Джекпот 3. Или дело-то государственное

* * *

— Об этом не может быть и речи! — сразу отмел он встречные доводы. — Мы никогда не рассказывали тебе в деталях, как получилось так, что Вальеса оказалась моей женой, и чем ей пришлось пожертвовать. Я глубоко и нежно люблю твою бабушку, несмотря на прожитые вместе годы... Но до сих пор чувствую свою вину. И если сейчас, не дайте боги, что случится с Алечкой, я себе этого не прощу. Лучше уж пусть на мои плечи ляжет вина за нарушение тобой слова чести, но будет все в порядке с внучкой Вальесы.

Цай улыбнулся — для удобства подсчета степени родства, дед ловко перевел Альену сразу во 'внучки', миновав приставку 'пра-...'.

— Я в тебя верю, мой мальчик! — пафосно закруглился Сейцу. — Я знаю, что, несмотря на твою репутацию... — сделал дед многозначительную паузу, смутив Цая, уверенного, что до родственников слухи о его похождениях в академии не доходят, — для Алечки ты сделаешь все, что нужно!

Твердые намерения Цая все-таки выдержать обещанную Рыжему паузу слегка поколебались, но устояли. Правда, одно парень понял — деваться ему сейчас дома некуда и отсидеться у себя в покоях до завтра вряд ли получится. Оставалось только пойти на небольшую уловку, позволяющую ему немного оттянуть время:

— Дед, благодарю тебя за доверие... но, скажи мне, неужели все настолько серьезно, что ты до сих пор винишь себя? Расскажи мне немного подробнее, а?

— Да что рассказывать-то? — нахмурился Сейцу. — Главное — ты и так знаешь, а подробности... мал ты еще... — отмахнулся он.

— Деда, — покачал головой Цай, — не увиливай, слишком уж вы все удобно устроились — то спрашиваете с меня, как со взрослого, то прикидываетесь, что я все еще несмышленый котенок. Согласись, это немного нечестно.

— Да зачем тебе?

Цай молча буравил родственника взглядом, ожидая правдивой истории, и Сейцу неохотно кивнул:

— Ладно, в ногах правды нет, пойдем в мой кабинет... — недовольно буркнул он, развернувшись и даже не удосужившись взглянуть, последовал ли внук за ним следом.

Цай победно ухмыльнулся и поспешил за широко шагающим мужчиной, надеясь, что повествование затянется надолго...

Увы, длительной задержки не получилось... К сожалению, дед Цая еще недостаточно состарился, чтобы со смаком предаваться воспоминаниям. Тем более что, несмотря на всю теплоту и нежность, когда он все же сентиментально соскальзывал на рассказ об их с Вальесой отношениях, они будили в нем чувство вины и сожаления. Особенно о некоторых моментах, когда, судя с высоты прожитых лет, можно было бы поступить чуточку иначе, не причиняя столько ненужных страданий всем, замешанным в ту давнюю историю. Поэтому его история не слишком сильно отличалась от общеизвестной версии и выглядела подозрительно лаконичной. На дополнительные вопросы тоже отвечал весьма неохотно.

Да и опомнился дед первым:

— Ну вот, теперь ты знаешь все, что тебе следует. Но прежде чем ты отправишься...

— Дедуль, — попробовал поклянчить Цай, как в детстве, — а может, не стоит мне заявляться к юной девушке на ночь глядя? А завтра я прямо с утра отправлюсь, а?

— Знаешь, я, конечно, мог бы тебе напомнить, что ночью-то как раз и следует охранять девичью честь, но ты уже взрослый мальчик, и сам знаешь, что от времени суток наши самцовые инстинкты не зависят, а ты и так уже непозволительно долго задержался. Так что, иди, родной мой, — обманчиво ласково начал дед, — не доводи до бранных слов в напутствие! — резко закончил он, заставив расслабившегося было в удобном кресле внука пулей вылететь вон.

Но когда Цай уже дотронулся до двери, Сейцу окликнул его:

— Постой! На-ка вот, возьми, — протянул дед небольшой кошелек с красивой вышивкой, в которой без труда угадывались очертания грациозной дикой кошки — символа Независимого Клана Котов-оборотней. — Это на непредвиденные расходы, а то я-то знаю, что девушкам много чего надо...

— Да не стоит, дед, — попытался было отказаться Цай, но тот не стал слушать возражения. — Ты только бабушке не говори... Не хочу, чтобы Вальеса подумала, что я таким образом надеюсь откупиться от груза своих грехов, — немного скомкано пояснил он.

— Ладно, не скажу, — пообещал Цай, взвесив кошель. Судя по тяжести, монетки в нем были золотыми.

Правда, робкая надежда на то, что Альена соблазнится щедростью новой родни и позабудет про своего 'неправильного эльфа', подсунутого ей вместо выигранного Джекпота, быстро развеялась, лишь только Цай вспомнил, какими глазами она смотрела на Рыжего.

Как же обидно, что все стало так сложно!

Ну почему он не додумался узнать о ней раньше этого демона! Хотя, если то, что рассказал дед о себе и бабуле — правда, вряд ли бы это сильно улучшило его собственные позиции.

Но все-таки надеяться на чудо было приятнее, чем сразу принять свое поражение...

На душе у Кошака стало муторно... надо убираться из дома. В принципе, он с легкостью мог найти приятный во всех отношениях приют на ночь в городе или в спальном корпусе девушек на территории академии... Только вот почему-то не хотелось больше проводить время лишь бы с кем. А к той, кто ему был дорог, к кому рвались его помыслы и обнажившаяся душа, сейчас путь был заказан, и черной завистью к сопернику желчь разъедала внутренности нелюдя.

Нет, наверное, 'обида на несправедливость' — это неправильное определение. Это чувство, испытываемое им сейчас, было больше похоже на ревность, о которой парень раньше и не знал.

'Не хватало только потерять голову, и уподобиться Рыжему придурку, устраивая из-за этого глупого чувства самому себе абсурдные до смешного ситуации...' — шипел себе под нос Цай, направляясь к матери, тщетно пытаясь успокоиться и взять себя в руки.

Может быть, он все-таки непростительно сглупил, отказавшись от того, что Альена хотела подарить ему первому?

Хотя, этот вариант содержал множество изъянов, которые могли здорово осложнить их взаимоотношения в дальнейшем, но...

'А вдруг, наперекор судьбе, это был мой шанс? — мучительно рассуждал Кошак. — Единственный шанс, и я его так бездарно упустил? А, может быть, еще не поздно?'

От невозможности узнать реальные последствия принятого решения, Цай чувствовал себя на грани сумасшествия.

Теперь-то он слишком хорошо понимал, что именно творилось с Рыжим.

Хотя... сказать честно, что для него, как и для Айвена, Альена притягательнее любой особы женского пола, Цай все-таки не мог. Но и делить ее с кем-то тоже не хотелось. Человечка (а, точнее, ее время) должны были принадлежать только ему!

И сочувствие к приятелю щедро омывалось злорадным удовлетворением, что Айву придется теперь затратить массу усилий для того, чтобы загладить перед Алечкой свои промахи.

Единственное, что чуть-чуть примиряло Цая со всем этим — в любом случае, его персональный Котенок так и останется ему племянницей. Он всегда будет с ней видеться и, может быть, даже участвовать в ее жизни на правах родственника...

* * *

— Милый, ты же ведь знаешь о моей маленькой слабости, — кротко улыбнулась Галви. — Пусть девочка заранее почувствует вкус к тому, что ей принадлежит по праву. Я уверена, это ее никоим образом не испортит...

Безусловно, Цай знал о том, на что намекала мама. Будучи отпрыском очень древнего, но совершенно обедневшего рода, она до сих пор не смогла избавиться от маленького пунктика, который поощрял отец, балуя свою любимую нарядами и драгоценностями, ни в чем не смея отказывать, словно возмещая ей то, в чем она испытывала нужду до замужества.

Родители Эцора не противились. Скорее всего, и Вальеса, и Сейцу в свое время опасались, что кровь оборотня, разбавленная человеческой, негативно скажется на возможностях наследника, поэтому и выбирали для него невесту с безупречной родословной, не глядя на ее возможное приданое, которого практически и не было. Для того, чтобы внук, уже наследник Эцора и Галви, был более оборотнем, чем их сын-полукровка.

Теперь, даже этих первых 'взносов', Альене должно хватить не только для подбора соответствующих нарядов, чтобы подобающим образом предстать перед новыми родичами, но и останется на ее заветный домик. По крайней мере, начальный капитал теперь у его Котенка точно есть.

Только вот как поведет себя Рыжий? Не захочет ли он тоже поучаствовать в этой гонке — кто облагодетельствует приемную дочь Джуансов первым? У сына Эмли II, безусловно, больше возможностей поразить девочку и произвести на нее впечатление. Но захочет ли Аля принять столь щедрый дар от него, от Айва или от них обоих? Обрадуется ли она новости, что объявилась настоящая родня?

Об этом Цай не знал.

* * *

Но его планам не суждено было осуществиться, потому что не успел он расслабиться наедине с бутылкой чудесного вина, надеясь таким образом забыться и абстрагироваться от непрошенных мыслей и чувств, как явился отец.

— Папа... — растерянно промямлил Цай, хмуро взглянув на родича. — Я тебя не ожидал... Что тебя привело в такой час?

— Я так и понял, что ты меня не ждешь. А защита у тебя — так себе, — поморщился Эцор, небрежно вынув из пальцев сына уже налитый бокал рубиновой жидкости.

— Обойдешься, у тебя и так в голове каша, как я понимаю, — пояснил он в ответ на вопросительно вздернутую бровь Цая, мол, что это за бесцеремонность? — Именно поэтому я здесь, сынок. Деда ты, может, и провел, но не меня! Я и сам такой был — слово чести для меня не простой звук. Но в данном случае, я все-таки согласен со своим отцом.

— Стареешь? — ехидно предположил Цай.

— Ну, не настолько твой отец старый, чтобы не надрать тебе уши за непочтение, — обиделся Эцор, демонстративно на долю секунды выпустив когти. — Ты против меня еще пару столетий будешь лишь котенком, — самодовольно заключил он.

— Я быстро учусь, — подхватил Цай, тоже продемонстрировав свои когти и тут же спрятав.

— Не сомневаюсь, мой мальчик, но все-таки пока еще ты недостаточно силен. Так что давай не будем возвращаться к теме целесообразности твоего нахождения рядом с нашей Алей. Собирайся и пойдем, я тебя провожу до ее дома.

— Проконтролировать хочешь? — забеспокоился Цай.

— И как ты догадался? — вернул отец ему ехидную усмешку. — Ах, да! Ты же быстро учишься...

Так что младшему оборотню ничего не оставалось, кроме как подчиниться воле старшего.

С тоской взглянув в сторону так и не пригубленного напитка, который с удовольствием допил Эцор, Цай практически был отконвоирован к дому Альены.

Правда, пока они шли по улице — узнали много интересного о том, какой переполох умудрился устроить Рыжий днем в своем квартале. Тревога за Альену, которая могла невинно пострадать от причуд Айва, зачем-то притащившего экзотических животных из Заповедника Повелителя, боролась со злым сарказмом по поводу того, что Рыжий снова попал впросак.

Недалеко от дома отец неожиданно забеспокоился, незаметно раскинув поисковую сеть:

— Ну вот, я так и знал! Демоненок тут как тут, а ты еще спорил! — досадливо скривился он.

— Папа, ну не волнуйся, я же ведь объяснил — он подтягивает Алю по метафизике, — терпеливо отозвался Цай.

— Ага, если и в квартире у нее продолжаются такие же занятия, как он устроил в своем особняке и на улице, то я не просто волнуюсь, я на грани паники, — невесело пошутил Эцор, невольно ускоряя шаг.

Перед дверью в квартиру Альены, отец полез за пазуху, и Цай мог бы поклясться, что он уже знает, что последует дальше.

И он угадал!

Эцор вытащил кошель, небрежно встряхнув его в руке, и пояснил:

— Вот, на первое время тут вроде должно хватить... По крайней мере, твоей матери 'на булавки' было бы достаточно, а ты знаешь, какие у нее запросы, — тепло улыбнулся он, и тут же, согнав улыбку, строго произнес:

— Ну все, давай стучи, а я пока Пологом Невидимости прикроюсь, чтобы не смущать...

* * *

— Привет, Цай! Проходи, я как раз мечтаю о перерыве на ужин. Ты голоден? Поужинаешь с нами? — засыпала она его вопросами, втягивая за руку через порог.

Невидимый Эцор, жадно вглядываясь в лицо родственницы своей матери (и находя поразительное портретное сходство с юной Вальесой), довольно ухмыльнулся, еле удержавшись от того, чтобы не потереть ладони.

Девочка ему понравилась — и на вид, и то, как радушно она приняла его сына.

Может быть, Эмли все-таки ошибается в своем предположении, и есть шанс, что Аля войдет в семью не только как внучка Вальесы, но и как жена Цая?

Впрочем, дверь перед его носом быстро захлопнулась, приведя Эцора в чувство.

Теперь от него уже ничего не зависит — слово за сыном. Сумеет ли он воспользоваться преимуществом родственника, или все-таки уступит ее этому обаятельному демоненку?

— О, раас Айвен тоже здесь? — наигранно-удивленно протянул Цай, заходя в кухню, в которой за столом сидел недовольный визитом соперника Рыжий. — Мне тут по случаю рассказали, что тебя сегодня можно поздравить с удачной охотой? Говорят, что ты полторы сотни гусей за пять минут поймал и осмолил. Рекорд, однако, — насмешливо поздравил оборотень.

— Ага, — подхватила Альена, улыбаясь, — славная была охота! Я так жалела, что тебя не оказалось рядом.

Айв насупился, но промолчал, метнув на девушку укоризненный взгляд, прекрасно понимая, что она жалела, что осталась без комментариев Кошака в стиле репортажа с места событий в реальном времени.