Хозяин постоялого двора снисходительно похлопал его милость по спине: — Тебя долго не было, Ален! Я уж начал беспокоиться! А что за юношу ты привёл ко мне? — Он перевёл взгляд маленьких блестящих глазок на Констанцу.

Ален наклонился к самому уху Джорджия и что-то прошептал ему. Тот удивлённо поднял брови и покачал головой, но больше ничего не сказал.

Получив ключи от комнат, они прошли по коридору вглубь здания. Вдоль него тянулись закрытые двери, одну из них Ален толкнул, предварительно открыв ключом. Констанца вошла следом, огляделась. Маленькая темноватая комнатка, вмещающая узкую кровать с тощей подушкой, небольшой столик, пару стульев. За ширмой таз и кувшин с водой. От печки, обогревающей две комнаты, веет теплом.

Ален прошёлся по комнате, выглянул в тёмное окно: — располагайся, Констанца, а потом пойдём ужинать.

После его ухода она с удовольствием посидела на кровати, но нужно было хотя бы умыться с дороги. Констанца сняла надоевшую до нечистиков треконду и, оставшись в одной нижней мужской рубашке, тоже грязной и надоевшей, отправилась за ширму.

После ужина девушка устало вытянулась на твёрдом матрасе, но сон не шёл. Неопределённость будущего тревожила её, а ещё она скучала об отце. Наверно теперь, когда лорд Нежин оставил её в покое и больше не ищет, она сможет послать весточку домой. Нужно только спросить у Алена. Эта мысль принесла ей успокоение, и она заснула.

Утром, после завтрака, как Ален и обещал, они отправились покупать одежду. В радостном предвкушении у Констанцы внутри всё трепетало. Всё же, из вежливости, она попыталась отказаться, уверяя, что её вполне устраивает нынешняя треконда и штаны. Его милость окинул её ироническим взглядом, от которого она покраснела, и сказал: — иди, бери плащ и пойдём.

Он неплохо знал расположение улиц и, побродив немного по центру, они отправились на одну из площадей, где, как сказал Ален, можно было купить самую лучшую одежду: доброкачественную и модную. На площади кипел базар. Люди потоком текли вдоль наскоро сооружённых навесов, под которыми горластые продавцы нахваливали свой товар. У девушки рябило в глазах и закладывало уши от криков, смеха, воплей зазывал и гула толпы.

В первой же лавке, где продавали платья, у Констанцы захватило дух от обилия красок, фасонов и, конечно, цен. Всё было ужасно дорого. Она смущённо спряталась за спину своего спутника, но он бесцеремонно вытолкнул её вперёд. Стоящей перед ним хозяйке лавки строго сказал: — прошу вас, данна, подберите этой красивой девушке всё, что необходимо. Вещи упакуйте и отправьте в "Уютную гавань". Я скоро приду. — Он развернулся и вышел из лавки, а Констанца осталась во власти хозяйки и двух её помощниц.

Её крутили и вертели, примеряя платья, юбки, блузки, а также предлагая разноцветные шёлковые штанишки, тончайшие чулки, кружевные нижние юбки и ночные рубашки. Она растерялась в этом ворохе прекрасных вещей, а женщины наперебой расхваливали их, намекая, что её мужчине наверняка понравится надетое на неё кружевное бельё и эти великолепные платья, так изумительно подчёркивающие её тонкую талию и плавную линию бёдер. Внезапно Констанца обнаружила, что на прилавке отложены для оплаты не менее десятка блузок, несколько юбок, дюжина платьев и большая стопка белья. Она решительно встала со стула, где сидела последние несколько минут, не устояв под напором женщин, и подошла к прилавку. Не слушая охи и ахи лукавых торговок, девушка отложила в сторону две блузки, одну юбку, а также пару платьев из тонкой шерсти вишнёвого и практичного тёмно — синего цвета. Ей хотелось взять хотя бы одну кружевную нижнюю юбку и ночную рубашку, но она удержалась, а отложила обычные, из тонкого отбелённого полотна. В конце концов, даже при её скромных запросах, получился приличных размеров свёрток, который хозяйка обещала немедленно отправить на постоялый двор. Констанца не устояла и надела вишнёвое платье вместо надоевших мужских брюк и треконды. Старые сапожки скрылись под длинным подолом, тонкую талию опоясал широкий, расшитый блестящим шёлковым шнуром пояс, тоненькая длинная шейка выглядела трогательно и беззащитно.

Незаметно вошедший Ален залюбовался девушкой. Он впервые видел её в платье. Мешковатая треконда с чужого плеча и широкие мужские штаны напрочь убивали её природное обаяние. Сейчас перед зеркалом крутилась очаровательная, шаловливая и необычайно счастливая юная девушка. Она поймала в зеркале его восхищённый взгляд и вспыхнула, смутилась, опустила глаза, а руки неуверенно теребили платье. Он улыбнулся, взял из рук хозяйки новый меховой плащ и аккуратно надел его ей на плечи. На мгновение приобняв её, он почувствовал, как напряглось её тело. Ален отпрянул, с грустью подумав, что, похоже, во всех мужчинах Констанца теперь видит насильников.

Он расплатился за покупки, а потом они направились в обувную лавку, где девушка с облегчением выбросила свои старые изношенные сапожки и там же, в лавке, переобулась в новые, восхитительно удобные и лёгкие. Совершенно счастливая, она улыбнулась Алену, и он ответил такой же улыбкой, радуясь её радости.

Затем они направились в конец базара, где находились лавки мужской одежды. Любопытная Констанца без устали вертела головой, и Ален вынужден был время от времени оглядываться, боясь, что она потеряется. В какой — то момент он оглянулся, она перевела на него взгляд, и ужас вспыхнул в её глазах. Он резко дёрнулся в сторону, но опоздал. Удар обрушился ему на голову, и свет померк в его глазах.

* * *

Констанца была в совершеннейшем восторге. Она никогда не видела базаров, лишь слышала о них от подруг. Отец редко бывал в городе и никогда не брал с собой Констанцу. Шум и суета ужасно утомляли его. Он предпочёл бы подковать десяток лошадей, чем пройтись один раз по беспокойным городским улицам. По простоте душевной он считал, что его нежная скромная девочка будет неприятно поражена разгульной городской жизнью, где женщины лёгкого поведения открыто пристают к мужчинам, где в канавах валяются пьяные грязные люди, а оборванные ребятишки цепляются к прохожим и ругаются грязными словами.

Сейчас она крутила головой, стремясь всё увидеть и ничего не упустить. Вон вдалеке по канату, высоко над толпой, скользит тоненькая девушка в коротенькой юбочке. Рядом, под навесом, мальчишка бойко торгует расписными глиняными свистульками, а тут же кряжистый мужик, заросший бородой до самых глаз, выставил на длинный стол деревянные миски с мёдом. Медовый дух плыл над толпой, заставляя людей оглядываться в поисках источника.

Она видела идущего впереди Алена. Он беспокоился за нее, и всё время оглядывался, но выше её сил было ускорить шаги и не рассмотреть узорные, ядовито — розовые пряники, которые продавала с повешенного на шею лотка толстая крикливая тётка. Она с интересом замедлила шаг у стойки, сплошь увешанной яркими платками из шерсти, пуха и шёлка.

Ален опять оглянулся, а она, вдруг, увидела, как из толпы рядом с ним вынырнули несколько мужчин и один занёс над его головой рукоять кинжала. Она не успела крикнуть, но он понял по её глазам, рванулся в сторону, но натолкнулся на одного из окруживших его людей. Рукоять с силой ударила его по голове, и он осел, а толпа сомкнулась над ним.

Констанца дико закричала и рванулась к Алену, расталкивая людей. На неё оглядывались, её толкали, вслед ей неслась ругань, но она ничего не замечала. Она, наконец, прорвалась к тому месту, где, она видела, упал Ален. Но там никого не было. Вдалеке, скрываясь за углом, мелькнули всадники.

Глава 13.

Не помня себя, Констанца бежала в "Уютную гавань". Именно так претенциозно назывался этот убогий постоялый двор. Сейчас ей было не до рассуждений о чистоте и удобстве проживания. Она осталась одна в чужом незнакомом городе, но меньше всего Констанца думала об этом. Ален! Его похитили, ударив по голове рукоятью кинжала. Жив ли он? Кто эти люди, что появились так внезапно и так же внезапно исчезли? Вначале она растерялась, но сразу же вспомнила о Джорджии. Кажется, они с Аленом друзья. Он должен помочь ей найти его милость!

Она влетела в зал, едва переводя дыхание. Навстречу ей уже спешил Джорджий. Он радостно улыбался: — данна Констанца, ваши наряды прибыли. Я велел занести их в вашу комнату... . Улыбка медленно сползла с его лица: — вы... что — то случилось? Где Ален?

Слёзы хлынули из её глаз: — его похитили! Данн Джорджий, Алена ударили по голове рукоятью кинжала и увезли! Я не смогла этому помешать!

Сдвинув кустистые брови, маленький человечек заставил её подробно рассказать о похищении. Она мало что могла добавить к своему рассказу. Похитителей не запомнила. Одеты обыкновенно, лица неприметные, скрылись верхом и очень быстро.

Хозяин постоялого двора прошёл вместе с Констанцей в её комнату и сел на стул, глядя на неё. Она металась по комнате, заламывая в отчаянии руки: — данн Джорджий, надо немедленно сообщить о похищении городской страже! Они должны догнать похитителей! — Остановившись перед ним, в нетерпении топнула ногой: — прошу вас, не сидите! Алену угрожает опасность, а вы ничего не делаете!

Он усмехнулся: — успокойся, Констанца! Садись, я тебе хочу кое-что рассказать. — Она торопливо села, в нетерпении глядя на него, — Главный дознаватель, девочка, не ради развлечения путешествует по королевству. Он проверяет некие сведения, которые ему стали известны. Касаются они многих знатных лордов, поэтому Ален так скрытен. К сожалению, о его нахождении здесь стало известно. Я думаю, что похитившие его люди посланы одним из лордов.

— Но почему он сам проверяет эти сведения? Я думала, что у него в подчинении находится много людей! Неужели он не мог послать кого-то?

Мужчина покачал головой: — Констанца, об этом ему говорили многие, в том числе и король. Конечно, у него в ведомстве служит много людей и большинству из них он доверяет. Но вот такой уж он, лорд Ален. Это очень опасно, я имею в виду то, чем он занимался, а потому он не хотел рисковать жизнями своих подчинённых и поехал сам.

Констанца снова вскочила на ноги: — опасно? То есть, его могут убить? За что?

— Я не могу сказать тебе всего, но лорды без колебаний убьют его, лишь бы сведения, которыми он обладает, остались неизвестны.

Девушка побледнела, с гневом глядя на хозяина "Уютной гавани": — и вы так спокойно об этом говорите?? Надо немедленно ехать на его поиски! Невозможно допустить, чтобы его убили! — Стиснув кулаки, она подскочила к мужчине: — да что же вы сидите-то!!

Тот грустно смотрел на неё: — мы не сможем ему помочь, Констанца. Неизвестно, куда его увезли, сколько там было человек, жив ли он сейчас... Едва ли мы с тобой в состоянии сразиться с хорошо обученными воинами. Кроме того, как только они узнают, что за ними погоня, его немедленно убьют.

— Нет, невозможно! — Она снова заметалась по комнате, — не может быть, чтобы ничего нельзя было сделать! — Она остановилась, глядя на собеседника: — данн Джорджий, а разве он не может применить свои способности? Я видела, как мгновенно заржавели и рассыпались мечи у стражников, когда он их заколдовал!

— Едва ли он сможет что — то сделать, — маленький человечек покачал головой, — его силы невелики, а кроме того, его наверняка чем — то поят, чтобы он не очнулся. Да и руки ему, конечно, связали. — Данн Джорджий не стал делиться с ней опасениями, что руки ему могли и сломать, чтобы он стал беспомощен.

— Так! Вы не собираетесь что-то предпринимать, как я поняла..., — хозяин таверны перебил её:

— собираюсь, Констанца! Как только ты перестанешь потрясать кулаками перед моим лицом, — он усмехнулся, — я отправлю человека с письмом к градоначальнику ближайшего города на королевских землях. Он будет там дня через четыре — пять. Надеюсь, через две недели нам придёт помощь.

— Две недели??! Да Алена убьют за это время!! — Она не выдержала и снова заплакала, но тут же постаралась взять себя в руки. Кажется, ему никто не поможет, но она не бросит его! Её сердце сжималось от боли. О, Всеблагой, научи её, наставь на путь истинный, ведь она всего лишь молоденькая, слабая глупенькая девчонка!

Констанца решительно повернулась к мужчине: — я еду искать Алена. Пока не знаю, что смогу сделать, но и сидеть и ждать помощи я не могу. Данн Джорджий, если можете что — нибудь посоветовать, то я прошу вас: ради Алена, скажите мне, научите! — Она выжидающе смотрела на собеседника. Тот опять покачал головой, тяжело вздохнул:

— ты погибнешь с ним вместе, Констанца.

— Ну и пусть. Главное, что с ним!

Лихорадочное нетерпение охватило её. Она готова была ехать сейчас, не медля ни минуты. Почти силой данн Джорджий усадил её, мягко сказал: — хорошо, Констанца, поезжай, но вначале послушай меня. Я думаю, Алена похитили люди лорда дар Феррена. Он постоянно живёт в своём городском доме в Зеленайске. Главного дознавателя должны доставить к нему. Однозначно, что он не отпустит Алена. Если тебе не удастся освободить его по дороге, то его уже не спасти.

Констанца взвилась со стула, на котором сидела, но мужчина жестом остановил её: — до Зеленайска далеко, значит, похитители будут ночевать в деревнях по дороге. До ближайшей — день пути. Значит, ночью тебе тоже надо быть там. Я советую взять Грома. На нём ты быстрее доскачешь до деревни.

Она нерешительно посмотрела на хозяина постоялого двора: — я боюсь, он не станет меня слушаться. Тот пожал плечами:

— попробуй. Он же знает тебя, ты всё время рядом с Аленом. Может быть, и получится.

У Констанцы получилось. Жеребец недовольно косил глазом и всхрапывал, но она протянула ему припасённый ломоть подсоленного хлеба, и Гром решил, что потерпит её.

Она уже садилась в седло, одетая в свою старую грязную треконду, штаны и плащ, когда подошедший данн Джорджий протянул ей небольшой тонкий кинжал в ножнах. Она помотала головой: — я не умею им пользоваться, да и девать его мне некуда.

— Бери, — раздражённо сказал тот, — ты не умеешь, зато Ален очень даже умеет!

Она прикусила губу, поняв, что мужчина прав. Тот сунул кинжал в ножнах ей в сапог и хлопнул по крупу коня.

* * *

Констанца подъехала к деревне ночью. Вскользь она подумала, что это просто счастье, что в деревне нет, как в её родных Вишняках, собак. Проходящая рядом большая и наезженная дорога на столицу была бы нескончаемым источником собачьего лая.

Это была та самая деревня, где они с Аленом ночевали с такими удобствами. Она совершенно не представляла, где его искать. Спешившись и привязав Грома у крайних домов, она решила осторожно пройтись по ночной деревне и осмотреться.

На небе нехотя всходила полная луна, освещая слабым призрачным светом два десятка домов за глухими сплошными заборами и двухэтажное здание постоялого двора.

Медленно двигаясь вдоль домов, она пришла к выводу, что похитители не остановились ни в одном из них. К наглухо закрытым калиткам вели узкие, протоптанные в снегу тропинки. Она подумала, что такое большое количество людей обязательно бы оставило много следов. Значит, если они в деревне, то остановились на постоялом дворе. Она тихо подошла к его плотно закрытым воротам, медленно нажала на створку. Та со скрипом поползла в сторону, открывая проход во двор. Констанца проскользнула внутрь, прикрыла ворота и прижалась к ним спиной, прислушиваясь к тишине.