— Профессор Спарк порекомендовал вам поработать над дикцией.... Мне удалось найти одного логопеда, но он магл. К счастью, его сын оказался волшебником, он окончил Дамфрис лет восемь или девять назад. В отличие от некоторых маглов, в семье которых оказался волшебник, этот профессор медицины был очень доволен.... Он оказывал нам множество услуг, а вот теперь, пригодился и по своей прямой специальности...

Рон покраснел так, что, казалось, сейчас взорвется. Попытавшись что-то сказать, он сумел лишь буркнуть нечто неразборчивое. Гермиона ободряюще похлопала его по плечу, но Рон так дернулся в сторону, что на мгновенье Гарри показалось, что друг сейчас вскочит и выбежит из аудитории.

— Так что на сегодня дополнительных отработок не получили лишь Гарри и Джинни, — как будто не замечая переживаний Рона, продолжил Дож. — Но это только пока... Возможно, к концу занятия у меня самого возникнут вопросы...

— Так это "О" в расписании означает отработки? — спросила Луна. — А мы-то голову ломали, что это за предмет и когда же нам сегодня дадут еще полетать!

— А где тогда находится Сс? — тут же спросила Джинни.

— Сс — это не место для занятий. Вечерняя программа для всех слушателей интенсивных программ включает комплексную работу над собой. "О и Сс" означают Отработки и СамоСовершенствование, — пояснил Дож.

А затем началась интенсивная умственная работа.

"Не знаю, не знаю, может как целитель он и хорош, но как учитель, по-моему, вообще ни на что не годен", — ворчал Рон, который никак не мог понять объяснений Дожа, которые были ничуть не понятнее тех, которыми ректор пичкал подростков вчера вечером. Хоть что-то понимающими выглядели только Луна и Гермиона. Впрочем, первая отвечала на вопросы Дожа так, что окончательно всех запутывала, и довольным выглядел только учитель, которому, возможно, было понятно, о чем она говорит. Гермиона же настолько точно повторяла цепочку рассуждений учителя, что не позволяло оставшимся понять хоть что-нибудь из ее ответов.

— Ну, все, давайте на этом сегодня закончим наше занятие, — наконец сказал Дож. — Теперь быстро на ужин, а затем вы трое отправляетесь на стадион. А вы, Рональд, пойдете к выходу из городка, там вас уже будут ждать. Вы же, — Дож посмотрел на Гарри и Джинни, — отправляйтесь в Трущобу. Как я и думал, нам с вами придется немного позаниматься дополнительно, вряд ли вы вынесли что-то полезное для себя из сегодняшнего занятия...

Ужин прошел относительно весело, все радовались окончанию столь трудного учебного дня. Однако к концу настроение у троих из них начало портиться. В конце концов, недовольного "особым к себе отношением" Рона увели ("давай, проводим тебя до выхода") Гермиона, Луна и Невилл, которые потом собирались отправиться на стадион. Посидев в пустом, гулком зале после ухода друзей, Гарри и Джинни поняли, что просидеть тут всю ночь они не смогут. Общаться с Дожем им не хотелось: его вообще трудно понять, а уж без Гермионы шансы становились совсем мизерными...

— Ладно, пойдем... Может, он хочет пригласить нас в квиддичную сборную университета, — поднялась, наконец, Джинни. Она первой не выдержала напряженной паузы, возникшей после ухода друзей.

Гарри хмыкнул, но все же поднялся и пошел вслед за девушкой.

Дожа они встретили на центральной аллее: он явно шел в сторону Трущобы и обрадовался, увидев своих подопечных. Расспросив их о первом дне, он с удивлением выслушал о ночном бое с докси. То ли в самом деле не знал об этом, то ли сделал вид, что впервые об этом слышит, — ни Гарри, ни Джинни так и не поняли.

— Извините, мне бы очень хотелось поговорить на отвлеченные темы, но у нас очень мало времени, — с сожалением сказал Дож, как только все трое расселись в кресла около камина. — Я думаю, вы понимаете, что являетесь довольно уникальными людьми... Я имею ввиду ту удивительную связь с Волдемортом, которую...

— Мы не напрашивались, — резко сказал Гарри.

— Я понимаю, понимаю.... Это вовсе не ваша вина. Я сказал: это ваша особенность. К сожалению, вы не можете передать ее никому другому.... А, значит, находитесь на особом положении...

— Сэр, я понимаю, этот шрам.... Но при чем тут Джинни? — снова прервал магистра Гарри.

— Джинни?.. Э-э... Джиневра, милая моя, я думаю, вы понимаете, почему я связываю вас с мистером Поттером?

Джинни ничего не ответила. Гарри увидел, как глаза ее вдруг превратились в две щелочки, сквозь которые она в упор смотрела на Дожа.

— Альбус рассказал мне о том... происшествии, которое случилось с вами на первом году обучения в Хогвартсе.... Вы уж простите брюзжание стариков.... Но у меня зародились некоторые... соображения касательно вашей возможной... связи с Волдемортом...

— Нет у нее никакой связи с ним! — снова вмешался Гарри. Хотя он сам подозревал о чем-то подобном, но не хотел, чтобы посторонние бередили старые раны его любимой девушки. Пусть оставят ее в покое!

— Я не имею ввиду ничего плохого, поверьте мне.... Но Волдеморт.... Он втягивает людей.... Вспомните хотя бы нашего профессора, которого вам так ловко удалось раскрыть на экзамене!

— Джинни не работает на Волдеморта! И она — не Пожиратель Смерти! — рявкнул Гарри, не обратив внимания на лестное замечание.

— Как и вы, мистер Поттер? — мягко улыбнувшись, спросил Дож.

Гарри ничего не ответил, всем своим видом показывая, что даже предположение, что он может быть Пожирателем — оскорбление.

— Джиневра, детка, не можешь ли ты рассказать, о чем вы беседовали с Волдемортом в тот день, когда твои действия спасли десятки ваших гостей?

Гарри знал, что никому кроме него самого, Джинни об этом не говорила. И правильно делала! Совершенно ни к чему об этом кому-нибудь знать!

— Сэр, я плохо помню то, что тогда случилось, — медленно сказала Джинни. — В тот момент я хотела лишь защитить Га... гостей любым способом.... Мне рассказали, что мы взлетели с ним в каком-то шаре, но, наверное, он стер мою память. Я ничего этого не помню.

— Не помнишь? Жаль.... Ты бы не хотела попробовать вспомнить? У нас есть средства...

— Не смейте трогать ее! Она и так слишком многое пережила! Вам этого не понять! Как и то, что даже ради вашего Ордена не нужно бередить старые раны!

— Гарри, мальчик мой, успокойся! Я и не думаю нарушать спокойствие мисс Уизли! Просто я предположил, что, возможно, ей самой захочется разобраться в этом...

— Пока нет, сэр. Я... я еще не чувствую себя готовой.... Давайте лучше перейдем к тому вопросу, ради которого вы сегодня разогнали всех наших друзей.

— Друзей? Поверьте, я никого не разгонял, это вышло, хоть и очень удачно, но совершенно непреднамеренно! Но вы правы, Джиневра, у меня действительно есть к вам разговор.... На сегодняшний день очень тревожной для нас является вопрос о безопасности...

— Мы не дети, хватит нас опекать! — снова сорвался Гарри.

— Да, не дети. Но, поверьте, мистер Поттер, я чувствую ответственность за... за вас всех, потому что собравшиеся на этих курсах шесть человек... это не просто обычные наши ученики.... В вас во всех есть нечто особенное. То, что объединяет вас. И все время ввергает в опасные ситуации.... Вспомните, ведь именно вы шестеро оказались в Министерстве, и именно...

— Мы знаем это и без напоминаний, сэр. И даже обсуждали это, если вам это интересно знать, — сказал Гарри. — Но, думаю, вы делаете слишком далеко идущие выводы из простых совпадений. В мире идет война. А мы — друзья. И то, что мы противостоим в этой войне не поодиночке, а всей... командой, говорит лишь о том, что мы достаточно близки. Кстати, в Норе кроме нас было множество людей, в том числе и школьников...

— Я понимаю, о чем вы хотите сказать, мистер Поттер. А теперь попробуйте выслушать меня... Ваша славная команда, совершенно очевидно, замыкается вокруг вас двоих. И меня не может не волновать вопрос безопасности.... Нет-нет! Успокойтесь! Я говорю не о вашей безопасности, а... о безопасности окружающих вас людей! Вы сами можете в любой момент стать опасными!

От неожиданности Гарри замер. Да, он знал, он чувствовал это! Он знал, что опасен для всех окружающих! Только из-за него погибли и его родители, и Седрик, и Сириус, и Дамблдор! Желание убежать подальше, туда, где нет людей, где он никому не сможет причинить вреда, снова накатило на него горячей волной.

— Я не опасна. Гарри — тоже, — твердо сказала Джинни.

— Вы не можете знать этого наверняка, юная леди! Вам дана сила, которой нет ни у кого из известных мне волшебников! Мистер Поттер узнает о планах Волдеморта и умудряется выскользнуть из его лап! Заметьте, не один, и не два раза! Это — не случайность. Это — закономерность. И мы должны с этим считаться!

— Моя мама умерла, чтобы дать мне защиту! — тихо сказал Гарри. — И ее защита оберегала меня все эти годы.... И я не вижу, как я могу быть опасным для вас.... Беспокоиться следует, скорее Волдеморту...

— Да, да, конечно...

— А я чем опасна? — перебила Дожа Джинни.

— Я бы не хотел говорить о вашей опасности. Ни о вашей, ни о Гарри. Но ведь что-то вас с Волдемортом все же связывает! Ну, подумайте, откуда мог взяться этот эффект — Приори Инкантатем? Помните, во время боя с Волдемортом? Насколько я знаю, это весьма и весьма редкое явление. Мистер Поттер сумел добиться его благодаря своей палочке. А вы, мисс Уизли? У вас же не было двойника палочки Волдеморта? Что же такое произошло там, в вашем саду?

— Не важно, что там произошло! Важно, что она спасла всех нас! И, к счастью, не пострадала сама!

— Вы связаны с Волдемортом. И мы не знаем как, — продолжил Дож, не обращая внимания на слова Гарри и по-прежнему обращаясь к Джинни. — Но эта связь очевидна, и отрицать ее нельзя. Я не хочу сказать, что вы действуете подобно тем, на кого наложено проклятье Империус. Думаю, ваша связь с Волдемортом носит более глубокий характер. И, возможно, природа этой связи, имеет нечто родственное с той связью, которую имеет с ним Поттер.

— Но... сэр, у меня нет шрама...

— Шрам — это лишь след, отпечаток. Возможность проникать в мысли Волдеморта никак не связана с наличием или отсутствием шрама. Это телепатия. А телепатия является известным, но не до конца объясненным понятием. Если Волдеморт решит обмануть вас, он это сделает. И если раньше он знал только о своей связи с Гарри, то теперь, полагаю, у него есть информация и о вашей с ним связи. Поэтому мне бы хотелось спросить, что знает об этой связи Волдеморт, и что именно о ней не хотите знать вы?

В комнате повисла пауза. Гарри и Джинни сидели, уткнувшись взглядом в собственные колени. Дож ждал.

— Я хочу помочь. Я понимаю, что у вас нет никаких оснований доверять мне, но все же, прошу запомнить: если надумаете что-то сказать, я всегда в вашем распоряжении. Мы постараемся дать вам максимально много за эти две недели. Просто я подумал, что если бы я знал больше, я бы мог скорректировать программу вашего обучения так, чтобы пользы было еще больше...

За окнами послышался смех. Гермиона, Луна и Невилл возвращались с тренировки. В гостиной воцарилось молчание, которое так никто и не прервал до тех пор, пока в комнату не ввалилась раскрасневшаяся троица.

— О, профессор Дож! — радостно сказала Гермиона. — А мы ломали голову, кому бы тут можно было задать вопрос! Мы так и не узнали, как зовут нашего преподавателя по Теории Боя!

— По Теории Боя? Ее зовут Магдаленой Френвоу...

— ЕЁ? — стон удивления вырвался сразу из нескольких глоток.

— Ну да. Должен заметить, что она редко соглашается преподавать у нас, но на этот раз уделила нам часть своего отпуска...

— Но, сэр! Занятия у нас вел... мужчина! — возмутилась Гермиона. — И он не представился!

— Он? Мужчи.... В каком смысле мужчина?

— В самом прямом! По крайней мере, нам так показалось, — сообщила Луна.

— Не может быть! Магду нельзя спутать с мужчиной, — Дож озадаченно обежал взглядом всех подростков. Но их удивленные лица показали, что это не розыгрыш. — Э-э.... Позвольте, друзья, я постараюсь выяснить этот вопрос... Я еще забегу к вам попозже.... О, добрый вечер, мадам Помфри! Пришли проведать своих подопечных?

В гостиную и в самом деле вошла хогвартская целительница. Сухо кивнув ректору, она дождалась, когда тот выйдет из комнаты, и повернулась к стоявшим посреди комнаты друзьям.

— Ну-с, как ваше здоровье? Почему вы не зашли ко мне после занятий? И, погодите, вас же должно быть шестеро! Куда делся еще один мой пациент?

=============== Глава 75. Ночь ужасов ===============

Рон так и не вернулся со своего "урока".

Мадам Помфри закончила обследование и лечение пятерых "пациентов", самыми тяжкими ранами которых были несколько синяков и шишек у Луны и Гарри, да ноющие мышцы у Гермионы и Невилла. У Джинни жалоб никаких не было, да и беглое сканирование ее состояния, проведенное целительницей с помощью легкого взмаха палочкой, тоже не выявило никаких проблем.

— Натритесь этой мазью перед сном, — сказала мадам Помфри, выдав Невиллу и Гермионе по маленькой баночке. — Смазать нужно не только руки и ноги, но, также, спину, плечи и живот. Иначе завтра вы не то что на метлу, даже на стул спокойно не сядите!

Она уже выходила из домика, когда навстречу ей прибежал запыхавшийся Дож.

— Ма-ма-мадам Помфри, дорогая, пожалуйста, не уходите, — пропыхтел он и, подхватив ее под руку, втащил в дом. — Случилось... Случилось нечто неординарное, — чуть не крича, объявил он, обращаясь к подросткам. — Ваш друг, мистер Рональд Уизли исчез. Равно как и ваша преподавательница, Магдалена Френвоу! Я... Мы сейчас организовали поиск... Очень, очень настоятельно прошу всех вас не покидать этот дом! Вас, дорогая мадам Помфри, я попрошу побыть с детьми...

— Мы не дети! И пропал наш друг! Мы должны отправиться на его поиски! — перебил его Гарри.

— Да, это мой брат! Вы не имеете права задерживать нас тут! — поддержала его Джинни.

— Магистр, а они правы, вам так не кажется? — кисло улыбнулась Луна.

— Бунт? Я не потерплю бунта! — рявкнул Дож. И ребята впервые почувствовали в его голосе такую мощь, что желание возражать у них тут же пропало. — Сейчас вы находитесь под покровительством университета. И не сделаете отсюда ни шага. У меня нет времени вступать в полемику, каждая минута на счету!

С этими словами Дож вылетел из комнаты. Уже находясь на улице, он что-то крикнул, но никто из подростков не разобрал, что именно.

— Он запечатал дом, — философски вздохнув, сказала мадам Помфри. — Так что и мне теперь отсюда не выбраться. Если я вас стесняю, то могу уйти в какую-нибудь другую комнату...

Гермиона проводила целительницу наверх, в комнату для занятий, и быстро вернулась назад.

— Нужно что-то делать, нельзя тут сидеть! — донеслись до нее слова Гарри.

— Гарри, успокойся, Дож сделает все, что нужно, — сказала она.