— От уж дура! Разобьешь ведь! — подскочила хозяйка к окну, забирая пузырек и смахивая птицу с подоконника на улицу.
— Каррр! — возмутилась та и исчезла с поля зрения.
Далея спрятала в одном из многочисленных карманов пузырек и в этот момент в горницу вошли мокрые мужчины. Хозяйка окинула их прищуренным взглядом и сказала:
— Наверное, надо баньку натопить, пойдемте кто со мной, подсобите.
И ушла, утянув Валентина, как самого сухого, во двор. Эльф перевел уставший взгляд на нас, задержал его на гордо восседавшей на лавке Мелире, хмыкнул и уселся рядом со мной. А вот Хасс впал в более длительный ступор. Он пристально смотрел в каком-то голодном восхищении на Лиру, отчего та еще больше покраснела и стала нервно укутываться в платок.
Наконец мужчина очнулся, хищно так улыбнулся и направился к девушке. Места на лавке больше не было и Лира, широко раскрыв глаза, попыталась соскочить с нее, но была перехвачена сильными руками и усажена на колени.
— Отпусти меня, идиот! Ты же весь мокрый и холодный! Что ты делаешь! — кричала Мелира в попытке вырваться.
— Вот и согреюсь, — посмеиваясь, произнес Хассияр, прижимая подругу к себе.
И о чудо! Лира затихла! Только слышалось гневное глухое сопение. Хасс прижимал ее к своей груди и гладил по волосам. И тут я услышала всхлип, который был таким тихим и жалобным, что не находись я рядом — не заметила бы. Что же он с ней сделал, что смог довести до слез? Гневно сверкнула на Хасса глазами и хотела уже тронуть подругу за плечо, чтобы утешить и узнать причину, но меня остановило выражение лица Хассияра — на нем от смеха и ехидства не осталось и следа. В его глазах плескалась боль и будто бы сожаление. Хмурая складка залегла между бровями, губы сжаты в тонкую линию.
Мне стало очень неудобно, что я явилась свидетелем этой сцены. Словно вторглась в чужую личную жизнь. Ладно, пусть сами разбираются, а если Мелира захочет, то все мне расскажет.
От возникшего чувства неловкости стало как-то неудобно сидеть рядом и я решила посмотреть, как там картофель. Встала с лавки, взяла со стола нож и проверила им готовность клубней. Все, можно снимать. Схватила с крюка полотенце, но оно вдруг улизнуло из моих рук, перехваченное Ситарэлем. А ведь он вроде дремал, откинув голову назад и оперев ее о стену. Глаза точно были закрыты. Мое мнение о мужчинах-эльфах стало кардинально меняться. Они ведь никогда не занимаются такими домашними делами.
Поблагодарила за помощь и быстро схватила со стены деревянную доску, чтобы использовать ее в качестве подставки. Затем быстренько переложила картофель в заранее подготовленную огромную миску и посыпала все укропчиком. Ммм... Красота! Опустевший чугунок с водой Ситарэль унес на улицу.
Я повернулась и бросила взгляд на Хасса и Лиру. Подруга в его объятиях выглядела совсем маленькой и беззащитной, но их пара была на удивление очень гармоничной. А может все не так уж и плохо?
Из размышлений меня выдернули явившиеся Валентин и Далея. Следом зашел и Ситарэль.
— Все уже готово? — спросила травница и направилась к стеллажам, откуда достала деревянные миски и ложки. — Присаживайтесь кто куда, а ты разлей отвар по кружкам, — обратилась она ко мне и кивнула на ряд кружек, подвешенных на вбитые в стену крючки.
Ели молча и быстро, все-таки проголодались все. А какой вкусный оказался отвар! Вот что значит, профессионал готовил! Сладкий от добавленного меда, ароматный, с легкой горчинкой и немного терпкий. Интересно, что в составе? Веточки малины и цветки ромашки я узнала, а вот определить остальные ингредиенты не позволяла банальная нехватка знаний. Надо будет взять рецептик.
— А теперь марш в баньку, а я тут приберусь, — начала командовать Далея и стала вытаскивать из-под лавки, которая одновременно выполняла роль сундука, банные принадлежности, складывая все на руки мне и Лире.
Подруга, кстати, все время прятала заплаканные глаза, на что обратили внимание все, но тактично промолчали.
— Я провожу, — поднялся Валентин и перехватил у нас стопку полотенец.
В предвкушении долгожданной помывки мы направились за ним. Банька оказалась за домом, поэтому ее и не увидели сразу, как приехали. Приземистая, старенькая, с невысоким проемом, но она оказалась очень уютной внутри.
Валентин прикрыл за нами дверь, и в окошко предбанника, отодвинув шторку, я увидела, как он уселся снаружи на скамью у входа. Ага, охранять что ли будет?
Задернула шторку и повернулась к Мелире. Девушка уже успела раздеться и быстро нырнула в полумрак парной. Я не стала задерживаться и, сняв одежду, последовала за ней. Плотно прикрыла за собой дверь и подвесила еще пару огненных светлячков у стен. Стало видно чуть лучше, хотя из-за плотного пара свет все равно рассевался.
Молча стали помогать друг другу, поливая из ковшика, нашедшегося у бадьи с водой. И когда я помогала Лире с волосами, решилась спросить:
— Расскажешь?
Подруга замерла и, всхлипнув, закрыла лицо руками. Вот, демон! Ой, лучше его не вспоминать, а то еще накликаю в баню. Я хотела ее обнять и утешить, но знала, что станет только хуже, поэтому стояла в стороне и ждала. Наконец, Лира справилась с собой и, не глядя на меня, тихо сказала:
— Мне восемьдесят шесть лет и если бы еще неделю назад мне кто-нибудь сказал, что я буду расстраиваться из-за мужчины, я бы рассмеялась тому в лицо. Я его ненавижу, готова расцарапать лицо и одновременно хочу пригреться на его груди, словно кошка. А то, что произошло в лесу, я не могу объяснить даже самой себе. Это... Это было восхитительно! — ее глаза загорелись, губ коснулась мечтательная улыбка, и тут же сменилось выражением злости, и сквозь зубы она продолжила, — и я презираю себя за это, за то, что не могу от него отказаться, за ненужную привязанность, за слабость, не достойную наемницы. Демон! — стукнула кулаком об стену.
Ой, накликаем!..
— Что мне делать, Лис? — перевела она на меня затравленный взгляд. — Я такого никогда не ощущала. А ведь у меня были мужчины, но ни один не вызывал таких сильных и противоречивых эмоций, — тяжелый вздох, — а у него еще и ребенок есть... И жена, наверное... Он мне сам рассказывал...
— Про жену? — решила уточнить.
— Нет, про ребенка, — ровно проговорила Лира. — Он рассказывал, как Валентин спас его сына от болотного иверга, и Хасс теперь перед ним в долгу. Вот долг и отдает, сопровождая нас, — и тут же спохватилась, — да и не важно все это! Есть ребенок, есть и мать!
Лира замолчала и продолжила злыми движениями промывать волосы. А я, хоть и не имею опыта с мужчинами, ясно видела, что происходит с Мелирой. И честно говоря, даже немного завидовала. Ведь все эти чувства прекрасно описывали книги, да и мама рассказывала о подобном. Так ведь иногда приходит любовь... Говорить об этом Мелире я не буду, она всегда твердила, что не верит в это чувство. Возможно, именно это заблуждение и мешает ей понять себя и свои эмоции.
— Все будет хорошо, ты только верь в это. И Хассу верь, моя интуиция подсказывает, что он не сможет поступить подло по отношению к тебе, да и Валентин поручился за него, — мягко сказала я, поливая на волосы подруги из ковшика.
— Спасибо, лисенок, мне стало легче, — сказала Лира и грустно улыбнувшись, забрала у меня ковшик, чтобы помочь уже мне.
'Ууу... А это я удачно зашел. Звали?'
Я вскрикнула и попыталась прикрыться руками. Начала судорожно оглядываться и заметила довольного демона, который развалился на лавке у стены.
— Что такое? Вода горячая? — спохватилась Лира.
— Тут Горат! — надрывно сообщила и кивнула головой в сторону лавки.
Лира тоже издала пронзительный визг и повернулась в указанную сторону, стараясь прикрыть руками стратегические места.
'Пфф... Какие вы скромные! — насмешливый голос в голове, — но красивые, надо признать, ничего так'
— Девочки, все в порядке? — послышался обеспокоенный голос Валентина за дверью.
— А ну брысь отсюда! — зло прошипела Горату, а Лира перестала прикрываться и подняла угрожающе ковшик, перехватив его двумя руками.
'Злые вы, уйду от вас! Но красиивые!' — протянул демон и исчез.
За дверью стояла тишина. Ой, Валентин же мог подумать, что это я его прогоняю.
— Все в порядке, — громким голосом ответила мужчине, — просто мышь пробежала.
В предбаннике послышался смех, а затем удаляющиеся шаги и звук захлопнувшейся двери.
— Все, он ушел, давай уже выходить отсюда, — прошептала Лире, и мы быстро закончили водные процедуры.
Уходя, проверила температуру оставшейся воды в бочке. Показалась не достаточно горячей и закинула в нее пару магических огненных шариков. Вода вскипела. Ну вот, а теперь можно и выходить. Осторожно приоткрыла дверь и осмотрела предбанник на наличие посторонних. Эх, ничего не видно. Запустила магических светлячков. Пусто. Вот и отлично! Быстро выбрались из теплой парной. Брр! Холодина! Наскоро вытерлись, повязав полотенца на головы и оделись. После сытного ужина и баньки жутко захотелось спать.
— Больше вслух этого гада не вспоминаем! — предупредила, зевая, Мелиру. — А то он имеет привычку отзываться.
Лира в ответ кивнула, тоже зевая.
— А чего он так быстро ушел? Раньше ж не прогнать было? — спросила подруга. — И мне на глаза не показался.
— Не знаю, может тебя испугался. Ты такая грозная была, — я хихикнула, — голая и с ковшом. А может он прошлый твой удар хорошо помнит.
Лира тоже засмеялась. Ну, хоть немного отвлеклась на демона.
Так, похохатывая, мы вышли на улицу, где нас терпеливо дожидался Валентин, увидев лицо которого мне больше не хотелось смеяться. Он улыбнулся, глядя на нас, но как-то очень устало, под глазами я заметила тени, и золотистый блеск глаз исчез, хотя сейчас опять появился, но какой-то тусклый. Тяжело ему все-таки далось заклинание щита от дождя. И стоило себя так изматывать?
На улице до сих пор моросил дождь, поэтому до избы мы дошли быстро, встретив по дороге Хасса и Ситарэля со стопками полотенец. Лира зашла в горницу первой и когда я хотела нырнуть следом, услышала голос Вала:
— Лисиена, подожди!
Я повернулась, пряча зевок в кулак, и хотела уже спуститься со ступенек вниз, как услышала:
— Спокойной ночи.
Удивленно взглянула на Валентина. Он ведь совсем не для этого меня остановил. Передумал? Зато у меня появилось желание его поцеловать.
Быстро спустилась вниз, пока сама не передумала, и уже начала замедляться, думая о том, не делаю ли я глупость, как он сам шагнул навстречу и заключил меня в объятия. В душе поднялась такая радость и счастье, что хотелось смеяться! Может, демон был не прав и Валентин все же чувствует что-то ко мне. Я, наверное, сейчас глупо выгляжу, ибо улыбку уже ничто не сможет стереть с моего лица.
— Ты такая смешная с этим полотенцем на голове, — провел он кончиками пальцев по моей щеке, — и красивая...
Я покраснела и зевнула, спрятав лицо на его груди, так как руки были сцеплены за его спиной.
— Я поговорить хотел, но ты устала, давай лучше завтра.
Посмотрела в его глаза и поняла, что сейчас опять позорно зевну. Валентин прав, я уже не смогу сконцентрироваться на разговоре. Уставшее сознание просто мечтало, наконец, уложить тело и мозг спать.
Вал быстро коснулся губами моих губ, развернул за плечи и подтолкнул к двери. По инерции сделала пару шагов и обернулась:
— Спокойной ночи.
— Сладких снов, огонечек, — блеснули золотые искорки в темноте.
А у меня от его слов словно крылья выросли. И уже было совсем неважно, что поцелуй был таким коротким и мимолетным. В душе просто стало очень тепло, словно я прикоснулась к чему-то ценному и важному.
Окрыленная, зашла в дом и осмотрелась. Сразу увидела тихо посапывающую на лавке Мелиру, а с печи показалось лицо Далеи.
— Я тебе на другой лавке постелила, там же и сорочку найдешь. Свет не забудь потушить.
И травница опять легла спать. Я подошла к своей постели и действительно увидела сорочку. Развернула ее и ахнула. Красота... Белоснежный хлопок был настолько тоненьким, что он не столько спрячет, сколько обнажит. По глубокому вороту, манжетам, которые стягивали широкие рукава, и подолу были вышиты шелковой нитью цветы. И не жалко травнице давать такую вещь чужому человеку?
Быстро разделась и с каким-то трепетом осторожно надела эту красоту. Конечно, сорочка оказалась мне немного коротковатой, открывая щиколотки. А когда я попыталась немного потянуть рукава, то оголились плечи и верхняя часть груди — широкая горловина оказалась на резинке. Сняла полотенце с головы и расчесала влажные волосы пальцами. Эх, расческу бы... Завтра у Далеи спрошу. Волосы решила не сушить магией, все равно до утра сами высохнут, а резерв лучше поберечь.
Подошла к столу и задула свечу. Удивительно, обычная свеча. Я такой давно не встречала. Еще раз зевнула до хруста в челюсти и быстренько нырнула под одеяло. Сон долго ждать не пришлось.
* * *
Валентин
Я подождал, пока за Лисиеной закроется дверь, постоял еще немного, прислушиваясь, и быстро направился обратно. Наконец можно смыть с себя грязь дороги. Отсутствие удобств весьма нервировало, но мне не привыкать, мастер Шииро приучил терпеть лишения такого рода. Да в принципе в Мертвых Землях некогда было об этом думать. Там была одна цель — выжить. Но мы тогда хорошо развлеклись.
Я усмехнулся про себя, вспомнив те далекие времена, и тут же хорошее настроение опять сменилось тревогой — интуиция до сих пор шипела в унисон с моим драконом. Не нравится мне это место, надо не забыть зайти после бани к моему огонечку и поставить охранный маячок, лишняя предосторожность не помешает.
Мой огонек... В душе разлилось тепло. Воспоминание о поцелуе в лесу грело лучше любого костра, дракон довольно заурчал. Ее испуг взволновал меня, но в то же время я эгоистично радовался тому, что был первым.
Моя! Я тряхнул головой. Это становится каким-то наваждением... Желание видеть, прикоснуться, держать в объятиях и не отпускать. Поймал себя на том, что мысленно уже обдумываю дополнительное укрепление своего замка и составляю список кандидатов на охрану избранницы в мое отсутствие. Стоило представить самых сильных и преданных мне мужчин рядом с ней, как слепая ярость мгновенно застелила глаза красной пеленой. Нет, лучше пусть будет все время рядом со мной! Опять тряхнул головой, усилием воли загоняя под контроль свои эмоции. Так ведь нельзя! Она ведь живая, теплая... Скорее бы провести этот демонов брачный обряд! Это навязанное родовой магией желание обладать скоро разорвет меня на части! И так уже веду себя с ней, как последний идиот и собственник! Еще немного — и стану ластится к ее рукам, словно ручной пес.
И тут же пришло осознание, что мне просто нравится о ней заботиться, видеть ее ответную благодарную улыбку, смущенный румянец на нежных щеках. Хочется сделать ее счастливой...
С такими противоречивыми мыслями я быстро дошел до бани и увидел Хасса, который сидел на не так давно облюбованной мной скамье у входа, раскинув руки на деревянной спинке.
