Филч рывком повернулся к МакГонагалл:
-Вы желаете требовать дуэли до первой крови?
-Да.
-В таком случае, я, как хранитель ключей замка Хогвартс, подтверждаю Ваше право, и даю Вам своё разрешение на проведение данной дуэли на территории замка, дабы Вы, кровью, смыли нанесённое Вам оскорбление. Ваше решение окончательно?
-Да. Оскорбление было нанесено в присутствии студентов. Студентов, которые всё прекрасно поняли. У меня нет выбора. Я обязана вызвать Долорес Амбридж на дуэль до первой крови. Иначе, в глазах моих учеников, я паду ниже...
-Я понял, — не дал ей закончить Филч. — Кто будет Вашим секундантом?
-Я уверена, что профессор Флитвик согласится. О времени проведении дуэли, мы Вам сообщим позже.
-Да будет так.
МакГонагалл, Филча и Амбридж на несколько секунд окутало магическим светом.
-Что происходит? — Амбридж явно была напугана столь необычным проявлением магии.
-Профессор Хагрид. С Вами сложнее. Оскорбление, нанесённое Вам Долорес Амбридж нельзя смыть только кровью. Как я понимаю, Вы будете настаивать на дуэли до смерти?
-Разумеется, — раздался бас полувеликана.
-Что? — Растерянный и испуганный взгляд Амбридж начал метаться от Хагрида к министру. — Но ведь это же дикость! Я же сотрудник министерства магии.
-А это магический мир, — отрезал Филч, смотря на Амбридж, как на насекомое. — У нас свои Законы Магии, и свои традиции. И в отличии от Вас, мы им следуем. Во всяком случае, пытаемся. Да простит нам Мать Магия наши неосознанные ошибки.
Филч вновь посмотрел на Хагрида:
-Профессор Хагрид. Я, как хранитель ключей замка Хогвартс, подтверждаю Ваше право, и даю Вам своё разрешение на проведение данной дуэли на территории замка, дабы Вы кровью смыли нанесённое Вам оскорбление. Ваше решение окончательно?
-Да, — кивнул головой Хагрид.
-Кто будет Вашим секундантом?
МакГонагалл сделала шаг в перёд:
-Если Хагрид не против, то его секундантом буду я.
-Я не против.
-Да будет так! — Сказал Филч. Хагрида, МакГонагалл и Амбридж вновь на несколько секунд окутало светом.
Филч вновь отвернулся к окну.
-Вы что? — Опомнился Скримджер. — Вы что? Вы соображаете что делаете? Вы что, соберетесь устроить кровавый поединок на глазах наших студентов и на глазах наших гостей?
-Ну зачем же? — Филч вернулся к своему креслу и сел на него. — О сроках дуэли можно договориться. Профессор Хагрид. Профессор МакГонагалл. Министр прав. Детям не к чему видеть..., хотя нет. Вот им как раз стоит посмотреть на то, к чему может привести неосторожное слово. Это будет хорошим для них уроком.
-Я могу назначить дуэль на летние месяцы? — Сказала МакГонагалл.
-Я тоже, — согласился Хагрид.
-Вау-вау-вау, — всполошился Скримджер. — Нельзя же так! Неужели нельзя договориться? Мы же цивилизованные люди.
-Это не нам решать, господин министр, — возразил Филч. — Это личное дело профессора Хагрида, профессора МакГонагалл, и Долорес Амбридж. Как они будут мириться — их дело. Долорес Амбридж. Учитывая Ваше невежество в законах и традициях магического мира, напоминаю, что отныне Вам запрещено контактировать с профессором Хагридом и профессором МакГонагалл лично. Только через ваших секундантов. А теперь, господин министр, я Вас и Ваших людей больше не задерживаю. Профессор МакГонагалл, профессор Хагрид, задержитесь.
Дождавшись, когда Амбридж, Скримджер и его цепные псы скроются в камине, Филч спросил:
-Хагрид, как ты?
-Нормально.
-Мастер..., — начала говорить МакГоногалл.
-Минерва, — скривился Филч. — Здесь сейчас чужих нет.
-Аргус..., они ведь не отступят. Эта жаба ведь вернётся.
-Откуда такая вера в храбрость Амбридж?
-Гарри. Он сказал, что Амбридж хочет усадить свой зад в твоё кресло.
-Моя задница смотрится в нём значительно лучше, — улыбнулся Филч. И на лица МакГонагалл и Хагрида вновь вернулись улыбки. — Но я согласен с Гарри. Я тоже считаю, что министерство не успокоится, пока не установит в этих стенах свои законы. Так что когда эта болотная жаба вернётся, я сделаю всё возможное, что бы она здесь не задержалась. Хватит с неё одного урока. Пусть студенты глянут на то, чему их хочет учить министерство и сделаю соответствующие выводы. А после этого мы скажем Амбридж: "Прости-прощай".
-Мы тебя поняли, — сказала МакГонагалл и Хагрид кивнул головой.
-Да, — усмехнулся Филч, — Минерва, будь добра, позови наших корреспондентов странички "Хогвартс". Думаю, жителям Магической Англии будет интересно узнать об событиях сегодняшнего дня.
Соглашение Скримджера и Амбридж.
Скримджер разъярённым львом прохромал до своего стола. Обогнув его, он сел в своё кресло.
-Долорес, Вы что творите? Я велел Вам собрать компромат на семью Поттеров. Что из сказанного Вам было не понятно?
-Сожалею, господин министр, но у меня изначально не было никакой возможности выполнить Ваш приказ.
-Тогда какого хрена вы согласились отправиться в Хогвартс? Если Вы, изначально, знали, что Вы недостаточно компетентны...
-Проблема не в моей компетенции, — перебила его Амбридж. — Проблема в самих Поттерах. В связи с этим у меня к Вам встречный вопрос. О чём Вы думали, когда давали столь подробную статью в "Ежедневном Пророке"? Дети очень отрицательно относятся к тому, если из их рук кто-то начнёт отнимать их игрушки. А Поттер считает Хогварст своей игрушкой. В связи с этим Поттеры настроили студентов против нас и нашей политики, проводимую в Хогвартсе. И теперь все студенты в курсе наших планов, и вывести их на откровенных разговор теперь не представляется возможным.
-С чего Вы взяли, что именно Поттеры настроили студентов против нас?
-Мне об этом сказала одна студентка, по имени Мариэтта. Её мать та самая мадам Эджком из Отдела магического транспорта, специалист по летучему пороху. Она помогает нам контролировать камины в Хогвартсе.
-Вот как? Нужно будет повысить её за то, что смогла правильно воспитать свою дочь. Плохо. Получается, что теперь Ваше нахождение в Хогвартсе абсолютно бессмысленно. Студенты будут на стороже...
-Господин министр. Если бы Вы сказали мне о конечной Вашей цели, то, возможно, я и смогла бы решить Вашу задачу.
Какое то время Скримджер пристально рассматривал Амбридж.
-Возможно, Вы и правы. В конце концов Поттеры унизили Вас. Отсюда вопрос, на сколько сильно Вы хотите наказать их?
-Главное моё желание быть полезной Вам. Что касается Поттеров. Как я понимаю, основная наша задача навести порядок в школе. И если Поттеры являются главными смутьянами и виновниками происходящего там, то они должны покинуть стены школы.
-Даже если они должны будут сменить место жительства на уютные камеры Азкабана?
-Если это покажет нашим гражданам, что законы министерства едины для всех, то почему бы и нет. Азкабан неплохо сбивает спесь с молодых людей. В этом деле Вы можете полностью рассчитывать на меня. Я правильно поняла Вас, господин министр?
-Скажем так, мы поняли друг друга. Хорошо. Значит так. Согласно пророчеству Поттеру нужно будет сразиться с Тёмным Лордом. И не кривитесь мне тут. Я то же не верю в это долбанное пророчество. Если у нас будет возможность удавить эту гадину, в лице Тёмного Лорда, то мы это сделаем. Но мы с Вами не имеем право на ошибку. Мы должны предвидеть все возможные развития событий. И если Поттер должен сразиться с Тёмным Лордом, он сразится. Хочет он того, или нет.
-А если он не захочет?
-Вижу, что я в Вас не ошибся. Согласно моей информации, Поттер действительно не собирается сражаться с Тёмным Лордом. Этот гадёныш будет ждать, и смотреть со стороны, как монстр будет уничтожать нас. Вот по этому я Вас и отправил в Хогвартс на поиски компромата.
-Это многое объясняет, — согласилась Амбридж. — Но боюсь, что поиски компромата, это не совсем то, на что следует полагаться. Может случиться так, что нужного нам компромата просто нет физически.
-И что Вы предлагаете?
-Надавить на Гарри Поттера. Найти его больную точку, и как следует надавить.
-Подробнее.
-Его жена, Габриель, она вейла...
-Отклоняю и категорически запрещаю. По мимо того, что она вейла, она ещё дочь...
-Я поняла. Политика. Международный скандал нам действительно не нужен. А как насчёт самой Гермионы?
-То есть?
-Не смотря на все те слухи, что она, якобы, дочь Мерлина и Морганы...
-Это не слухи.
-Пусть будет так. Но за ней нет Рода. Нет тех, кто готов поддержать её.
-У неё есть Гарри Поттер.
-Одно дело — попытаться поднять волну возмущения общественного мнения в поддержку национального героя. И совершенно другое дело — сделать то же самое в поддержку маглорождённой, чья родословная вилами по воде написана. Я уверена, что многие волшебники, в чьих семьях имеются не замужние дочери, будут не против того, чтобы мы освободили место для их, более достойных, дочерей, да бы они заняли своё законное место рядом с нашим национальным героем.
-Ну, на счёт волшебников и их дочерей, я согласен. А как, по Вашему мнению, прореагируют уже состоявшиеся волшебницы?
-Зависть, господин министр. Мы, женщины, умеем завидовать, как никто другой. А эту выскочку, Гермиону Поттер, природа одарила слишком многим. Причём, одарила, на мой взгляд, совершенно не заслуженно. И я уверена, что мою точку зрения поддерживают очень многие, хоть и не признаются в этом в слух. Если мы посадим эту выскочку в Азкабан, то Гарри Поттер, ради её освобождения, будет прыгать перед Вами на задних лапках.
-Договорились. Дайте мне возможность засадить эту, как Вы говорите, выскочку, в Азкабан, и в тот день, как только Гермиона Поттер окажется там, где ей и следует находиться, я подпишу приказ о Вашем назначении на пост директора Хогвартса.
-Вы даёте мне своё слово?
-Я даю Вам своё слово.
-Благодарю Вас, господин министр. Думаю, это не займёт много времени.
-Вот как? У Вас уже есть идея?
-Да. Молодёжь, в этом возрасте, как правило, весьма импульсивна. Достаточно будет небольшой провокации.
-И в чём же эта провокация заключается.
-О-о-о! У этой провокации даже есть имя.
-И какое же?
-Луна Лавгуд.
-Дочь этого тронутого на всю голову хозяина газеты "Придира"? А она здесь каким боком?
-Наш информатор сообщила, что с недавних пор в семье Поттеров Луна Лавгуд стала новой кандидаткой на место третьей жены.
-Что же. Решено.
-Ещё один момент.
-Да?
-Ну, — не решительно замялась Амбридж, — я, как бы не очень разбираюсь во всех этих дуэльтых заморочках. У меня иная специфика работы...
-Я понял Вас. С дуэлью дейстительно нехорошо получилась. Ваше поведение было..., не своевременным. Ладно ещё, если бы это было нужно для дела. Но Вы раздули скандал на ровном месте. Я очень не доволен Вами.
-Я понимаю.
-Хорошо, если так. Но вернёмся к дуэли, а точнее, к его кодексу. Для Вас всё не так плохо, как кажется на первый взгляд. Есть лазейка, которая может Вас спасти. А именно, зеркало.
-Зеркало?
-Да. Вызываемый имеет право поставить вместо себя своего бойца. Это пункт в дуэльный кодекс был вписан ещё в те времена, когда с помощью дуэлей убирали неугодных лиц. Это было чем то вроде узаконенного убийства. Когда опытный боец, за деньги, вызывал на дуэль и убивал того, на кого покажет его заказчик. Вот, что бы защититься от таких убийц, и был внесён в дуэльный кодекс это дополнение, в виде зеркала. Я подберу пару парней, которые выйдут вместо Вас. И ещё, вот, возьмите. — Скримджер достал из ящика стола амулет. — Когда мы Вам понадобимся, нажмите вот в этом месте. Советую Вам воспользоваться этим амулетом, что бы позвать нас, лишь в экстренном случае. Но! — Скримджер внимательно посмотрел на Амбридж. — За Вас заступятся лишь в том случае, если Вы докажете свою полезность.
-Это справедливо.
-Рад, что Вы поняли. Сделайте что должны, и получите, что просите.
* * *
Из вспыхнувшего камина вышел Скримджер. А вслед за ним шла Долорес Амбридж.
-Мастер Филч, — недовольно бросил Скримджер. — Должен признать, что я не совсем верно объяснил Долорес Амбридж её новые обязанности. В результате этого произошло недоразумение. Мой генеральный инспектор больше не будет вмешиваться в занятия других профессоров. На счёт дуэли, я думаю, что ещё не поздно не допустить её, и уладить дело миром. Надеюсь на Вашу поддержку в этом деле. Но я настаиваю, что бы Доролес Амбридж по прежнему числилась профессором, и вела Защиту от Тёмных Искусств. В конце концов это в наших общих интересах. Пусть присматривает за Дамблдором.
Филч недовольно покачал головой:
-У нас достаточно профессоров, которые ведут этот предмет. Хотя, нужно признать, что в Ваших словах есть здравый смысл. На данный момент в Защите от Тёмных Искусств основной уклон сделан на практику. В книге, по которому Долорес Амбридж хочет вести урок, уклон сделан на теорию. Возможно, Вы правы, и имеет смысл разбавить практику — теорией. Хорошо. Мы дадим Вашей протеже шанс проявить себя. В Вашем присутствии я обращаю её внимание, что если она захочет на своих уроках проводить практические занятия, то присутствие колдомедиков, обязательно. Но если на её уроке пострадает хотя бы один студент, она вылетит из Хогвартса раньше, чем успеет сказать "ОЙ!". Вы согласны с моими условиями?
-Ваши условия разумны. Я согласен. Долорес? — Скримджер внимательно посмотрел на волшебницу. — Это Ваш единственный шанс. Вы меня поняли?
-Я Вас поняла.
Крах Дамблдора.
Дамблдор сидел в кресле, напротив горящего камина, и размышлял о случившемся.
Сегодня он вошёл в школьную библиотеку. Ему было скучно, и что бы чем ни будь занять себя, он решил взять парочку книг. Но стоило Мадам Пинс увидеть Дамблдора, как она едва не набросилась на него с кулаками. Причина оказалась банальной — книги, которые он изъял из Запретной Секции. Те самые книги, которые ведут не окрепшие души учеников во тьму. Его благородный душевный порыв не был оценён. Когда он узнал, что все изъятые книги, а точнее, их копии, вновь вернулись на полки библиотеки, да не просто вернулись, а перекочевали из Запретной Секции обратно в читальный зал, и отныне общедоступны, Дамблдора едва не хватил удар. Хотя нужно себе признать, положа руку на сердце, чувства Мадам Пинс Дамблдор прекрасно понимал. Но он и сам не ожидал, что общее количество изъятых им книг, приобрело столь шокирующую цифру. Сегодня он изъял одну опасную книгу. Через пару недель — другую. Через месяц — ещё парочку книг. Вот и набралось.
Теперь профессора предпочитали его не замечать. Бывшие соратники, которые сражались под его руководством в прошлую войну, делают вид, что вообще не знакомы. Но плохие новости в тот день и не думали прекращаться.
Интерлюдия.
В Главный Зал влетели совы, неся экстренный выпуск "Ежедневного Пророка".
"МАССОВЫЙ ПОБЕГ ИЗ АЗКАБАНА!
ТОТ-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ, ВЕРНУЛСЯ!"
Дамблдор отложил чашку чая и вернулся к своим невесёлым мыслям. Согласно статье, Том не просто освободил своих сторонников из тюрьмы. Он дал им возможность расправиться с теми аврорами, что дежурили, и помогали охранять Азкабан. При этом Том оставив одного свидетеля, дабы он поведал миру о величии возродившегося Тёмного Лорда. Прочитав имена погибших авроров и имена тех, кто убил их, Дамблдор понял, что в Хогвартся на несколько сирот стало больше.
