Стрела за грош

-А я надеялась...

Дайнрил приподнял брови:

-Танцуй от счастья. Возможно, ты надеялась не зря. Видишь тот лесок на холме, где мы собрались прикорнуть?

-Вижу. До него всего-то метров двести.

-Прекрасно. А знаешь ли ты, что этот лес считают священным не просто так?

-Там появляется Портал! — догадалась Ника.

-Так точно! И, возможно, вскоре мы сможем увидеть друзей-товарищей из прошлой жизни. Если хотите — вернётесь домой. Рита, вроде бы ты мечтала об этом.

Вопрос застал меня врасплох. А ведь он прав, потрясённо осознала я. Всё время я только и делала, что ныла и жаловалась, как хочу домой и как боюсь за свой диплом. Но не сейчас! Диплом мне нужен только для того, чтобы устроиться на нормальную работу и получать приличную зарплату. Теперь же, когда есть перспектива заполучить золотые горы, мой "шизанутый" институт благородно отступил на второй план. Хочу ли я, на самом деле, домой, к прежнему полунищему существованию? Нет. Ни за что! Сначала заберу причитающиеся мне тридцать кило золота, а уже потом можно рассмотреть вопрос о возвращении. А свою мечту о мягкой постельке Лиза может засунуть в... в стол! Хотя, впрочем, есть и другой вариант.

-Можешь идти, — процедила я сквозь зубы, — когда захочешь. Я подожду другого лифта.

-Но почему? — её изумление казалось искренним. — Тебе здесь нравится?

-Нет.

-Тогда в чём дело?

-Дело, девочка моя, как обычно, в деньгах. В презренных зелёных бумажках. В том количестве этих бумажек, которое я смогу выручить за вендарское золото. Сечёшь?

Лиза умолкла, а Ника, покачав головой, добавила что-то вроде "люди гибнут за металл". Я кивнула с самым серьёзным видом:

-Предсказатель нам сказал — люди гибнут за металл. Эта сказка хороша — нет металла ни шиша. Пока нет, — и многозначительно улыбнулась.

-Эх, молодёжь, — притворно вздохнул Дайнрил, — и нет-то для них ничего святого! Подавай деньги, деньги, деньги... А как же дружба? Ты так и бросишь Лизу одну разгребать весь ворох проблем?

-Вот такая я нехорошая.

-Ты не ответила. Оставишь человека одного со всем разбираться?

-Ты же смог, — я пожала плечами.

Дайнрил прищурился:

-Я? Когда?

-Ещё в "Кафе-баре", помнишь? Сбежал через свой... пардон! Через Портал и даже не потрудился объяснить, что меня ждёт, если я пойду на улицу вслед за вами. А что мне оставалось делать? Там с ментами разбираться?

-Напомни-ка ещё раз свою будущую специальность.

-Адвокатура. Я — будущий специалист по гражданскому, семейному и наследственному праву, и со всякой уголовщиной дела не имею. Понятно выражаюсь?

-Странно, — он развёл руками, — к твоему характеру больше подходит прокуратура, ДПС или оперативка. Разве твоё амплуа — защищать?

-ДПС? — я швырнула в него прошлогоднюю еловую шишку, которую только что подобрала с земли. — Это удар ниже пояса!

-И всё же? — заинтересовалась Лиза.

-За такую работку наше любимое государство не очень-то щедро вознаграждает. А в адвокатуре, да ещё на какой-нибудь фирме...

-Кормушка сытнее? — предположил Дайнрил.

-Угадал, — я цинично усмехнулась, — ну что, все довольны? Давайте, решайте уже.

Судя по всему, Ника, как и я, своего мнения не изменила, а вот Лизе решение давалось с превеликим трудом. В принципе я её понимаю, ведь в Айреке у неё семья, любящий жених, друзья и все прелести цивилизации, к которым она так привыкла. С другой стороны, денег ей всегда не хватает на ту жизнь в стиле гламур, о которой она всё время мечтает. Но, если честно, лучше бы Лиза отправилась домой. Меньше волнений, если вдруг начнётся махач. А то ведь такую крошку и ногами затоптать недолго. Правда, своим визгом и капризами она сведёт в могилу не одну армию, но, к сожалению, действует это тайное оружие только на комаров и джентльменов. Что-то я сомневаюсь, что греллов можно отнести к одной из двух категорий... Они ж её соплёй перешибут, если она будет вот так стоять и хныкать! В плен попадёт, а мы — выручай... Хватит с меня и одного Колира. Вон как вляпались, до сих пор не отмоемся! И почему-то у меня предчувствие, что дальше будет только хуже. Ничего страшного! Отступить — значит, показать свою слабость, а я не из тех женщин, кому это выгодно.

Прошло довольно много времени, прежде чем Лиза переступила через собственную нерешительность и приняла решение. Оглашать его на всю ивановскую она не захотела, сообщив свою резолюцию только одному человеку — и это была не я, а Ника. Суть упомянутого решения мне сказал на ушко Зейтт. Всё оказалось просто, как шоколад: Лиза хочет остаться. Из-за Оддара. Про любимого Алика она то ли забыла, то ли сочла его недосягаемым. А может, Оддар её заинтересовал только как "человек" подходящего роста? Что бы там ни было, дальше платонических отношений они не зайдут. Всё же я обещала Алику проследить за ней в случае чего, а своё слово я не нарушаю... нет, вряд ли Лиза до такого опустится. Вряд ли...

Только-только я успела перевести дух и залезть на Далилу, как в мою личную жизнь опять сунули нос. Слава Силам, не Дайнрил (он ехал в начале процессии), а Зейтт. Всё равно неприятно, я же ему такие вопросы не задаю.

-Кто такой Анчоус?

-Одна левая мразь, — отозвалась я, подгоняя лошадь, — безмозглый петух. Забей!

-Это твой парень, да?

-Был когда-то. Давно.

-Ты его любишь?

Я вздохнула:

-Любовь придумали русские, чтобы не платить. Знаешь, раньше я верила в то, что любовь — не сказки. Теперь — нет.

-Почему? Разбитое сердце?

-Да ты, брат, поэт! Вот уж не ожидала встретить лиричного варвара... О'кей, поясняю. Просто я выросла. В детстве я верила и в то, что в сказке про Золушку всё правда. Но детство имеет обыкновение кончаться.

-И ты никого не любила?

-Почему же? До шестнадцати лет... и очень скучаю.

-Что случилось?

-Никто не знает точно. То ли тормоза отказали, то ли дорога скользкая... кто-то имел наглость утверждать, будто отец был пьян!

-Отец? Так это...

-Да, Зейтт. Если я кого и любила в этой сраной жизни, так это мою семью. Папа, мама, брат-первоклассник и сестрёнка двух месяцев от роду. Они все погибли. В день моего рождения. Врачи говорят, даже не мучились...

-Автокатастрофа? О, Силы!..

-Да... мы ехали в магазин за продуктами. Вечером должны были прийти гости. Утро выдалось морозное, а шины — старые. Я заснула и не видела, что произошло. Нашу машину вынесло на встречную, и мы столкнулись с грузовиком... взрыв — и всё... меня саму спасло только то, что ремень безопасности с моей стороны был сломан, и я вылетела через лобовое стекло на дорогу. А они не успели... знаешь, Зейтт, я даже не смогла их похоронить! После удара об асфальт я неделю была в коме, а из больницы вышла только весной. Потом меня хотел забрать троюродный дядя, самый близкий родственник, но я... уже заканчивала школу и не хотела ничего менять. И забрала у дяди фотографии с похорон. Их всех хоронили в закрытых гробах, сестрёнку — на руках у мамы. После их смерти я никого не могла полюбить... хотя попытки были.

-И ты... живёшь одна?

-Теперь да, и я не очень из-за этого расстраиваюсь... а тогда — хотелось, чтобы рядом был кто-то надёжный, тот, на которого можно было бы положиться. Но всё сложилось иначе. Сначала водитель того грузовика подал в суд за моральный и материальный ущерб. Будто бы наша машина напугала его до седых волос, и потребовал в качестве компенсации наш дом. Ему, видишь ли, с тёщей жить надоело.

-Разве его не посадили?

-Представь себе, нет. Суд он выиграл и получил дом.

-И что? Ты уехала к дяде?

-Нет. Тот дальнобойщик... не настаивал на моём выселении. Когда его жена уезжала, он приходил в мою комнату и... успешно развлекался. Он говорил, что убьёт меня, если я кому-нибудь об этом расскажу. Я и молчала.

-Ублюдок!

-Он не учёл одного: пока я лежала в больнице, познакомилась с одним хакером, и он научил меня взламывать шифры и воровать деньги. Я переправила банковские реквизиты и вернула свой дом. До чего же приятно было видеть его оскорблённую рожу! Но всё было чисто, не подкопаешься.

-А что было дальше с этим выродком?

-Ты будешь смеяться.

-И всё же?

-Я убила его.

-Ты? И тебе за это ничего не было?

-Не было. Я встретила его на кладбище и вскрыла глотку от уха до уха. Прямо у могилы его мамочки. Я даже не чувствую, что убила человека. Это то же самое, что избавить общество от бешеной собаки. Вот так, — я сжала каблуками бока Далилы, — я тебе это рассказала и больше не желаю вспоминать. Надеюсь, Дайнрил ничего не услышит.

-За кого ты меня принимаешь? — оскорбился Зейтт. — Я... польщён, что ты рассказала это именно мне. Ты всё правильно сделала. Таких подонков надо вырезать под корень! А Дайнрил — он ничего не сказал бы.

-Уверен?

-Да-а... как же ты его не любишь... За что, интересно?

-А вот это, извини, лично моё дело. Если ты так хочешь знать, спроси у него самого. Конечно, он половину переврёт, но суть ухватишь. Всё, вопрос закрыт!

Я ещё раз прошлась каблуками по лошадиным бокам, и на этот раз животное сообразило, что от него требуется, даже быстрее, чем я успела приготовиться. Далила всхрапнула, встала на дыбы и прогарцевала на задних ногах где-то метров двадцать, прежде чем пуститься в галоп. Зейтт на своём тяжеловозе едва поспевал за мной — а я изо всех сил вцепилась в конскую гриву и почти начала молиться. Первый раз еду верхом, и с самого начала занимаюсь эквилибристикой, или как там это в цирке называется? Казалось, я вот-вот вылечу из седла. Всё-таки обошлось. В конце мне даже понравилось. Кто говорил, что я не справлюсь? Враньё!

Хотелось бы рассказать Дайнрилу, что верховая езда у меня получается на ура, но, честно говоря, не то настроение было. К чему бередить старые раны? И вообще, эта ночь была так насыщена событиями, что вздремнуть так и не удалось, и это уже начало сказываться на внимании. Сейчас я бы заснула даже в объятиях Дайнрила или болотной кикиморы (понятия в принципе равнозначные), только время подавай. Где-то минуток шестьсот.

Рощица оказалась так себе, слабенькая, вроде нашей лесополосы. Я уже соскучилась по непроходимой чаще Изменчивого Леса, по замшелым стволам и солнечным зайчикам, пляшущим по узловатой коре в солнечный денёк. Это же — некачественный суррогат, липовая аллея в парке культуры и отдыха. Впрочем, на безрыбье...

А если честно, мне в Нурекне даже нравится. Воздух чистый, никакой тебе загазованности, пейзажи чудесные, политиков нет... ах да, про загазованность я уже говорила. Проще говоря, здесь прекрасно проводить отпуск. Но жить на постоянной основе? Извини, подвинься! То же самое, что переселиться в тайгу: съедят. Ведь в средневековье самым действенным средством от комаров был чеснок, причём не на руки и лицо, а внутрь. Желательно вместе со стаканом самогона. Все кровососущие падают замертво в зоне поражения от твоего дыхания. Изредка это средство действует и на людей: всё зависит от индивидуальной стойкости отдельно взятой персоны. Поэтому в отпуск рекомендуется ездить с годовым запасом действенного репеллента. Если сам всё не израсходуешь, то остатки можно выгодно продать забывчивым соседям по кемпингу. И кожа цела, и кошелёк не в накладе...

Вот так всегда! Мои фантазии никогда до хорошего не доводили, и теперь та же фигня. Пока я размышляла о возможности проведения свободного времени на природе, все мои товарищи по походу успели занять лучшие места под деревьями. Лучшие — то есть сухие, чистые и без насекомых. Я осмотрела то, что осталось, и грешным делом подумала: самый логичный выход из положения — устроиться спать в развилке дерева. По крайней мере, змеи туда не заползут. Змей я вообще боюсь больше всего на свете. Ядовитых, конечно. У меня как-то раз одного знакомого гадюка укусила, так ему ногу до колена отняли. А нормальный мужик был. Вот что значит на "веточку" ненароком наступить! С тех пор, как я об этом узнала, предпочитаю не рисковать.

Попытка согнать кого-нибудь с выбранного места успехом не увенчалась: все уже спали, как убитые. Что же делать? В реале лезть на дерево или же на всё наплевать и улечься там, где стою?

-Зейтт! Думаешь, нам стоит выставить часовых? А вдруг нас найдут?

-Не-а, — зевнул дахрейец, — это же святое место. Всякая нечисть сюда и носу не кажет. Спи спокойно. Хочешь, свой плащ дам?

-Нет, спасибо, тебе нужнее. Спокойной ночи.

-А ты?

-Посижу под деревцем, подумаю. Не обращай внимания, о'кей?

-Ладно...

Секунду спустя он уже спал, и я осталась в гордом одиночестве. Спать хотелось ужасно. Но разве в луже можно заснуть? Я выбрала под сосенкой место посуше и села, опираясь спиной о ствол. Если не высплюсь, то хоть отдохну по мере возможности.

Проснулась я от яркого света, бьющего в глаза. Даже не верится, что я всю ночь провела, скорчившись в позе полузародыша! Обычно у меня в таком случае раскалывается и затекает спина, а я чувствую себя прекрасно. Наверное, потому что за прошедшие сутки я устала, как бобик. Чем же ещё можно это объяснить?

-Добро пожаловать в реальный мир!

Голос Дайнрила разбудил меня окончательно, и я попыталась выпрямиться. Именно попыталась. Потому что осознала, что вовсе не сижу под сосной, а лежу неподалёку от кустиков орешника, а под головой... господи! Я лежу не просто так, а в объятиях Дайнрила! Только этого я и боялась... Ужас! Как же я не заметила, что использую его руку в качестве подушки. И, чёрт побери, что с моей одеждой? Куртки нет, рубашка расстёгнута...

Я с рекордной быстротой привела тряпки в порядок и рывком села:

-Что произошло?

Дайнрил невинно захлопал ресницами, тщетно пытаясь сдержать расползающуюся улыбку. И ничего не ответил. Неужели он думает, что я всё это так и оставлю?

-Какого чёрта?!

-Успокойся, — он развёл руками, — не кричи. Ты что, ничего не помнишь?

-А должна?

-Ну... вообще-то да. Ты же устроилась вздремнуть прямо на болотной кочке!

-Не ври! Я специально выбирала место, и болотом там даже не пахло.

-Сказочки... Кстати, мать, ох и горазда ты дрыхнуть! Когда я тебя увидел, ты сидела по горло в воде и продолжала витать в облаках. Ещё чуть-чуть, и осталась бы там навсегда — на Заокраинном. Неужто так сильно устала? А одежда... пришлось её снять и просушить. Ты и тогда не очнулась. К сожалению, одевать я умею не так хорошо, как раздевать, а то бы ты ни о чём не догадалась.

-Надо же... — я закусила губу. — До такого докатиться... если даже не поняла, что меня раздевают, значит, дело плохо. Между прочим, откуда мне знать, что всё ограничилось только шмотками? Неужели ты не воспользовался ситуацией?

-Нет.

-Нет?

Дайнрил улыбнулся и провёл рукой по моим волосам. Тогда-то я и заметила, что они на самом деле влажные. Меня будто током ударило. Так это правда? А он, не отпуская руки, продолжил:

-Естественно. Я не любитель насиловать трупы, если ты об этом, а ты выглядела совсем как труп. Тем более, я не привык заниматься таким важным делом на глазах у свидетелей.