— Вот ещё! Сам справишься, — и посерьёзнела. — Я ищу Грефа, и не могу терять времени. Поторопись и ты, дай сигнал по... — взмах палочкой, — этой вот нити. Как только дашь, я устрою тут филиал Ада. Поторопись. Если что — зови.
— Потом нам многое стоит обсудить, — заметил Альбус, снося защиту очередной двери. — Будь осторожна.
— Ты тоже, — кивнула Атика, исчезала в раскрывающемся прямом портале.
— Показушница, — облегчённо выдохнул директор. Учитель жива, весьма деятельна, и всё-таки жаль, что он не умеет с такой же небрежной лёгкостью открывать прямые порталы.
Идти оставалось много, поэтому Дамблдор решил схитрить. Да, здание пропитано защитной магией, подобно Хогвартсу. Только эта магия была в тысячи раз слабее, посему старый чародей мощным ударным "депримо" пробил пол, послал "эл-ступефай" и слевитировал на этаж вниз. Перекрыть дыру мощным "протего" с иллюзией пола, повторить с "депримо" и далее пять... шесть... семь циклов. Восемь дыр, на восемь этажей вниз — кажется, он был где-то в подземельях.
Сориентировавшись чарами познания, директор выбил парочку дверей, оглушил излишне агрессивную стражу и очутился в длинном коридоре без дверей, заканчивающимся тупиком. В стенах было множество углублений, напоминающих дверные проёмы, однако вместо дверей — камень, пронизанный средними по силе защитными чарами, достаточными, чтобы уберечь от беспалочковой волшебства сильного мага, например, Минервы. А вот Гарри такая защита бы не удержала, правда, ему бы пришлось применять что-то мощное, вроде "делерета" или "велло", и защитный комплекс с немалой вероятностью сдетонирует — было видно, что такой эффект точно рассчитан создателями тюрьмы. Метод защиты от слишком сильных пленников?
Альбус нашёл питающий защиту канал и перерубил его "велло", затем вставил "протего", не давая каналу восстановиться, и начал целенаправленно ослаблять чары. Постепенно одно за другим заклятие рассеивалось, пока, наконец, Дамблдор не снёс уже безопасные остатки защиты. Вдруг камень одного из проходов осыпался пылью, и оттуда... никто не вышел. Впрочем, выходить и не требовалось: Альбус ясно видел сквозь стены ауры освобождающихся.
— Гарри, это я, — сказал он, тем не менее не становясь возле прохода.
— Дедушка, докажи, что ты — это ты, — ответил Гарри. Да... Атикино воспитание сказывается. А ведь всего пару месяцев с ней занимался!
— Каждое утро я начинаю с зарядки, — сказал Альбус.
— Дедушка! — Гарри выбежал и обнял Дамблдора, тот улыбнулся в ответ:
— Полагаю, ты не против закончить это небольшое приключение?
— Да, но...
— Благодарю за помощь, Альбус, — следом за Гарри вышла из камеры профессор Макгонагалл. — Позволь поинтересоваться, что ты знаешь об этом месте и как нашёл нас?
— Минерва, давай немного отложим этот разговор, — блеснул очками-половинками директор. — Следует сначала разобраться с этим местом, — в голосе проскользнуло презрение.
— Время терпит, — сухо ответила Минерва. — Могу ли я чем-нибудь помочь?
— Это лишнее, — отказался Дамблдор. Его палочка порхала в воздухе, формируя сложную конструкцию. — Прошу, побудь немного гостьей в моём доме, — ажурная конструкция обратилась окном прямого портала, — тем более, мне надо найти ваши палочки. Попроси у моей домовой эльфийки комнату и отдохни. Гарри, помоги Минерве устроиться, — он строго посмотрел на мальчика, который в ответ выпрямился и серьёзно кивнул. — Я буду через несколько часов.
— Эл-археа мотус-те, — в который раз Атика была вынуждена применять чары вербально. Свободной части сознания не хватало на прямое чародейство, приходилось использовать давно устоявшиеся ритуалы, имеющие значительную мощь. Да и сил вербальное чародейство отнимало меньше.
Боевая светлая магия... Вряд ли кто из противников сознавал, от чего погиб. Вряд ли кто из них задумывался, насколько велики возможности магии созидания. Как же! Ведь вот она, "авада кедавра", "круцио", "империо", "дисолво анима" или то же "секо"! Бери — и пользуйся. А светлой магией требуется учиться управлять, контролировать, зачастую нужно знание тонких процессов... В то время как "делерет" перемелет противника в труху без всяких там знаний. Лёгкий путь. Опасный путь.
Атика просто шла вперёд, напролом, не особо считаясь с "авадами" и прочими прелестями, коими пытались наградить её встречные люди и гоблины. Всё это благополучно разбивалось о текучую массу расплавленного металла, стеной плывущую перед лицом и за спиной волшебницы. Мало того, что масса благополучно поглощала даже зелёные вспышки одним своим немалым объёмом, только колыхаясь под напором, так ещё отражала часть магии обратно. Было ли это легко? Отнюдь. Мало того, что приходилось постоянно обновлять разрушаемый тёмным колдовством контроль над материальными щитами, так ещё поддерживать различную наложенную на них защитную магию, которую та же "авада" сносила на раз. Впрочем, "авады" были довольно-таки хиленькими, потому дальше пары-тройки дециметров не проникали, а оранжево-жёлтая масса жидкого металла постоянно циркулировала, благодаря чему защитное волшебство распределялось равномерно. Поддержание стольких процессов разом требовало постоянного внимания и не шло ни в какое сравнение с той тренировкой в снежном мире, когда она выстроила лестницу в небо. Несомненным и перебивающим все трудности плюсом являлась абсолютная защита. Конечно, пробить такой щит тоже можно, но для этого следует быть крайне сильным или знающим чародеем, да и те вряд ли бы справились с первого удара.
Смерти? Нет, Атику они совершенно не волновали. Во-первых, перед переходом на очередной уровень — приходилось пользоваться лестницами, на этих этажах порталы перекрыты специальным ритуалом — она сканировала сенсорной сетью души людей и гоблинов. Это не очень-то просто, но сенсосети способны на многое. Все без исключения оказались искалечены частым применением непростительных заклятий и иной чёрной магии. Таких спасать можно только в теории, на практике же это потребует долгих лет, тратить которые на подонков бессмысленно. Тех, кто был более-менее "чист душой" Атика старалась обходить, однако помнила: лес рубят — щепки летят. Во-вторых, в вину эти смерти ей не поставят за отсутствием доказательств. После встречи с облаком жидкого металла мало остаётся следов, мало ...
Скривившись, женщина прошла, как нож сквозь масло, через очередную "засаду" Рейдеров. Такое ощущение, что они настолько полагались на свою защиту, что не придумали ни одного нормального плана обороны. Придурки. Интересно, как они отреагировали, когда обнаружили, что из замка нельзя аппарировать даже в обычно незащищённых местах? Без всякого возбуждения чародейка убивала их. Грязная работа... ну почему она всегда перепадает именно ей? С другой стороны, нет никого, кто бы смог пробиться сквозь двойной Фиделиус, притом не снеся его и не вызвав преждевременную тревогу и эвакуацию обитателей замка.
Оставив за спиной оплавленный камень коридора, Атика остановилась перед невзрачной дверкой в кабинете. Сенсорная сеть подсказывала, что внутри находится крайне защищённое помещение, единственное, имеющее такую защиту во всём замке, единственное, куда не могли проникнуть даже тончайшие нити сети. Почти наверняка это кабинет Грефа или, что даже лучше, его сейф. Атика зафиксировала с обеих сторон металл, вложив в него достаточно энергии, чтобы выдержал несколько сильных "авад".
Затем она прикоснулась палочкой к дверце и начала составлять деактивирующий ритуал. Когда металлический щит уже в пятый раз попытались пробить, Атика устремила свою силу тонким потоком, выводя палочкой сложную вязь движений, проговаривая про себя нужные слова. Вот защита помещения начала тускнеть. Ритуал аккуратно ослаблял сначала внутренние слои, которые крепили и подпитывали всю систему, потом внешние.
Вот защита стала подобна лёгкому колыханию тюля. Атика толкнула дверцу. Прошла внутрь. Кабинет? Сейф? О нет! Она умудрилась натолкнуться на некую смесь сейфа и сокровищницы. Несколько полных золота волшебных сундуков, по размеру сходных с гарриным наследством, шкафчик с особо ценными зельями, склад артефактов, чемоданчик с маггловскими деньгами... Волшебница без угрызений совести организовала портал в одну из своих тайных ухоронок и переправила туда содержимое комнаты, затем прошлась по ней "антериосом", стирая отпечатки хранившегося, и вышла, задумчиво вертя в руках фиал с зельем. Много позже оно принесёт особую пользу.
Выйдя, Атика тут же отклонила с помощью "Феерис Шэйел" "аваду" и без колебаний ударила по нападающим площадными чарами обездвиживания, вкладывая туда огромную мощь. Не тут-то было! Атакующие гоблины и люди работали слитными группами, такая магия уже не работала. В ответ полетели "авады", "круцио" и "секо". От части заклятий чародейка увернулась, часть попала мимо не без помощи "Феерис Шэйел". Осознав, что так просто не победить, Атика пробила потолок "депримо", взлетела вверх, бросив в качестве подарка несколько "конфринго" ґ— авось заденет, а то и убьёт. Оказавший на этаж выше, волшебница обрушила пол на головы противника "эл-депримо" ґ— не остановит, но замедлит и покалечит тех, у кого слабая реакция. Подталкивая себя магией, Атика покинула опасное место, рядом с которым собрались несколько боевых групп. Задерживать себя сражениями — лишнее. Искать кабинет главного гоблина уже бессмысленно, зато встретиться с Альбусом — очень даже полезно.
Развернув сенсорную сеть вниз, женщина коснулась сенсосети Дамблдора и перешла к нему порталом. Волшебник как раз засовывал в широкий внутренний карман мантии несколько палочек. Резко обернувшись, он материализовал перед собой стальной щит, но, почувствовав знакомый ментальный посыл, убрал его и улыбнулся Атике:
— Я слышал шум наверху.
— О, всё дело в неквалифицированных строителях, — издала смешок женщина. — Представляешь, обрушился пол на протяжении целого коридора! Надеюсь, те пять групп боевых магов на этаж ниже легко отделались.
Дамблдор, продолжая улыбаться, направил палочку на лежащего неподалёку связанного мага и пролегилиментил его, затем лишил сознания и сказал:
— Да уж, ты никогда не знала меры. Поиски увенчались успехом?
— Нет, — Атика лаконичными движениями палочки сотворила прямой портал, одновременно считав память оглушённого директором Хогвартса мага. — Зачем тебе палочки всех пленников?
— Возможно, потому что владельцы, гостящие у меня в поместье, будут рады увидеть их снова, — Альбус первым вошёл в портал.
— И после этого я "не знаю меры", — покачала головой Атика, входя следом.
После перемещения события понеслись вскачь. Среди спасённых оказался тот самый аврор, месье Дюпон, который потребовал немедленно отбыть во Францию, чтобы лично поднять на уши тамошний аврорат. С Дюпоном пошла Атика, которая должна была передать координаты острова с замком. Дамблдор в это время согласовывал дела с английским авроратом — один из пленников был англичанином — и авроратом американским. К сожалению или к счастью, пленников-канадцев не было, поэтому идти в канадский аврорат было не с чем. Правда, так или иначе, ясно, что разбирательство будет международным и Канада в стороне не останется.
После совместного рейда американцев, англичан и французов оставшиеся в замке гоблины и люди были рассажены по изоляторам в авроратах. Кое-кто погиб при попытках задержания. Единственная оставшаяся на момент рейда в замке боевая группа организованно отступила за радиус действия наведённых ритуалом Атики антиаппарационных и антипортальных чар и бежала, правда, потеряв двух убитыми и одного оглушённым. Авроры отделались несколькими попаданиями "ступефаев" и "секо", последствия которых были исправлены на месте. Ещё один попал под "дисолво анима" и отходил в лазарете, а в миллиметре от другого пролетело "Анима Тэга", выпущенное гоблином-командиром боевой группы, но, в итоге, обошлись без особых потерь.
В числе прочего во время обыска обнаружили комнату с различной документацией Рейдеров, в том числе некоторыми договорами — именно к ним направлялась та боевая группа. Документы, содержимое нескольких складов, то есть типовые наборы артефактов, которыми Рейдеры совершали преступления, оружие, широкий набор палочек, не иначе как оставшийся от уже мёртвых пленников, зелья всевозможной направленности и, конечно же, деньги, конфисковали. Всё это временно оставили под охраной в одном из больших залов замка — авроратам требовалось время, чтобы определить, где чьё имущество, и не один не собирался отдать всё в руки другого.
Кроме административных кабинетов — мест, где гоблины занимались подсчётом прибыли, заключали договоры и сделки — в замке обнаружилось много интересного. Например, ритуальный зал с неоконченными ритуалами дальновиденья, усиления и подпитки. Судя по следам, которые никто не затирал, такие ритуалы проводились регулярно. На нижних этажах располагались склады, а в подземельях — темницы и лаборатории. Последние вскрыть удалось только при посильной поддержке Атики и Альбуса, но внутри нашлись лишь мертвецы да уничтоженное оборудование. Кабинет Грефа, равно как и сведенья о его местоположении, найдены не были. Дамблдор предположил, что кабинет располагается вне замка. Подтверждением стала информация одного из высокопоставленных бандитов, занимавшегося синтезом очередного наркотика и банально пропустившего тревогу в изолированной лаборатории. Этого гоблина несколько раз вызывали к Грефронту, перемещение осуществлялось через портальный зал замка. Использовалась достаточно редкая система — стационарный портключ внутри кабинета и множество мобильных портключей для доступа внутрь. Правда, доступ строго контролировался Грефом, без его разрешения перемещение было невозможно. Естественно, все найденные портключи были уже полностью отрезаны от общей сети.
После обнаружения портального зала были разосланы оперативные группы по свежим следам. На этот раз авроры успели — почти что все тайные базы Грефа были накрыты. Правда, несколько из них уже эвакуировались, а в парочку перемещения были заблокированы, но в этот день изоляторы авроратов быстро наполнились членами одной преступной группировки. В ходе операции пришлось подключать аврораты Австралии, Голландии, Канады, России, Болгарии, Польши, Германии и многие другие — базы Рейдеров оказались разбросаны по всей планете, за исключением Африки, юго-востока Азии да Южной Америки.
Дамблдор связался с Международной Конфедерацией Магов, созвал экстренное заседание, на которое пригласил представителей авроратов и Министерств стран мира, в которых располагались базы Грефа. Заседание затянулось — операция была в самом разгаре, постоянно поступали новые данные, которые пытались хоть как-то упорядочить заседающие.