Общий текст

Прошли несколько дней, глупая стычка с кабаном и последующая встреча с бешеным дитём леса. Честно говоря, поведение этой девчонки в конец подмочило репутацию местного населения в моих глазах. Конечно глупо судить обо всех по отдельным личностям. Но причины были. Сначала меня попытались убить, потом эта сумасшедшая с экстравагантным способом 'любезно поприветствовать'. Менталитет аборигенов устрашал своей оригинальностью. Да и Санти своими рассказами в конец застращала. Хочешь-не хочешь, а задумаешься. Кстати, про недалеко живущих туземцев, во время разговора Санти обронила на-интереснейшую фразу:— «Они, как и мы, чужаки в этом мире.» Вот так. Хотя по существу, мне от этого не жарко-не холодно.

Посмотрев на идущего рядом Викета, я не удержался от возможности пошутить. Схватившись за, заметно выросший у него за последнее время, темно-металлического цвета клык, потянул взлохмаченную морду на себя. Укусить мою руку у него не получалось, и разозлившись он с силой оттолкнул меня в кусты. Высвободившись, последующим прыжком он значительно вырвался вперёд. Я улыбнулся. С кем, с кем, а с ним всё до безобразия просто. Ещё бы разговаривал со мной, цены бы ему тогда не было. Догнав Викета, я повис у него на шее, на что он, не сбавляя скорости, шутливо пытаясь избавиться от тяжёлой помехи волок моё тело по земле. Вот так, весело развлекаясь, мы и вывались на берег нашего любимого озера. И о чудо! Кто бы мог подумать! Явление Христа народу. Чтоб она провалилась. В центре озера, устремив на нас свой таинственный взор, торчала голова локальной бестии. Её уж, встретить здесь я точно не желал. Это наше место, и делить его с кем попало я не собирался. 'Заметив' нас, она помахала ручкой и не спеша поплыла в нашу сторону.

— Скажи-ка, Викет, друг ты мой любезный, что думаешь о наглой личности оккупировавшей наше озеро?

Викет, сначала посмотрев на меня, потом на плывущую малявку, снова на меня, и не придумав ничего умнее предпочёл прикинуться недалёким дурачком.

— Ага. Значит своего мнения ты не имеешь... — сделал определённый вывод я. — Прискорбно... А вот я, в отличии от тебя, имею! И ещё какое! Скажи мне, голова шерстяная, а ты в курсе того, что эта мелкая мерзавка попыталась меня жизни лишить? Н-е-т? А я тебе расскажу! И не надо морду воротить. Она. Меня. Вот. Таким. Булыжником. Думал, сдохну!

Игнорируя мои разглагольствия, снова, хотелось бы сказать — друг душевный, повернув свою морду в другую сторону, увлечённо разглядывал на лианах жёлтые, никому не нужные, цветы. Любой другой не знающий этого типа, возможно бы и смог поверить в эту нелепость, но к сожалению, я уже понял, что он сразу же сбросил решение возникшего осложнения на мои плечи.

— Предатель... Против матери, значит, не пойдёшь, — на что он просто фыркнул.

Обратив внимание на виновницу, я заметил, что приблизившись к берегу, до которого осталось метров десять, она лежала на мелководье внимательно прислушиваясь к незнакомой речи.

— Вот же блин... — я печально вздохнул, обратив внимание на очевидное. — Ну конечно. По другому просто быть не может!

Два одинаковых смуглых холмика, продолжения спины, выглядывали из под воды и 'отсвечивая на солнце резали глаза'.

— Убить бы, мелкую... чтоб душу не травила.

— Так! Решено! — Определившись с планом я хлопнул в ладоши, заметив как Викет при этом нервно вздрогнул. — Разделение задачи! Ты, — указывая на него пальцем, — занимаешься её свитой. Долой нарушителей с наш...

Не дослушав меня, он сорвался с места. Огибая по берегу озеро Викет стремительно приближался к противоположной стороне, где по камням, всё это время, беспокойно мельтешили несколько волков сопровождения. Однако, заметив приближающегося тарха, позабыв про хозяйку, горе-охранники на ускорении вклинились в заросли в глупой попытке бегства. Наивно. Уж я то точно знаю, от тарха им не убежать. Единственное, на что они могли рассчитывать, так это на то, что покуда Викет будет веселиться с одним, другие имеют вполне реальный шанс на спасение.

— Только не поубивай никого! — вдогонку крикнул удаляющемуся тарху. — Ей ещё наверняка понадобиться охрана.

— Ну а теперь, осталось только с тобой разобраться, — повернувшись к Миане я заметил, что девчонка с некоторой долей беспокойства взглядом проводила Викета и когда тот скрылся в зелени заинтересованно посмотрела на меня.

Увидев мою ехидную улыбку она, задком-задком, словно баржа сдала назад, не торопясь двигаясь от берега, покуда не достигнув достаточной глубины, расслабившись легла на спину. Разведя руки в стороны, для поддержания себя на плаву, одинокими толчками ног она придавала неспешное движение телу. И с каждым таким толчком её грудь рывком выскакивая на поверхность, показывала себя во всей красе, после чего снова плавно погружалась. Тут и не надо оптику применять. Подросток она или нет, но чертовски развита и настолько женственна, что у мужика, давно не имеющего ничего подобного, без зазрения совести вызвала взрывной вброс гормонов и последующую за этим начальную форму интоксикации в голове.

Устыдившись животного порыва, в глубине души я проклял себя. Не та ситуация. Закрыв руками глаза я мысленно пожелал избавиться от нахлынувшего наваждения, и не прошло десяти секунд как меня отпустило. Фух! Хорошо то как. Не оставив ни следа от томящего проявления слабости при виде нагого девичьего тела, опасный коктейль озабоченной химии будто выжгло спасительным огнём.

Ухмыльнувшись, я подобрал у воды камешек, размерами похожий на тот которым меня приголубили. Рассчитав траекторию снаряда, я ловко запустил камень навесиком и тот с идеальной точностью эффектно приводнился в полуметре от головы ничего не подозревающей девчонки. Фонтан брызг и небольшая волна окатили её, заставив испуганно дёрнуться и видимо хлебнув немного озёрной водички натужно закашлять. Обидевшись и было надув губки, Миана разразилась гневной речью. Наплевать. Всё равно не понимаю. Но голосок приятный, а язык напоминает испана-итальянскую речь.

— Да, да, и я тебя тоже. Кышь-кышь отсюда! — выгоняющим движением руки я показал ей направление для отступления.

Видимо поняла. Резко развернувшись, она поплыла к камням, где совсем недавно её ожидали волки. Выбравшись из воды она нос к носу столкнулась с выходящим из зарослей Викетом. Оба сделали вид, что не заметили друг-друга и степенно разошлись.

На следующий день, эта проказница появилась снова. Наверняка, дождавшись, когда я зайду в воду, она вышла на берег и усевшись рядом с тем местом где я оставил свои фирменные шорты приготовилась ждать. Помог Викет. Выскочив на берег, из мужской солидарности, подойдя поближе, отряхиваясь окатил Миану мириадами брызг. Ей не понравилось, но вытерев подолом юбки с лица воду она продолжала терпеливо сидеть. Правда и Викет не подумал отступать. Присев вплотную к девчонке, он 'облокотился' на неё массивной лапой и прогнувшаяся под массой тарха, не рискуя быть раздавленной, Миана с трудом отодвинулась и была вынужденна встать. Вслед за ней поднялся и Викет, настырно стараясь прислониться к ней вновь. А так как он 'прислонялся' в определённом направлении, из вида они пропали через пару минут. Спокойно выйдя из воды, я одел шорты и в ожидании возвращения Викета уселся в тени от дерева поедая горсть кисленьких плодов, с него же и сорванных.

Спустя некоторое время, плоды были съедены, а убежавший тарх всё ещё не думал возвращаться. В теле проснулась послеобеденная лень, а накатившая сонливость незаметно залила свинцовой тяжестью непослушные веки, не в силах сопротивляться, я незаметно уснул. Чужое прикосновение, словно электрический разряд, выдернуло меня из приятного состояния. Не показывая, что проснулся, я слегка приоткрыл глаза и первое, за что зацепился мой взгляд, рассмешило. Девичья пальчики изучали боковой шов на моих шортах. Резко, но не причиняя боли, я ударил её по блуждающей ладошке. От неожиданности, отдёрнув руку она испуганно ойкнула.

Оглядевшись я заметил пропавшего тарха, спокойно дремлющего рядом, но всё же одним глазом умудряющегося исподтишка за нами наблюдать.

— «Ну и как это понимать? Разве ты не мог сообщить, что вернулся, притащив за собой хвост?» — проворчал я, на что Викет, как в издёвку, бегло проверил состояние своего хвоста, и не найдя ничего не обычного, проигнорировал вопрос.

Перетекая из прямого положения в состояние условно-мёртвого на левом боку, он скукожившись вытянул лапы и мелко затрясся. Меня могли легко грохнуть, покуда я спал, а он потягушками занимается?

— «Даже не думай отвернувшись проигнорировать меня! Я же, эту бешеную, до икоты побаиваюсь.»

— «Ты — дикий.» — от раздавшегося в моей голове звонкого девичьего голоса я нервно вздрогнул и покосился на Миану.

— На себя посмотри! — не удержался я, а она прикрыв ладошками рот заливисто рассмеялась.

Вдоволь насмеявшись, Миана поправила собранные в хвостик чёрные волосы и пододвинувшись, более удобнее устроилась сбоку от меня.

— «Матушка говорит правильно. Ты знаешь образ говорить.»

— «А ещё я иногда танцую и пою. Правда, позабыл как. Тебе то что?» — ухмыльнулся я. — «Совсем озверела в лесу от одиночества, первому встречному жизни не даёшь! К людям тебе надо. Они тебе помогут.»

Сморщив лоб, она видимо обдумывала мой ответ, а я более внимательнее пригляделся к девушке. Вынужден признать — насчёт ребёнка я немного ошибся. Ещё не женщина, но... Миловидная девушка, годков на семнадцать. По предварительной визуальной оценке, ниже меня где-то на пол головы, имела хорошенькую фигурку. Про женские прелести даже упоминать не хочется. Пускай даже, зрительная память отрабатывала на все сто. И дело не в долгом воздержании. Как не постыдно признаться — ухватиться есть за что. Уж простите за пошлую правду, но мужчины, пока ещё в большинстве, таковы.

Правильное, с большими карими глазами, лицо. Удивительно чистая с лёгким бронзовым оттенком кожа. Симпатичный носик и выглядевший немного капризным, когда закрыт, рот. Густые собранные на затылке в хвостик, наверное до середины спины, чёрные волосы, очень ей подходили. На одной стороне лица, пеот, стянутый в хвостик-огрызок неровно отстриженных волос, плотно перевязанный лентой и заколотый у виска искусной заколкой из серебряно-золотого металла. И забавные, цветные пёрышки на конце хвостика.

Может и не писанная красавица, но с естественными задатками лет так через пять превратиться в таковую. Можно только позавидовать счастливчику которому наверняка повезёт. Рука невольно потянулась почесать затылок. Хотя, возможно и не повезёт. Ангельского характера не замечено. Тем не менее, становилось немного странно от осознания, что настолько симпатичный 'экземпляр' по собственному желанию прозябал в дали от цивилизации. Объяснений могло быть только два — или, по местным 'стандартам' в ней не было природной, хотя лучше сказать признанной обществом, красоты и уникальности, или, острая нужда загнала бедную девчушку от людей подальше в глушь лесную.

— «Нет. Лес хорошо. Свобода.»

Пускай это было только начало, но мысленное общение с Мианой, давалось несравненно тяжелее аналогичного навыка с тархом. Мозг буквально с трудом интерпретировал информацию. По крайней мере, видимо не только у меня возникли похожие проблемы. Моя единственная фраза буквально 'заблокировала' девчонку почти на полминуты. Наученный опытом с Санти я уже знал, поможет только практика. И чем больше будет таковой, тем проще общение.

— Миэана! — интернациональным, и как я теперь понял, межпланетным, жестом обозначая себя, представилась она.

Ткнув в меня пальцем, застыла. Округлённые глаза и смешно скукоженная мордочка по всей видимости выражали ожидательно-вопросительную комбинацию. Имя то её я уже знал, но так как происходил ритуал официального знакомства, решил особо не дразнить.

— Стас. — обозначив лёгкий наклон головы, назвался я.

— Стаааээс?

— Стас, Стас.

— Стаээс. — словно пробуя на вкус моё имя, задумалась о чем-то она.

— «Это что-то означает на вашем языке?» — в ситуацию, которая произошла например с Паджеро[прим], мне попадать не хотелось. Лучше уж сразу своё имя сменить. Во-избежание, так сказать. Но Миана отрицательно помахала головой и я успокоился.

— «Одежда. Плохо!» — указала она на мои бермуды.

— А?? — да знала бы она каким трудом мне досталась эта одежда!

За сравнительно небольшой срок, в условиях непроходимости, мои любимые шорты не единожды спасали мою задницу, а мелкие порезы в пикантном месте показывали, что и не только её.

— «Завтра. Одежда. Новая. Я. Завтра.» — её таинственная улыбка не предвещала ничего хорошего.

Завтра, так завтра. Мне бы как-нибудь сегодняшний день пережить. Видимо, составляя для себя план на ближайшее будущее, она продолжала загадочно улыбаться, и скорее всего придя к какому-то решению, указав на озеро, радостно поинтересовалась.

— «Купаться?!»

— Нет!

На следующий день, не успел я толком выйти на пляж, как в мою сторону метнулась тень. Остановившись в нескольких шагах, подозрительно радостная Миана, одним взмахом развернула комок коричневой ткани, который оказался очень широкой, и до не приличия длинной, юбкой. Один-в один, фасоном похожую на ту в которой красовалась она сама.

— Я, это не одену! — мгновенно сорвалось с моих уст.

Выражаемый мной категоричный протест, этой бестией был полностью проигнорирован. Схватив за руку, меня протащили до поваленного дерева, где в приказной форме заставили застыть на месте. Из деревянной коробочки, похожей на шкатулку, была выужена шерстяная верёвка с отметками на всю длину.

Не предупредив меня о намерениях, Миана резко задрала свою юбку, под которой показались одетые на неё чёрные обтягивающие панталончики до колен. А панталончики ли это вообще? Небольшие ремешки и карманчики, заполненные чем-то, явно исключали данный предмет из арсенала соблазнения. Сноровисто обмотав вокруг пояса подол и просунув конец в двойное бронзовое кольцо на кожаном поясе сбоку, закрепила его. Рационально придумано, чёрт побери. А я то всё гадал, как она в такой юбке, да по бурелому.

Пристроившись передо мной на корточках, Миана, всем своим видом показывала настрой на решительные действия. Не долго размышляя о последствиях, зацепившись пальчиками за пояс моих бермуд, деловито потянула вниз. Точнее, попробовала. Роль резинки, отсутствующей по умолчанию, была возложена на, продетую через множество проколотых отверстий, кожаную ленту.

По-фыркала-поворчала, а когда поняла, что помогать я ей не собираюсь, с укором посмотрев мне в глаза, решительно потребовала.

— «Снять!»

— «Нет!»

— «Мешает. Надо!»

Настырная девчонка. То, что мешает я понимал и сам. Ажурной лёгкостью конструкции мои шорты не отличались. Да и задранный пояс, своим несовершенством, увеличивал мои шестьдесят на все двадцать. Но оголятся, а потом, хуже того, трясти своим хозяйством в двадцати сантиметрах от лица подростка я решительно не хотел. Моральные установки, или называйте как угодно, не позволяли мне это сделать. У самого дочь, не намного её младше, есть.