Лика
Проснувшись, я привычно потянулась, и более осмысленно осмотрелась вокруг, пытаясь определить время по пробивающемуся в окно свету.
Осеннее солнышко лениво выскользнуло из-за облаков, улыбнулось, солнечным зайчиком скользнув по лицу. Накинув на плечи халатик, я пошла умываться. Ванная мне тут очень нравилась, весь день бы сидела: выдержанная в старинном стиле, львиные лапы там и вся прочая атрибутика, приводившая меня в восторг.
Заставив себя все же выбраться из теплой воды, насухо вытерлась белоснежным банным полотенцем, натянула кучу теплых вещей, едва не став похожей на колобка. Решив, что на кухне согреюсь быстрее, потопала вниз по лестнице.
Сегодня мне почему-то очень хотелось побаловать себя и подруг блинчиками. Кружась по кухне и взбивая тесто, я тихо напевала. Верхняя вязаная кофта уже висела на спинке одного из стульев. Когда на сковородке подрумянивалась первая порция, в помещение зашла растрепанная и сонная Мокоша.
— Приветик, а можешь мне чаю сделать, а еще блинчик с вареньем завернуть? — вот вам и "доброе утро".
— У нас тут самообслуживание, сама сделай. Видишь, я жарю, — фыркнула я в ответ.
— Ну ты же рядом, чайник тебе проще поставить, а мне вставать, тебя обходить, — заныла мелкая.
— Нет, дорогая, кто жаловался, что из нее хозяйка никакая? — во мне проснулся дух противоречия. — Вот и не отлынивай! Давай, поднимайся и делай чай, а заодно сейчас поможешь блинчики жарить. Я тут где-то еще одну сковородку видела, — краем глаза наблюдая за кислой миной подруги, я решила заняться ее образованием. А точнее, научить ее готовить что-то помимо тортиков, которые она обожала и порой едва ли штамповала.
— Не хочу-у-у-у! — взвыла девушка, пытаясь выскользнуть с кухни.
Развернувшись, я с помощью магии закрыла дверь и ехидно протянула:
— Ну, нет! Не умеешь — научим, а не хочешь — заставим!
— За что мне это?! — провыла не хуже привидения подруга. — Ну почему, я раньше всех проснулась? Лик, а может не надо? Может, я пойду?
— Нет, — строго посмотрела на это чудо. — Нам еще и кашу ребенку готовить.
— Лика, я тебе со всей уверенностью заявляю: дети кашу не любят!
— Какая разница, как они к ней относятся?! Это полезно. Но мы ему вкусную сделаем. Точнее, ты сделаешь под моим руководством!
— И не надейся! Лучше я матан пойду зубрить, — вздернула носик мелкая.
— Коша! В конце концов, это тебе нужно, а не мне. Я и так готовить умею!
Через минут пятнадцать перебранки — к тому времени я успела пожарить все блинчики — мелкая сдалась. Хотя у нее все равно не было выбора, так как выйти из кухни я ей не давала. Уж если год назад я ее на коньках научила кататься!..
— Нет уж, я сделаю пирожки! Сама! Лучше приходи через час, я не выдержу, если ты будешь над душой все это время стоять.
— Тьфу, на тебя! — всплеснула я руками. — Ты хоть знаешь как?
— Лика, брысь! — девушка уже повязала передник и закатала рукава. — Ты же хотела, чтобы я на кухне хозяйничала! Это ты меня убеждала!
— Ну ладно, — согласилась довольно легко, прикинув, что это лучше, чем препираться полутра. Быстро поджарив хлеб и отрезав несколько кусочков колбаски, направилась к выходу, решив побаловать вкусненьким облохматившуюся подружку.
Подумав, подхватила любимую сковородку и засунула в шкафчик.
— Да не брала бы я твою драгоценность, — захихикала Коша.
— А вдруг, — завредничала и даже показала кончик языка, затем подхватила тарелку и выплыла в коридор. И почти сразу наткнулась на Ника.
— Лика... — начал вампир, но не успел договорить, как я перебила его быстрой тирадой.
— Прости, я спешу, давай потом. Надо домой позвонить.
Практический бегом я бросилась обратно на кухню, пытаясь избежать нежелательного выяснения отношений. Но оттуда меня опять выпихали. Сердце колотилось, меня буквально распирали противоречивые желания: бежать как можно дальше и вернуться, позволить себе прижаться к нему, раствориться во взгляде колдовских глаз. И это желание было так велико, что я испугалась. И убежала... опять. Не то Ник спешил куда-то, не то обиделся, но преследовать меня не стал.
Уже прижавшись спиной к двери, я поняла, что так и не выпустила из рук тарелки с бутербродами и поставила ее на тумбочку. Высказанная в качестве отговорки фраза о звонке родным напомнила, что и впрямь неплохо было бы это сделать.
Уже успокоившись окончательно, разыскала телефон и набрала домашних.
— Приветик, — отозвалась на раздавшееся в ответ "Алло" и чавканье. Трубку явно взяла Мышь. Наконец девчушка громко заголосила, даже оглушив меня: — Папа, Ликуся звонит.
Не то связь была хорошей, не то динамик, но еще некоторое время в ушах звенело, таким громким оказалось восклицанием.
— Малыш, ты как? Как папа? Рассказывай, что у вас нового, — задала пару вопросов детенышу и принялась слушать. Тут же меня ознакомили со всеми событиями и даже посвятили в жизнь воспитательницы, которая общалась с зашедшей к ней подругой при детях. От такого родного голоса становилось на душе легче, все проблемы и страхи отходили на второй план. Даже обиды, которые накопились в душе, и те практически пропали. Я купалась в счастливых эмоциях племяшки. Вскоре детеныш передала трубку Максу. Во время всего разговора он так ни слова и не сказал по поводу предложения выйти замуж. Это чрезвычайно порадовало — тем дольше у меня будет возможность избегать этих разборок, так не хотелось затрагивать эту тему. Я же на отдыхе! Так что тактичность Макса была принята мною с благодарностью.
Наконец я положила трубку и опять вспомнила о Нике. Хотелось с кем-то поговорить и выговориться, поделиться мыслями. От Огнеславы помощи ждать смысла не имело. Она сейчас была не в том состоянии, да и, думаю, разговаривать в ипостаси лисицы она не умеет. Появившаяся мысль позвонить Шейд тоже была отброшена. Во-первых, утро, во-вторых, я не знала, как ведьмочка отреагирует на предложение мало знакомой ведьмы поучить ту магии воздуха. Нет, отвлекать ее я не решилась.
Взгляд упал на тарелку с бутербродами, и я вспомнила, что собиралась покормить кицунэ. Почти дойдя до комнаты, в которой жила Снежная, едва не грохнулась на пятую точку, когда под ногами пронеслась лисица. За ней несся мальчик, которого я успела перехватить.
— Привет, я Лика.
Коротко переговорив с Гелей, все же отправилась к огненной ведьме, пока с едой не случилось что-то еще.
— Огонек, ты тут? — негромко позвала я подругу. Если бы не тихое шуршание под кроватью, то искала бы я ее долго.
Наклонившись, я приподняла край покрывала и заглянула под кровать.
— Огнеслава, не бузи, вылезай! Хочешь, курочку вкусную тебе приготовлю? — начала шутя уговаривать ее я, и потянулась рукой к пушистому комку. Я таки умудрилась ее достать, но в темноте не было видно, за что потянула. Тут же я обижено взвыла — моя прелестная подруга укусила меня за палец! Конечно, это было не особо больно, но неприятно и неожиданно.
— Огонек, чтоб тебя!
— Ш-ш-ш, — очередное шипение было мне ответом. Усевшись поудобнее около кровати, я пододвинула к себе поближе поднос с едой, который несла перед тем как встретила Даню, и начала с демонстративным причмокиванием жевать бутерброд.
— Фот, фыляф, я и тебфе дам фкусненького, — затем уже более внятно продолжила: — А еще, я вспомнила, у нас твои любимые суши есть. А еще могу пирог испечь, яблочный, — пыталась я и так, и этак выманить мою рыжую красавицу. — Милая, там темно, холодно, а еще пауки водятся. Ну, вылезай! А то представь, какая шкурка будет грязная. Сколько потом тебя чистить и вычесывать. Огонек, ну вылазь!
Не знаю, что больше подействовало на рыжую, но она, фыркая и чихая, выбралась из-под кровати. И впрямь пришлось потратить некоторое время, чтобы очистить ее, а затем и скормить колбаску и смазанные маслом кусочки чуть прижаренного соленого хлеба.
Периодический она пыталась вырваться, но я пригрозила, что позвоню Габриелю, если не успокоиться. И это подействовало. Посчитав свой долг выполненным, когда тарелка опустела, спокойно ушла с комнаты, надеясь, что больше под кровать она не забьется. Подумав, не зайти ли на кухню, проверить, как дела обстоят у нашей обучаемой, вздохнула, признав эту идею не самой лучшей, и отправилась к Снежным.
Мокоша
Как нужно правильно печь пирожки? Для начала выгнать из кухни эту домомучительницу. А то эта "помощь" только мешать будет. А еще лезть с советами! И хорошо, если в тему чего посоветует, а то чаще левое и невразумительное.
Главное — рецепт. И лучше, чтобы он был записан несмываемыми, водонепроницаемыми чернилами, или выдолблен на камушке, иначе... Я с жалостью посмотрела на залитый водой листик, на который парой минут ранее занесла список ингредиентов. И это только начало... Тем более, что не стоило делать нормальные записи. А то каждый раз пытаюсь понять сокращение "ст." — это "стакан" или так я написала "столовая ложка", забыв дописать "л."?
Далее необходимо было по максимуму освободить пространство кухни и убрать все лишнее. Тогда меньше всего придется отмывать от той же муки. И может даже не понадобится капитальный ремонт. Хотя это не с моей кармой, то есть не в этой жизни. Но убрать пришлось много всего.
Еще раз выгнала Лику из кухни, размышляя, не запереться ли? Ведь тогда точно никто мешать не стал бы. От идеи пришлось отказаться, если самой понадобится быстро выйти из кухни, вряд ли это тогда получится.
Так... Если есть браслеты и кольца, их нужно снимать. Браслеты просто мешать будут, а кольца... Одним словом, после вымешивания теста придется отдирать его не только с пальцев, но и с кольца. Да, и руки помыть! Все-таки кушать готовлю.
Кстати о кольцах, вспомнилась сказка, в которой главная героиня пекла пирог для принца и "случайно" или не очень уронила в него кольцо. А бедный принц потом по этому кольцу пытался ее найти. Вот у меня вопрос, а если бы он его съел? Или если бы принц все хорошо пережевывал? И пережевал кольцо? Или кольцо пережевало его, то есть он бы поломал зубы? В голову лезет только одно объяснение — это сказка. Опять меня в дебри понесло.
Взглянув на руки, порадовалась, что ногти не слишком длинные. Вроде проблем не должно быть. А вот если у кого-то накладные? А бывало ли, что они оставались в тесте? Вопрос века остался вопросом, поскольку спросить не у кого. Выгнала же. А накладных ногтей никогда не носила и не могла судить, насколько бредовый у меня вопрос.... Может, эти ногти так наращивают, что фиг отдерешь?
Попробовав молоко, поняла что перестаралась и с нагревом, и с пробованием. Язык обожгла, пусть и не сильно, но все же. Пришлось ждать, пока оно немного остынет, потом крошить дрожжи. Потом тщательно размешивать, чтобы без комочков, и поставить в теплое место.
Взглянув на рецепт, пришла к выводу, что я немного пролапшала, ведь нужно было подогреть половину жидкости, чтобы получить опару. Насыпала для этого в большую кастрюлю половину муки, залила молоком. Посмотрела на пакет муки... и обозвала себя идиоткой. Два кило! А в рецепте говорилось только о килограмме. Ну ничего, размешаем еще дрожжей... И пирожков будет в два раза больше... и на крайний случай, если тесто будет нормальным, а мне надоест лепить пирожки, его всегда можно заморозить...
Успокоив, поставила опару возле плиты. Теперь главное не переборщить с теплом, а то тесто испечется заранее, еще в кастрюле. И будет невесело, потому как придется остатки нормального теста пересыпать в другую кастрюлю и продолжать экзекуцию. Откуда я знаю? Не первый раз пытаюсь испечь пирожки. Мама в таких случаях намекает, что начинать нужно с чего-то полегче и... А вообще вспоминается моя подруга, которая раз всех обзвонила с вопросом, сколько минут нужно варить яйца. С нее все друзья угорают, что дай бог на следующее день рождение она сама приготовит угощения, и тогда уж праздновать мы будем сразу в холе больницы, чтобы если что... А еще лучше, в холе морга, чтобы уж наверняка...
Пришла кицунэ. И тут же впихнула свой любопытный нос в муку. Лисица мгновенно решила, что опара ей будет интереснее. Я еле-еле успела оттянуть ее от кастрюли. Опять замешивать тесто я не жаждала. Перевоплощенный Огонек обиделась. Мои попытки отряхнуть ее от муки ей тоже не понравились... Одним словом, она мстила, и мстя ее была страшна. И вообще, я правильно сделала, что все ненужное спрятала, иначе мы бы многое на кухне перевернули. В результате забега выяснилось одно, нет, даже два момента: наша кицунэ как и обыкновенная лиса любит яйца, а мне нужно вытаскивать из холодильника еще три. А то этот зверек что не съест, то подпортит. Двери пришлось все-таки закрыть, голодная кицунэ, которая лезет под руку, — еще то горе.
Пока я возилась с лисичкой, опара подошла. Даже пузырьками покрылась, что не может не радовать. Значит можно переходить к следующему этапу — досыпаем в нее все, что нужно и вымешиваем. Именно этот сакральный момент выбрал Данька, чтобы прийти. Я же дверь закрывала?! Ладно, магическое дите оно и есть магическое дите.
Даньке было интересно все, а еще детеныш едва не выел всю вишню, которую я вытащила размораживаться. Она холодная! Поэтому даже я ее опасалась пробовать. В конце концов, и не успела. Данька, бяка мелкая, я тоже хотела!!!
Потом в кухню ввалились Лика и Геля, запыхавшиеся и недовольные. Они явно едва не потеряли в хитросплетении коридоров шустрого подопечного.
Снежка
Лика, едва сама не повизгивая от восторга, кружила мальчишку, а у меня замирало сердце. Все-таки я успела очень привязаться к этому ребенку и переживала едва ли не за каждый случайный синяк.
— Все, тетя устала, — наконец возвестила Чертенок, падая на постель. — И кушать хочет.
— Даня, — я решила не упускать шанс, — пойдем на кухню.
Похоже, я таки похудею, постоянно совершая такие забеги по замку. В боку кололо, и я очень надеялась, что это не заново треснувшее ребро вызвало эти "чудесные" ощущения.
На кухне были уже все. Мокошка с недовольным видом отгоняла всех от кастрюльки, из которого тесто едва ли через край не лезло. Я попыталась было ей намекнуть, но разве ж это целеустремленное создание слушало?! Янина, появившаяся сразу после нас, полуприкрыв глаза пила кофе и казалась абсолютно довольной жизнью.
— У нас каша есть? — полюбопытствовала, так как с момента приезда не заглядывала ни в холодильник, ни в кладовку. Лика, как обычно на выезде ставшая нашим поваром, нас разбаловала.
— Могу сварить, — тут же вызвалась вышеупомянутая, которая явно не могла сидеть на кухне, сложа руки. Прямо рефлекс у нее какой-то, похоже!
— Не хочу! — уверенно заявил ребенок. Я переглянулась с Чертенком — в конце концов, у нее есть опыт воспитания подрастающего поколения.
— А что хочешь? — осторожно поинтересовалась. Ребенок немного задумался и уверенно выдал:
— Мороженого!
— Точно Снежный, — умилилась я.
— Только попробуй накормить ребенка мороженым! — тут же зашипела Чертенок.
— А может все-таки кашку? — вздохнула, понимая всю непедагогичность подобного порыва. Да и с больным горлом потом возни не оберешься.
