Книга 2. Соединяя миры.

— Ты не помнишь случайно, это был именно волк или волчица?

Лера задумалась.

— Нет, к сожалению. У меня даже вопрос такой не возник. Помню только молодое, сильное, здоровое тело животного и все. Если честно, то так и не определишь сходу. Может быть как он, так и она. А что, это принципиально?

— Ладно, не бери в голову. Предупрежден — значит вооружен. Возьму себе на заметку. Лучше расскажи, как у тебя дела? Когда ты заканчиваешь учебу?

— В июне экзамены, а потом я свободна. Нужно будет подыскать место, где я могу попрактиковаться в языках. Раньше было распределение, а теперь приходится все делать самой.

— Так за чем же дело встало?! — Дэн чуть не подскочил на месте. — Я тебя сколько уже приглашаю в гости, а ты все время отказываешься! Вот и приезжай! Лучшей практики в английском и быть не может.

— Ну, — Лера смущенно замялась, — я думала, что после... В общем, на самом деле ты не захочешь, чтобы я приезжала. Это только вежливость.

— Что за глупости! — фыркнул Дэн. — Мы же все еще друзья. Я реально буду рад твоему приезду. Уже с нетерпением этого жду.

— Не знаю... Вполне возможно. Спасибо за приглашение. Правда, ненадолго, тут еще книгу нужно закончить. Она у меня как-то застопорилась.

— Подожди, у меня есть замечательное местечко за городом. Вот там, в тишине, вдали ото всех ты сможешь жить столько, сколько захочешь — хоть месяц, хоть два, хоть три. Никто тебя не побеспокоит. Сможешь и книгу дописать, и в английском попрактиковаться с местными жителями. А когда захочешь, приедешь в Лондон — погуляешь, посмотришь город, походишь по магазинам. Я тебе предоставлю свою квартиру.

— А как же тогда ты?

— Что-нибудь придумаем. Ну, так как?

Лера рассмеялась:

— Звучит очень заманчиво. Ты почти меня уговорил. Я уже готова бежать и паковать чемоданы.

— Наконец-то! — Дэн возвел глаза к небу, что вызвало новый счастливый смех Леры.

Женщина ощущала сейчас эйфорию и острое нетерпение — так сильно ей хотелось новых встреч и свежих впечатлений.

К тому же... она снова окажется рядом с Дэном.

* * *

— Ты едешь в Англию? Надолго?

— У меня гостевая виза на полгода и больше двух месяцев свободного времени, но думаю, что на самом деле месяца для отдыха будет вполне достаточно.

Сидя с Никитой в столовой их дома, который они когда-то делили на троих, и попивая чай, Лера с горьковатым умилением рассматривала знакомую обстановку и краем уха слушала возню Нины Константиновны на кухне. Так уютно, спокойно и привычно, словно она никогда и никуда отсюда не уходила!

— Это он тебя пригласил? — Никита бросил на нее взгляд исподлобья.

— Если ты имеешь в виду Дэниэла Блэка, то да.

Даже небольшой укол собственничества со стороны мужа не мог испортить ей прекрасного настроения. Сегодня у Насти был День рождения, поэтому Лера дожидалась девочку из школы, чтобы поздравить ее и преподнести подарок, который ждет именинницу в комнате. Вечером же это никак не удастся сделать, поскольку у шестнадцатилетней дочери намечается своя вечеринка, на которую приглашены как подруги, так и парни, и родителям тут места не будет.

— У тебя с ним так серьезно? — Никита не унимался, и Лера со сдерживаемым вздохом, наконец, оторвала взгляд от весеннего пейзажа за окном и посмотрела на него.

— Нет. Во всяком случае, это не то, что ты думаешь. Нам просто интересно вместе, мы хорошо проводим время, нам есть о чем поговорить. А если бы даже что-то и было, то, извини, но это мое дело. Я же не вмешиваюсь в твою личную жизнь.

— Личная жизнь... — в словах Никиты прозвучала неприкрытая горечь, но он ее тут же смахнул. Теперь его голос был привычно энергичен. — Конечно же, это твое дело. Просто я о тебе беспокоюсь — ты ведь мне не чужая. Не хочу, чтобы тебе потом было больно. Я хорошо знаю нашу мужскую братию, как-никак сам из их числа. Не боишься оказаться в роли временной игрушки?

— По себе судишь? — Лера отодвинула в сторону пустую чашку.

— Зачем ты так! — незамедлительно последовал укор. — Разве я когда-нибудь относился к тебе, как к развлечению?

Леру кольнула совесть, и она отрицательно покачала головой. Ради справедливости нужно сказать, что Никита всегда относился к ней серьезно.

— Вот видишь, — продолжил он. — Да, у нас были немного разные взгляды на брак, но я всегда уважал тебя, как мою жену, и собирался прожить с тобой до конца жизни.

"Даже слишком разные взгляды на брак!" — подумала про себя Лера.

Столовая погрузилась в тишину, нарушаемую только бренчанием посуды с кухни, в течение которой каждый глубоко ушел в свои мысли и воспоминания. Лера задумчиво крутила чайную ложку в руках, а Никита, уткнувшись взглядом в белую скатерть, стучал пальцами по поверхности стола.

— Знаешь, а мама в свое время оказалась полностью права насчет тебя, — нарушил вдруг он молчание.

— Вера Глебовна?

— Угу.

— В чем именно?

Никита серьезно посмотрел на нее.

— Она говорила, что ты лучшая в моей жизни.

Лера махнула на это рукой.

— Нет, правда. Наверное, многие вещи начинаешь ценить только тогда, когда их теряешь, но, сколько бы я не озирался по сторонам после твоего ухода, ни одна женщина не шла ни в какое сравнение с тобой. Всем им нужны были только мои деньги и статус. Все они готовы лечь под любого, кто предложит им больше.

— Может ты просто не там искал?

— Нет, дело не в этом, — покачал он головой. — Лер! — неожиданно Никита протянул руку и накрыл ее кулак, в котором ложка оказалась в качестве пленницы. — Возвращайся, пожалуйста, обратно. Давай попробуем начать все сначала. Все будет по-другому. Я уже наелся свободой, а роль жениха мне претит. Если уж и начинать жизнь с чистого листа, то только с тобой.

Видя, что горячего протеста с ее стороны не последовало, он продолжил:

— Подумай, пожалуйста. И... мне все равно, что было у тебя с этим артистом.

— Певцом, — машинально поправила его Лера. Ее мысли сейчас были где-то далеко. — И у меня ничего с ним не было, — задумчиво закончила она.

— Тем более! — повеселел Никита. — Возвращайся. Представь только, как Настя этому обрадуется.

Мысли о дочери вернули Леру в реальность. Она посмотрела на мужа, но сказать ничего не успела, поскольку раздался звонок в дверь.

— Это Настя? — встрепенулась Лера.

— Вряд ли. У нее есть ключ.

"И то правда!" — подумала Лера.

Пока они гадали, кто там пришел, пожилая домработница нажала кнопку на панели, связанной с воротами, и они увидели, как к дому подкатил серебристый Мерседес, из которого вышла весьма эффектная женщина и уверенно поднялась на крыльцо.

— Соня??? — в возгласе Леры звучало крайнее удивление.

Это была действительно она! На пороге столовой стояла сногсшибательная, холеная красавица в дорогом, элегантном, без единой складочки костюме, нежно-голубой цвет которого мог тягаться с чистым весенним небом. Ноги, обутые в туфли на среднем каблучке, скромно были прикрыты строгой юбкой до колен, а ухоженные золотистые волосы шелковым шлейфом спускались за спину. В тонких пальцах с безупречным маникюром, Соня небрежно держала миниатюрную сумочку.

— Лера? Здравствуй. Давно не виделись, — взгляд женщины лишь вскользь прошелся по ней и остановился на хозяине дома. — Никита, возникли некоторые трудности, — ее голос был ровен и по-деловому лаконичен, но Лера уловила в нем тон, который предполагал близко-доверительные отношения. — Я знаю, что сейчас не совсем удобное для этого время, но дело не терпит отлагательств.

Больше не обращая внимания на Леру, будто той здесь и не было, Соня изящно опустилась на краешек стула, стоящего с торца стола, так, что оказалась между ней и Никитой. Но все ее внимание было сосредоточено исключительно на мужчине.

— Наш северный поставщик хочет отказаться от контракта. Как я узнала, кто-то сделал им более выгодное предложение. Нужно будет либо обговаривать неустойку при разрыве, либо идти на уступки. В таком случае необходимо, чтобы ты одобрил новое ценообразование. Решать нужно быстро, а то у нас уже заказ на партию дверей из этой древесины. Пойдем в кабинет, обсудим.

— Хорошо, — кивнул Никита, но при этом даже не шелохнулся. Не отрываясь, он смотрел на Леру.

Тогда Соня поднялась с места, встала за его спиной, опустив одну руку на плечо, и стала терпеливо ждать. Этакая идиллия! Ее ясный взгляд с превосходством, не без доли вызова остановился на Лере.

— Хорошо выглядишь, — бросила ей бывшая соперница.

— Ты тоже, — улыбнулась ей Лера.

— Лер, только не уходи, пожалуйста. Мы еще не договорили, — попросил ее Никита. Он не двигался с места, ожидая от нее ответа.

Леру внезапно посетило острое ощущение дежавю. Картина из прошлого ясно встала перед ее глазами, и чувство того, что она совершила пробежку по кругу и вернулась в исходную точку, не покидало ее ни на миг. Та же расстановка персонажей, почти те же позы, тот же немой вопрос в глазах Никиты и... все снова упирается в нее.

— Хорошо. Куда же я уйду, если Настя еще не пришла.

Когда эти двое ушли наверх, Лера отнесла посуду на кухню и расположилась на диване в гостиной, из больших окон которой раньше она любила смотреть на сад.

Сейчас там полным ходом шло возрождение природы. Зелень была еще чистой, нежно-зеленой, с прогалинами черной, жирной земли на клумбах, на которых готовились зацвести ее любимые первые ирисы. Теплое майское солнышко играло в кроне березы и сквозь окно бросало медовые блики на полированный, деревянный пол.

Откинувшись на спинку, Лера размышляла.

Где-то она читала, что жизнь никогда не сталкивает нас с людьми дважды просто так. Она делает это снова и снова до тех пор, пока человек либо не усвоит определенный урок, либо не поймет, что именно дает ему эта встреча. В некоторых случаях необходимо разглядеть и приобрести те качества, которыми обладает твой старый знакомый, и которых лишен ты сам — так сказать, подправить свой характер, а соответственно и отношение к тебе окружающих людей. А порой жизнь постоянно погружает тебя в одну и ту же ситуацию или проблему, чтобы стереть сложившийся стереотип поведения и перевести тебя на новый виток развития.

Вот взять хотя бы ее подругу Катю. Женщина появлялась на ее горизонте каждый раз, когда жизнь Леры подходила к застою или тупику. Каждый раз, когда они встречались, она стояла на пороге поворотных решений в своей жизни. Ведь именно Катя подтолкнула ее тогда к мысли напечатать книгу. И если бы не это обстоятельство, то кто знает, хватило бы тогда у Леры сил на то, чтобы уйти от Никиты.

Но в данный момент все немного не так. Ее вернули обратно, а значит, в далеком прошлом Лера сделала неправильный шаг, который и привел ее к бегу по замкнутому кругу.

Возможно, если бы она не пошла тогда с Никитой в кафе, размышляла Лера, если бы отказалась от желания завоевать его, то их судьбы сложились бы сейчас совсем иначе. И если предсказать, что стало бы с ее собственной жизнью, она не могла, то отношения Никиты с Соней скорее всего закончились бы браком. И кто может знать, но их совместная жизнь вполне могла бы оказаться счастливой, поскольку эти двое происходили из одной среды, имели общие интересы, а значит, понимали бы друг друга с полуслова.

Вполне вероятно, что Лера свернула тогда не туда, и ей дается реальный шанс все исправить...

— Мама?

Глубоко погруженная в свои размышления, Лера не заметила, как вошла дочь. Ее девочка была одета в белую блузку, синий пиджачок и юбку в крупную клетку — утвержденную школой форму.

— Здравствуй, доченька! — она радостно вскочила и заключила Настю в объятия. — С Днем рождения, милая!

— Спасибо. А папа дома?

— Да он у себя в кабинете.

— Ладно, пойду, переоденусь, а потом поболтаем.

И Настя упорхнула наверх.

— Валерия Борисовна, может быть, пообедаете вместе с Настей? — поинтересовалась Нина Константиновна, высунув голову из кухни.

— Нет, спасибо. Не волнуйтесь, мне чая с ватрушкой хватило.

— Ну, как хотите. А то все уже горячее.

Выждав еще пару секунд, домработница исчезла из поля зрения, а минут через пять в гостиной показались Никита с Соней.

— Я скажу Игорю, чтобы он тогда подготовил все необходимые документы, а ты завтра их подпишешь, — говорила Соня, спускаясь по лестнице. — Всего хорошего. Рада была повидаться, — обратилась она уже к Лере. — Передайте мои поздравления Насте.

Не задерживаясь, женщина вышла за дверь, оставив после себя запах изысканных духов.

— Она работает с тобой? — поинтересовалась Лера, когда Никита сел рядом с ней.

— Да. Константин Викторович уже совсем сдает, поэтому передал свои дела Соне. Теперь она мой деловой партнер.

— Ты мне ничего не говорил об этом. Давно?

Константин Викторович был Сониным отцом и другом семьи Никиты. Когда-то ее покойный свекор и этот мужчина были дружны, поэтому на двоих открыли производство элитных дверей и окон в Санкт-Петербурге, заключив партнерство. После же убийства отца, у руля компании за него встал Никита, а Соня через год после его женитьбы на Лере, уехала из страны. Она долгое время жила в Италии, открыв там какое-то свое дело, а теперь вернулась обратно.

— Уже с полгода, — ответил ей Никита. — Сначала просто вникала в наши дела, а теперь уже полностью включилась в работу.

— Понятно. Она замужем?

— Нет. Была за каким-то там итальянцем, но развелась. А что? Ревнуешь?

Глаза Никиты самодовольно блеснули.

Лера вынуждена была его разочаровать:

— Нисколько. Просто как раз к разговору о женщинах — Соня не из числа тех, кто гонится за твоими деньгами. У нее свое независимое финансовое положение.

— Да, это так. Но к чему ты клонишь?

— Не говори только, что не замечал того, что она была когда-то в тебя влюблена.

Кажется, Никита начал понимать, куда гнет Лера. Его брови сошлись, образовывая складку, и он пристально посмотрел на нее.

— Но моя жена — ты!

— Только формально.

— Так что тебе мешает перевести наш брак из формального в настоящий? Все упирается только в тебя и твои мудреные причуды.

Лера вздохнула.

— Никит, спасибо тебе за твое предложение. Поверь, это важно для меня, но я уже не хочу возвращаться туда, откуда все началось. Мы оба застряли и не можем двигаться дальше. Мы изменились, мир изменился — прошлое не вернешь. Нет такого волшебного ластика, чтобы стереть все ошибки и оставить только хорошее. Они всегда будут стоять между нами: и через год, и через два, и через десять лет. Я всегда буду помнить твою измену, а ты мой уход. Как бы тщательно мы не склеили разбитую вазу, на ней все равно будет видна сеточка трещин. А в нашем случае она вообще держится на честном слове.

— К чему вся эта тирада?

— Я хочу развестись.

Подошла пора окончательно оборвать ту нить, что удерживала ее в прошлом.

— Вот как? — глаза Никиты предостерегающе сузились. — Надеешься на то, что этот твой певец сделает тебе предложение?

— Господи, Никита! — Лера на мгновение от разочарования прикрыла глаза. — А ты еще удивляешься, почему мы не можем жить вместе! Вот именно поэтому. Ты не понимал меня раньше, не понимаешь и сейчас. О каком счастливом браке между нами может идти речь, если ты слышишь только себя? Я только лишний раз убедилась, что права. Считай, как хочешь, но я уверена, что ты еще скажешь мне спасибо. ...Потом, когда найдешь ту, с кем будешь мыслить на одной волне.