Долгая дорога к счастью - 3

— леди Зелинна, простите меня за неприличное поведение, но мне очень хочется её поцеловать. Вы не будете возражать?

— Ах, милорд, ваша жена прелестна! Поцеловать её просто-таки необходимо.

Уже без церемоний Дэниар крепко обнял Энну, принялся целовать розовые улыбающиеся губы, шепнул на ушко:

— да я не доживу до ночи! Нельзя ли как-нибудь пораньше?

Пробегающие мимо служанки смешливо фыркали за спиной целующего свою жену Владетеля. Энна отталкивала его:

— Дэн! Ну Дэн же! Пойдём, хватит слуг смешить! Зел устала с дороги, ей надо отдыхать, что ты, в самом деле!

Дэниар отпустил жену, предложил обеим женщинам взять его под руки. Признаться, леди Зелинна с удовольствием оперлась на руку Владетеля, дорога её, всё же, утомила.

Наконец лестница закончилась. Они повернули направо и через холл двинулись по широкому светлому коридору к дверям гостевых покоев.

Дверь распахнулась им навстречу. Девушка-служанка, приехавшая с Энной из Теремиса, радостно присела в реверансе. Леди Зелинна с удовольствием обняла её. Сзади увидела вторую, привлекла в свои объятия и её.

Энна не стала заходить в комнату. Не пустила и Дэниара.

— Зел, мы не будем тебе мешать. Располагайся. Сейчас разгружают кареты, и твой багаж скоро принесут. Девушки помогут тебе. Вымоешься, отдохнёшь и приходи в малый обеденный зал, мы будем тебя там ждать.

Энна попятилась из дверей, натолкнулась спиной на мужа. Он улыбался, глядя ей в глаза, — всё понятно! — Энна подхватила его под руку, но тут леди Зелинна сказала:

— милорд, Энна, а нельзя ли мне сходить к Церену? Я очень соскучилась по нему...

Энна спохватилась:

— девушки, сбегайте, кто-нибудь, в детскую, пусть приведут Церена.

Вскоре няня Самира привела ребёнка. Все с некоторым напряжением ждали, узнает он или нет леди Зелинну. Опасения были напрасны. Церен протянул к ней ручонки, радостно закричал:

— тётя Зел! Тётя Зел!

Она подхватила его на руки, заплакала. Он пальчиком вытирал бегущие из глаз слёзы, лепетал что-то утешительное.

Энна на цыпочках вышла из комнаты, потянула за руку Дэниара. Они тихо прикрыли дверь и стали спускаться по лестице. На втором этаже он решительно повернул к их покоям. На её улыбку и вопросительный взгляд ответил:

— ты же обещала мне подарок! Неужели обманешь?!

Энна засмеялась. Войдя в свою спальню, повернулась к нему, закинула руки на шею, взъерошила волосы на затылке. Прижавшись всем телом, посмотрела мужу в глаза. И утонула в их тёмно-синем омуте. Желание, нежность, страсть и любовь — всё было в них. У неё перехватило дыхание от нежности к нему, благодарности за его любовь и терпение. Он потянулся к ней, и она прошептала ему в губы:

— Дэниар, я люблю тебя...

Он крепко обнимал её, умудряясь прижимать к себе её всю. Наклонившись, целовал волосы, шептал:

Эни, ты моё счастье и моя жизнь, люблю тебя, люблю...

Тихо и неторопливо он расшнуровал на ней платье, аккуратно спустил его с плеч и положил на стул. Пока он раздевался сам, Энна быстро юркнула под одеяло. Он лёг рядом, ласково провёл ладонью по обнажённому бедру. Перевернул на спину и, откинув одеяло, целовал и осторожно сжимал грудь. Она фыркнула:

— ты прикасаешься так, как будто я из стекла!

Он глухо пробормотал:

— до конца жизни раскаяние и стыд будут терзать меня за синяки от моих пальцев на твоей груди...

Она погладила его по спине, прощая, утешая. Он понял, благодарно и ласково прижался к её губам.

Потом его рука скользнула вниз. У Энны горело всё тело, она простонала:

— Дэни, ну ... уже всё, ну, пожа — а — луйста!

Он тихонько хохотнул:

— хочу, чтобы ты сама меня позвала, родная...

И она не выдержала:

— иди ко мне, хочу тебя очень сильно!

Как будто распрямилась пружина. Он сжал её в объятиях, его руки опять были везде. Энна чувствовала каждый его мускул, каждую частицу его тела и наслаждалась им. Он чутко откликался на любое её движение. Счастье, радость от безраздельного обладания любимым человеком, захлёстывали их, вздымая на высочайшую вершину блаженства.

Они немного полежали в постели, разговаривая обо всём и ни о чём. Дэниар беспокоился, не повредят ли ребёнку их любовные игры. Энна смеялась. Он не на шутку рассердился:

— Энна, ты очень легкомысленно к этому относишься! Я думаю, завтра с утра нам надо съездить к целительнице и поговорить с ней об этом.

— Дэн, срок же очень маленький! Не беспокойся, всё хорошо.

Она закрыла глаза, потянулась, прижалась поплотнее к тёплому боку мужа:

— м-м-м, я спать хочу...

Он тут же отреагировал: натянул повыше одеяло, подоткнул его за спиной:

— поспи, родная. Я скажу леди Зелинне, что ты сегодня устала, извинюсь перед ней. В конце концов, ей тоже надо будет пораньше лечь спать, а завтра поговорите. Хорошо?

Он поцеловал её в лоб, погладил по спинке и собрался встать. Энна потянулась следом:

— нет, Дэн, так нельзя. Я пойду с тобой.

Они встали, оделись. Дэниар привычно исполнял обязанности горничной. Помог надеть платье, затянул шнуровку на спине. Они спускались в обеденный зал вместе с леди Зелинной. Она улыбнулась им:

— я немного вздремнула после ванны. Подумала, что вы, возможно, уже ждёте меня...

Дэниар по-хозяйски приобнял Энну за талию:

— вы могли не торопиться, миледи. Понятно, что вы утомились с дороги.

Энне не терпелось расспросить золовку о Теремисе, о друзьях, но было бы невежливо затевать разговор за столом. Она нервничала и, в нетерпении, ёрзала на стуле. Дэниар всё видел и улыбался, глядя на неё.

Наконец ужин закончился. Энне хотелось поговорить с леди Зелинной наедине, но она видела, что муж тоже хотел бы послушать гостью.

Все трое, они поднялись в гостиную миледи. Со вздохом удовлетворения она откинулась на мягкую спинку дивана, погладила рукой бархатную обивку. Дэниар подхватил кресло, придвинул его напротив. Сел сам и попытался усадить Энну к себе на колени, но она воспротивилась. Пришлось Владетелю пересесть на низенький пуфик.

Леди Зелинна рассказывала о событиях прошедших месяцев до поздней ночи.

В Теремисе всё было спокойно. Андарин отвёл свои фаланги от границ Владетельства. Назначенный Энной Управляющий заключил с лордом Таграном торговое соглашение на поставку сена летом этого года. Разработка рудника ониридия только началась, но небольшая партия дорогого камня уже была продана за бешеные деньги купцам из захайратов. Энна и Дэниар переглянулись. О продаже камня им было известно, ведь половина вырученных денег поступила в казну Эристана.

Лекарь Врегор по-прежнему был бодр и энергичен, жил в подаренном ему доме вместе с семьёй Верейды и травником. Капитан Онорен и Верейда вполне счастливы, их дочка уже встала на ножки и пытается ходить, натыкаясь на все углы. Коринор, кажется, тоже всем доволен, целыми днями пропадает в своей лаборатории и уже удивил лекаря своей новой выдумкой — лекарством от синяков.

Леди Зелинна встала и, порывшись в одной из корзин, не до конца распакованных служанками, протянула Энне небольшую деревянную коробочку:

— Это травник передаёт тебе для Церена. Он сказал, что у мальчишек ноги всегда в синяках. Вот, намазывай их мазью. Синяки не будут болеть и быстро исчезнут.

Энна открыла коробочку, понюхала зелёное густое вещество. Запах был едва уловимым, тонким, цветочным. Дэниар тоже наклонился, понюхал. Энна закрыла мазь крышкой:

— спасибо, Зел. У Церена, и правда, все коленки сбиты и в синяках. Разбежится, а остановиться не получается.

Ей не терпелось удивить миледи известием о том, что у Коринора есть взрослая дочь и внуки. Леди Зелинна была поражена.

— О боги! Он никогда не говорил ни о чём подобном! Ведь мы знакомы много лет, но ни разу не слышали, что у него была любимая женщина!

— Зел, она целительница и будет принимать у меня роды... — Энна запнулась. Дэниар заулыбался, с довольным видом глядя на неё. У миледи округлились глаза:

— Эни? У тебя будет ребёнок?

— У нас, леди Зелинна, — поправил её счастливый Владетель, — у нас!

— Ну да, у вас, — растерянно повторила та.

Она быстро спохватилась, продолжила рассказ, но время от времени удивлённо покачивала головой.

Энне хотелось выпроводить мужа, но он делал вид, что не понимает её грозных взглядов и намёков. Тогда она подумала, что впереди много дней, и они с леди Зелинной смогут досыта наговориться.

Глава 23. Будни.

С приездом леди Зелинны дни понеслись вскачь. Женщины долго ходили по этажам замка, подыскивая комнаты для миледи.

Она сразу отвергла покои третьего этажа, объяснив тем, что ей тяжело подниматься несколько раз в день по длинным, хотя и удобным, лестницам замка. Первый этаж отвергла Энна. Она ни за что не соглашалась с тем, что её любимая Зел будет жить там, где располагаются комнаты для слуг и вспомогательные помещения. Оставался второй этаж.

Энна всерьёз подумывала о том, чтобы им с Дэниаром переехать выше, а миледи разместить в их покоях. Муж не вмешивался, ему было всё равно, где спать, лишь бы Энна была под боком. Видя терзания хозяйки, леди Зелинна однажды спросила:

— Эни, а почему ты ни разу не сводила меня в левое, южное крыло второго этажа? Что там располагается?

Энна смутилась, отвела глаза:

— понимаешь, Зел, я и сама со дня приезда ни разу там не была. Там располагаются покои, которые мы с Дэниаром занимали тогда..., давно... , — добавила с жаром и неприязнью: — ненавижу эти комнаты и всё, что с ними связано!

Миледи покачала головой, мягко улыбнулась:

— ну что за детские выходки, Энна! Чем провинились перед тобой комнаты? Уж если ты нашла в себе силы простить лорда Дэниара, то ненавидеть бывшие ваши покои вообще смешно.

Энна вытащила три ключа, лежащих отдельно в шкафчике её гостиной, и они отправились в южное крыло замка.

Со стеснённым сердцем она отперла двери гостиной, а затем бывшей своей спальни. Содрогнулась, увидев то, что пыталась забыть много лет. Светлая обивка мебели с весёленькими цветочками и птичками, резные шкафчики, кокетливые пуфики, туалетный столик, уставленный коробочками, драгоценными шкатулками. И ненавистная кровать, огромная, покрытая белым пушистым покрывалом.

Энна отвернулась.

Леди Зелинна с восхищением взирала на всё это великолепие и видела в каждой мелочи любовное желание угодить, порадовать молодую жену, вызвать её восторг.

Миледи подошла к большому стрельчатому окну, отодвинула шторы. Оказалось, внизу был сад. С высоты второго этажа были видны уходящие вдаль аллеи, зеленеющие ранней молодой травкой лужайки и кусты. Двое садовников возились под окном, вскапывая длинную фигурную клумбу. Яркое весеннее солнце играло радужными бликами на полированной поверхности мебели, зайчиками отражалось от поверхности большого, в красивой узорчатой раме, зеркала.

— Энна, мне очень нравятся эти комнаты! Нельзя ли мне их занять?

— Зел, только прошу тебя, позволь мне отремонтировать и заново обставить эти покои! Я видеть всё это не могу!

Миледи успокаивающе похлопала Энну по руке:

— ну конечно, Эни, кое-что следует заменить. Всё же мне, в моём возрасте, не подобает жить в комнатах, отделанных для юной женщины.

У Энны дрогнули губы, она стиснула руки:

— пойдём отсюда, Зел. Сядем в моей гостиной и подумаем, какие ткани и мебель нужно закупить.

Остаток дня они провели за обсуждением будущего ремонта в покоях леди Зелинны. Причём, если миледи хотела бы многое оставить, как есть, то Энна настаивала на полной замене мебели, ковров, занавесей и гобеленов. Миледи пришла в ужас от того, что такие красивые комнаты будут опустошены, но видя ожесточение Энны, не стала спорить.

Спустя несколько дней Энна, проходя по холлу второго этажа, услышала громкие мужские голоса и визг Церена, доносящиеся из его покоев. Она быстро прошла по коридору к двери. Стоящий у входа гвардеец вытянулся при виде Владетельницы, но не смог согнать с лица улыбку. Энна вошла и замерла у двери. Её сын сидел на плечах Дэниара, одетый в полные воинские доспехи, подаренные ему при рождении кузнецом замка аль Ирайдес. Кольчуга была уже впору, а шлем великоват, поэтому на голове Церена, в качестве подшлемника, красовалась вязаная красная шапочка. В правой руке он держал маленький меч, подаренный тем же кузнецом. Мальчик азартно кричал и размахивал им, норовя рубануть наскакивающего на него мужчину с деревянным мечом. Дэниар подпрыгивал и ржал, почти как настоящий конь, не забывая придерживать маленького всадника за ножки. В мужчине с деревянным мечом Энна узнала Брандена.

Шум стоял необыкновенный. Визжал Церен, деревянный меч постукивал по железному в руках у ребёнка, топали, прыгали и хохотали мужчины, оба красные и вспотевшие.

От неожиданности Энна вскрикнула. Наступила тишина. Церен, воспользовавшись заминкой, ткнул Брандена железякой в плечо и, подскакивая на шее у Дэниара, завопил:

— Тереми-и-и-ис!! Кочевник уби-и-и-ит!!

Бранден картинно крутанулся на месте, закатил глаза и рухнул на ковёр, разметав руки и ноги. Малыш был в восторге:

— мама, мама, смотри, я убил кочевника! Он напал на Теремис, а я как стукну его мечом! Я победи-и-ил!!

Бранден приподнял голову:

— извините, леди Энна, я не могу приветствовать вас, как подобает, потому что меня убили! — он снова рухнул на ковёр, к великой радости Церена.

Дэниар с мальчиком на шее повернулся к Энне и сказал:

— Церен, приветствуй маму, как полагается воину!

Тот важно взметнул над головой ручонку с зажатым в ней мечом, а потом резко опустил, согнув её в локте. При этом рукоять меча сильно ударила Дэниара по макушке. Тот зашипел и вскрикнул:

— эй, воин, коня-то не убивай!

Церен болезненно сморщился, потёр ушибленное место ладошкой и подул на него:

— больно, дядя Дэн? Я нечаянно...

Энна поспешила оставить поле сражения. Потом, вечером, она призналась мужу:

— знаешь, я была поражена, когда увидела, с каким азартом Бранден играл с Цереном. Никак от него этого не ожидала.

Дэниар улыбнулся:

— ну почему же. У него двое мальчишек и я знаю, что он всегда с удовольствием с ними играет. Когда есть время, конечно. Да и с дочкой он любит возиться, — затем осторожно продолжил: — Энна, может быть, тебе пора изменить своё мнение о Брандене? Конечно, у него масса недостатков, но он предан нашей семье и не раз спасал мне жизнь... И ещё, родная. Тебе необходимо подумать о проведении торжественного приёма и бала по случаю нашего бракосочетания.

Энна засмеялась:

— Дэн, когда это было! Чуть не полгода прошло!

Он невозмутимо пожал плечами:

— да это только наше дело. Когда хотим, тогда и проводим. Но приём необходим. Именно на нём я официально представлю тебя как свою жену и Владетельницу Эристана.

Пришлось Энне и леди Зелинне заняться организацией приёма и бала. Мероприятие ожидалось нешуточное. Одних приглашений планировалось разослать около полутора тысяч. А ещё нужно было продумать меню и множество других важных вещей. Оказалось, среди людей, работающих в замке, был и такой человек, церемонийместер рьенн Челенуто. Его представила Энне рьенна Ремилла. Та припомнила, что этого человека Дэниар ей уже представлял, но она не обратила на него внимания. Церемониймейстер оказался маленьким и чрезвычайно важным человечком, но, надо отдать ему должное, дело своё он знал хорошо. С большим облегчением Энна спихнула на рьенна Челенуто организацию торжества.