Мать Клана

— В Весёлого Студента. Это такой трактирчик, где главной достопримечательностью работает самый настоящий Аватар. Интересно, служители знают о нём? — задала она давно интересовавший её вопрос.

— Конечно. А что тебя удивляет? В Весёлом Квартале есть Аватара Порока, или Аватара Тёмных Желаний, её по-разному называют, и стоит она прямо в публичном доме. Ну, уж каким образом происходит поклонение ей, я тебе рассказывать не буду. И тоже не требует постоянного присутствия служителей рядом со святыней.

К реке они направлялись почти бегом. Как-то слишком незаметно пролетело время, оглянуться не успели, а уже приближаются два часа по полуночи. Мориса они застали нервно расхаживающим по берегу Юдоли.

— У нас пополнение, — бодро начала Ашам не дав напарнику вставить и слова. — Знакомьтесь, Юргон — это Морис Хош, Морис — это Юргон. Морис у нас специалист по свойствам растений и минералов, а Юргон — по изменению этих самых свойств. Знаете, по-моему вы отлично друг друга дополняете. Мне кажется, из нас получится хорошая команда.

И убежала в прибрежные заросли готовиться к диверсии, только коса взметнулась. Мужчины одарили друг друга долгим пристальным взглядом.

— Ты не Морис Хош.

— Верно, я — не он. Как догадался?

— Рост. К тому же я точно знаю, что того Мориса Хоша, внешность которого ты копируешь, казнили.

— Точно, рост не меняется, — он перевёл тему, не желая отвечать на вопросы о себе. — А ты не тот самый Юргон Соннер Леерхон, любимый кузен нашего величества?

— Точно.

— Тогда мы тебя с собой берём.

— Почему так сразу? И даже без выяснения, а так ли я там буду полезен.

— В твоём присутствии наша диверсия приобретает почти официальный характер, — усмехнулся Морис и протянул ему флакончик с жидкостью, которой перед отправкой следовало смазать руки.

Перебирались на тот берег несколько дольше, чем в прошлый раз, и лишь чудом не потеряли по пути Юргона не знакомого с коварством Юдоли. Под нависающим над водой зданием было по-прежнему темно, сыро и остро пахло тиной.

— Неужели нельзя было с этого берега подобраться?

— Поверь мне — нельзя. Там с одной и с другой стороны здания какая-то странная канализация. Выше по течению воду в трубы засасывает, ниже — её же выбрасывает. Это добавляет такие завихрения к уже существующим, что туда лучше вообще не соваться, — Ашам поправив на носу очки, всё-таки очень уж неудобно они сидели, принялась прощупывать предполагаемый люк. Тщательно и методично. Может его края, настолько хорошо пригнаны к полу, что заиндевевшие в ледяной воде пальцы не ощущают его? Раз за разом, она пыталась нащупать люк. Безрезультатно. — Да что же это такое? — Ашам в досаде сорвала очки с носа и замерла. Потом жестом попросила Морриса отпустить её и прошла немного вперёд и влево. — Вот он!

— Люк? Ты здесь его видишь? — Морис подошёл и напряжённо щурясь, всмотрелся. Следом за ним приблизился Юргон. — Да, действительно. А что же мы с тобой видели там?

— Иллюзию, обманку, ловушку для дураков. Хорошо хоть благодаря твоему средству не сработала сигнализация, пока я там шарила.

Так и получилось, что приспособление, над которым она работала несколько недель, не только не помогло, но даже помешало разглядеть истинное положение дел. Нужно было больше полагаться на СОБСТВЕННЫЕ силы, а не на магические игрушки.

— Вы так и будете трепаться, или мы уже пойдём?

— Умник. Сам и открывай.

— Кстати, да. Именно юру Леерхон будет сподручнее всего справляться с замками и задвижками, если то, что ты о нём рассказала — правда.

Юргон на это заявление только хмыкнул. Он по очереди приложил скрещенные средний и указательный пальцы к петлям, потом к тому месту, где должна быть задвижка, и после сильного удара кулаком, люк с громким плеском упал в воду (Морис удивлённо и восторженно присвистнул), а диверсанты по очереди полезли внутрь особо охраняемого объекта. Маскировать следы своего пребывания они изначально не собирались. И даже если бы люк удалось открыть незаметно, куда денешь мокрые разводы? А пропажу документов, которые Морис собирался забрать все, что найдёт? А беспорядок, неизбежно возникающий при быстром обыске? Бесполезно. Потому и нечего тратить на это силы и время. Основное помещение полигона, в центре которого и находился люк, через который они и проникли, диверсанты миновали не задерживаясь — оно было абсолютно пустым, если не считать мощных изолирующих экранов по стенам. По коридорам двинулись в заранее оговоренном порядке: Юргон ломает дверные замки, Морис собирает все бумаги, что попадаются на глаза, Ашам всовывает нос туда, куда до неё не успевают добраться мужчины.

— Не то, — время от времени бормотал себе под нос Морис, быстро просматривая найденные записи, но всё равно складывал их в свою непромокаемую сумку.

В одном из небольших помещений, находящихся совсем рядом с испытательным залом, пора мужчины осматривали рабочие столы, Ашам зашла в просторный шкаф, или небольшую кладовку, это уж смотря чем его считать, принялась лазать по полупустым полкам переставляя какие-то пыльные флаконы и вовсе уж непонятные предметы, забралась на самый верх и двери сами собой за ней закрылись, раздался слабый гул и всё стихло. Но прежде чем встревожившиеся подельники успели что-то предпринять, звук повторился и демон появилась вновь.

— Кажется, я нашла то, что мы искали.

— Где ты была?

— Внизу. Там тюрьма или что-то вроде того. Идёмте.

В "шкаф" все трое поместились с трудом, но оставаться наверху никто не пожелал. И после нажатия неприметной панельки под самым потолком, которую обнаружить можно было только случайно, кабинка плавно покатилась вниз. Темно и тихо. Темно настолько, что сами себе они начинали казаться тенями, потерянными во мраке. Слабый свет освещал лишь три забранные толстыми решётками камеры, узники которых были погружены в беспокойный сон. Ашам пробежалась вдоль всего ряда. Нет, не он. Лиц, конечно, было не разглядеть, но антрацитно-чёрную кожу дроу не спутаешь даже с очень сильным людским загаром. Юргон, видевший в темноте намного хуже своих спутников почти не двигался с места. Один только страшно довольный Морис деловито вынимал из металлических карманов у каждой из камер журналы наблюдений и аккуратно укладывал их в свою сумку. И всё это молча и почти бесшумно, старясь не разбудить спящих. Кто знает, а вдруг они к тому же буйнопомешанные и устроят тарарам?

— Как же могли при обыске не заметить ТАКОГО?! — сокрушался Юргон, когда диверсанты направлялись к лазу в полу, чтобы отправляться обратно.

— Возможно, свою роль сыграло то, что эта вертикально двигающаяся кабинка, вся, полностью механическая. Магическими радарами, на которые привыкли полагаться наши следователи, не засекается. А само помещение может быть окружено текучей водой и потому тоже плохо просматриваться магическими методами. Это, кстати, превосходно объяснило бы наличие такой странной канализации, — обстоятельно и логично начал объяснять Морис, но они уже пришли, и возможности для разговоров не стало. Не располагает к болтовне плаванье через быстротекущие холодные речные воды.

Ашам была задумчива. Сидя на высокой ветке дерева, она пыталась как можно больше отжать воды из косы. Попытки сохранить её относительно сухой, закрепив двумя длинными шпильками на затылке, ни к чему не привели. В оборудованном Морисом укрытии ещё пару месяцев назад было тесновато. Сам он, первым делом проверивший сохранность документов, кажется даже мурлыкал от удовольствия. И теперь пытался наскоро вытереться, хотя бы настолько, чтобы не закапать влагой ценные документы.

— Ну, то, что наш большой друг получил, что хотел, я уже понял, а ты? — спросил Юргон, не столько желая услышать ответ, сколько разрывая затянувшуюся паузу.

— Я, кажется тоже, — чуть севшим голосом произнесла Ашам, взгляд её застыл, а лицо вытянулось. Проследив за направлением её взгляда, Юргон увидел, что забывшийся на радостях Морис, скинул мокрую рубашку и стоит, развернувшись к ним голым торсом. В районе солнечного сплетения мужчины расположился довольно крупный плоский кристалл, выточенный в форме паучка, тонкие металлические лапки которого уходили куда-то под рёбра и в область живота. — Ну, здравствуй, братишка.

7

Братишка? Мужчина посмотрел сначала на свой живот, потом перевёл взгляд на сидящую напротив девушку. В этом мире только одно живое существо могло узнать его по такому признаку.

— Ашам?

Она молча кивнула, продолжая рассматривать его во все глаза. Потом подошла и осторожно дотронулась до руки, потом пожала плечами и снова внимательно всмотрелась.

— Почему ты так выглядишь? Это ведь не иллюзия?

— Какое там! — он расстроено откинул мокрую рубашку, которую продолжал комкать в руках. — Всё вполне настоящее. Помнишь, я тебе рассказывал о наших предтечах?

— Смутно, — она всё ещё разглядывала его, как будто увидела впервые.

— Те, что жили в пещерном Дейкарене до нас и когда дроу пришли в тот мир, смешались с нами. Они, оказывается, были мастерами маскировки и могли менять свой облик. Физически. По настоящему. Как оказалось, при некотором воздействии и во мне удалось запустить этот процесс. И как вернуть всё на свои места, я не представляю. А ты? — Рийрон решил сменить тему, не готовый в подробностях рассказывать о приключившемся с ним. — Из того, что ты о себе рассказывала, я составил совсем другой портрет.

— Существование в виде потока информации и энергии накладывает свой отпечаток не только на душу и разум, но и на тело. В любом случае, — она светло улыбнулась и протянула к нему руки, — я рада тебя видеть, братишка.

Он посмотрел на неё внимательно и серьёзно.

— Я тоже рад, что нашёл тебя.

И на этом трогательная сцена внезапно оборвалась. Ашам почувствовала, как где-то в районе солнечного сплетения разгорается комочек тёплого, пушистого и очень домашнего пламени. Мир приобрёл новые цвета и засиял красками, несмотря на то, что ещё только-только показался первый серенький рассвет. Разумеется, она узнала это чувство, даже спустя двести пятьдесят лет. Прикосновение к Источнику ни с чем невозможно спутать. Разве что на этот раз Обретение произошло не моментально, в шоковом порядке, а постепенно, она словно вплыла в это состояние. Так же, но в обратной последовательности, исчезал незримый свет из Артефакта впаянного в плоть мужчины, и в самом конце процесса паучок отвалился в подставленную в последний момент ладонь.

— О чем думал, когда произносил последнюю фразу? — спросила Ашам, едва только вновь приобрела способность говорить.

— О том, что готов всерьёз признать тебя своей сестрой, даже не смотря на то, что от Цери в тебе только часть её воспоминаний и, как я подозреваю, она далеко не основная. Но от моей семьи осталось так мало... Впрочем, получилось как нельзя лучше. Плетельщица услышала и поняла ещё не до конца оформившиеся желания и по-новому переплела нити наших судеб.

— Для кого лучше? Я, между прочим, не собиралась впрягаться в это ярмо! — глаза её расширились в комическом ужасе. Впрочем, ни страха, ни возмущения она не испытывала, просто не успела ещё осознать произошедшее.

— Для меня. Я, наконец-то начал чувствовать себя полноценным.

— Стоп-стоп. Я что-то не слишком понимаю, что сейчас происходит? Ты тот самый Рийрон, глава Клана Белой мыши, которого все ищут? — вклинился в разговор Юргон.

— Точно, — Рийрон кивнул, подтверждая согласие.

— Ну надо же! И тут она угадала! Я начинаю испытывать всё большее уважение перед предсказательной силой дара ваших жриц вообще и перед Рийран в частности. Всё получилось в точности, как она сказала.

— Рани — очень способная девочка, — с неподдельной гордостью и нежностью в голосе произнёс Рийрон. — Она ведь сейчас здесь?

— Да, — отмахнулся Юргон и вернулся к более интересному для себя вопросу. — Но что случилось прямо сейчас? Между вами двумя?

— Случилось то, что ты сейчас видишь перед собой Ашам, полноправную Мать Клана Белой Мыши. Грубо говоря, только что на неё перекинулась связь Клана с Источником. Впрочем, — он перевёл взгляд на Ашам, — легализовать мы тебя можем и как Виацерию.

— Не годится. У Виацерии в Дейкарене остался ещё вполне актуальный жених.

— Ка-акой ещё жених? — возмущённо воскликнул Юргон, но на его восклицание, увлёкшиеся спором новоявленные родственники, не обратили внимания.

— Так значит в остальном возражений нет? — мурлыкнул Рийрон, расплываясь в довольной улыбке, что на его бандитской роже смотрелось довольно странно.

Вместо ответа Ашам насторожилась, и резко вскинув руку, призывала к тишине.

— Там кто-то есть. И это не один человек.

Она кивнула в сторону деревенской околицы — на этот берег реки город ещё не перебрался. Бесшумно скользя меж ветвями древесного патриарха, первым в сторону предполагаемой опасности двинулся Рийрон. Остановился на пустынной дороге, прислушался.

— Вот он! Хватайте!

С этим криком из кустов выскочил высокий старик, а за ним и дюжина воинов в мундирах городской стражи. Впрочем, на ногах стоять им оставалось не долго. Простейшая силовая волна, вызванная вернувшим способность управлять магией Рийроном, отбросила их на пару метров и оставила валяться в пыли. О, нет, их вовсе не оглушило, удар для этого был не достаточно силён. Однако все, хоть сколько-то длительное время прослужившие в городской страже прекрасно помнили служебную инструкцию N 688, запрещавшую вмешиваться в конфликт магов. Пользы от этого — чуть, а потери среди личного состава бывали значительными. Здесь же был именно тот случай. Противник Рийрона лишь на мгновенье замер, осмысливая произошедшее, и не успел закончить начавшее формироваться заклинание. Рийрону времени на это потребовалось гораздо меньше. Одно короткое слово:

— Tae, — направляющий жест рукой и высокий старик, словно маревом подёрнулся. Мгновенно и как-то хаотично начали меняться черты его лица, цвет кожи, кисти рук, изменения претерпевали все видимые части тела. К тому времени, как на дорогу выбрались Ашам с Юргоном, всё уже было кончено. В пыли, неловко вывернув руку, уже не стоял, а лежал, нет, не старик, а ещё довольно молодой человек. Или не человек? Было ещё слишком темно, чтобы разглядеть подробности, но не бывает у людей такой внешности: очень широкие скулы при совсем крошечном, вздёрнутом носике, кожа, такая бледная, словно никогда не видела солнца, такие же светлые волосы и глаза. Кажется, Создатель, творя это существо, сильно пожалел красок.

— Кто это? — Ашам присела рядышком и бестрепетно потрогала лежащее тело.

— Яйр. Один из тех предтеч, о которых я только что упоминал. В этом мире его знали как Сеймура Лагран, руководителя той самой лаборатории, в которой мы сегодня побывали, — Рийрон был предельно серьёзен и сосредоточен. Его руки деловито прощупали пульс, проверили реакцию зрачков. На секунду он замер, потом воспроизвёл сложный жест, магией проверяя основные жизненные показатели. — Что за ... Он же не должен был умереть. Я всего лишь воспользовался заклинанием, которое должно было вернуть ему изначальную, истинную форму.