Приключения золотой ведьмы. Книга первая

Но я, кажется, малость увлеклась. Даря такой подарок лешему, Андрей практически делает его всесильным в своих правах и возможностях. Нечистикам и духам природы Чистая сила может только сниться. Для них она практически бесценна.

— Андрей, а давно ты умеешь брать ее? Я имею в виду Чистую?

— Да с рождения. Мне сначала даже было сложно преобразовывать ее, подстраивая под свою сущность, не видя в этом смысла. Хвала Духам, что мать настояла. Иначе я бы здесь вряд ли сейчас стоял. — Хмыкнул колдун.

О Духи! С каждым разом все круче! Может, завтра я узнаю, что он — воплощение какого-нибудь божества?! Тьфу — тьфу — тьфу! Такими темпами он сравняется в силах с демоном. Ну, или, по крайней мере, не сразу умрет в схватке...

От последней мысли меня бросило в холод. Дура! Думай, о чем думаешь! Тьфу! Никто не умрет. Ну вот, опять вспомнила о демоне. Хоть бы он меня не скоро нашел...

— Крутоооой...

Колдун засмеялся.

— Обычный. — Подмигивает.

— Ты — НЕ обычный. — Беру его за руку. — Давай отведем их домой. — Киваю на коней, поводья которых все еще сжимаю в левой руке.

— Ну давай, ведьмочка! Закрой глаза, а откроишь ты их уже в мире Пегас!

Поцеловала его и закрыла глаза.

Немного закружилась голова, но сразу же ощущение прошло, и я открыла глаза. Мы оказались на лугу, рядом с лесом. Кругом высокая, по пояс, ярко зеленая трава, но не просто зеленая, как на земле, а яркого изумрудного цвета. Стебельки закручиваются спиралью, а на кончиках своеобразные пушистые серебряные метёлочки. И так везде, куда падает взгляд. Красиво! Деревья очень большие, больше всего они похожи на земные дубы, только с острыми листьями, и все того же изумрудного оттенка. Над головой светило два солнца, одно — на востоке, другое на западе, двигаясь на встречу друг другу.

Заметив мой взгляд, Колдун пояснил.

— Благодаря двум солнцам на планете ночь очень короткая, даже не ночь, полностью не темнеет, больше похоже на сумерки, которые длятся всего пару часов.

— Ааа, но они же на встречу друг другу идут? Так ночь должна быть длиннее.

— Нет, на самом деле, они не идут на встречу, а друг за другом, что и обеспечивает постоянный день.

Кони, почувствовав родной мир, начали беспокоиться. Я погладила чернулю и начала снимать упряжки. Первым освободила рыжего коня, тот, едва не сбив меня с ног, чуть ли ни с места улетел ввысь. На очереди оказались белые, их я тоже довольно быстро освободила, только они улетели не сразу. Недоверчиво озирались, и не отходили от нас с колдуном.

— Ну что же вы, бегите, хорошие мои, вы свободны! — сказала я им, толкая одного, самого рослого в бок. — Ну, идите же!

На глаза стали наворачиваться слезы. Это сколько же они уже служили своему хозяину, что отвыкли от воли! Бедные... С высоты раздалось призывное ржание рыжего собрата. Один из белых неуверенно ответил. И осторожно расправив крылья, взлетел. Через несколько минут тройка последовала за ним. Остался последний пегас — черный. Я все не могла его отпустить. Нет, не потому что хотела оставить! Ни в коем случае, просто я к нему, кажется, сильно привязалась... Он сначала меня ненавидел, когда остальные даже не обращали внимание, потом как будто принял меня, и даже простил. Я не знаю, можно ли так сказать. Но то, что я к нему привязалась — это однозначно.

Я стояла и гладила его гриву, а он терпеливо ждал, когда его звали остальные кони. Даже когда в небе появились другие его сородичи, он не высказал нетерпения, давая мне себя гладить. Огромные умные глаза смотрели на меня с дружелюбием, как бы прощаясь.

— Отпусти его. — Сказал колдун, почувствовав мою нерешительность.

Он помог мне снять с него путы. Когда черненького перестала сдерживать серебряная сила, тот рванул с места в галоп и умчался, превращаясь в далекую черную точку. Жалко...

Глава 13

Я легла в траву, любуясь полетом нескольких десятков пегасов в вышине. Они, казалось, радовались возвращению потерянных друзей, наполняя округу радостным ржанием.

Колдун лежал рядом, просто взяв меня за руку, и вместе со мной любовался полетом сказочных животных. Мы ни о чем не говорили, мне было грустно. Но я радовалась, что теперь, хотя бы, эти шесть прекрасных и сильных животных не умрут, закончив жизнь в какой-нибудь конюшне. Они свободны! Эта мысль дарила умиротворение. Кстати, я заметила только несколько черных точек в небе, остальные кони были белые как снег и так же, только некоторые рыжие, в яблоко. Но основную массу составляли именно белоснежные.

Через какое-то время одна черная точка начала приближаться и у меня радостно забилось сердце. Когда конь приземлился в паре метров от нас, то мы узнали освобожденного пегаса. Тот подошел к нам. Дал колдуну погладить себя, и стал толкать меня красивой мордочкой к своему боку. Я в шоке! Не верю! Он что, хочет меня покатать?! Не может быть! Но конь настойчиво толкал меня.

— Кхм, знаешь, милая, кажется, он предлагает тебе прокатиться! — весело заметил колдун.

— Ты уверен? — спросила я у колдуна и коня одновременно.

Андрей кивнул, а коняга стала толкать меня еще настойчивей.

— Ну ладно! Ладно! Не толкайся! — засмеялась я.

Конь понял, и толкать перестал, только подставил мне спину. Я неуверенно примерилась. Ого! Да я на него не залезу! Конь был очень крупный, крупнее своих собратьев, поэтому забраться на него мне не представлялось возможным. Растерянно смотрю на колдуна. Тот усмехнулся и сложил ладони лодочкой.

— Давай подсажу!

Спаситель ты мой! Принимаю его предложение, опираюсь на ладони ногой, и он без усилий поднимает меня вверх. Перекидываю ногу через коня и поудобней устраиваюсь. Ого! Сверху он кажется еще больше и массивнее! А черные крылья — еще длиннее и шире. Мамочки! На что же я подписалась?!

— Только не очень долго! И аккуратно! — строго сказал колдун коню.

Тот в ответ только фыркнул. Сделал вокруг колдуна небольшой круг, примеряясь к ноше, то есть ко мне. Довольно всхрапнул, взял небольшой разбег и взлетел!

— Аааааа! — заорала я.

От вопля конь недовольно прижал уши.

— П-прости, мой х-хороший!

Погладила его и крепче прижалась к сильной шее, обвив ее руками. Честно, хотелось еще и ногами, но побоялась.

А он все набирал высоту.

В животе приятно защекотало. Взглянула вниз и пожалела, о том, что сделала это. Все было таким маленьким, колдун вообще превратился в точку. — Аааааааа! — уже довольно завизжала я.

Конь, видимо уже был морально готов, поэтому не испугался. Вокруг кружили десяток коней, маша и планируя на огромных крыльях. В лицо бил холодный ветер, а сердце выпрыгивало из груди. Я счастливо рассмеялась.

— Ну как, нравится летать? — раздался крик справа.

Я непонимающе оторвалась от коня и повернулась вправо. Невозможно передать, каких сил мне стоило не отпустить моего пегаса. От удивления, я чуть не свалилась с него — справа от меня летел колдун! Нет! Он не левитировал! Он летел! На черных нетопыриных крыльях!

— Твою мать! — вырвалось у меня.

Колдун засмеялся.

— Не, скорее отца! — весело передразнил он меня.

Я уже немного замерзла — даже в застегнутой куртке. А колдун наоборот, Верх он вообще снял, чтобы лететь не мешало, и холода, кажется, даже не чувствует.

Конь ему приветственно заржал.

— Привет— привет! — ответил ему колдун.

Коняга довольно всхрапнул и стал набирать скорость. Я, от греха подальше, привязала себя к нему магической нитью, чтобы не свалиться. И вовремя! Потому что чернуля набрал такую скорость, что меня чуть ли не сдувало встречным ветром. О Духи! Как же хорошо!

Забыв о колдуне и о холоде, я отдалась своим ощущениям. Такого я не испытывала еще никогда! Я чувствовала стихии! Огонь в сердцах! В моем, в сердце пегаса, и целый пожар в сердце полукровки!

Вода! Чувствовала грозовые тучи далеко на горизонте, их нетерпение пролиться вниз! Чувствовала ток крови, в окружающих меня существах! Чувствовала ее вкус на своих губах, но это не пугало, а казалось таким естественным.

Воздух, бьющий в лицо и наполняющий легкие пьянящими запахами Жизни!

Земля, матушка бренных тел, и, наконец, стихию Духа! Ощущала Силу разлитую вокруг, сосредоточенную во мне! От Силы Андрея закружилась голова! Ощущала животную, непокорную Силу пегаса! Духи! Эти моменты я буду вспоминать всю жизнь!

Полукровка и пегас, казалось, соревновались, вперед вырывался то один, то второй. Но не чувствовалось самого соревнования, а скорее детскую радость от удовольствия, которое дарила им игра. Мы с Андреем счастливо смеялись, пегас же радовался вместе с нами, задорно фыркая и стараясь вырваться вперед, порою уступая своему оппоненту.

Но и эта игра подошла к концу. Замедляя полет, конь стал спускаться на землю. Я чувствовала, как горит от ветра лицо, но достаточно одного шепотка как ощущение пропало (удобно быть ведьмой, ха). Я полу-сползла, полу-свалилась с огромной спины чернули. Тот ласково фыркнул мне в ухо и улетел. Я без сил села на траву. Через секунду приземлился и колдун. Перед самой землей он расправил широкие крылья, и, мягко ступив на землю, сложил их за спиной и уверенно пошел ко мне.

Я хотела куда-нибудь провалиться. Не знаю, с ним таким, я не была готова встретиться. Куда бы деться!?

Когда он подошел, уставилась себе на колени и упорно не поднимала взгляд. Блин. Спрячьте меня кто-нибудь, а?! Минуту он стоял надо мной, а я разглядывала полоски на джинсах так, будто это самое удивительное и интересное зрелище.

Блин! У него крылья! Черные! Как у могущественных старых демонов! Это в двести лет! Ну спрячьте меня, ну пожалуйста! С тоской незаметно озираюсь в надежде куда-нибудь деться. У НЕГО КРЫЛЬЯ!! Сейчас завою в голос!

— Ээй... — Окликает колдун.

Героически молчу и не поднимаю голову.

— Посмотри на меня.— Не просьба, но и не приказ.

Не хочу! Я, конечно, многого о нем не знаю, и многое наверняка не узнаю никогда, но крылья! Не знаю, это меня зацепило... И откуда он их только взял?!

Он всё стоит надо мной. Минута. Тишина. Еще минута...

— Ведьмочка, девочка моя, если ты сейчас не посмотришь на меня, я дематериализую свои великолепные крылышки, и твое любопытство останется неудовлетворенным. — Очень ласково промурлыкал он.

Тьфу на тебя, паразит! Моль крылатая! Знает чем пронять! Манипулятор хренов! А вот фиг тебе! Не буду смотреть! — решительно подумала я... И в следующее мгновение недовольно подняла на него взгляд... А эта крылатая пакость еще и ухмыляется.

— Хочешь потрогать? — заговощиски подмигнул он, а голос такой проникновенный!

Гад! Скорчила недовольную мину и встала. Ой, после полета ноги трясутся! Не обращая на эту досадную помеху внимания, подошла к нему сзади и начала изучать черные крылышки. Вы видели когда-нибудь летучую мышь? Вот у него, почти, тоже самое! Только не в плане костяка, а в плане общего вида. Я имею в виду, никаких косточек пальцев и все такое. Вместо перьев жесткие кожаные, как бы, перепонки, натянутые между тонкими, костями. Судя по тому, как он держался в полете, крылья очень мощные и прочные. Я их даже на свет посмотрела, но, несмотря на то, что они тонкие, на свет не просвечивали, а были черными-черными! Я попросила расправить их. В размахе они оказались примерно метра четыре— четыре с половиной. В сложенном виде, кончики едва касались земли. Крылья вырастали из лопаток, причем никакого покраснения, или еще чего, я не заметила, как будто, так и должно быть! Всю жизнь так проходил и летал каждый день! На ощупь оказались бархатными и очень теплыми, приятными.

Я уже забыла про свою обиду и во всю его разглядывала, гладила, трогала и ласкала бархатные, приятные крылья, обнимала его. Но, в конце концов, колдун отстранился. И только сейчас я заметила, что его немного трясет, и глаза какие-то мутные. Что с ним?

— Ну, все, Злата, хватит, я же не железный! Больше не могу! — с приятной хрипотцой в голосе сказал он.

Ни чего не понимаю. Повнимательнее присмотрелась к нему. Ой дууураа! Его глаза, частое глубокое дыхание, да вся его поза говорили о многом! Да я же его, ээ, ну... В общем, кажется перестаралась я в ласках и поглаживаниях.

Начинаю краснеть и делаю еще шаг назад. Неудобно-то как!.. Он делает ко мне два шага, и я оказываюсь в нежных объятьях, чувствую, как он накрывает нас своими крыльями, становится темно. Но так уютно. В следующее мгновение немного закружилась голова, и я уже лежала на мягкой кровати, а колдун смотрел сверху на меня мутными глазами. Я начала падать в бездонный колодец его любящих глаз. В тот момент не существовало ничего кроме нас двоих, его нежных рук, требовательных губ, сладких поцелуев; ничего, кроме желания, моего податливого горячего тела, тихого шепота, и молчаливых признаний.

Только не суждено желаниям сбываться, не сейчас... Когда я уже хотела, я могла, была готова, у меня появилось противное ощущение предательства, стало так больно. Я закричала от отчаяния. В голове замельтешили образы, какие-то картинки, чужие слова. Я плохо помню, что было потом, и только два образа сохранились очень ярко — бледный разъяренный Андрей, прижимающий меня, свернувшуюся комочком, к себе и глаза демона, полные печали и решимости, его еле слышный шепот 'Не делай этого, нет!.. П-пожалуйста...' — последнее слово он произнес с запинкой. Так мы говорим слова, которые нам очень и очень сложно произносить. И все, больше ничего. Мне было так плохо, больно внутри, кажется, я плакала, билась в истерике прося кого-то перестать меня мучить, но, кажется, только слышала чей-то шепот 'Я с тобой, маленькая'. Или другой голос говорил мен тихо и не разборчиво, что все пройдет... Не помню. Казалось, что это длится вечность.

Очнулась я на руках у Андрея, растрепанная, почти голая, подавленная, с противным чувством вины. В глаза колдуну старалась не смотреть и поспешила вовсе отстраниться. А он и не удерживал. Захотелось плакать. Чем я и занялась. Уткнулась в подушку и зарыдала. Больно. И обидно, что он ничего не делает. Просто сидит рядом. Что же случилось? Я никого не предавала никогда в жизни! Откуда тогда у меня такое поганое ощущение?! Чувствую, что у меня начинается истерика. Не хочу, чтобы он меня такой видел. Быстро встаю, и, размазывая по лицу слезы, выхожу на площадку перед пещерой. Как всегда, серый туман. Из груди начинает пробиваться крик, пытаюсь остановить его, и остаются только всхлипы. Да что же это!? Почему так больно!? 'Не делай этого' — как он смог до меня докричаться? Я же в Междумирье! Как Аарон смог?! Как посмел вообще! Я же была с Андреем, да еще в ТАКОЙ момент. 'Пожалуйста' — он именно просил... Я раздавлена...

Неслышно сзади подошел Андрей, обнял меня и прижал к себе. Такой горячий, а я чувствую, что у самой кожа ледяная, пытаюсь отстраниться, но он не пускает. Ладно... Прижимаюсь спиной к его груди, и просто смотрю в туман...

'Не делай этого...' — ну за что мне такое? Приходит какое-то стеснение, хочу закрыться от колдуна... Он почувствовал, и протянул мне простыню. С собой, что ли, принес? Какой же он заботливый... Хнык...