Шум ветра и шелест кустов проглотил последние слова годдисса, как будто Стас вдруг вынырнул из морской пучины на поверхность.
Примерно тридцать два острых шипа в тот же миг вонзились ему в лицо. Стас вскрикнул. Куст, в котором он "отдыхал", заходил ходуном.
