Эксгумация Марвина (Готика 2)

  — Хватает. Шершни, крысы, крысокроты, волки, гоблины, прочая шушера. Если повезет, можешь натолкнуться на орка. Так что запомни, паренек: как только на тебя кто-то ломанется, сразу беги к папочке Мике. Мика, если перед этим его задобрить, сможет разобраться в практически любой ситуации.

  Парень задумался. Вроде, охранник дело говорит.

  — И сколько обычно стоит задобрить дядю Мику? — обратился он к страже на воротах.

  — Пару монет, — моментально отозвался сзади старшой.

  — Держи десять — и мы договорились?

  — За десять я тебе даже дам добрый совет. Пока не поздно, вернись на рынок и потолкуй с Цурисом. У него можно надыбать неплохое заклятие на крайний случай. Хорошая магия еще никому не повредила. Особенно, такому крепышу, как ты.

  Марвин молча снес издевательство. Не будешь же уверять Мику: "я мускулистый, просто по мне не видно"! Сдохнет со смеху, а на кого тогда рассчитывать. Но и к Цурису с теми монетками, что у Марвина остались, соваться не охота. Эх, была не была! Может, в долг даст?

  Цурис молча смотрел на приближающегося хиляка в роскошных охотничьих доспехах. "А вот хрен ты у меня в долг возьмешь!" — говорили его змеиные глазенки. Увидав беззрачковый оскал, Марвин моментально забыл все вежественные речи.

  — Привет! — поздоровался он.

  — Хайль! — рассеянно отозвался Цурис.

  — Габен зи мир битте айн штуккен старк магиш миттель! — произнес наш герой по складам.

  — "Айн штуккен" тебе не поможет, — флегматично сказал алхимик, — хотя... чего я спорю с клиентом. Откуда ты, ву ду лебст?

  — Mein Haus auf steiler,

  Ist ganz abgetragen

  Vom kalten Wind im Januar! — пропел Марвин.

  Слеза скатилась по небритой щеке Цуриса.

  — Страна Вотана, что севернее Нордмара. Я прав, земляк?

  — Точно! — кивнул наш герой, — давно не был дома?

  — Тридцать лет. А ты давно оттуда?

  Марвин задумался.

  — Лет восемь мне было, когда на наш клан напали орки. Я испугался, но на глаза им не показался. Когда они ушли, то перебрался к дядьке — в Нордмар. А оттуда, когда повзрослел, в Миртану.

  Цурис вздохнул. Затем вспомнил о том, что он не только северянин, но и торговец.

  — Так что ты там болтал про сильное заклинание? Только учти, я в долг не даю, особенно землякам.

  — Прагматик по жизни? И чем провинились земляки?

  — Да говнюки они все! — взорвался Цурис, — как только увидят торговца земляка, так сразу норовят занять и не отдать. Вроде как я должен плакать от счастья, что помогаю им. Может, у тебя что на продажу есть?

  Марвин послушно взял рюкзак и полчаса отбирал то, что ему не понадобится. Но Цурис равнодушно просмотрел весь товар и сказал, что больше тридцатки за него не даст. Потому что, говно. Даже с расчетом на землячество. Тогда наш герой вытащил амулет ищущего огонька и со вздохом положил его сверху. Глаза алхимика загорелись, он улыбнулся и сказал, что с этого надо было начинать. Потому, как у Марвина теперь есть почти триста золотых. А это — целых три мощных заклинания. Или одно супермощное и два послабее. Торговались битый час, сбивали цену, ударяли по рукам и возвращались к первоначальной точке. Пока у нашего героя в рюкзаке не оказалось два "ледяных копья" и один "огненный дождь". По совету бывалого торговца, Марвин тут же спрятал одно заклинание в пояс, чтобы было наготове. Прощаясь, парень спросил:

  — Ты сам готовишь все эти свитки и эликсиры?

  — Куда мне! — отмахнулся алхимик, — разве что самые простые. Зелья я покупаю у Константино, а свитки мне привозят из монастыря. Когда Дарон, а когда и кто из послушников. Ты поосторожнее с "огненным дождем" — при неосторожном обращении можно четверть города спалить.

  В качестве бонуса Марвин еще узнал, что Константино сам собирает свои травы. В особенности, такие редкие, как травы силы и ловкости. Он даже как-то проболтался по пьяни, где можно найти коронное растение.

  — И где? — моментально вспомнил про "компонент номер один" парень.

  — На холмах с каменными дольменами. Один из таких холмов расположен чуть выше усадьбы Лобарта. Знаешь, где это?

  — Знаю! — ответил Марвин, вспоминая Лобарта и его Хильду.

  Они расстались довольные друг другом. Особенно был доволен Цурис. За этот амулет при умелой рекламе можно получить белее тысячи монет.

  — Эй, Ренгару! — позвал он проходимца, подпирающего фонарный столб, — иди сюда. Дело есть.

  По пути к усадьбе Акила Марвин пять раз поблагодарил Бальтрама за его шпагу. И раз десять вспомнил Кавалорна, советовавшего ему как можно быстрее вспомнить навыки стрельбы из лука. На его жизнь три раза покушались волки, два раза крысы и один раз из кустов около самой усадьбы выскочил разбойник-гоблин с дубинкой наперевес. Марвин угостил его плотным ударом ноги в брюхо, а затем сбросил вниз с обрыва. Справа внизу располагалась таинственная долина, в которую мог спуститься очень решительный и сильный человек. Звуки оттуда доносились очень нехорошие: скрежет полевых жуков, рычание волков, чей-то хриплый рев и храп чего-то очень крупного. Возможно, это сопел после удачной ночной охоты мракорис.

  К сожалению, парень оказался не первым посетителем сегодня у Акила. Двое мрачных верзил в знакомых по Колонии доспехах наемников, перетянутые ремнями как матрос Железняк пулеметными лентами, уговаривали Акила "по-хорошему и без базара отдать желтяки и харчи, иначе ой как худо будет". Марвин не рискнул вплотную приблизиться к толковищу, но его окликнула из-за угла хозяйская дочка.

  — Ну чего ты стоишь, как вкопанный! — взмолилась она, — сейчас нас начнут грабить, убивать и насиловать! Сделай что-нибудь! Я в долгу не останусь, добрый человек!

  Марвин окинул взглядом профессиональных солдат, "войско" Акила и самого Акила, наложившего полные штаны. Нет, сейчас он ничего не может сделать против этих жеребцов. Тут наш герой вспомнил про Мику, заверявшего его в тайной дружбе. Сломя голову, парень перескочил через плетень и во все лопатки принялся бежать к городу.

  — Кто тебя так напугал? — изумился Мика, — надеюсь, ты не наступил на мясного жука? Ха-ха!

  — У Акила двое наемников со двора Онара! — ответил Марвин, переведя дух, — безобразничают, понимаешь...

  Мика моментально принял высокий старт.

  — А ну! — повелительно произнес он, — давай со мной! Я им сейчас обстригу шерсть с задницы! Вы, двое! Оставайтесь здесь и глядите в оба. Возможно, это провокация. Ты, парень! Дуй со мной!

  И старый вояка припустил так, что молодой истощенный Марвин едва поспевал за ним. Ступени Мика преодолел одним молодецким скачком, а дальше было дело техники.

  — Полундра! — заорал один из наемников, увидав спешащего к ним ополченца с обнаженным клинком в руке, — милиция!

  Все смешалось во дворе Акила. Стоявший до сих пор инертным мешком помещик выхватил из-за пояса огромную дубину и ринулся на наемника, вооруженного двуручником. Увидав, что Акил сражается, его работники тоже схватились за оружие. Подоспевший Мика накинулся на второго наемника. Наш герой немного поразмышлял, а затем изловчился и ткнул шпагой наемника с двуручником. Еще бы какое-то мгновение, и его меч лишил Акила головы. Но шпага Марвина коварно вонзилась наемнику под копчик. Чувствуя, как у него в заднице появляется еще одно отверстие, наемник заорал благим матом и наугад ткнул мечом назад. Лезвие меча скользнуло по кожаным доспехам, заставив дернуться руку Марвина, сжимающую шпагу. Остро отточенный клинок еще глубже вонзился под копчик. Свистнула дубинка Акила, и здоровяк с двуручником повалился мордой в придорожную пыль.

  В это же мгновение Мика покончил со своим противником, отрубив ему голову наискосок, точно самурай катаной.

  — Вот такие дела, хозяин! — вздохнул он.

  Работники восхищенно зацокали языками. Небритый мужик по имени Рэндольф — детина с физиономией пьяницы — увлек Мику в дом, обещая грандиозное угощение. На Марвине повисла дочка хозяина с воплем:

  — Отец! Вот он — наш спаситель. Это он сбегал в Хоринис за стражником.

  Акил исподлобья окинул парня оценивающим взглядом. Ему не понравилось, с какой готовностью на нем повисла дочурка.

  — Что я могу сделать для тебя, незнакомец?

  — Только денег не проси! — шепнула на ухо Марвину девчонка, — батя у меня жилистый!

  — Я от Бальтрама! — представился наш герой.

  — Ага! Значит, ты теперь у него на посылках? — протянул помещик.

  — Нет! — отрезал парень, — просто, он мой двоюродный брат. У него пропал мальчишка-посыльный, вот он и попросил меня сходить к тебе. Есть, что передать моему братану?

  — Конечно! — торопливо сказал Акил, — эй, Эним! Тащи сюда сверток для Бальтрама!

  Из дома вышел прихрамывающий здоровячок в сбитой набок кацавейке. Галстук, естественно, отсутствовал. Сорочка была расстегнута так, что шерсть на груди помощника пробивалась наружу и требовала тщательной прополки. На плече у Энима покоилась огромная корзина со всякой снедью.

  — Смотри, чтобы гоблины не отняли! — предупредил на прощанье Акил, — и стерегись бандитов. Они где-то в лесу неподалеку от моей усадьбы свили себе гнездо.

  Марвин поклялся, что товар доставит в целости и сохранности.

  — Жду тебя сегодня ночью на сеновале! — шепнула ему хозяйская дочка.

  — Пошла б ты нахрен! — шепотом ответил Марвин, отходя на шагов пятьдесят, — что я, самоубийца, по лесу ночью разгуливать!

  Ему пришлось проявить чудеса изворотливости, чтобы пронести товар мимо Бальтрама. Наш Марвин прокрался за лавками Джоры и Хакона, а затем ретировался с торговой площади на всех парах.

  — Что тащишь, юноша? — окликнул его Ватрас со своего амвона.

  — Грехи своим тяжкие! — признался Марвин.

  — Помощь нужна?

  — Сам справлюсь!

  Мо на входе посторонился и помог снять корзинку с плеч.

  — Гы! Жратва! — улыбнулся он щербатым ртом, — сейчас жрать будем?

  — Пошел прочь, крысеныш! — вмешался Нагур, — ну, чего ты там встал? Тащи товар сюда! О, боги! Давненько я не видел таких окороков! Кассия будет на седьмом небе! Гм!

  — Я ни хрена не слышал! — сказал Марвин.

  — А я ни хрена и не говорил.

  — Хули вы там молчите?!? — заорал на них Кардиф, — а ну, тащите корзину в подсобку! Хотите, чтобы сюда толпой покупатели повалили?

  Нагур с Марвином запыхтели, подняли корзину и отволокли туда, куда указал владелец трактира.

  — А ты здоровенький! — признал Нагур, — я бы эту хренотень не дотащил. Но по тебе не скажешь...

  — Молчи лучше. Где деньги?

  Нагур хмыкнул досадливо и выругался вполголоса.

  — Моя вина! — признал он, — нужно было сразу тебя ввести в курс дела...

  — А что? Бабок не будет? Продукты сироткам пойдут в фонд милосердия?

  — Тихо ты! Бабки будут. Только завтра. Товар ведь продать нужно. Но ты не думай. Никто тебя кидать не собирается.

  — Смотрите мне! — пригрозил Марвин в своем старом стиле. Почти так, как с Шакалом когда-то разговаривал. Нагуру стало страшно и захотелось выплатить долю Марвину не отходя от кассы.

  Но наш герой весело свистнул и вышел из трактира, по дороге дав поджопник согнувшемуся Мо. Тот завязывал шнурки на чунях, поэтому смачно врезался головой в опору веранды.

  —

* * *

!!! — грязно выругался Мо.

  — Да и ты не лучше! — беззаботно ответил Марвин. Ему захотелось на охоту.

 

  — А что тебе с моей помощи? — не понял Барток, — я уже как-то отвык от леса...

  — Ничего, привыкнешь. Это — как на велосипеде кататься. Никогда не забудешь.

  — На чем кататься? — не понял бывший охотник.

  — Херня такая, типа качелей. Главное, не упасть на ходу. Так что, поможешь?

  Барток беспомощно развел руками.

  — Да я бы с радостью. Но мне нужен задаток.

  — Сколько?

  — Пятьдесят монет. Тогда я буду чувствовать себя увереннее. Куда пойдем?

  — Туда, где не слишком страшно. Что ты скажешь о расселине у двора Акила?

  Шесть на загривке Бартока стала дыбом, а вечно пьяные глаза протрезвели в один миг.

  — Уважаю! — произнес он, — а ты хоть знаешь, что там испокон веков не охотился ни один человек? Что я говорю? Не охотился! Даже не пытался охотиться! Короче, парень. Мы сейчас мирно выходим из Южных ворот и направляемся в тамошний лесок. В нем до черта всяких тварей. Даже "до черта" это слишком мягко сказано. И молись, чтобы нам вернуться оттуда живыми.

  Пробегая мимо лавки Боспера, Марвин забежал внутрь и выклянчил полсотни стрел.

  — Уже аванс берешь! — заунывно заметил мастер.

  — Так на охоту иду!

  — Ну, и пуха тебе и ни пера!

  На бегу Марвин послал своего будущего шефа к черту, а затем догнал Бартока, который успел уже покинуть городскую черту.

  — Куда ты так прешь? На свидание с косой торопишься?

  — Нужно перед охотой выпить по пару глотков бренди, — сказал напарник, — это древняя охотничья традиция.

  — Еще ты мне будешь заливать насчет охотничьих традиций! — фыркнул Марвин, — на вот!

  В руки Бартока попала наполовину полная бутылка самогона. Изголодавшийся напарник быстро вытащил пробку и ополовинил содержимое.

  — А ты?

  — А я на охоте не пью! — отрезал наш герой.

  Приключения начались буквально сразу. К опохмеленному Бартоку сзади подкрался шершень и впился охотнику в задницу. Барток заорал, Марвин подпрыгнул. Шершень изумился больше всех, особенно когда ему по хоботку стала поступать некая субстанция, в которой гемоглобину принадлежал очень смешной процент. Нахлебавшись этакой "кровушки", крылатый кровопийца сделал попытку улизнуть, но, не рассчитав сил, тюкнулся головой в дерево. Тут же на него наступил Марвин и оборвал насекомому его нелегкую жизнь. Внезапно в кустах раздалось сердитое жужжание. Брат или кум погибшего шершня сидел в засаде и ждал момента халявы. Теперь он отчаянно трусил, ибо с двумя охотниками у него не было ни разу.

  Барток прикинулся Леголасом и моментально послал на звук несколько стрел. После одного из выстрелов раздался глухой удар, и жужжание смолкло.

  — Готов клиент! — сообщил охотник, утирая градом катившийся со лба пот.

  — Да не переживай ты так, — утешил его Марвин, — все равно, не жилец он был.

  — Пошел ты! — огрызнулся Барток, — сам же видишь — херово мне.

  — Так выпей еще!

  — Нельзя. Ибо рука моя станет нетвердой, а на охоте это чревато. Помнишь, что сам недавно говорил? Думаешь, один ты такой умный?

  Парни прокрались чуть дальше. Внезапно Барток резко вскинул руку и посоветовал засунуть языки в задницу.