— Экспериментировал с твоим котом. Машка не соглашается на полный контроль, а ему по барабану, лишь бы дал что-нибудь вкусное.
— Расплачиваешься "Вискасом"?
— Котлетой. Стал бы он отдаваться ради "Вискаса", у него и так много сухого корма.
— А совесть у тебя есть? Я приготовила каждому по две котлеты! Мне теперь опять заниматься готовкой?
— Не кипятись, — примирительно сказал Нор. — Всего одна котлета. Подумаешь, завтра съем вместо двух одну. Зато я, кажется, нашёл. В мозгу кота те же двенадцать зон. Я его подчинил и начал уменьшать их активность одну за другой. С одиннадцатью получилось, а на двенадцатой я обломался. Вот эти части лобных долей. Теперь осталось проверить на себе. Можем хоть сейчас. Слышишь меня?
Последняя фраза прозвучала очень чётко, хотя Нор не произносил её вслух.
— Здорово! — высказалась Ольга. — Теперь слушай меня.
— А почему как-нибудь потом, а не прямо сейчас? — улыбнулся он.
— Потому что хоть ты и молодец, я не буду с тобой целоваться. Давай я сейчас оденусь и пройдусь по дороге, а ты постоянно что-нибудь говори. Ты у нас слабое звено, поэтому мне интересно, на каком расстоянии заглохнет связь.
Проверка показала, что это расстояние чуть больше километра.
— И много, и мало, — подвела итог Ольга. — Но ты продолжал меня слышать и потом. Значит, расстояние зависит от силы мага. Эх, увеличить бы их тебе!
— С этим, как и с чтением чужих мыслей, ничего не получится. Что есть, то есть. Во всяком случае, у наших магов не получилось. Но ты не знаешь того, что известно им, так что, может быть, найдёшь что-то своё.
Когда приехал Егор, ему после обеда рассказали последние новости.
— Обмен мыслями — это полезно и незаметно, — одобрил он, — но будьте осторожны, чтобы не бросались в глаза странности в поведении. Значит, господин Фролов расщедрился на пять миллионов? И что ты думаешь с ними делать, миллионерша?
— Нужно купить машину, — предложила Ольга. — Тебе придётся учиться и сдавать на права, а мы выучимся без сдачи. Для того чтобы сгонять в деревню или к Фроловым, права не нужны. Купим большой холодильник вместо нашего позорища, и все приоденемся. Фруктов на зиму наберём... Моя фантазия иссякла, предлагайте вы. Остаток денег с карты надо перебросить на твой счёт, а потом сделать карты мне и Нору, чтобы не дёргали тебя по пустякам.
— Нормальная программа, — одобрил отец. — Ладно, сначала нужно получить деньги, а потом их пристраивать. Через три дня школа. Вы рады?
— Целых девять месяцев заключения! Разве это может обрадовать? — делано пригорюнилась Ольга. — Хотя, конечно, хоть какое-то разнообразие. Я имею в виду в парнях.
— Она когда-нибудь договорится, — пообещал Нор.
— Ладно, наслаждайтесь свободой, пока она у вас есть, — сказал Егор, поднимаясь из-за стола. — Спасибо за обед, пойду отдыхать. У меня с первого сентября тоже прибавится работы. Планируется продать десять лицензий на медведей, так что народа в заказнике будет много. А в октябре возьмутся за оленей. Кстати, нам в этом году тоже разрешат добыть одного. А через неделю поохотимся на зайцев. Не всё же время сидеть на деревенской курятине.
— А мы чем займёмся? — спросила Ольга друга, когда остались вдвоём.
— Можно развить твои навыки в метании ножей, — предложил Нор. — Очень полезное умение. Я сколочу щит и повешу в своей комнате. Когда мотались по Алейску, видел в одном магазине метательные ножи. Надо будет купить два комплекта. Не хочешь заняться луком? Я мог бы сделать.
— Не стоит возиться, — подумав, решила Ольга. — Ну где в нашей жизни может понадобиться такое умение?
— Как хочешь. Ты уже подумала о том, что будешь говорить и показывать Виктору? Не вампира?
— Обалдел? Ему после инфаркта только смотреть на мою страшилку. Покажу что-нибудь другое. Не бойся, я смогу произвести впечатление. Мне хочется сойтись с ним ближе. Не потому что он симпатичен как человек, хотя в нём не видно гнили. Но эта дружба откроет такие возможности, каких мы никогда не добьёмся сами или добьёмся лет через тридцать, когда на горизонте замаячат внуки. А мне хочется интересно и безбедно пожить сейчас.
Глава 10
— Хорошая погода, — сказал Виктор. — Ты не против, если мы немного пройдёмся? Заодно и поговорим. Если Нор хочет, пусть идёт с нами.
— Прогуляемся, — согласилась Ольга. — Нор сказал, что не будет присутствовать при разговоре. Уже прохладно, поэтому я немного утеплюсь.
Девушка зашла в дом, надела вязаную кофту и вернулась.
— Давайте не пойдём на дорогу, — предложила она. — Там грязь, а за домом у нас трава.
— Как скажешь, — согласился он. — Расскажи, какие у тебя возможности и как ты их приобрела.
— Могу рассказать только о возможностях, — сказала Ольга. — Я не знаю, откуда они взялись. Я не билась головой я об асфальт и не попадала под удары молний, всё появилось в последний год само. Разбиралась в своих способностях сама и, возможно, ещё не всё выявила. Могу лечить разные болезни, но опыт целительства пока небольшой. Кроме вас, были три пациента.
— И кто же? — поинтересовался Виктор.
— Сторож вашей "Фазенды" с геморроем, наша завуч, которой я сильно поправила зрение, и муж директора школы, избавленный от гипертонии. Это пока всё. Я не рвусь увеличивать этот список, потому что такое лечение не удастся сохранить в тайне, а мне не нужен шум.
— Похвальная осторожность, — одобрил Виктор. — Что ещё?
— Могу внушить всё что угодно сразу нескольким людям.
— И что же ты внушила той компании? Можешь показать?
— Вам лучше не смотреть на такое после инфаркта. Давайте я покажу что-нибудь... помягче. Только постарайтесь не пугаться: это всего-навсего иллюзия.
Ольга исчезла, а вместо неё рядом с оторопевшим Виктором, мягко ступая огромными лапами, шла тигрица. Она повернула к остановившемуся мужчине голову и открыла пасть, продемонстрировав впечатляющий набор зубов и клыков.
— Я же сказала, что это морок, — повторила Ольга, сняв внушение. — Зря испугались.
— А что было у них? — спросил он.
— Обычный вампир, — улыбнулась она, — но один из ваших битых жизнью тут же обгадился. Наверное, он был очень убедителен, потому что я не дурила мозги остальным. Правда, до этого лишила сознания всю пятёрку, после чего мы их разоружили. Они были выпивши, рвались на охоту, а тот тип, который вас сопровождал, чуть не застрелил отца.
— Значит, ты можешь пугать, создавая иллюзии, и лишать сознания.
— Вы не поняли. Я говорила, что могу внушить всё. Наверное, легче объяснить на примере. Пусть к вам заявились убийцы. Скажем, их будет десять. Так вот, я могу их подчинить, допросить и, убедившись в том, что это киллеры, приказать задушить друг друга. И они задушат. Последнего добью я, магией это сделать нетрудно.
— Какие у тебя ограничения?
— Не смогу подчинить за один раз больше десяти человек. Самое неприятное, что магия долго не действует. Внушение сохраняет силу от нескольких часов до двух-трёх дней. Людей, кроме вас, здесь нет, поэтому попробую приманить какую-нибудь живность.
Минут через пять из леса выбежали пять зайцев, которые бросились к девушке.
— Красавцы! — сказала она, гладя ластящихся зверьков. — Можете погладить, чтобы убедиться, что я не морочу вам голову.
— У тебя большая сила! — сказал Виктор. — Ты приняла моё предложение об охране, а как насчёт сотрудничества потом?
— Мне не помешает ваша поддержка, — сказала Ольга. — Думаю, что смогу за неё рассчитаться. Только мы с Нором часть дня находимся в школе, поэтому нужно так организовать охрану, чтобы вы смогли продержаться до нашего возвращения.
— Да, конечно. — Он достал из плаща конверт и протянул его девушке. — Здесь карта и пин-код. Сумма, как я и говорил, пять миллионов. У вас линейка послезавтра в девять? Я сам повезу ребят и буду у вас в восемь пятнадцать. Приглашаю проехаться с нами. Успеете наездиться в автобусах. Я не собираюсь постоянно возить детей, буду только подбрасывать до того места, откуда вас забирает автобус, так что и вам не придётся ходить пешком. Когда поедут обратно, они меня предупредят, точно так же и заберу. Вот если не будет связи, пусть идут к вам и ждут. До вас недалеко, а я чуть позже подъеду. А зимой договорюсь с теми, кто чистит дорогу. Если они расчищают тридцать километров до деревни, расчистят ещё два до нас, а я оплачу работу.
— Наговорились? — спросил Нор Ольгу, когда та проводила Фролова до машины и вошла в дом. — Всё съел?
— Не поверил, когда я сказала, что не знаю, откуда взялся дар. Наверное, решил, что это пока неважно, и не стал обвинять во лжи. О тебе разговора не было, и я ему соврала о своих возможностях. Он уверен, что десять человек — это мой потолок. Для его целей этого достаточно, а полностью раскрываться ни к чему. Да, послезавтра поедем с ними. Надо позвонить кому-нибудь из девчонок в деревню, чтобы нас не ждали. Конверт с картой он оставил, так что живём. Готовься к очередной беготне по магазинам. Покупали самое необходимое, а теперь докупим остальное.
— Да вроде всё есть. Что ты собралась покупать?
— Балда ты моя инопланетная! — взъерошила ему волосы Ольга. — Повседневная одежда для школы у тебя есть на осень и зиму, а выходного костюма нет. В чём будем праздновать Новый год или ходить на танцы? Да и другая одежда и обувь не помешает. Намокнешь, и нечего переодеть. Сейчас на этом можно не экономить. После еды прошло уже два часа, может, помашем мечами?
— Ну и где они? — нервничала Ольга. — Уже должны быть здесь. Не хватало нам опоздать на линейку! И второй раз звонить неудобно. Нет, нужно покупать свою машину!
— Отец до ноября не пойдёт на учёбу, — спокойно сказал Нор. — Если и будем ездить на своей, то только весной. Ну что ты нервничаешь, не видела машины Виктора? Он на ней обгонит автобус. Подъехали! Надевай плащ, и вперёд.
Он сам надел плащ, потому что погода не радовала солнцем и дул ветер. Два раза срывался дождь, но сейчас посветлело. Вышли из дома и припустили к стоявшей на дороге машине Фроловых.
— Немного опоздал, — сказал им Виктор, — ничего, сейчас нагоним.
— Привет, ребята! — поздоровался Олег. — Ваши места традиционно сзади.
— Ты знаешь, где продаются цветы? — спросила Люда Ольгу. — Первая линейка, на которой я появлюсь без них!
— Вряд ли успеем купить, — ответила Ольга. — Не психуй, старшеклассники редко их приносят. Вот первоклашки будут с букетами. Ой, твой отец — камикадзе! Второй раз с ним езжу, и опять душа уходит в пятки! Разве можно так гнать!
— Не думал, что ты чего-нибудь боишься, — засмеялся Олег.
— Я не боюсь, когда знаю, что могу что-то сделать, — возразила Ольга, — а сейчас от меня ничего не зависит. То же самое в самолёте. Твоя сила, ловкость и таланты ничего не значат. Хлопнешься — и конец.
— Не ты одна такая, — сказала Люда. — Я тоже боюсь летать. И другие боятся. Посмотри на некоторых, когда взлетает самолёт. Глаза закроют, а руками цепляются за кресло и всё равно летают, потому что очень удобно.
— Что у нас будет помимо линейки? — спросил Олег.
— В прошлом году было что-то вроде классного часа на полчаса, — ответила Ольга. — Для младших классов устраивают праздничную программу, нам это не нужно. Постоим на линейке, потом поболтаем в классе и свободны до понедельника. Единственная польза в том, что классная продиктует расписание.
Приехали за пять минут до начала. Возле школы не было места для машины, поэтому Виктор высадил их и поехал искать стоянку. Успели втолкнуть Люду в строй учеников девятого "А" и встать позади уже построившегося десятого "А". Линейка прошла скучно. Сначала под звук государственного гимна подняли флаг школы. Что-то говорила завуч, потом её сменила директор. Двое ведущих прочли какие-то стихи, и первоклашка, которую не было видно из-за спин стоявших впереди ребят, пробежала с колокольчиком. На их троицу только оглядывались. Общаться не получилось из-за стоявшего рядом здоровенного мужчины.
— Наш учитель физкультуры, — шепнула Ольга Олегу. — Знаешь, какое у него прозвище? Зверь!
Линейка закончилась, и строй учеников быстро превратился в толпу.
— Почему стоим? — спросил Олег.
— Ждём, когда запустят младшие классы, — объяснила Ольга.
— Ребята, вы новенькие? — обратилась к ним стоявшая рядом девушка.
— Ребята новенькие, а я старенькая, — засмеялась Ольга. — Не узнаёшь? Вот так сидишь с человеком три года за соседними партами...
— Ковалёва? — вытаращилась на неё девушка. — Ты сделала пластику?
— Ага, — кивнула Ольга. — И пластику сделала, и кожу на лицо пересадила с коленки. О чём ты говоришь, Света? Какая пластика в нашем возрасте, когда мы растём и меняемся? До восемнадцати режут только уши.
— Точно Ольга! — сказала Света. — С ума сойти! Девчонки, посмотрите на Ковалёву!
— А почему только девчонки? — спросил протиснувшийся через окруживших Ольгу ребят юноша. — Я тоже хочу!
— Хотеть вредно, Вовочка! — ехидно ответила Ольга. — Вынужденное воздержание не приносит пользы. Ребята, вы долго будете на меня пялиться? Во дворе уже никого нет. Пошли быстрее в класс, пока Александра не пришла разбираться, где нас носит.
Зайдя в вестибюль, все повесили плащи в гардеробе и побежали в правый коридор первого этажа, где находился их класс. Он был уже наполовину заполнен учениками, а за учительским столом сидела классная. В крайнем ряду добавился стол, который заняли Ольга с Нором. Олегу она показала рукой на тот стол, где раньше сидела сама. Он посмотрел на сидевшую за ним красивую девушку и сел рядом. Через несколько минут все были на своих местах.
— Бардак, — сказала классная. — Видно, что за лето вы отдохнули и расслабились. Это прекрасно, но лето закончилось и начинается новый учебный год. У вас нет занятий, но это не основание вести себя как стая диких бандерлогов! Сегодня праздник, поэтому крови не будет, но в понедельник вы должны настроиться на работу и соблюдать порядок, за нарушение которого с вас будут строго спрашивать! Так, вижу, что у нас новенькие. Вы двое сидите за первым столом, с вас и начнём. Встаньте и представьтесь. Кто, откуда прибыли и как раньше учились. Сначала девушка.
— Александра Анатольевна, — под смех части учеников сказала Ольга. — Какая же я новенькая? Я понимаю, что переломный возраст и всё такое...
— Какой возраст? — растерялась классная.
— Переломный, — повторила Ольга. — Люди в этом возрасте сильно меняются, ну и я изменилась за лето. Я Ольга Ковалёва. Наверное, вам сказали, что новеньких будет только два парня?
— Ты не делала пластику? — спросила учительница. — Ни разу на моей памяти девушки не менялись так сильно за каких-то три месяца.
— Не было никакой пластики, — ответила Ольга и сделала всем внушение.
— Садись, — разрешила Александра. — Теперь ваша очередь, молодой человек.
— Я Нор Матвеев. Приехал сюда из Забайкалья. Учился без троек. Поведение примерное: морды бью только тогда, когда без этого нельзя обойтись.
— Какая оценка по поведению? Отлично? Садись, юморист. Теперь вы.
