Поймать архимага

— Да это ты достал меня! — выкрикнула я, чем привлекла внимание людей, сидящих за ближайшими столиками.— Разберись уже, чего сам хочешь! И близко не подпускаешь, и не отвалишь никак! Ненавижу тебя!

— Так, все, хватит,— сказал некромант и, схватив меня за плечо и выдернув из-за стола, потащил в сторону лестницы.

— Куда ты меня тащишь?! — В тщетной попытке вырваться я попыталась разжать стальную хватку мужчины, но моих силенок было явно маловато.

— На сеновал,— хмыкнул Дар. И, видя, что я настроена серьезно, пояснил: — Браслет сдавать.

— Ну нет,— наконец вырвавшись, сказала я.— Ты что, его зря мне доставал, что ли? И, кстати, как ты его достал? Он такой дорогой, а лишних денег у нас нет.

— Подошел к хозяину магазина и спросил, не нужны ли ему, случаем, услуги мага. Они ему оказались очень даже нужны. Я оказал ему небольшую услугу — и вот, этот браслет у меня.

Я принялась спешно одергивать задравшуюся рубашку и попыталась разгладить замявшийся под цепкой рукой некроманта рукав. В этот момент входная дверь открылась, и вошли Марэль с Иллием. Увидев нас, они поспешили к нам.

— Вы почему еще тут? — грозно спросил наемник.— Быстро в город, мы должны найти способ пробраться на бал. Мы уже успели покрутиться около дворца и разузнать некоторые подробности, а вы тут опять ругаетесь! Давайте-давайте, идите уже.

Мы, пристыженные и посрамленные, поднялись по лестнице к себе в номер. Я прошла к себе в комнату, взяла плащ и сумку. Дарисс ждал меня уже одетый и собранный.

— Прости меня,— покаянно завела я,— я не хотела на тебя срываться, но ты замучил меня своим отношением. Простишь?

— Ребенок,— вздохнул некромант.— Пошли уже, а то Марэль будет недоволен.

— Ладно, а куда мы пойдем? — спросила я, поправляя перекрутившеюся лямочку сумки.

— На базар. Продавать тебя в рабство.

Базар потрясал воображение. Такого количества товара не было даже на главном базаре Мортана. Чтобы купить все, что мне приглянулось, мне пришлось бы потратить пять своих месячных зарплат и разграбить государственную казну. Дар, терпеливо следующий за мной, ежеминутно напоминал мне, что мы сюда не за этим пришли. В итоге мы чуть снова не поссорились.

Часа через четыре мы, уставшие и проголодавшиеся, сидели в небольшой харчевне и с аппетитом поедали свинину на ребрышках. В харчевне было очень тепло и уютно. Стены расписаны яркими узорами, пол выложен цветастой мозаикой, резные стулья и круглые столы, прозрачные шторы с такими же узорами, что и стены, на каждом столике стоит фонарик с витражными стеклышками.

Я тайком любовалась браслетом, подаренным некромантом. Глупое поведение мужчины меня нервировало. Когда-нибудь он меня достанет своими "ни туда и ни сюда", и я его побью. У меня было такое чувство, будто он возвел вокруг себя замковую стену с единственным проходом — маленькой дверцей. И вот я примерзла к ручке этой дверцы, но некромант не хочет ни открывать дверь, ни спасать меня от обморожения. А когда-нибудь я замерзну окончательно и умру под его дверью.

Объект моих мыслей сегодня был невесел и задумчив. Он, уставившись в одну точку на столешнице, цедил вино из кружки. Я поводила ладонью перед его лицом, но он даже не обратил внимания.

— Что-то случилось? — спросила я, отпивая вино из своей кружки.

Некромант отмер, недоуменно сдвинул брови, потом медленно и язвительно ответил:

— Да нет, все в порядке. Просто задумался. Это, знаешь ли, полезно. Очень советую.

Я покачала головой. Ну вот, опять началось. И что мне с ним делать? Может, правда побить? Открыв было рот, чтобы сказать Дару какую-нибудь гадость, я подавилась собственным ядом, услышав разговор за соседним столиком.

— Я вообще не понимаю, почему меня пригласили на этот бал. Я же никто,— говорила женщина. Я сидела спиной к ней, поэтому не могла посмотреть, как она выглядит. Но по голосу — молодая еще.

— Ну-ну, мамочка, ты же сказочно богатая вдова, к тому же красавица. Высшее общество почтет за честь, если ты к ним присоединишься,— пробасил парень. Значит, не такая уж она и молодка, раз у нее сын уже взрослый.

— Льстец,— беззлобно упрекнула "мамочка".— Я не умею танцевать, не обучена этикету, я просто не знаю, как себя там вести. Да и не знаю я никого там.

— Вот и прекрасно,— продолжил увещевать сынок.— Познакомишься, авось еще раз замуж выйдешь.

— Как ты можешь так хладнокровно об этом рассуждать? — ужаснулась женщина.— Твой отец, мир его праху, умер всего полгода назад, а ты...

— Я практичен,— неуважительно отозвался парень.— Найдешь себе богатенького вдовца. Общая беда так сближает людей. Да ты и просто так его очаруешь.

— Что за циника я вырастила? — риторически вопросила вдова.— Ты должен думать, как поднимать семейное дело, а не как мать пристроить.

— А я и думаю. Выйдешь замуж за какого-нибудь тупоголового, но богатого осла. И убедишь его вложить деньги в наше дело. Все, можно жить-поживать да деньжат наживать.

Я, слушавшая это все и хмурившаяся так, что брови сошлись над переносицей, подняла глаза на Дара.

— Они нам подходят? — деловито поинтересовалась я.— Украдем их и заберем приглашение.

— Думаю, подходят,— подумав, признал некромант.

— Ну тогда я пошла,— подорвавшись с места, сказала я.

— Куда?! — прошипел Дарисс, хватая меня за руку и усаживая на место.— Здесь полно свидетелей. Как ты думаешь, это будет нормально выглядеть, когда какая-то девчонка подойдет к мирно беседующим людям, что-то с ними сделает и потащит непонятно куда? Нет? Ну вот именно. Так что сидим и ждем, пока они отсюда не уйдут и не отправятся на постоялый двор, или где они там живут... А уж там ты сможешь выпустить на волю свое кровожадное величество.

— А что если они будут тут до ночи сидеть? Я умру от скуки.

— Давай закажем еще поесть,— предложил Дарисс.— И я бы еще вина выпил.

— Нет, я уже сейчас лопну,— сказала я, глядя на свое пузо.— А вот вина закажи. Думаю, пьяная парочка, бредущая по улице, будет вызывать меньше подозрений, чем трезвая парочка, целенаправленно следующая за вдовой и ее сыночком.

Дар заказал еще выпивки, дождался заказа, откупорил бутылку и разлил вино по кружкам. Я поднесла оную к губам, делая вид, что пью. На самом деле, пить мне было нельзя, особенно много. Некромант, подмигнув мне, тоже сделал вид, что пьет. Я же вспомнила песню, услышанную когда-то давно в Артенции. Там пелось о королеве и чародее, которые путешествовали вдвоем, ведомые одной целью. Но они не могли быть вместе. А песня начиналась с того, что королева просила чародея налить ей еще вина.

— Ты ужасно поешь,— упрекнул меня эстетичный некромант. Я уж хотела было обидеться, но он продолжил: — Зато подходит.

Я улыбнулась и отхлебнула вина. Оно приятным теплом разлилось по всему организму, но я отставила кружку, чтобы не подвергать себя соблазну выпить еще.

Вдова и ее сынок, покончив с обедом, расплатились и пошли на выход. Мы выждали для приличия минуту и двинулись за ними.

Театральный критик забраковал бы нашу игру, предав нас анафеме и запретив играть на сцене. Мы, к счастью, актерами не были, поэтому своей игрой в пьяных были довольны. Я честно пыталась не смеяться и не краснеть от стыда за себя и моего спутника, но выходило неважно. Дар, взявши меня под локоть, нетвердой походкой ковылял по заснеженной улице вслед за удалявшейся вдовой и ее сыном.

Наши жертвы петляли по городу, забирая все дальше на восток, пока не дошли до окраины, где расположился квартал с частными домами — шикарные особняки, домишки попроще. Вдова и ее чадо остановились напротив приземистого двухэтажного дома. Женщина раскрыла ридикюль и вытащила оттуда ключи, открыла дверь, и члены богатого семейства скрылись в доме.

Мы, наблюдавшие за всем этим из-за угла дома, где расположилась портняжная лавка, вышли из нашего укрытия и медленно пошли по направлению к приземистому домишке. На улице никого не было, вдова и сын скрылись в доме, поэтому изображать пьяных не было нужды.

— И что мы будем делать? — спросила я.— Брать штурмом их хибарку? Высаживать окна, выламывать двери, просачиваться через дымоход? Хотя нет, можем подкоп сделать! Как тебе идейка, а?

Тем временем мы прошли по расчищенной дорожке, ведущей к дому, и поднялись на крыльцо. Некромант ухмыльнулся и, взявшись за дверное кольцо, несколько раз громко постучал. С минуту не было никакой реакции, но потом за дверью раздались приглушенные шаги, и робкий женский голос спросил:

— Кто там?

— Посыльный,— прокашлявшись, ответил Дарисс,— от организаторов бала.

Дверь немедленно распахнулась, и некромант метнул во вдову простеньким заклинанием сонливости, коим я пользовалась вчера. Женщина обмякла на руки Дара (я даже немного позавидовала, не Дару — женщине), который тут же потащил ее дальше по коридору и скрылся в одной из комнат. Я же закрыла входную дверь, перед этим оглядев улицу — а вдруг кто видел и сейчас стражу позовет? Нам же не нужны проблемы.

Над головой взорвалась деревянная обшивка стены, разлетевшись щепой. Это кто у нас там боевыми сферами разбрасывается?

На верху лестницы в боевой стойке стоял сын вдовы. А он, оказывается, маг, пусть и слабенький. Десятая ступень, не выше. У меня — шестая, значит, должна справиться. Парень уже готовил новое заклинание, когда я скользнула под защиту разлапистой вешалки, увешанной многочисленными плащами.

Я решила сразу кинуть в него заклятие сонливости, но вдовий сын быстро справился с созданием новой боевой сферы и, пока я плела свое заклинание, бросил шарик в вешалку. Она взвилась фонтаном щепок вперемешку с останками плащей. Я едва успела закрыть лицо руками. Тыльную сторону ладоней покрывали занозы, больно впившиеся в кожу.

— Твою мать! — возмутилась я, разглядывая свои руки. Но тут в шаге от меня просвистело парализующее заклинание, и мне стало не до разглядывания своих конечностей.

— Вы кто такие?! — крикнул парень, собирая из сгустков окружившего его темного тумана сферу.

— Дар, да тут твой коллега! Чем вас, некромантов, обезвреживать надо? — весело поинтересовалась я, создавая заклятие сонливости и параллельно ставя щит.

— А чем ты меня обычно достаешь, тем и его,— отозвался Дарисс.— И еще можешь заболтать его до смерти.

Парень, бывший молодым и неопытным, отвлекся от меня, пытаясь с лестницы рассмотреть, что творилось в комнате, куда утащили его маман. Я воспользовалась его промашкой и стряхнула с рук заклинание, резвым шариком пролетевшее через коридор и попавшее аккурат пареньку в голову. Он осел на ступени, и я поспешила оттащить его поближе к его маменьке.

— И что дальше? — спросила я у разглядывающего шикарный бар с напитками некроманта.

Мужчина обернулся, поглядел на плененных нами людей и, вздохнув, присел рядом с вдовой.

— Надо усыпить их до завтрашнего вечера,— сказал он,— но на всякий случай лучше еще и связать. Вдруг заклинание перестанет действовать, мало ли что.

— А, ну ты тогда сделай, а я пока пойду в ее вещах покопаюсь,— отговорилась я. На самом деле, я просто не умела накладывать такие долгоиграющие заклинания. А вот некромант с этим справится, я уверена.

Поднявшись на второй этаж и проверив находящиеся там комнаты, я отыскала нужную и осторожно вошла. В спальне вдовы было темно из-за закрытых штор, темной обшивки стен и темной же мебели. Я откинула крышку стоящего в углу сундука и принялась копаться в вещах.

Так, стопка писем, перевязанных лентой, не нужна. Чужое исподнее мне тоже не нужно. Платье нужно, сапожки нужны, украшения нужны, и вот это нужно, и вот это. На самом дне сундука, зажатое между двумя книгами, лежало приглашение на бал. Я открыла его и с мрачным удовлетворением прочла напротив строчки с именем приглашаемого "госпожа Агнола с сопровождением". Значит, можно с собой хоть отряд стражи привести, никто ничего не скажет. Что ж, это намного упрощает дело.

Я спустилась на первый этаж, где Дар колдовал над нашими пленниками. Показав ему набитую вещами сумку, я прислонилась к дверному косяку и стала ждать, пока некромант доделает свою работу.

Марэль и Иллий снова резались в карты. Им явно было скучно. Наемнику, три года назад повстречавшему Тень, теперь всегда было скучно без девушки, а Иллий жил только работой, то есть мной, поэтому скучал от бездействия — здесь меня охранять было не от кого.

Когда мы с Даром зашли в номер, ребята как раз доигрывали партию в "Дурака". Выигрывал начальник охраны.

— Ну как? — спросил Марэль, поднимая на нас глаза.— Вы что, с кем-то подрались?

Я посмотрела на себя в зеркало, висящее между двумя кроватями, и разглядела ссадину на щеке. Махнула рукой и вытряхнула на пол все вещи, которые нашла в доме вдовы. Наемник опустился на корточки подле кучи вещей, разглядывая каждую. Потом нашел приглашение, просмотрел его и сказал:

— Видимо, на бал мы идем. Ты себе и платье достала и обувку. И приглашение.

Я польщено улыбнулась, но Марэль тут же поспешил меня осадить:

— Тогда чего ты стоишь? Быстро собираться, бал уже вечером! Иллий, Дар, мы идем в лавку готовой одежды за приличными вещами. Алеса, чтобы к нашему возвращению была готова.

— Есть, мой капитан,— кисло сказала я.

Иллий, разглядев браслет, поймал меня за руку и поднес ее к глазам. Увидел занозы, про которые я успела забыть за делами, и недовольно покачал головой.

— Это еще что такое? — спросил он.— Так вы все-таки подрались с кем-то? Марэль, ну-ка поди сюда.

Наемник, поморщившись от командного тона Иллия, подошел и осмотрел мои руки.

— Дар, помоги чуток,— попросил Марэль.— Обезболь и вытащи занозы, а я залечу.

Мои руки потеряли чувствительность, некромант провел ладонью над занозами, и они вылетели из лунок на моей коже и осыпались на пол. Руки, покрытые нарывами, медленно краснели, кое-где выступила кровь. Наемник сосредоточился, закрыв глаза и сдвинув брови, а мои кисти окутались бледно-голубым сиянием, и маленькие ранки начали заживать прямо на глазах.

— Все,— сказал Марэль, открыв глаза.— А теперь уходим, у нас мало времени. Ваше величество, будь готова.

Я закрыла за ними дверь и пошла в ванную комнату. Там меня ждала кадушка с водой, которую предусмотрительный наемник успел наполнить до моего прихода. Я подогрела воду, произнеся заклинание, сняла грязные вещи и залезла в кадушку. Хотелось понежиться в теплой воде, ни о чем не думая, но времени было в обрез, поэтому я быстро вымылась и вылезла. Замотав волосы полотенцем и надев чистую рубашку, дарованную мне корчмарем в Лопухах, и грязные штаны, я выскользнула из номера и спустилась вниз.

Хозяйка постоялого двора сидела за столиком с мужчиной, который давеча обещал на ней жениться. Она громко смеялась, а он, не веря в то, что ему удалось завладеть вниманием вожделенной женщины, быстро-быстро что-то ей рассказывал. Я передумала было нарушать их идиллию, но потом решила, что мои дела важнее чужой личной жизни хотя бы сегодня, и двинулась к ней. А мужик все равно никуда от хозяйки не денется — он здесь давно ошивается, как мне кажется.