— Дэниар, я специально оделась поскромнее, чтобы не смущать женщину, а тут явлюсь в сопровождении Владетеля и капитана гвардейцев! Вы оба останетесь здесь!

Дэниар повернулся к Норису:

— останься здесь со своими людьми. Мы пойдём вдвоём, ничего с нами не случится.

Недовольный капитан вновь запрыгнул в седло, а супруги двинулись к деревне. Их встретил лай собак и любопытные взгляды жителей из окон домов. Встретившаяся женщина указала дом, где живёт лекарь.

— Только мы зовём её целительницей. Она говорит, что лекари-мужчины не давали ей лечить людей, поэтому она не любит, когда её называют лекарем...

Энна вежливо поблагодарила словоохотливую жительницу и постучала в дверь небольшого одноэтажного домика, выкрашенного в забавный розовый цвет.

На крыльцо вышла невысокая старая женщина. Доброе милое лицо, живые внимательные глаза. Седые волосы забраны под белый крахмальный чепец, опрятное синее платье украшает белый кружевной воротничок.

Энна поздоровалась, спросила:

— не могли бы мы увидеть целительницу Жалену?

Женщина улыбнулась, мелкие морщинки разбежались от уголков глаз:

— добрый день, рьенн, рьенна. Жалена — это я. Прошу вас, проходите в дом.

Она пропустила гостей и закрыла за ними дверь.

Энна вошла в дом и огляделась. Небольшая прихожая, за ней — крохотная кухонька. В открытую дверь видны расставленные на полке, начищенные до блеска кастрюли и кубки. На полу самодельные половички.

Хозяйка распахнула ещё одну дверь, пригласила войти. Оказалось, маленькая комната, почти чулан. Жалена извиняющимся голосом пояснила, что это её рабочий кабинет. Здесь она принимает людей. Энна обратила внимание, что в доме царила идеальная чистота. Не было богатства, но старая деревянная мебель сияла свежей краской, а на половички ей стало страшно вставать, такие они были чистенькие и яркие.

Предложив сесть на деревянный диван, Жалена заговорила:

— я вижу вы, рьенна, довольно зажиточны. Да и ваш муж одет, как благородный лорд, — она улыбнулась, — но, поскольку, благородные лорды и леди ко мне не ездят, вы, очевидно, из купцов будете? Но вот опять же меч у рьенна...

Энна смутилась, не зная, что сказать. Дэниар засмеялся:

— ну, рьенна Жалена, купеческими делами мы тоже занимаемся. Мы к вам приехали по совету травника Коринора. Вы помните его?

Дэниар вскочил, бросился к целительнице. Она смертельно побледнела, губы затряслись, глаза налились слезами. Она упала бы, если бы Владетель не подхватил и не усадил её на стул. Энна кинулась на кухню за водой. Отпив из кубка, Жалена тихо спросила:

— Коринор..., он, разве, жив? Я оплакала его пятьдесят лет назад...

Супруги переглянулись. Энна сказала:

— рьенна Жалена, травник Коринор живёт в Теремисе. Я часто виделась с ним, когда тоже там жила. А... вы хорошо его знаете...?

— Милая деточка, Коринор был моим женихом... . Никогда, никого в жизни я больше не любила так, как его. Он тоже клялся мне в вечной любви.

Онемев, Энна смотрела на неё. Дэниар тоже изумлённо глядел на целительницу. Та тихо продолжала:

— он был намного старше меня, но его мягкость, доброта и тишайший характер делали разницу в возрасте совершенно незаметной. Я очень любила его, но он был травником. Мои родные недоумевали, как может мужчина с руками и ногами не любить битвы, ненавидеть мечи и кинжалы и не уметь стрелять из лука. Мой отец был наёмником. Бывшим, но никогда не забывающим звон мечей и запах крови. Он смеялся над Коринором, а тот молчал и терпел, потому что надеялся увидеть меня своей женой. Когда, неловкий и нескладный, он пришёл к отцу просить моей руки, тот вытолкал его за дверь. Я была молода и глупа и думала, что можно изменить саму человеческую душу. Я поставила любимому условие: выйду за него замуж вопреки воле отца, если он бросит свои травки и станет воином. Он ушёл, и больше я его не видела.

Спустя много лет мне сказали, что Коринор умер, заразившись от больного человека.

Жалена замолчала. Вытерев слёзы, через силу улыбнулась:

— что же это я про себя да про себя! Может быть, вы расскажете, с чем приехали ко мне? Как я вижу, вам будет нужна целительница во время родов?

Энна вспыхнула, покраснела:

— а как вы узнали, что я беременна?

— Миледи, — опять улыбнулась та, — любой лекарь сразу распознает женщину на сносях. Она идёт так, как будто вся она — тончайший хрупкий сосуд из дженердийского стекла. А лицо её светится изнутри божественным светом материнства.

— Но... рьенна Жалена...— миледи... — та мягко перебила, — я узнала вас, миледи. Вернее, узнала вашего супруга, Владетеля Эристана. Я ещё сомневалась, но вы назвали его по имени. Милорд, — она поклонилась Дэниару, — вы проезжали через нашу деревню несколько лет назад и остановились поговорить со старостой. С тех пор я запомнила вас.

Дэниар расхохотался:

— рьенна Жалена, вы очень наблюдательны! Может быть, пойдёте служить в армию Эристана лазутчиком?

Все посмеялись шутке, разрядившей напряжённую обстановку. Потом Энна рассказала, что в замке нет целителя, а у них маленький ребёнок и скоро будет другой. Может быть, рьенна Жалена согласится переехать в столицу?

Та покачала головой:

— миледи, я слишком стара, чтобы так менять свою жизнь. Здесь мой дом, мои друзья и те, кого я много раз лечила. Я знаю все окрестные леса и каждую травинку в них, — она грустно усмехнулась, — вот ведь какая насмешка судьбы. Я рассталась с любимым из-за его занятий лечением и травами, а сама всю жизнь добивалась, чтобы меня признали лекарем. Но его я хотела видеть воином, да...

Она помолчала, потом сказала:

— у меня есть дочь. Ей пятьдесят лет, у неё взрослые дети и она живёт в столице. Нора тоже целительница и, как мне кажется, превзошла меня. Может быть, вы захотите пригласить её?

Дэниар разочарованно поднялся.

— Поедем, Энна. Заедем к рьенне Норе и спросим её, не согласится ли она переехать в замок.

— Дэниар, ты иди, пожалуйста. Нам надо поговорить с рьенной Жаленой!

Выдворив мужа, Энна повернулась к целительнице.

Они проговорили ещё больше часа. Вначале Энна рассказала всё, что знала о Кориноре. Попутно упомянула и лекаря Врегора. Жалена знала его, но также, как и травника, не видела много лет. Она грустно покачала головой, узнав, что Коринор так и не женился.

Потом целительница рассказала Энне о дочери и пообещала, что, когда подойдёт время родов, она обязательно приедет в столицу.

Они выпили по чашке травяного чая. Обедать Энна не стала, потому что была уверена: за деревней, на лугу, гвардейцы раскинули походный лагерь и приготовили в котле кашу с мясом и приправами.

Жалена проводила её до околицы. Так и есть. На лугу стояла палатка, бродили рассёдланные кони, а её муж, вместе с гвардейцами, сидел на поставленном на землю седле и хохотал над какой-то, очевидно, пошлой мужской шуткой. Рядом на костре кипел котёл.

Увидев женщин, Владетель и гвардейцы вскочили. Дэниар подошёл, обнял жену, внимательно посмотрел ей в лицо.

— Ты устала, Эни? Может, приляжешь? Я приказал поставить палатку..., — и, обращаясь уже к целительнице, сказал: — рьенна Жалена, я всё время говорю, что ей надо бы побольше лежать, а она не слушает. Может, вы ей скажете?

Целительница усмехнулась:

— милорд, как раз наоборот. Лежать ей надо как можно меньше. Если она хорошо себя чувствует, то валяться в постели ей чрезвычайно вредно.

Дэниар ошарашенно смотрел на неё, не зная, что сказать. Энна потянула его за руку к костру. Она зверски проголодалась. Пригласили и Жалену.

Уплетая кашу, Энна вспомнила про Малышика. Посмотрела на лошадей и увидела, что рассёдланный андаринец мирно щиплет молодую травку. Она удивилась:

— О, Дэн, а кто Малышика расседлал?

— Я и расседлал, — засмеялся Владетель, — я при жеребце конюшим состою!

— А как ты...

— А вот так! Пригрозил плёткой и пообещал оставить под седлом и с уздечкой. Видать, сообразил, что травку щипать лучше без железа во рту.

Энна лишь удивлённо покачала головой, но ничего не сказала. Действительно, Малышик вырос уж очень своевольным.

Распрощавшись с целительницей, супруги отправились домой. Решили, что на обратном пути заедут к рьенне Норе. Дэниар сетовал, что проделали такой путь, а, оказывается, нужный им человек живёт прямо под боком. Энна о поездке не жалела. Она радовалась новому знакомству и надеялась, что оно продолжится.

Дом рьенны Норы нашли без труда. Скрыть приезд Владетеля было невозможно. Гвардейцы встали полукругом, оттеснив зевак от крыльца, на которое поднялись Дэниар и Энна. На шум открылась дверь, и у Энны подкосились ноги: перед ней стоял... травник Коринор! Нет, конечно, в женском исполнении черты лица травника были мягче, приглушённее, но та же длинная сухопарая фигура, стеснительная улыбка и рыжие волосы! И голубые глаза! Энна растерялась:

— э-э-э, рьенна, ... Коринор...

Дэниар тоже смотрел удивлённо. Женщина присела в реверансе:

— Коринора, миледи. Моё имя Коринора, но все зовут Нора...

Энна опомнилась. Ну конечно, перед ней дочь травника и целительницы Жалены. Она улыбнулась:

— я очень рада видеть вас, рьенна Нора! Мы знакомы с вашим отцом, а сегодня познакомились и с матерью.

Дэниар и Энна недолго пробыли у целительницы Норы. Договорились, что она на неделе приедет в замок, тогда всё и обговорят. Энна чувствовала, что уже устала. Всё же она не привыкла целый день, с небольшими перерывами, находиться в седле.

Когда въехали во двор замка, Дэниар удивлённо поднял брови. Перед парадным входом стояли три кареты, рядом толпились спешенные воины, держа в поводу коней, суетились слуги и конюшие. Энна всё поняла. Она соскочила со спины Малышика и кинулась к группе вооружённых людей. Воины расступились, послышались радостные возгласы, усталые лица осветились улыбками. Она хватала их за руки, называла по именам и осыпала вопросами. Они наперебой отвечали и сами что-то спрашивали у неё.

Дэниар, некоторое время скептически наблюдавший эту встречу, спешился и двинулся вслед за женой. Воины замолчали, подтянулись, хотя улыбки ещё не сошли с их лиц, низко поклонились Владетелю Эристана. Вперёд вышел высокий плотный воин. — Капитан Онорен, — вспомнил Дэниар. Он с достоинством поклонился:

— милорд, я рад доложить вам, что леди Зелинна доставлена в Эристан. Никаких происшествий в пути не было.

Дэниар кивнул, посмотрел на жену. Она стояла рядом с Онореном, лицо сияло от счастья.

— Дэниар, можно, я побегу к Зелинне?

Он улыбнулся ей, одновременно жестом подзывая своих слуг и старшего конюшего.

— Конечно, Эни! Только не беги, прошу тебя! Я сам займусь размещением стражников...

Он не успел договорить. Входная дверь распахнулась. На крыльцо выбежала улыбающаяся леди Зелинна. Вскрикнув, Энна бросилась к ней в обьятия.

Глава 22. Радостная встреча.

Леди Зелинна! Полная, добродушная, с яркими, тёплыми, умными карими глазами аль Ирайдесов, она стояла перед Энной собственной персоной. Как же Энна любила её!

— Наконец — то, наконец — то ты приехала! Я так ждала тебя, Зел!

Энна обнимала золовку, целовала в мягкие душистые щёки, вдыхала знакомый и родной запах замка аль Ирайдес, запах мяты, чабреца, ещё каких-то трав, отваром которых так любила умываться леди Зелинна.

Обнимая и целуя Энну, та шепнула ей на ушко:

— у тебя всё благополучно, Эни? Твой муж смотрит на нас очень насмешливо и иронично. Он не обижает тебя?

Энна засмеялась. Повернув голову, посмотрела на Дэниара. Тот понял её взгляд, подошёл, вежливо поклонился:

— леди Зелинна, я рад видеть вас в Эристане. Как сказал капитан Онорен, путешествие прошло благополучно?

Миледи присела в реверансе:

— благодарю вас, лорд Дэниар, всё хорошо.

Энна в нетерпении теребила её:

— пойдём, Зел, тебе надо вымыться после такой длинной дороги, а потом я тебя накормлю. Ты уже видела Церена?

— Ну что ты, Эни. Я только что приехала. Боюсь, за эти месяцы Церен меня совсем забыл!

Переговариваясь, они вошли в замок. Дэниар остался во дворе, чтобы проследить за размещением прибывших с леди Зелинной людей.

Энна ни на минуту не желала расставаться с миледи. Она сама повела её в гостевые покои, пояснив, что постоянные комнаты леди Зелинна выберет сама. После этого их отделают по её вкусу.

Поднимаясь на третий этаж, гостья с любопытством оглядывалась по сторонам. Да, убранство замка аль Беррон было гораздо роскошнее её родного дома. Вычурная, с позолотой, лепнина на потолке, широкая лестница выстлана, от самой стены до резных массивных перил из светлого дерева, бордовой дорожкой с причудливыми узорами. На стенах картины с изображением природы, охотничьих трофеев, скачущих горячих коней, портреты предков лорда Дэниара: важные, холёные лица, суровые тёмно-синие глаза. Женщины смотрят свысока, роскошные платья из парчи, аттахи, заморского шёлка и бархата увешаны драгоценностями. В высоких замысловатых причёсках сияют драгоценные камни.

Леди Зелинна чуточку оробела. Энна заметила, подхватила её под руку, засмеялась:

— не обращай на них внимания, Зел! Хочешь, прикажу всё убрать?

Та с опаской вскинула руку:

— что ты, что ты, Эни! Не надо, это же всё предки твоего мужа! Нельзя с ними так непочтительно...

Энна продолжала смеяться:

— Зел, этих предков я разыскала почти что на помойке! Одна из башен замка используется, как склад всякой рухляди. Да и на чердаках много чего накопилось за долгие годы. Я перевернула этот замок сверху донизу, нашла эти портреты и картины, а ещё великолепную старинную мебель. Представляешь, я обнаружила громадный стол для письма со множеством всяких ящичков и тайников. А самое главное, этот стол — настоящее произведение искусства! Его ножки вырезаны из розового дерева в виде зверей, как на гербе рода аль Беррон. Видела на флаге? Эдакие страшилы! Дэн говорил мне, как называются эти мифические уроды, но я тут же забыла. Так вот, эти звери поддерживают столешницу, а она состоит из полированных кусочков дерева множества пород. Я досчитала до двадцати и сбилась. Зел, это такая неописуемая красота! А какой необыкновенный узор составлен из этих кусочков! Я потом тебе всё покажу, сама увидишь!

Леди Зелинна с улыбкой смотрела на Энну. Та раскраснелась, глаза блестели восторгом.

— О, Зел, а хочешь, я тебе его подарю? — С радостным ожиданием она смотрела на золовку.

— А мне тоже хочется подарок! — Их догонял Дэниар. Женщины остановились, улыбаясь, повернулись к Владетелю. Высокий, гибкий, он легко прыгал через ступеньку, бегом поднимаясь к ним по лестнице.

— Милорд, — Энна строго свела брови, пытаясь не засмеяться, — как вам не стыдно выпрашивать подарок!

Он обнял её за талию, привлёк к себе, с радостью и нетерпеливым ожиданием глядя ей в глаза. Она быстро шепнула:

— подарок будет ночью.

Не выпуская её из объятий, Дэниар повернулся к улыбающейся гостье: