжёлой самке работать. — Да меня отец её детей размажет...

— Ни размажет, отец Лискин только так справляется с ней, а с отцом её детей... там магический договор об их браке был заключён задолго до рождения Лиски, — немного раскрыл оборотень особенности чужой жизни. — Она при мне писала ему о беременности, а он даже не ответил ей. И после того, как потребовал её, больше не приходил. Она к нему даже как-то съездила, шесть часов простояла у портальной арки в Зелёном городе, но он не пришёл, никого не прислал и не пригласил её. Так что, думаю, ему глубоко наплевать на неё и на своих детей.

Змеиный хвост метнулся к нему ржавой трубой, крепко спеленавший оборотня.

— Да как ты смеешь наговаривать, для нагов дети благо, мы не отказываемся... — прошипел змей в лицо сгруппировавшегося оборотня. Напрягаться Каменному не требовалась, чтобы выдавить из хищника воздух.

— Не говори про всех, — сдавленно прорычал Серж. — Можешь узнать у Лиски сам, как у неё приёмная дочка появилась. В каком лесу новорожденную змейку подобрала.

Зашипел наг, швырнул оборотня в тоннель. Тот перекувыркнулся, как кошак, мягко приземлился на каменный пол. Заметался змеехвостый по маленькому помещению. Думая, куда катится мир. Или это гладкокожие наги совсем обнаглели. Не верить оборотню у Шипа не было причины.

— Ладно, я разрешу ей заняться ремонтом переговорного артефакта, — согласился Каменный, но...

— Сначала подпиши написанное ею соглашение, — напомнил оборотень о бумажке. Да, бумажке! Назвать документом тот лист, который Лиска ему давала, язык не поворачивался. Нервно вылетела его раздвоенная лента, разомкнув губы.

— Хорошо! — сдался Шип, метнулся в сторону своего кабинета. — Сейчас отправлю за ней.

— Не надо за ней посылать, сейчас ей скажу, чтобы шла к твоему рабочему кабинету, — вытянул Серж руку и тронул один из браслетов. — Лисочка, подойди, пожалуйста, к кабинету управляющего...

Из браслета послышался девичий визг... А оборотень специально покрутил рукой перед собой, показывая лёгкий переговорный артефакт.

— Откуда?.. — прошипел Каменный наг, удивлённо уставившись на совершенно не примечательный браслет.

— Ты меня не слушал, когда я тебе говорил, что Лиска лучший мастер-артефактор во всём Лиране, — хмыкнул оборотень, расправив широкие плечи.

Через полчаса Шип смотрел на буквально вбежавшую к нему в кабинет девушку оценивающим взглядом. Молоденькая! Любопытная! Дерзкая! Два дня он места себе не находил, не зная, что думать, куда она исчезла. Хотел уже хвостатую стражу на лоскутки пустить, потому что не могла змейка просто так исчезнуть из закрытых апартаментов. Думал, — не уберёг. Винил себя...

Белянка прошла к высокому столу, положила не столешницу руки, и на сцепленные пальцы опустила подбородок. И улыбка... ему. Изуродованному каменному нагу. Если бы не знал он, что ниже скрывается животик, то решил бы, что перед ним ребёнок. А ведь они в тридцать лет выглядят так, как люди в свои пятнадцать. Разный, разный у них период взросления. Только он не мог понять, почему она до сих пор так плохо управляет хвостом.

— Подпишу, — прошипел ей рыжий управляющий. — Но ты мне скажешь имя того, кто в твоей поддержке находился?

Улыбка сошла с девичьего лица. В поддержку родители выбирают одного хвостатого парня, когда змейка достигает первое совершеннолетие. Это где-то в пятнадцать-шестнадцать местных лет. (По земному более двадцати одного должно быть). Десять-пятнадцать лет, поддерживающий юную змейку самец всегда находится рядом с ней в гнезде её родителей. Он помогает ей передвигаться, управляться хвостом. Делает массаж. И... Зачастую он и становится её первым мужем и отцом ребёнка.

Выбирают? Зачастую, кто больше заплатит, тот и входит в гнездо. Так как брак без разрешения родителей допускается только при достижении второго совершеннолетия. Тогда, когда самка достигает репродуктивного возраста.

— У меня не было и нет поддерживающего самца, — призналась Лиска. Хотела сначала спросить, с какой целью он интересуется. Но... — Дай, я ответила. — Нетерпеливо постучала она острыми коготочками по столешнице. Лист лежал далеко. При всём желании дотянуться до него не могла. — Шип...

Змеелюд прикрыл глаза, чтобы привести мысли и чувства в порядок. Белянка говорила правду. Он чувствовал её ментальные вибрации, её запах... Нетерпение, предвкушение, радость.

— Я переписал соглашение в двух экземплярах, — подал наг Лиске листы. Белянка их подхватила, перечитала. Добавил он, конечно, кое-что своё. И про нарушение соглашения. И про возмещение ущерба. И про возможность наказания. Не телесного. Отработка, где он скажет.

Лиска дописала, что если будет нанесён вред, она будет возмещать ущерб, или финансово, или работой.

Шип прочитал. Такое его устроило. Хотел бы он посмотреть, как Лиска будет у него работать. Воображение куда-то не туда унесло его мысли. Если бы не его золотистая кожа, белянка увидела бы, как окрасились длинные кончики его ушей, почти таких же, как и у эльфов.

А вот чего не ожидал Шип, что после того, как они с Лиской подпишут соглашение, она поставит на них печати своего родового кольца и заламинирует магией. А вот это уже не шутки.

— На закате жду в переговорном помещении, — одарила Лиска змеехвостого управляющего улыбкой и практически вприпрыжку скрылась в коридоре.

Шип поднялся и, облокотившись на стену, некоторое время смотрел ей вслед. Почувствовал, как дрогнул пол. Где-то в карьере взялись за обработку нового каменного пласта. А казалось, что и этот день будет таким же, как и предыдущие.

Глава 24

25.04

На закате? Нет! Не выдержал Шип и пришёл к переговорному помещению через час. А до этого, он место себе не находил. Нервно елозил хвостом по всему Темногорью.

По тоннелю к артефакту передвигался он, как шпион, стараясь не издавать лишнего шума. По дороге встретились ему гномы, что везли на тележках тяжёлые каменные осколки от переговорного артефакта. Переговаривались они между собой, обсуждая какой камень лучше использовать? Камни-то зачем? Не понимал Каменный, что Лиска устроила. Ремонт? Они, вроде, договаривались, что она только артефакт починит. У самого помещения образовалось какое-то столпотворение. На импровизированном столе был разложен в разобранном виде дорогущий переговорный артефакт. На краю стола сидела Лиска и вела беседу с заинтересованными магами, показывая и рассказывая принцип работы находящихся перед ними лома. Но кроме девушки с магами тут и наги их окружили, и гномы. Работали в основном гномы и оборотень. Заглянув в помещение, Шип увидел, как тот прорубает в полу углубление. И выглядела переговорная ещё хуже, чем час назад. Ш-ш-ш...

— У нас в прошлом веке первая вычислительная машина занимала целую комнату, а сейчас в одни наручные часы может столько функций поместиться... — рассказывала Лиска, что громоздкость приборов, это не показатель качества.

Шип бы тоже послушал про качество, и про то, как где-то есть более удобные в использовании предметы жизни, а до них они не доходят. Подумал, что ему в Темногорье пригодились бы такие переговорные браслеты, как у оборотня с девушкой. И многое бы стало проще. А то, как что, 'бегает' он по всем разработкам, а к вечеру ползком передвигается от усталости.

Постоял Каменный в сторонке, понаблюдал за слаженной работой, посмотрел на то, что Лиска не сильно себя утруждает. А говорила, что работать будет. Вот он и переживал. А так ладно. Он согласен, если она и дальше будет так работать. Даже готов отдать ей под разгром ещё какое-нибудь помещение, лишь бы занята была. Лишь бы у него на глазах была. Шикнул страже. Чернохвостый подошёл.

— Докладывать каждые три часа, что она делает, — приказал управляющий.

А через три часа стража доложила ему, что змейка ушла к Доре, пообедала и спать легла. Обеденный перерыв у неё. Устала!

Такой доклад его порадовал. Что и следовало ожидать. Гномы, конечно, комнату отремонтируют. Но артефакт жалко. Посмотрел, когда ближайший караван сможет отправить на большую землю. Надо заказать новый переговорный артефакт. И что раньше об этом не подумал? Хотя, что думать? Но пальцам одной руки он мог пересчитать тех, с кем бы мог поддержать связь.

Маму жалко. Она постоянно пишет, переживает за него. Караван, что ходит через город каменных нагов, каждый раз привозит ему весточки из дома. И он уже настолько привык к её письмам, что не представляет, как может быть по-другому. А у неё один муж каменный, а один из гладкокожих нагов. И обоим она родила по сыну. Близкое окружение даже посмеивалось, что она никого из своих мужчин не обидела. И живут они дружно. Шип мечтал, чтобы и в его семье было так. Но... это всего лишь мечты. Первая же попытка понравиться женщине оказалась неудачной. И цветом он не вышел, и с каменными наростами у него перебор. Да и вообще... кто он такой? Но подарки принимала, позволяла себя одаривать.