— Не думали об этом. Но... Принцип действия двигателя таков: он разре-жает пространственно-временной континуум в одной точке и уплотняет в другой. За счет этого происходит перемещение и в пространстве, и во време-ни. Это для тебя сложно?

— Разберусь.

— Ну-ну! Ладно, представь, что пространство исчезло там, где стоят войска неприятеля. При этом даже подумать страшно, что произойдет со всей плане-той. Судя по мощности установки... Лучше, чтобы в ненадежные руки этот агрегат не попал.

— А Пророк надеялся, что я его найду? Понятно. Действительно, задание не выполнено. Думаю, он не оставит попыток заполучить двигатель. А это угроза не только планете, как я понимаю?

— На этот счет не переживай. Восстановить двигатель не удастся. Его и достать не получится. При падении он расплавил не только ледник, но и ба-зальтовое основание русла. Он сейчас находится в той же точке, где призем-лился тысячу лет назад, но на глубине более восьмисот метров под дном ле-дяной реки. Но даже если его и достать, то на всей Ноле по крупицам соби-рать и не собрать материалы, необходимые для ремонта. Мы уже не говорим о технологии их обработки.

— Стоп, стоп! Не вы ли только что говорили, что восстановили конструк-цию? А теперь вдруг заявляете, что он находится вплавленным в толще гор-ных пород?

— Мы восстановили конструкцию виртуально. Повторили все расчеты, выполнили все чертежи механизма.

— Интересно! Я так понял, что к нему нельзя было добраться, пока он не остыл. А остыл — вмерз в камень.

— Тебе это трудно понять. Температура и радиоактивное излучение для нас — все равно, что пища для тебя. Думаю, упади ты в бассейн с молоком, уто-нул бы вряд ли. Зато выбрался бы вполне сытым. Да и горные породы для нас не преграда. Так что, не волнуйся — вся документация — в твоем распоря-жении.

— Допустим. Но не ясны ваши мотивы. Почему решили передать сведения именно мне? И вообще, зачем это вам?

— Какой ты недоверчивый! Уже было сказано, что мы — представители че-ловеческой расы. А существа, заселившие Западный континент — не люди. Они чужды нам даже на уровне биологии, не только сознания. Даже дегради-ровав до первобытного состояния, они смогли уничтожить людей на всем материке. А если произойдет контакт между их цивилизацией и человече-ской? Будет ли этот контакт дружеским? Не ждет ли другие людские колонии участь поселений на зеленом континенте? Нам не безразлична судьба наших потомков. Врага нужно знать. Думаем, на основании этой конструкции, ва-шим ученым удастся спрогнозировать концепцию развития технической ци-вилизации пришельцев. А в дальнейшем и противостоять возможной агрес-сии с их стороны.

Теперь о тебе. У нас нет выбора. За последние столетия ты единственный представитель властей Метрополии — самой высокоразвитой цивилизации среди всех человеческих цивилизаций — который появился в наших краях. Мы ведь говорили, что после остановки реактора наши возможности не-сколько ограничены. Эта башня — концентратор, антенна, улавливающая энергию. Здесь мы существуем. А дальше — все значительно труднее. Конеч-но, есть еще Пророк. Но он находится в оппозиции властям. Ну, и его цели нам чужды. К кому же мы должны были обратиться? И еще. Может быть, для тебя это прозвучит и обидно, но ты не сможешь использовать в своих целях ни одну из идей, заложенных в принцип действия механизма. Просто не хва-тит образования. И передать своим соплеменникам с планеты Земля тоже не сможешь. А как курьер, ты нас вполне устраиваешь. Как видишь, мы с тобой полностью откровенны.

— Спасибо, благодетели вы мои... Ладно, потерплю ваши издевки.

— Потерпи. Потому что, есть и еще одна причина. И она самая главная. Мы рассчитываем на дальнейшее сотрудничество с Метрополией. Она нам наиболее импонирует с точки зрения морали и целей. Мы же — древняя циви-лизация, объем наших знаний громаден. Мы можем быть полезны друг дру-гу.

— Ясно. Растолковали мне, сирому... Впрочем, подобные переговоры я вести не уполномочен. Курьер, так курьер. Ну, допустим, я получу от вас до-кументацию...

— Уже.

— Что?

— Ты уже ее получил, Скиталец. Она надежно впечатана в твое сознание. Ученые Метрополии выудят ее у тебя — они это сумеют.

— Что же, благодарствую! Как говорится, без меня, меня женили.

— Не обижайся. На карту поставлена судьба цивилизации. Если не сейчас, то в будущем.

— Ладно, что уже сделаешь. Но не думаете ли вы, что вся ваша игра пойдет насмарку, если вы не поможете мне убраться отсюда?

— Увы, мы тебе не можем помочь. Все коммуникации давно уничтожены, проходы засыпаны. Частично из-за природных катаклизмов — землетрясе-ний, наводнений, частично, местные жители постарались. Мы никогда с ни-ми не воевали по той простой причине, что перестали быть людьми задолго до их появления на планете. Но наше материальное наследие так пугало но-вых обитателей планеты, что они уничтожили или испортили все, до чего смогли добраться . На сегодняшний день у нас только и осталось, что этот накопитель — башня. Да и ту кочевники уже ковыряют тяжелым бревном. Надо бы их пугнуть инфразвуком, да вас жалко, не выдержите. Даже каверну для тебя мы раскрыть не сможем, сам знаешь почему. Короче, решай свои проблемы, Скиталец. Есть у нас, почему-то уверенность, что все у тебя полу-чится. Только поспеши, Пророк вскоре получит подкрепление от некоторых местных князьков. Всадники уже в пути. Ну, прощай.

"Как они во всем все уверены, — подумал я, подтягиваясь на веревке. — Ду-хи, Волчонок. Мне бы их уверенность! Но, в данный момент я нуждаюсь не-сколько в другом — в хитрости и удаче".

Глава 14.

— Слава великим Богам! — Волчонок вознес руки к небесам, и кинулся об-нимать Скитальца. — Мы уже думали, что не увидим тебя больше, что духи подземных королевств тебя пленили или даже извели. Что ты там так долго делал? Ушел еще утром, а уже вечер.

Принцесса тоже бросилась на колени перед Скитальцем и принялась це-ловать его руку, бормоча молитвы и вытирая слезы о его ладонь. Этого рабо-лепия Скиталец вытерпеть уже не мог. Он вообще никогда не был особенно сентиментален, что бы не говорил Пророк, а сейчас и вовсе, не время, и не место. Тем более, что Волчонок уже не прыгает от радости, что учитель, на-конец, вернулся, а смотрит хмуро, будто его оскорбили. Эх, женщина на ко-рабле!..

— Ну, все, успокоились! — сказал он, поднимая еще одного ликующего по-клонника на руки. — Эй, прекрати дергать меня за бороду! А то не посмотрю, что ты хан! А вы собирайтесь. Уходим сегодня ночью. Или не уходим нико-гда. Похоже, выбора уже нет. Волк, берем самое необходимое — оружие и еду. Принцесса, соберешь Малыша и все, что ему понадобится — одежонку потеплее, что там еще нужно... Придется нести тебе. Так что, не набирай. Все. По местам!

Друзья кинулись выполнять приказания. Сам же Скиталец подошел к па-рапету башни и осмотрел окрестности. С одной стороны башни возле кост-ров сидят человек тридцать воинов. Плюс Пророк и хан Черный Полоз с личной охраной. Тоже человек десять. С другой стороны — за рекой — тоже костер. Там почти столько же кочевников. Если точнее, то... раз, два... два-дцать два. Еще двое постоянно патрулируют по краю обрыва, смотрят на башню, не отрывая глаз. Если уж прорываться, то лучше через речку. Врагов меньше. Но к ним подобраться гораздо труднее. Как действовать? Скрытно спуститься самому, когда в стане все улягутся спать и снять дозор, по воз-можности тихо. Потом вместе с Волчонком придется схлестнуться с осталь-ной группой, если проснутся. Ничего другого пока на ум не приходит.

— Скиталец, шатер берем? — Волчонок нарушил его раздумья.

— Оставь. Не дотащим. Нам сражаться придется, а не о ночлеге думать. Ес-ли повезет прорваться, как-то перебьемся.

— А эти отцовы удобрения? На кой мы их таскаем всюду?

— Берем. Сам понесу.

— Господин, у тебя нет мешка? Сложить одежку Малыша... — это уже Принцесса вмешалась в мыслительный процесс.

— Возьми, тот, что я брал вниз. Стой, подожди. Там я грибов набрал. В них полно жидкости. Их есть можно?

— Ой! — девушка снова схватилась руками за щеки и сделала "испуганные глаза" — Господин! Это плохие грибы. Если ты съешь только один самый ма-ленький грибок, то начнешь прыгать, как дурачок, горланить песни, танце-вать. Потом станешь злым, начнешь бить Волка, меня и даже Малыша. А по-том, когда нас убьешь, упадешь, где стоишь, и заснешь. Но редко после этих грибов просыпаются. Не ешь их, господин. Плохие люди перед боем бросают ма-а-аленький кусочек гриба в брагу, и потом в бою не чувствуют ни боли, ни страха. Но ты, ведь, и так смелый. Зачем тебе эти грибы? Брось их назад в колодец.

— Да, не тарахти ты! Принеси чашку.

Скиталец выложил грибы в глубокую пиалу и стал размалывать их пло-ским камнем.

— Волк, тащи-ка наше вино. Сколько там его осталось?

— Неполный бурдюк. Около ведра.

" Так, план вроде бы начинает вырисовываться. Теперь нужно дождаться ночи".

* * *

— Смотри, Хоско, что это? — Ривеси указал пальцем на башню. Там по сте-не, как паук на паутине, спускалась на веревке темная фигура.

— Великий Кумуту! Они пытаются удрать! Бежим.

Стражники выкарабкались на берег русла и подняли свои луки.

— Стрелять неудобно, отойти бы подальше, — покачал головой грузный толстяк Хоско. — А дальше не отойдешь — в реку свалимся.

— Ну и ладно, — оскалился безбородый Ривеси. — Я и отсюда не промахнусь.

Он действительно не промахнулся. После того, как оба воина выпустили по нескольку стрел, со стены раздался сдавленный крик. Даже в темноте бы-ло видно, что человек уже не ползет по стене, а раскачивается на веревке, будто висельник на ветру. Рядом о камни что-то звякнуло. Ривеси бросился под стену и тут же издал восторженный крик — в руке у него был меч. На-стоящий стальной рыцарский меч! Такие имеют только очень знатные ханы. Да и то, если они или их предки совершили удачный набег на побережье. Ри-веси тоже бросился к подножию. И вовремя — ему чуть ли не на голову сва-лилось два мешка.

— Ривеси! Здесь вино! — вскричал толстяк. — А тут кусок солонины!

— Вино? Дай мне попробовать, — тот бросился к товарищу.

— Еще чего! Мой трофей. Могу на меч с тобой поменяться.

— На меч?! Ты видно меня дураком считаешь? Я его хану Клык Вепря продам. Или кому другому. За него можно столько пастбищ и скотины полу-чить!

— И вино тоже трофей ценный.

— Ну, дай хоть глоток! Я его в жизни еще не нюхал! — Ривеси вцепился в бороду Хоско, но ту же отлетел к самой стене башни — кулак у товарища был увесистый.

— Ах, ты толстый вонючий верблюд! — Ривеси схватил свой трофей и стал подбираться к Хоско. Тот, не торопясь, достал из-за пояса боевой молот и, прикрывшись щитом, ожидал приближения противника.

— Эй! — раздался крик с другого берега русла. — Что это вы там нашли? А ну, тащите сюда!

— Это наши трофеи! — рявкнул безбородый. — Я застрелил врага нашего ха-на — четыре стрелы выпустил, и все в него!

— Да? И где же он?

Стражники подняли глаза вверх. На стене никого не было.

— Эх вы! Убили они! Хватит врать!

— Мы не врем. Я тоже в него целых пять стрел вогнал! Его, наверное, назад в башню затащили. Уже мертвого. Так что, вино мое! — поддакнул толстяк.

— Что? Вино? — уже не один голос, а целый хор огласил округу. И друзьям стало ясно, что с тучные стада на их пастбищах так и останутся мечтами.

* * *

— Что там? — спросил Скиталец, извлекая последнюю стрелу и зажимая пальцами обильно кровоточащую рану. Сукины дети! Стреляют неплохо. Четыре стрелы вогнали. И это в почти полной темноте! Одна, к счастью, за-стряла в тулупе, который пришлось одеть в качестве доспехов, но три кровь все-таки пустили. Ногам досталось изрядно. Хоть и обмотал их всем, что на-шлось — мешками, одеялом — в икру и, стыдно сказать еще куда, стрелы все же угодили. Теперь скакать в седле какое-то время будет больно. Третья стрела даже тулуп прошила и вошла под кожу на спине, упершись в ребро. Тоже не смертельно. Жаль, медикаменты закончились. Придется заживлять раны наложением рук. Кровь остановится быстро, но боль еще долго будет терзать израненное тело.

— Поют, пляшут вокруг костров, — крикнула Принцесса, стоя у парапета.

— Тише, девочка, кричать не надо. Волк, что у тебя?

— Все готово. Зря ты меч им бросил. Вдруг схлестнуться придется...

— Для натурализма. С такой дорогой вещью просто так не расстаются. А стало быть, и остальные трофеи сомнений не вызовут. Правильно? Учись, студент. Военная хитрость — вещь для солдата необходимая.

— Господин, — зашептала Принцесса. — Они дерутся. Хотят отобрать друг у друга твой меч. Двоих, кажется, уже убили.

— Все. Приготовиться! — Скиталец взвесил в руке Звездный Меч и засунул назад в ножны. — Первым спускаюсь я. Потом ты, Волк, поможешь Принцес-се с Малышом. Сам спустишься последним. А вас, ваше ханское величество, просим в мешок. И не орать, а не то, по одному месту схлопочете.

— Чуть не забыл! — Скиталец достал свой беззвучный серебряный свисток и, что есть силы, дунул в него. — Ну, Серый, дружище, не подведи!

* * *

Серый, как всегда, не подвел.

Время сейчас играет решающую роль. Им легко удалось прорваться через охранение на берегу реки — сопротивления не было, все валялись спящие или мертвые.

— Эх, ребята, предупреждал вас Минздрав, предупреждал, что пить вред-но... Что же, пеняйте на себя. Волк, что ты там делаешь, давай к лошадям скорее!

Но Волчонок, несмотря на окрик Скитальца, разыскал его меч. Все про-шло уж больно гладко. Это-то и настораживало. Где гарантия, что караул не проверят в ближайшее время? Тогда погоня неизбежна. А мохнатые лошадки кочевников, захваченные в стане, выносливые, но явно не скакуны. Тут-то из темноты и появился маленький табун, возглавляемый Серым.

* * *

Скиталец осматривал в подзорную трубу недавно покинутую равнину. Башня еле видна на горизонте. Чуть ближе — туча пыли. Вот она, погоня. Что-то уж больно много всадников. Конечно, у каждого кочевника имеется еще и вторая лошадь, но все равно, много. Правы были духи — это подкреп-ление. Серьезно за них взялись! Благодаря сумасшедшей ночной скачке уда-лось оторваться, но это еще не спасение. Их кони еле ноги переставляют, а скакать еще много дней. Догонят, черти, как пить дать, догонят.

— Волк, давай родимый. Здесь останавливаться нельзя. Нужно к водопаду идти и там заночевать. Знаю, что уже от усталости с ног валитесь, и вы и ло-шади, но нужно через "не могу". Если, конечно, жить хотим. Ночью нам ущелье не пройти. А люди Пророка будут здесь через несколько часов.

Волчонок спешился и повел своего гнедого на поводе — скакуны к горным тропам привычны не были. Всегда оставался риск, что взбрыкнут. Скиталец тоже пошел пешком, ведя за повод лошадь, на которой ехала Принцесса с Малышом. Только Серый в поводыре не нуждался и самостоятельно плелся позади каравана.

Трудная дорога. Мало того, что узкая — два всадника с трудом разъедутся — так еще и завалена камнями. Время от времени приходилось оставлять ло-шадей и скатывать в пропасть увесистые валуны. Особенно труден был по-следний участок непосредственно у водопада. Здесь пришлось тащить на ру-ках всю поклажу. Принцесса, измученная многочасовой скачкой тоже не могла двигаться и бессильно привалилась скале. Волк хотел было предло-жить свои услуги, но и сам был настолько измучен, что пришлось довольст-воваться Малышом. Толи спящую, толи потерявшую сознание девушку взгромоздил на спину сам Скиталец. Не желательно бы это делать, тем более, что Принцесса уж очень нежно обняла за шею и прижалась щекой к его бо-роде (все же, сознания, скорее всего не теряла). Но Волчонок так устал, что не обратил на это внимания. А может, сделала вид...