— И что тогда? — немного испуганно спросил литвин, а мальчишки стали переглядываться.
— Это приведет к тому, что или тетива порвется, или плечи треснут или отколются куски от них, а то и сам арбалет может распасться на части. 'Холостой выстрел' для арбалета — самое опасное и поганое. Никогда не делать так! Понял?
— Понял!
— Так вот, заряжать боевой арбалет не так, чтоб просто. Взвести тетиву надо будет уже не руками, а специальным устройством. С этим, охотничьим — проще. Но руки все равно нужны сильные! Хоть и не настолько как у лучника. Я тебе уже показывал, как заряжать. А теперь — как целиться и не мазать — сказал старший канонир.
Он отошёл на несколько шагов, поставил стоймя колоду, не без усилия выдернув из нее болт. Отступил, прикинул расстояние шагами.
— Двадцать шагов. Для начала — в самый раз. Смотри, — он перезарядил арбалет теперь уже быстро, без лишних движений, словно играючи. Передал его мальчишке, стал сам чуть позади и сбоку.
— Ноги на ширине плеч, корпус чуть вперёд. Приклад к плечу — не в ключицу упирай, а сюда, да, вот сюда. Так отдача не выбьет руку.
Нежило повторил, встал как учили. Пальцы дрожали, но он сжал ложу плотнее.
— Пальцы не торчат? Болт лежит ровно? А чего дышишь, как загнанный заяц?
— Волнуюсь, пан Хассе!
— Это зря. Гляди как арбалет ходуном ходит! Дыши ровнее, спокойнее. Плечи лука, ну вся дуга у тебя перекосилась, один конец ниже, другой выше, а держать надо ровно! И смотри — куда болт направлен. Вот представь себе прямую линию и подводи ее на колоду. Будешь готов — стреляй!
Некоторое время Нежило сопел, борясь с непокорным девайсом, потом тетива тренькнула. Увы, болт воткнулся в стенку сарая. Рядом с колодой — но не в нее.
— Я ж тебе толковал — держи дугу ровнее!
— Но как это? — мало не взмолился мальчишка.
— Миска с водой — молвил 'Два слова'
— Ну или мушкетная пуля — с ходу понял его мысль старший канонир. Нежило только головой завертел гялядя то на одного, то на другого. Еще больше удивился, когда ему велели принести любую миску с водой, а Тимоху, который тоже в непонятии стоял — послали притащить ровную дощечку на манер деревянной русской черепицы — дранки, к примеру.
Вернулись оба быстро. И наемники показали, что есть два способа обучения новичков — как держать ровно машину смерти. Чтоб стреляла точно, не заваливаясь вбок. А именно установить на направляющей арбалета мису с водой — и чтоб уровень до краев держать одинаковый, вода покажет, куда заваливает стрелок свое оружие. Либо — что дороже, но меньше вредно для арбалета, который мочить все же зря не стоит — так же сверху на арбалет ровно уложить дощечку, на нее круглую пулю и держать, чтоб свинцовый шарик лежал по центру, никуда не скатываясь.
— Сегодня приучись, чтоб не заваливалась дуга. Завтра постреляем, будешь учиться прицелу верному. А с твоим хозяином разговор будет, так что валяйте тут, а мы пойдем.
Впрочем, разговор был недолгим — озадачил Пауля его начальник по пушкарскому делу сходить к Арслану и взять у татар тот самый дважды трофейный самострел. Что Паштет не прекословя и выполнил. Десятник ожидаемо не стал торговаться, а пулялку отдал — благо пытаясь из нее стрелять, ухитрились татары по неопытности своей сломать болт, который был единственным.
Павел не стал наживаться на чужой доброте и скостил с долга десятника целый рубль. Правда ни тот, ни другой толком не знали цену этой деревяхе, но отношение татарина к арбалету было презрительным — стреляет слабо и криво, потому толку — ну разве что и впрямь в лесу в виде ловушки охотничьей повесить. На зайца, потому как крупную добычу эта ерунда не пришибет. Дрянь несуразная, то ли дело — нормальный человеческий лук!
Обратно к дремавшему на завалинке Хассе вернулся фон Шпицберген в расстроенных чувствах. Даже по сравнению с тем арбалетом, что у мальцов сейчас был в руках — этот, хоть и был больше, но явно при том дешевле — и лук на нем не железный, а какой-то странно слоеный и украшений никаких, размером вроде и больше — а подергал тетиву — натяг и впрямь слабенький. Зачем ходил — непонятно.
О чем старшему канониру Хассе и сказал сразу, без экивоков. Тот неожиданно расхохотался и ответил:
— О, этот куда дороже, что у твоего слуги! Лук тут сложносоставленный и потому бьет мощнее! Этим арбалетом уже можно человека свалить. Дорого стоит такой арбалет! А что не украшен — то воину не надо вовсе, все эти узоры.
-А татары сказали, что плохо бьет, слабый он! — молвил сущую правду Павел.
Немец иронично подмигнул.
-Твои тартары — лучники дельные, а арбалеты не их оружие, в нем они ни уха ни рыла. Ничего не замечаешь?
