10 декабря 1898 г. в Париже был подписан мирный договор, согласно которому Испания предоставила Кубе независимость. Филиппины, острова Пуэрто-Рико в Вест-Индии и Гуам в Тихом океане она «уступила» США. Американцы приняли в свое владение эти территории, обязавшись в будущем «подготовить» их к независимости. Они не посчитались с тем, что в ходе освободительной войны Филиппины успели провозгласить независимость. Фактически страна была оккупирована американцами. Лишь к началу Первой мировой войны там были сформированы органы самоуправления с ограниченными полномочиями. Не получила подлинной свободы и Куба. 22 мая 1903 г. обе страны подписали договор, по которому кубинское правительство предоставило США право вмешиваться в свои дела фактически под любым предлогом — «в целях охранения независимости», «поддержания правительства», «защиты жизни, собственности, личной свободы» и т. д.
Противоречивый характер внешней политики США ярко проявился и в истории с Панамским каналом. В XIX в. идея связать Атлантический и Тихий океаны судоходным каналом витала в воздухе. В конце 80-х годов в самой узкой части Американского материка, на Панамском перешейке, который принадлежал тогда Колумбии, началось его строительство. Но вскоре его пришлось прервать в связи с банкротством Компании Панамского канала. Американцы выкупили компанию и попытались перезаключить с колумбийским правительством договор о концессии на строительство канала. Но колумбийское правительство проявило несговорчивость. Тогда при поддержке США Панамский перешеек отделился от Колумбии и в 1902 г. образовал независимое государство Панамская республика. С ней США и подписали 18 ноября 1903 г. искомый договор. В обмен на гарантии своей независимости Панама уступала США «на вечные времена право пользования, занятия и контроля в пределах 10-мильной зоны» канала, равно как и «все права, полномочия и всю власть». Строительные работы возобновились, и незадолго до начала Первой мировой войны канал был открыт.
Тем временем на Дальнем Востоке разгорался очаг новой войны. Правящие круги России ревниво следили за тем, чтобы другие державы не покушались на Маньчжурию. Они задерживали вывод русских войск из этой провинции, а от Японии даже требовали официального отказа от всяких на нее притязаний. В 1903 г. при содействии властей была учреждена частная компания — Русское лесопромышленное товарищество на Дальнем Востоке. Негласно перед ней ставилась задача противодействовать японскому влиянию в Маньчжурии и Корее.
Подозревая, что Россия намеревается аннексировать Маньчжурию, 30 января 1902 г. Великобритания и Япония заключили союзный договор, согласно которому обе державы обязались защищать независимость и территориальную целостность Китая, а также соблюдать по отношению к нему принцип «открытых дверей». В случае если бы одна из сторон была «вовлечена в войну» с некой державой, то другая брала обязательство соблюдать строгий нейтралитет. Если же к противнику присоединились бы одно или более государств, то другая сторона должна была прийти союзнику на помощь.
Приободренная союзом с Великобританией, Япония заняла на переговорах с Россией жесткую позицию, а затем разорвала с ней дипломатические отношения. В ночь на 27 января (9 февраля) 1904 г. японский флот внезапно атаковал русскую эскадру, стоявшую на внешнем рейде Порт-Артура. Война приняла исключительно неблагоприятный для России оборот. Уже в декабре 1904 г. пришлось сдать Порт-Артур, а в марте и мае 1905 г. Япония выиграла крупные сражения на суше и на море — под Мукденом и близ островов Цусима.
Япония не стремилась к затягиванию войны и первой предложила начать переговоры о мире. К тому же призывали и западные державы, опасавшиеся дестабилизации обстановки на Дальнем Востоке. Да и Россия убедилась в невозможности продолжать войну на удаленном театре военных действий в условиях революции 1905—1907 гг. Поэтому она приняла «добрые услуги» президента США Т. Рузвельта, предложившего посредничество между воюющими сторонами.
23 августа (5 сентября) 1905 г. в Портсмуте (США) был подписан мирный договор, в соответствии с которым Россия отказалась от части своих приобретений и прав на Дальнем Востоке: передала Японии арендные права на Ляодунский полуостров с городами Порт-Артур и Дальний, а также ЮМЖД; «уступила» ей южную часть о. Сахалин; признала Корею сферой «преобладающих интересов Японии». Согласно договору, оба государства обязались также полностью и одновременно эвакуировать свои войска из Манчжурии и «возвратить ее в исключительное управление Китая».
Из телеграммы в Министерство иностранных дел Российской империи главы русской делегации на Портсмутской мирной конференции С.Ю. Витте
Нью-Кастль, 31 июля 1905 г.
О перспективах мирных переговоров с Японией
Думаю, что японцы желают выиграть время… Мы остаемся при мнении, что от главных своих требований они не отступят. Мое глубокое убеждение заключается в том, что мы должны вести дело так, чтобы привлечь на свою сторону не только всех русских людей, но и большую часть общественного мнения Европы и Америки. Только при этом условии, если нам суждено вступить в продолжительную войну, с помощью Божьей мы одолеем врага. Если Европа и Америка перестанут оказывать материальную помощь Японии, перестанут ей сочувствовать и станут морально на нашу сторону, — одолеем противника. Поэтому при ведении переговоров я считаю, безусловно, необходимыми три следующих условия: 1) Вести дело так, чтобы со спокойной совестью можно было, в случае если не состоится заключение мира, опубликовать все документы и передать все дело на суд всего человечества. 2) Представить Японии то, чего она достигла, благодаря тому, что военное счастье было на ее стороне, но то, что не может нанести раны достоинству России как Великой державы и российскому сердцу. 3) Быть справедливым в оценке вещей, насколько справедливость в подобных делах приемлема… Я уверен, что если я буду поддержан в таком способе ведения переговоров, то, как бы они ни кончились, я принесу посильную пользу моему государю и Отечеству…
Конфликты и компромиссы
Дипломатические столкновения и вооруженные конфликты, сопровождавшие борьбу держав за раздел колоний, внушали современникам тревогу за мир и порядок в Европе. На рубеже столетий в мировой политике усилилась пацифистская тенденция, нашедшая яркое воплощение в решениях Гаагских международных «конференций мира», созванных по инициативе российского императора Николая II. 18 мая — 29 июля 1899 г. состоялась первая из них, в которой приняли участие 27 государств, в том числе Великобритания, Россия, США, Германия, Франция, Италия, Япония, Скандинавские страны. Хотя дискуссии на конференции по вопросу об ограничении вооружений оказались безрезультатными, по ее итогам были заключены конвенции о мирном решении международных столкновений, о законах и обычаях сухопутной войны, о применении к морской войне начал Женевской конвенции 1864 г. о раненых и больных. Большое значение имело создание Постоянной палаты Третейского суда, правомочной рассматривать международные споры. 15 июня — 18 октября 1907 г. прошла Вторая Гаагская «конференция мира», в которой приняли участие уже 44 государства. Она разработала принципы деятельности Третейского суда.
На почве «европейского концерта» постепенно возродилась и своеобразная политическая культура компромиссов. Многочисленные соглашения по территориальным и колониальным вопросам конца XIX — начала XX в. преследовали цель поддержания или восстановления баланса сил в том или ином регионе.
Заметно дестабилизировали европейскую политику притязания Германии на «место под солнцем», подкрепленные ее промышленным, торговым, финансовым, военным и военно-морским могуществом. Угнаться за ней России и Франции становилось все труднее. Снижалась ценность русско-французского союза как противовеса Тройственному союзу. Превратившись в преобладающую силу Европы, Германия повысила уровень своих колониальных притязаний. Она не останавливалась перед прямым, грубым вмешательством в области традиционных интересов других европейских стран в Северной Африке и на Ближнем Востоке.
Сознание потенциальной угрозы со стороны Германии тревожило многих, в том числе и ее союзников. В частности, у итальянского правительства сложилось впечатление, будто Германия и Австро-Венгрия пренебрегают ее интересами и даже по некоторым направлениям колониальной политики пытаются ее обойти. Оставаясь членом Тройственного союза, Италия постаралась наладить связи и с противоположным лагерем. 14—16 декабря 1900 г. она заключила с Францией тайное соглашение о взаимном признании колониальных притязаний — французских на Марокко, итальянских — на Триполитанию и Киренаику. Другое тайное соглашение с Францией, оформленное обменом письмами 1—2 ноября 1902 г., прямо противоречило ее союзным обязательствам: обе державы договорились соблюдать нейтралитет, если одна из них подвергнется нападению или будет вынуждена первой объявить войну в целях обороны.
О необходимости пересмотра внешнеполитического курса задумалась и Великобритания. При желании эта островная держава могла бы склонить чашу политических весов Европы в любую сторону. Но это не входило в ее планы. Свой далеко еще не растраченный авторитет Великобритания намеревалась использовать, чтобы поддержать пошатнувшийся баланс сил, по-прежнему не беря на себя каких-либо обязательств. Путь к этой цели пролегал через дозированное сближение с Францией и Россией, своими давними соперниками на международной арене. Действенной и одновременно необременительной формой такого сближения представлялось урегулирование с ними застарелых колониальных споров.
Великобритания сравнительно быстро нашла общий язык с Францией. Еще в 1896 г. обе страны заключили соглашение о разделе сфер влияния в Индокитае, гарантировавшее независимость Сиама, а в 1899 г. — упомянутый выше договор о Судане. Но главные события произошли 8 апреля 1904 г., когда в Лондоне британские и французские представители подписали сразу несколько документов: конвенцию о Ньюфаундленде и Западной Африке, а также две декларации — одну о Сиаме, другую о Египте и Марокко. В соответствии с этими документами Франция отказалась от монопольных прав на рыболовство у берегов Ньюфаундленда, за что Великобритания предоставила ей ряд преимуществ и льгот в Африке. Стороны также договорились разделить Сиам на сферы влияния — западную (британскую) и восточную (французскую), но при сохранении его территориальной целостности и независимости. И прежде всего они урегулировали давний спор о Египте: Великобритания «обменяла» его на другое североафриканское государство, представлявшее интерес для французов, — Марокко. В итоге они объявили, что не намерены менять статус Египта и Марокко, т. е. лишать их самостоятельности. На этом основании Франция обещала впредь не поднимать вопрос о выводе британских войск из Египта, а Великобритания признала ее преимущественное влияние в Марокко. Особым секретным соглашением стороны обязались воспрепятствовать попыткам третьих стран, за исключением Испании, приобрести влияние в Марокко.
Возникло франко-британское Сердечное согласие (Entente cordiale), или Антанта, как традиционно определяли тесный, доверительный характер отношений между обеими странами на почве общих ценностей и интересов. Это название перейдет к группировке стран, которая со временем сложится вокруг Великобритании и Франции.
Не теряя времени Париж постарался воспользоваться преимуществами в отношении Марокко, которые предоставило ему соглашение с Великобританией. Италия не собиралась чинить французам препятствий, а с Испанией им по этому вопросу удалось договориться. 3 октября 1904 г. французские и испанские представители подписали два документа: декларацию о присоединении Испании к упомянутому франко-британскому соглашению и тайную конвенцию о разделе Марокко на сферы влияния между Францией и Испанией.
В начале 1905 г. Париж потребовал от султана Марокко создания полиции и государственного банка под руководством французских советников, а также предоставления концессий французским предприятиям. Однако с жесткой критикой его намерений выступил Берлин. Кайзер Вильгельм II, совершавший морскую прогулку вдоль побережья Северо-Западной Африки, 31 марта 1905 г. заявил в Танжере о необходимости соблюдения в Марокко принципов «открытых дверей» и «равенства возможностей». Германия предложила вынести спор на рассмотрение международной конференции. Разразился международный кризис — так называемый первый Марокканский кризис.
В январе-апреле 1906 г. в испанском городе Альхесирасе собралась международная конференция, в которой участвовали все крупнейшие государства Европы, а также США и Марокко. Попытка Германии отстоять свою позицию по Марокко успеха не имела. Ее последовательно поддержала одна Австро-Венгрия. Альхесирасская конференция приняла решение о сохранении государственной независимости и территориальной целостности Марокко. Она высказалась за свободу и полное равенство всех государств в хозяйственном освоении этой страны. Конференция приняла решение о создании Марокканского государственного банка под контролем Великобритании, Германии, Испании и Франции, но самую большую долю в капитале этого банка получили именно французы. Создание полиции и руководство ею были возложены на Францию и Испанию.
Россия внесла лепту в дипломатическую победу франко-британской Антанты на Альхесирасской конференции. Но перспективы сближения России и Великобритании по-прежнему выглядели туманно. Между тем обе страны умели договариваться друг с другом. В 1887 г. они достигли соглашения о северной границе Афганистана, а в 1895 г. обязались уважать независимость этой страны, которой отвели роль буфера между российскими и британскими владениями. Далеко назад отбросила отношения между обеими державами русско-японская война. В России считали, что ее спровоцировала своими действиями Великобритания. Для взаимного недовольства хватало и других оснований. В Персии они оспаривали друг у друга телеграфные, дорожные и другие концессии, а также контроль над финансами, таможнями, армией этой страны. Резко осуждала Россия и попытки Великобритании подчинить своему влиянию Тибет.
Необходимость дополнить франко-британскую Антанту русско-британским сближением ясно понимали во Франции ввиду усилий Германии ослабить единство противостоящих ей держав. 11 (24) июля 1905 г. Николай II и Вильгельм II встретились на борту императорской яхты в бухте г. Бьёркё близ Выборга. Кайзер предложил заключить союз Германии с Россией, несмотря на существование русско-французского союза и как бы в дополнение к нему. Не поставив в известность Ламздорфа, Николай II подписал договор, который обязывал Россию и Германию оказывать друг другу помощь в случае нападения на одну из них какой-либо другой европейской державы. Бьёркский договор находился в противоречии с обязательствами России, вытекающими из русско-французского союза. Поэтому по совету Ламздорфа и председателя совета министров С.Ю. Витте Николай II предложил Вильгельму II внести в договор некоторые изменения, что фактически означало его расторжение.
