Ангелы летают не только в небе

Вдобавок издалека раздались шаги. Торопливая поступь, усиленная эхом, казалась могучим топотом стаи чудищ, несущихся разорвать бедолагу-лётчика на мелкие кусочки и тут же пожрать. Рокфор втянул голову в плечи. Куда бежать?

Проём входа закрыла тёмная фигура, тень которой вытянулась чуть ли не на пол зала.

В следующую секунду Рокфор перемахнул перила балюстрады, опоясывавшей зал. Он и сам не мог объяснить, как без разбега сумел взять такую высотищу. Но душа пела и торжествовала. Почему-то ему твёрдо верилось, что чудища на такое свершение не способны. Тем не менее, хитрый мыш пригнулся и спрятался за толстыми столбиками перил, дабы не раздражать чудовищ своим присутствием.

Тень не стояла на месте, она клонилась в сторону, словно стрелка часов. Рокки следил за её передвижением с интересом и ужасом одновременно. Уж маленькой она не казалась. Но если размеры тени, действительно, столь впечатляющи, что стоит её хозяину запрыгнуть на балюстраду? Интерес всё больше сменялся тоскливой уверенностью, что чудовище не упустит выслеживаемую добычу.

Шаги звучали метрономом в такт неслышимой музыки смерти, готовящейся плясать свой ужасный танец приветствия тому, кто вынужден стать её подданным. Рокки уже подумал, что сама старуха с косой лично явилась за ним. Он не хотел встречи. Он вжался в пол как можно плотнее. И, тем не менее, что-то подвигало его взглянуть на костлявую старуху хоть одним глазом. Дрожащее любопытство прижало Рокфора к просвету перил. Смерть вот-вот могла оказаться в зоне видимости. Ещё секунда, и Рокфор увидит, как матово сияет её голый череп.

Но вот чего Рокфор уж точно не ожидал, так это то, что голову смерти будет венчать лётчицкий шлем.

"Может, это... за лётчиками приходит своя смерть?" — мысль не казалась дурацкой. В конце концов, кто такой Рокфор, чтобы указывать смерти, в каком костюме та должна перед ним появиться. Любопытство заставило взгляд опуститься ниже, и тот тут же упёрся в усы. Конечно, смерть могла явиться за Рокфором в любом виде, но принимать облик командира экипажа — сущее издевательство.

— Эй, Рокфор, — позвала смерть под столь знакомой личиной.

Рокки прикусил язык, чтобы ни единым звуком не выдать своего местоположения. Зов смерти остался безответным.

— Напарник! — не унималась смерть.

Такого Рокфор уже не стерпел. Никто не имел права звать его так, даже сама смерть. Страх сменился раздражением, а потом гневом. И мыш вскочил на ноги, намереваясь спрыгнуть вниз и надрать уши смерти, если те у неё окажутся в наличии.

— Интересно, — смерть упёрла руки в бока. — Как тебе удалось туда запрыгнуть?

И тут страх окончательно покинул Рокфора. Какая смерть? Где? И как только он мог счесть своего командира столь мрачной фигурой. Опозорился, нечего сказать.

— Да я вот, — растеряно выдавил Рокки, — разведать обстановку.

— Ну, разведал? — поинтересовался Гиго. — Докладывай.

— В наличии имеются перила, опирающиеся на столбики в количестве сто девяносто два экземпляра, — бодро отрапортовал Рокфор, на глазок прикинув число столбиков, — а также две двери и одна арка. Местность за ней разглядеть не представляется возможным по причине отсутствия источника освещения.

— Разведаем позже, — кивнул Гиго и, заметив, что Рокфор полез на перила, поспешно добавил. — Нет-нет, оставайся пока там. Я здесь один эксперимент хочу провести.

— Придумал, как достать кристалл? — восхитился Рокки.

— А то! — не без гордости усмехнулся командир. — Какие у нас есть исходные условия?

— Витрина с лазерной защитой по периметру.

— Всё?

— Всё, — кивнул Рокфор.

— Нет, не всё, — мотнул головой Гиго, — ещё у нас в запасе имеется маленькая секунда, когда периметр пройден, а защита ещё не включилась.

— Но ни ты, ни я не обладаем такой скоростью, чтобы успеть выхватить кристалл с витрины, — остудил Рокфор запал командира.

— Ни ты, ни я, это верно подмечено, — не стал спорить Гиго. — Но я привлёк на нашу сторону мощь сжатого воздуха.

И он предъявил ручной насос.

— Чего-то не просекаю, — растеряно расписался Рокфор в несообразительности.

— Мне и самому эта мысль не сразу в голову пришла, — подбодрил его Гиго. — Тем не менее, всё просто. Гляди сам.

Лётчик заткнул шланг насоса обломком сухой ветки, направил шланг на витрину, прицелился и качнул воздух. Сначала шланг раздулся пузырём, и вдруг ветка исчезла. Только просвистело что-то тонко и жалобно. Зал осветился голубыми лучами лазерной защиты. Но даже с балюстрады было видно, что они теперь стерегут пустую витрину. Точное попадание выбило желанный кристалл из защитной зоны.

Уверовав, что опасность исчезла, защита отключилась. Резкая смена света тьмой заставила глаза Рокфора ослепнуть. Когда зрение пришло в норму, мыш разглядел, как его напарник крутит кристалл из мутного стекла в руках.

— Что за чёрт! — изумлённо воскликнул командир. — Кристалл-то треснул. С настоящим такое не должно случаться. Даже хуже, — и лётчик развёл руки, каждая из которых сжимала по осколку. — Сдаётся мне, брат Рокфор, что мы словили фальшивку.

От расстройства Рокки онемел. Столько трудов, столько блестящих идей, и всё насмарку.

— Надо пошарить по зданию, — Гиго отшвырнул бесполезные куски стекла. — Хорошо, что ты уже наверху. Верёвка есть? Отлично! Кидай сюда конец и держи крепче.

Рокфор без слов вытянул из кармана верёвку и помог командиру взобраться на балюстраду.

— Н-да, высотень, — поразился Гиго, перегнувшись через перила. — Как тебе-то удалось сюда взобраться?

В ответ Рокфор лишь сдавлено замычал. В мычании чувствовалась вся горечь от того, что экспедиция, несмотря на все старания, никак не могла прийти к счастливому финалу.

Гиго понимающе кивнул и двинулся к арке. Рокфор беспрекословно последовал за ним. Слова уже возвращались, но мыш решил их понапрасну не тратить.

* * *

Когда до арки осталось пять шагов, над ней вспыхнула яркая надпись "ЗАНЗИ-БАР".

— Это ещё что за чудеса? — оторопел Рокки.

— Бар какого-то Занзи, — пояснил Гиго. — Тут на окраинах весьма причудливые диалекты. Прямую-то речь не всегда поймёшь, а уж имена и вовсе заковыристые.

— Не верю, что этот Занзи дожидался нашего появления, — хмыкнул Рокфор.

— Это автоматический бар, — предположил Гиго. — Без посетителей он находится в законсервированном режиме. Зато, когда клиент на подходе, мигом оживает. Вот как сейчас.

— А если бы мы мимо прошли?

— Пройдёшь тут, — вздохнул командир экипажа. — Дорога-то одна!

Они миновали арку и оказались в небольшом зальчике. Стены тотчас засветились розовато-голубыми переливами приглушённого света.

— А тут приятственно, — и Гиго с хрустом потянулся.

Уютная обстановка усыпляла.

Оголодавшему Рокфору было совсем не до сна. Скрежеща зубами, он исследовал внутренности стойки бара. Изыскания его не порадовали. Приятные на вид булочки имели твёрдость гранита. Пакеты сока скукожились и сморщились; открыть их Рокки не рискнул. Зубами выдернув пробку из пыльной бутылки, лётчик определил, что хранимая там жидкость никуда не делась. Но испускаемые ею пары предвещали повышенную крепость напитка, чего лётчик себе позволить не мог. Но вот, наконец, в самом углу закутка он наткнулся на штабель округлых пакетов, затянутых серебристой фольгой. С двух углов свисали смешные полосатые верёвочки, края которых одели в прозрачные капельки пластмассы.

"Сырный пирог, — прочёл Рокфор, и нос его задрожал, чуя не запах, но величие первого слова, — Срок хранения не ограничен. При повреждении вакуумной упаковки употребить в течение 24-х часов. Способ приготовления: потянуть шнуры запуска в разные стороны, дождаться активации механизма повышения температуры и увеличения объёма продукции. После предупредительного сигнала вскрыть упаковку и есть пирог".

— Не так уж и сложно, — буркнул Рокфор и немедленно потянул шнуры в разные стороны.

Сначала раздался негромкий хлопок. Затем Рокфор ощутил, как нагревается обёртка, из-под которой доносилось шипение и шкворчание. Минуты через полторы пакет начал удивительным образом расти. Теперь его сложно было бы запихнуть и на вместительную сковородку. Затем что-то пронзительно свистнуло, и наступила тишина. Дрожащими руками, мыш надорвал фольгу, выпустив нескончаемые волны восхитительного сырного аромата. Глаза тут же заслезились от счастья, а с усами начало твориться невообразимое. С лёгким шуршанием обёртка спланировала на пол. Но Рокки шуршания уже не услышал.

Он не слышал ничего. И ничего не видел. Он только чувствовал, как забивает себе в глотку тёплую, невыносимо аппетитную массу, состоящую из тонких слоёв различных сортов сыра и необычайно свежего, поджаристого теста.

Когда способность видеть вернулась к лётчику, рядом с собой он обнаружил командира, недовольно покачивающего головой. Сознание Рокфора мигом вытолкнуло на поверхность старинный гимн лётчиков, причём именно те строчки, где ведущий и ведомый делили на двоих последнюю горбушку. Тут же проснулась совесть, которая с мстительной ухмылкой принялась натягивать ежовые рукавицы. Но тут пришло спасительное облегчение. Пакет, скрывавший настоящее сокровище (в отличие от эфемерного "Восьмого цвета радуги"), был не единственным.

— Здесь много, — блаженно пролепетал Рокфор. — На всех хватит.

Он мигом подхватил другой пакет с манящей надписью на боку и рванул за шнурки так резко, что те оторвались. Кувыркнувшись в воздухе, пакет рухнул в мелкую выемку у стены.

— Сейчас, сейчас, — Рокфор рухнул на колени и зашарил в тёмном углублении. Пакет не нащупывался. Более того, не нащупывалась и задняя стенка выемки. Таинственная дыра уводила в неизвестность. Рокфор с радостью просунул бы туда голову, но в столь узкую щель вряд ли вошла бы и нога.

— Ничего не понимаю, — пыхтел Рокфор, проталкивая руку всё дальше в надежде ухватить сбежавший пирог.

Но нет! Гладкой фольги пальцы не ощущали. Лишь холодные камни да пустоту.

И тут указательный палец скользнул по чему-то гладкому. Нет, это была не фольга. Пальцем прощупывалась пластмасса. И этим же пальцем она легко надавилась. И что-то больно ударило Рокфора по голове, а потом властно потащило назад.

* * *

Сначала во тьме роились весёлые хороводы поющих звёздочек. Потом пошёл дождь. Глаза Рокфора с трудом разомкнулись. Небо становилось то голубым, то розовым, но оставалось удивительно близким. И вдруг его заслонила голова Гиго. Глаза командира смотрели с тревогой.

Кряхтя Рокфор сел, ощупывая набухавшую посреди лба здоровенную шишку.

— Кто это меня приложил? — недовольно спросил он, с подозрением поглядывая в сторону напарника.

— Потайная дверь, — палец командира указал на тёмный проём среди розово-голубой безмятежности. — Умудрившись её открыть, ты получил весьма примечательную награду.

— Ладно об этом, — Рокфор потёр внеплановое украшение. — Лучше взглянем, куда это мы получили столь неожиданное приглашение.

Теперь под ногами прощупывались ступеньки из пыльного камня. Здесь было сухо, тесно и темно. Но Гиго, шагавший впереди уже вытащил фонарь — дочуркин подарок. Извилистая лесенка привела их в круглый зал, украшенный мрачными колоннами. Посреди зала красовалась витрина. В её утробе виднелся кристалл. Гиго направил луч фонаря на таинственную находку. Кристалл озарился изнутри и выпустил яркие лучи. Потолок, оказавшийся на их пути, украсился разноцветными пятнами, словно где-то рядом зажгли гирлянду. Все вместе лучи составляли радугу. Только не классических цветов, а более мягких. Вместо фиолетового глаз радовал сиреневый. Вместо синего расплескалась лазурь. Голубой казался пушистым, а в зелени рядом с ним сквозила нежность ласковой морской волны. Жёлтый пронизывали не литые оттенки золота, а лимонное сияние. Оранжевый не колол глаз, а манил апельсиновыми отблесками. Не было злющих багрово-красных тонов. Алый кусочек зари стоял последним в шеренге цветов колдовской радуги.

Впрочем, последним ли?

За ним к потолку взмывал ещё один луч.

— Какого он цвета? — толкнул локтем в бок Гиго напарника.

— Не знаю! — оторопел Рокфор.

Он и в самом деле не знал. Да и не только он. Никто из ныне живущих ещё не видел такого цвета, поэтому и не мог дать ему подходящее имя. В одном лишь уверились и Рокфор, и Гиго — похожих на этот оттенок не сыскать. Лишь переход, граница между ним и алым, давал представление об их отдалённом родстве. Но оно было куда более глубоким, чем скажем между голубым и синим.

Фонарь выключился под нервным движением пальца Гиго. Но радуга осталась. Таинственно мерцал кристалл, и дрожали на потолке разноцветные пятна.

Учитывая опыт прежних проб и ошибок, Гиго огляделся в поисках пожарного багра. Бесполезно. Потайной зал, видимо охраняли мистические силы, а не противопожарные средства. Подхватив с пола обрывок пыльной ткани, Гиго ловко махнул им над витриной. Мистические силы, судя по всему, заменяли и лазерную сигнализацию.

Тогда он решительно сомкнул пальцы на кристалле, пригасив сияние волшебной радуги.

Глава семнадцатая

Ущелье танцующих молний

Луч света от самолёта чертил им прямую дорожку.

— Видать, и от проклятий бывает толк, — хвастливо заявил Рокфор. — Если бы не пирог, не видать бы нам потайного пути.

Гиго не спорил. Он вертел в руках кристалл и о чём-то напряжённо размышлял. Рокки решил использовать наступившую паузу по полной программе. Честно говоря, он не спешил покидать это место. И причина плавала на поверхности. За стойкой "Занзи-Бара" оставалось ещё порядочно вакуумно упакованных пирогов. И душа Рокки не могла позволить ему улететь, не прихватив столь значительного достояния.

Фонарь в руках Гиго снова зажёгся. И снова ожила радуга. Запрыгали лучи, разбросав по высокому своду грота свои яркие следы. И среди них тот, таинственный — восьмой.

— Не кажется ли тебе, что сейчас он светит иначе? — удивился Гиго.

— Угу, — поддакнул Рокфор.

Он даже не глядел на луч. Голова на автомате разворачивалась к покинутой ратуше. Ведь именно там теперь ждала Рокфора его мечта.

— Пожалуй, прежде чем расставаться с такой красотой, я поэкспериментирую, — решился Гиго и принялся освещать кристалл под разными углами.

Лётчику казалось, что вот-вот он сумеет окрасить восьмой луч в более-менее знакомый оттенок. Согласиться или возразить ему было некому. Рокки уже пыхтел, взбираясь по верёвке на балюстраду. Он знал, что заберёт с собой сырные пироги. Все до единого. Иначе его душа никогда не обретёт спокойствие, и до конца жизни ему, как богачам слитки золота, будут сниться пакеты, обёрнутые серебряной фольгой.

* * *

Последний пирог он решил не увозить с собой, а потребить внутрь у самолёта. Прощальный ужин, так сказать.

— Пошли, — тронул Гиго локоть Рокфора, дождавшись, когда от пирога останутся одни воспоминания, — пора возвращаться.

— Значит, летим к зубастику? — спросил Рокфор.

В ответе он не сомневался.

— Туда, — подтвердил его догадку Гиго. — Не могу сказать чем, но молнии вызывают у меня отторжение. Не поверишь, до сего дня ничуточки их не боялся. А сейчас вот... Мистика какая-то.