Джекпот 4. Или...

* * *

Ведь все же тут не Замок Повелителя, в котором слуги могли без опаски в полный голос (даже он на довольно приличном расстоянии и то их слышал, а уж у Высшего демона слух-то всяко не хуже, чем у него!) кричать друг другу на конюшне без опасности разбудить своего господина.

А то, что в доме ни на одном помещении не стоит Полог Тишины магистр мог гарантировать. В конце концов, маг он или не маг?

Да и его появление не вызвало никакого удивление. Скорее складывалось впечатление, что его визита ждали.

Во всяком случае, не успел он озвучить командиру группы охраны, расположившейся на площадке близ ворот, ведущих на территорию участка, свое желание увидеть по неотложному делу Эмли II, как его без дополнительных вопросов и проволочек пропустили внутрь охраняемого периметра.

А если учитывать, что часы на главной башне Академии только-только показали шесть часов утра — это было более чем странно...

Только оказавшись внутри резной ограды, окружавшей дом Айвена, Альбрехтикус сообразил, что толком даже не успел придумать, как он будет объяснять свое ночное вторжение. Сам особняк, между тем, вопреки окружавшей его суете, был погружен во тьму, лишь на верхнем этаже светились два окна.

Ректор никогда не бывал в доме своего адепта, но вполне логично предположил, что на верхних этажах расположены спальни. Только никак не мог понять — хороший это знак или как? Обычно сынок Эмли устраивал вечеринки с размахом. Так, что и всем соседям волей-неволей приходилось 'веселиться' до утра вместе с великовозрастными оболтусами. Похоже, в этот раз все веселье было сосредоточено в спальне. И как только не стесняется присутствия отца, паршивец этакий?

Ректор прислушался — никаких женских воплей о помощи отсюда, с улицы, слышно не было, но этот факт вовсе не успокаивал. Вполне возможно, что бедную суккубу уже просто придушили. Чем девушка могла настолько прогневить Наследничка, что тот явился за ней в боевой ипостаси, Альбрехтикус никак не мог представить. Насколько он обладал информацией, Элька вовсе не вела целомудренный образ жизни, а Айвен, обормот, умел договариваться с девушками полюбовно, так что версия с насильственными действиями в определенном смысле этого слова не выдерживала серьезной критики.

Сунуться в распахнувшиеся неожиданно ворота ректор поостерегся, помня, что Высшим демонам вовсе не нужна охрана из специально обученных нелюдей — их родовая магия служит отличным сторожем от незваных гостей. И что теперь? Кричать о цели своего неурочного визита, удивляя соседей, отсюда, из-за ограды?

Бедняга чуть не взвыл от досады. Но на его счастье, дверь особняка призывно распахнулась, и над крыльцом зажегся фонарик.

Ректор глубоко вздохнул и ступил на выложенную плитками дорожку, ведущую к дому.

Его несказанно удивило, что отца Айвена будить не пришлось. Эмли уже не спал, а встречал его в несколько необычном для его статуса виде. Альбрехтикус даже вначале не признал в выряженном в добротный костюм обыкновенного стряпчего грозного, но справедливого Повелителя, явно куда-то собравшегося отправиться инкогнито с утра пораньше. Видимо, еще немного, и они могли разминуться.

Несмотря на то, что Альбрехтикус имел слабость к чужим тайнам, в этот раз интуиция подсказывала, что спрашивать о том, что его не касается, не стоит. Тем более что у него сейчас проблемы посерьезнее.

Сбивчивое приветствие и еще более сбивчивый сумбурный пересказ предшествующих его появлению здесь событий, сопровождаемых бурной жестикуляцией (совершенно не в привычках пожилого мага), заставили Эмли с должным вниманием отнестись к его проблеме. Однако, вместо того, чтобы ужасаться безобразиям своего отпрыска, Эмли снисходительно усмехнулся:

— Айв здесь не появлялся, он вообще-то сейчас должен находиться в... — оборвал он себя. — Разберемся. Присядь пока...

Альбрехтикус обессилено рухнул в кресло, материализовавшееся позади него по воле Высшего демона, и приготовился ждать.

Повелитель же легким мановением руки создал направленный звуковой мостик, но Айвен почему-то на связь с родителем выходить не спешил.

— Хм, странно... — пожал плечами Эмли. — Видимо, жертву приносит, не может отвлекаться, — сообщил он ошарашенному ректору, который если бы сейчас уже не сидел, то точно свалился бы в обморок.

Увидев по побледневшему лицу главы Академии магии, судорожно схватившемуся за сердце, что брошенная фраза слишком уж сильно впечатлила мужчину, Повелитель поспешил утешить:

— Да шучу я! Может, еще только готовится. Сейчас по-другому попробую... — сосредоточенно нахмурился он, что-то пробормотав для усиления эффекта вызова, заодно приобретая возможность видеть, где сейчас находится его отпрыск и что он делает. В то, что Айвен всерьез мог причинить девушке какой-то вред, Эмли не верил ни одной секунды, но вот зачем ему суккуба, когда у сына есть его Алечка — для него оставалось полнейшей загадкой.

А вот Альбрехтикусу было не до шуток, мысли, одна страшнее и нелепее другой лихорадочным вихрем проносились в его голове и беднягу даже начало подташнивать от этой круговерти ужасных образов.

В этот раз Айвен не посмел противиться воле родителя и все-таки появился на импровизированном экране.

Но что это был за вид! Полураздетый, с взъерошенными растрепавшимися волосами, какой-то помятый, с недоумением в странно блестевших глазах и с непонятными красными следами на щеке и руках...

Альбрехтикус зажмурился, чтобы прогнать 'видение' принесенной в жертву красавицы Эльки и рискнул приоткрыть их только когда до его мозга дошел смысл произнесенных безапелляционным тоном слов Эмли:

* * *

Умаявшись воплощать свою восхитительную идею парень решил не возвращаться в особняк, а, загрузив друзей-приятелей, переночевать в замке. Все-таки усталость брала свое. И даже не физическая, а, скорее, эмоциональная. Кроме того, он собирался явиться к своей Алечке с утра не с пустыми руками, а с подарком. Только вот покупать презентик Единственной в круглосуточной лавке "Все для Вас" Айв не мог. Для его особенной девочки и подарок должен быть особенным, он собирался поискать что-нибудь подходящее в семейной сокровищнице с утра, на свежую голову.

Однако по тону отца Рыжик понял, что отпрашиваться и просить о переносе встречи на утро, чтобы успеть выспаться и привести себя в надлежащий вид, не стоит, тем более что родитель любезно предоставил портал для перехода. А сердить Повелителя Эмли II даже Айв не рисковал.

Гадая, что же такого непредвиденного могло случиться, Рыжик шагнул в портал, чтобы быть встреченным словами:

— Сын, а зачем тебе суккуба-то понадобилась? Насколько я помню, ты же вроде другие навыки должен был изучать?

Совершенно сбитый с толку парень, осознав смысл вопроса, зевнул и пожал плечами:

— Ну так за компанию! Вместе с Кором и Кетчем!

— О боги... — простонал ректор, расширившимися от ужаса глазами глядя на малолетнего маньяка. Кто бы мог подумать, что у этого милого мальчика такие жуткие наклонности?! Конечно же, Высшие демоны могут быть весьма агрессивными и неуправляемыми, но в правящем Доме вроде бы не было случаев настолько неуравновешенной несдержанности. Даже Эмли был предсказуем в своих карательных операциях по расправе с недругами, которые вполне логически объяснялись желанием защитить своих близких, свой Род и своих подданных от происков врагов и предателей.

— Неужели заговор? — жалобно пролепетал Альбрехтикус, пытаясь мысленно прикинуть, насколько далеко все зашло, как он мог проглядеть предпосылки и чем это грозит ему самому в ближайшем будущем?

— Какой заговор?! — удивился Айв. — Они и так согласились. Друзья же все-таки. Ну... без энтузиазма, конечно, — нехотя признался он, — пришлось провести разъяснительную беседу... Но сейчас уже все под контролем...

— Ничего не понимаю, — помотал головой ректор. — Они живы?

— Кто? — нахмурился Рыжик, перестав понимать, о ком идет речь. Ужасно хотелось спать, и он удерживался от того, чтобы некультурно зевать лишь из-за уважения к присутствующим взрослым.

— Так друзья твои и Эльвиссу су Блорд! — выдавил глава Академии.

— Пока что еще да, — кивнув головой, подтвердил худшие предположения ректора Айвен. — По крайней мере, когда я уходил, все были живы. Да не волнуйтесь Вы так, переживут, не маленькие! И, потом, не первый же раз это происходит! С другими так же бывало! Меня Наставник этому с самого раннего детства учил!

Однако вместо того чтобы, удовлетворившись объяснениями демоненка, перестать волноваться, ректор подозрительно побледнел и посмотрел на него с ни чем не прикрытым ужасом в глазах.

Чувствуя, что он чего-то не понимает, Рыжик поспешил успокоить магистра:

— Знаете, профессор Альбрехтикус, я вот полночи этим занимался — и ничего! Так что и с ними все в порядке будет, поверьте! Послезавтра на экзаменах появятся — гарантирую!

Ректор из последних сил сглотнул, успокаиваясь и силясь представить, чем же это ТАКИМ занимался Наследник и что же сейчас делают его друзья за компанию с суккубой? Ничего приличного он представить попросту не смог.

Поняв, что толку от полусонного сына все равно не добиться, Эмли обернулся к ректору и дружелюбно произнес:

— Надеюсь, Альбр, у тебя больше нет повода для беспокойства? Думаю, ты можешь с чистой совестью идти досматривать сны. Я сам разберусь, в чем дело. И раз уж тут здесь предупреждаю — в Академии я сегодня не появлюсь, перенеси все мероприятия на завтрашний день.

Кстати, именно то, что Повелитель уже сообщил своему секретарю о необходимости поставить ректора в известность о его изменившихся планах, (а тот, в свою очередь, уведомил командира охраны о том, что одному из его подчиненных нужно будет отнести мэтру Альбрехтикусу послание) и послужило причиной его почти беспрепятственного визита в особняк в столь неурочное время. Все просто решили, что Эмли уже связался с главой Академии лично, и тот пришел по его вызову.

У ректора был повод, и накопилось множество вопросов в связи с полученной скупой информацией, однако закаленный в плетении интриг мужчина тонко чувствовал, когда надо вовремя уйти со сцены, поэтому настаивать не стал и поспешил откланяться.

Едва только за поднявшим панику визитером закрылась дверь, Эмли внимательно взглянул на Айвена:

— Ну, и как все это понимать, сынок? Скажи на милость, что это за блажь такая, среди ночи разгуливать по Академии, пугая народ? Вон, ректора чуть до инфаркта не довел.

— А я-то тут при чем? — вскинулся Рыжик. — Подумаешь, какие впечатлительные! Я всего-то в боевом облике прошелся по коридорам, а они невесть что наворотили! Никого я не беспокоил. Только Эльку с Кором забрал и все... Я даже специально сонное заклинание усилил, чтобы никто из ее соседей не проснулся, пока она собиралась...

— А как же мальчик? — выдвинул обвинение отец.

— Какой еще мальчик? — удивился Айвен, скрипнув челюстями, чтобы подавить очередной зевок.

— Такой! Который теперь заикается. Первокурсник!

— А... этот, — невольно усмехнулся Айв. — Маленький врунишка...

— Почему это 'врунишка'? — заинтересовался Эмли.

— Да потому что уж если не знал, где Элькина комната, так бы и сказал. А то мы чуть к инкубам не попали. Представляешь, как бы это выглядело, что мы с Кэтчем среди ночи к парням завалились? Этим только дай языки почесать — не отмоешься, — передернул плечами Айвен, радуясь, что боги миловали. И в последний момент оборотень со своим сверхтонким обонянием сориентировался, что ни Элькой, ни их дружком-вампиром за дверью комнаты, в которую они собирались зайти, и не пахнет.

— Уж не знаю, как тебя все время угораздивает вляпываться в эти нелепые истории, сынок. Но все равно некрасиво получилось, — пожурил отец. — Завтра этого первокурсника отыщи. Вдруг до сих пор заикается. Не пристало нам своих подданных ненароком калечить. Если потребуется, сотри ему память об этой ночи, пусть спит спокойно. Насколько я понял, перспективный мальчишка. Только молодой совсем. Так что, твоя ошибка — тебе и исправлять!

— Хорошо, я понял, — согласился Айвен, слегка устыдившись, что не догадался сразу, какое впечатление мог произвести на неокрепшую психику первокурсника. А ведь Кэтч что-то такое говорил ему...

— А дружки-то тебе зачем понадобились? — все-таки решил уточнить Эмли.

— А ты видел, сколько мне книг надо осилить? — вопросом на вопрос ответил возмутившийся Рыжик. — Я их за неделю не прочту!

— Но ведь... — немного растерялся Повелитель, не совсем себе представляя масштабы аферы, которую собрался провернуть Айв.

— Отец, ты не переживай! — перебил демоненок. — Я такую схему придумал — к вечеру должны управиться! — похвастался он, решив умолчать, что идею подсказал Цай.

— Ладно, предприимчивый ты мой, отправляйся-ка спать, — вздохнул Эмли, пожалев спящего на ходу отпрыска.

— А сам-то что не спишь?

— Уснешь тут с твоими выкрутасами, — поморщился Эмли, решив пока не говорить чадушке, что он собрался самолично нанести визит Альениным приемным родителям с целью убедить их принять приглашение посетить столицу. — У меня кое-какие свои планы на утро намечены. Все, иди спать, потом расскажу, как вернусь.

— А... ну ладно, удачи, — кивнул Рыжик.

— Спокойной ночи, сынок, — улыбнулся Эмли, провожая взглядом единственную кровиночку.

Ради счастья любимого сына, грозный Повелитель Эмли Хорн II готов был пожертвовать и несколькими бессонными ночами. А кроме всего прочего, ему и самому не терпелось поскорее увидеть людей, воспитавших и вырастивших будущую мать его внуков.

Айвен отправился в спальню, заторможено вспоминая, из-за чего мог подняться такой переполох?

Было бы из-за чего шум поднимать! Вечно Альбрехтикус встревает, куда не следует. А теперь утром снова придется в замок возвращаться, чтобы подарок для Али подобрать. Не так-то просто найти что-то скромное и стоящее в огромной сокровищнице, в которой глаза разбегаются от обилия драгоценностей. Это любой другой девушке можно взять первое попавшееся под руку украшение, а его ненаглядная человека к дорогим подаркам непривычная, попробуй, угоди, чтобы скромняжка не вздумала отказаться.

Нет, ну и что такого он сделал, чтобы ректор устроил панику?

Кетча Айвен отыскал сразу. Сонный оборотень вначале пытался отнекиваться от благородной миссии, но чувствительный тычок под ребро и обещание отлучить от дома (когда отец удалится обратно в столицу), возымели волшебное действие. Так и не проснувшись толком, Кетчер поплелся вслед за бесцеремонным шантажистом.

К сожалению, Корвиниуса на месте не оказалось. Видимо, дружок снова ночует у Эльки.

Врываться к девушке посреди ночи было несколько неудобно, но ведь Кор просил похлопотать насчет свадьбы? Просил! Вот и уважительная причина...