Труффальдино Её Высочества

  — Хо-ро-шо, — удовлетворенно выдохнул он, мысленно благодаря здешних, всё ещё толком неизвестных хозяев за предусмотрительность. Конечно, можно было вскрыть паёк, но так гораздо удобнее и быстрее. — Итак, на чём я остановился?

  Тарелки были сдвинуты на дальний край, а перед ним оказались два чемоданчика. Один со станцией связи среднего радиуса, другой с инструментами для тонкой работы. Вообще в стандартном комплекте таких инструментов быть не должно, но Ярослав, ввиду своей основной технической специальности, оформил заказ, и их ему добавили. А токарный станок, видимо, накинули сверху.

  Стандартный мультиинструмент, пинцет, паяльная спица и камертон заняли своё место на столе, а сбруя с настраиваемым моноклем — на голове Яра, после чего пришла очередь самого устройства, ради которого всё затевалось. В комплекте имелось два обода связи и базовая станция с выдвижной антенной, которая и выступала центром системы. Такие игрушки были в хранилище каждого колониста и при развёртывании могли выстраиваться в сеть, таким образом расширяя общую область покрытия. Всё же не предполагалось, что колонист окажется полностью отрезан от остальных.

  Конечно, всегда был шанс, что настолько сложное оборудование просто не заработает в среде нового мира, но шанс — это ещё не факт, так что в комплектацию прибор всё равно включили, подобрав самый дубовый и одновременно гибкий вариант из возможных.

  Станция связи среднего радиуса модели "Горн" была признана наиболее перспективной разработкой для успешной работы вне Тейвата. Будучи основанной на принципах тональной магии Ремурии, схема позволяла относительно легко перенастроить прибор для работы через ультразвуковые колебания вместо ментальных волн. В случае, если бы среда иного мира не позволяла действовать через более тонкие материи, удалённая связь могла быть сохранена, пусть и с частичной потерей покрытия. По крайней мере, если бы местные реалии не повлияли на источники энергии.

  К счастью для него, в этом мире такой проблемы не стояло, что позволяло попытаться использовать станцию незадокументированным способом.

  Конечно, в процессе безвозвратно её поломав.

  Вскрыв корпус, Ярослав включил прибор. Сложное переплетение светящихся линий и почти неслышное гудение натянутых струн подтвердили ему, что пока всё работает штатно.

  — Василиса: подключение к станции связи !3452612. Режим отладки.

  Вновь возникший экран оказался расчерчен таблицами, метками и подвижными схемами колебаний. Яр снял наруч, установил перед собой на столе и внимательно изучил показания.

  — Хорошо... Выдели исходящий поток ментальных волн через высокоэнергетический объект в пределах вектора В12. Наложи изображение на эталонное состояние волновой схемы станции "Горн".

  Сверившись с изображением наложения двух схем, Яр переключил мультиинструмент в режим мини-кусачек и варварски обрезал одну из струн. Эталонная схема зарябила и изменилась, став местами слегка ближе к наложенной.

  Внимание! Зафиксировано повреждение подключённого оборудования! — не преминул сообщить ему "Подснежник".

  Ярослав поморщился.

  — Василиса, отключи индексацию состояния целостности внешнего оборудования, — приказал он, углубляясь в работу.

* * *

  Долго ли, коротко ли, но процесс живодёрского творчества начал приближаться к завершению. Красивые и идеально выверенные внутренности прибора теперь походили на частью перемешанный, частью изрубленный салат. Некоторые струны оказались переплетены и перепаяны, другие вовсе извлечены и теперь лежали снаружи аккуратной горкой, рядом с кучкой выдранных с корнем потускневших кристаллов. Тем не менее машина продолжала работать, пусть даже её тихий, прежде мелодичный гул превратился в дребезжание и пофыркивание.

  С удовлетворением осмотрев непотребство, вышедшее из-под его руки, Ярослав закрыл корпус, встал и потянулся. Он несколько часов просидел, колупаясь в несчастном "Горне", даже белый свет, льющийся из слюдовых окон, сменился красным заревом заката.

  Всё, что можно было сделать, сделано. Осталось испытать на кошках и надеяться на успех. Весь смысл его идеи заключался в попытке оседлать ту связь, которую штука в руке создала между ним и Эвелин. В её ментальной природе он убедился на собственной шкуре, а результаты сканирования предоставили точные параметры для работы. Вектор В12 охватывал речевые паттерны активности мозга, что при контакте с другими людьми приходили в зеркальную синхронизацию, "Горн" же позволял передавать направленные мысли между двумя разумами в понятной форме.

  Конечно, само по себе это не могло решить проблему разных языков. Если бы он просто заставил Эвелин надеть обруч связи, в их головах звучала бы та же самая белиберда, что и при обычном разговоре. Но если он всё рассчитал правильно, машина просто подхватит поток, что уже идёт между ними двумя через внедрённые в их энергетику части объекта, и структурирует их по протоколам связи. Это запустит ту самую синхронизацию, но из-за непосредственного контакта ментальных волн подобное состыкуется с подобным, и они смогут понять друг друга. Ну, за вычетом тех вещей, у которых нет аналогов в их понятийных аппаратах.

  Не то чтобы он забыл, что совсем недавно обещал себе быть очень осторожным с этой ятрышовиной, но на безрыбье... И в любом случае всё должно работать как бы поверх эффекта, никак не соприкасаясь с непонятной штукой.

  Осталось провести натурные испытания, для чего требовалось присутствие Эвелин. Некоторое время он раздумывал, не стоит ли отправиться на поиски, но отказался от этой затеи. Незачем баламутить народ. Взгляды с прошлого раза он хорошо запомнил, и пусть ситуация явно развернулась, без последствий и разнородных трений такое не происходит. Лучше сидеть тихо и не отсвечивать, пока не удастся всё прояснить. Время терпит. В конце концов, по показаниям внутренних датчиков в ближайшие несколько часов аномалия не должна перейти в активное состояние.

  Вдумчиво осматривая комнату и прикидывая, чем бы заняться до возвращения соседки, Ярослав приметил на одной из полок пару внушительных книг в добротном кожаном переплёте. В будущем ему всяко пригодится местная литература, так что неплохо бы убедиться, что она всегда будет под рукой.

  Сграбастав обнаруженное сокровище, Яр устроился на кровати, сдвинув своё барахло, и начал осматривать добычу. На обложках тиснением были нанесены сложные стилизованные изображения. На первой — что-то вроде пары птиц из сплетённых толстых линий напротив друг друга, сцепившихся когтями. На второй — уже виданный им солнечный герб в круге. Вероятно, книга важна для местной организации, учитывая сколько солнц было на одеждах и флагах. Форзацы встретили его занимательными изображениями детализированного, но как будто осознанно упрощённого стиля. Персонажи в профиль, выделенные символические изображения и гербы в том же стиле, что и на обложках. Не понимая культуры, породившей это, понять можно только общие смыслы, да и то с оглядкой.

  Просканировав обложку с форзацем, он начал неспешно перелистывать страницы плотной бумаги, последовательно внося их в память терминала. Как и следовало ожидать, местная знаковая система не имела ничего общего ни с одним известным ему алфавитом Тейвата. Буквы были отличались ровными линиями и острыми углами. Можно было найти отдалённое сходство с древней рунописью Каэнри'ах, но если не заниматься самообманом, было кристально ясно, что они имеют абсолютно разную первооснову. Согласно третьему закону семиотики, что постулируется даршаном Хараватат...

  Ярослав замер, начав перелистывать страницу, и задумчиво склонил голову. Последний поворот мысли был для него несколько нехарактерен.

  — Уж больно академично прозвучало, да с отсылкой на постулаты даршана Сумерской академии, да ещё к чему-то углублённо-лингвистическому... Точнее семиотическому, всё же лингвистика — это более специализированное подмножество... Ну вот опять. — Яр хмыкнули помотал головой. — Ладно, я, конечно, понабрался всякого и в пустыне, и, прокляни его Царица, в Разломе, но это как-то слишком.

  Вывод напрашивался сам собой. Пока он спал, Василиса должна была определить ему курсы повышения квалификации, как и большинству других колонистов. На новом месте могли пригодится самые разнообразные навыки, а пул персонала ограничен. Сто тысяч человек в действительности — это не так уж много. Да и долгое пребывание в бездействии могло негативно сказаться на мыслительных способностях, так что неспешная загрузка знаний была делом со всех сторон полезным.

  "Остаётся непонятно, почему Хараватат? Углублённое изучение курсов этого даршана плохо сочетается с моими прочими навыками", — стоило этой мысли оформиться, как на ум пришло, что дальше основ семиотики он ничего и не знает. То, что у него есть, — это только первичные курсы, необходимые более полного понимания архитектурных особенностей различных стилей.

  — Ага. Архитектура. То есть Кшахревар, а не Хараватат. Ну, это больше похоже на правду, — подумал Ярослав, потирая висок. В голове снова загудело, но на этот раз совсем по иной причине.

  Ещё миг поразмышляв, он решил не торопить события, пытаясь выкопать из головы подгруженные знания и умения. Пока он не задумывался, знания текли легко, достаточно органично вписываясь в мыслительный процесс, но стоило надавить, как всё стало несколько запутано. Конечно, было приятно получить дополнительную специальность или две, пропустив период муторной зубрёжки, но всё явно не так просто. Технология в целом была полуэкспериментальной, так что да, спешка — это враг.

  Яр вернулся к ленивому разглядыванию картинок и сканированию, даже успел пройти ещё десяток страниц, когда входная дверь внезапно распахнулась.

  Он поднял голову, сощурившись, чтобы лучше разглядеть силуэт, застывший в лучах заката.

  Эвелин удалось признать не сразу. Конечно, он ещё при первой встрече барышня весьма красивая. Чтобы это не заметить, нужно было слепцом или полусгнившим бессмертным, как вседостойнейший Первый. Девушка отличалась той яркой женственностью, от которой сложно отвести взгляд. Грязь камеры и хаос битвы каким-то образом это только подчёркивали. Впрочем, не так уж это было и важно, не то чтобы он не видел прекрасных дев до неё. Среди личного состава таких было предостаточно, а уж дамы Предвестницы легко затмевали всех остальных, всего лишь пару шагов не дотягивая до Её Величества. Уж сколько его коллег в кулуарах мечтали, чтобы госпожа Арлекино потопталась по ним, несмотря на сомнительную репутацию убийцы прошлой держательницы четвёртого места... У-у-у, не счесть. Что говорить, если контрабанда её фотографий хотя бы слегка фривольного содержания в какой-то момент стала заметной статьёй дохода Дома Очага. Хотя не "слегка" никто никогда не видел, а если и видел, то не сказал. Мертвецы не разговаривают.

  Но речь не об этом.

  В этот момент, омытая оранжевым пламенем звезды, с распущенными волосами, что всколыхнул порыв ветра, Эвелин выглядела ещё ярче, чем прежде... И благодаря этому Ярослав наконец осознал то, что скреблось у него где-то на подкорке с того момента, как он увидел её ещё в том зеленоватом царстве.

  Стоит приглушить в памяти печать божественного совершенства, сделать поправку на юность, и Эвелин Тревельян будет буквально неотличима от Мавуики Хаборим — последнего Пиро Архонта.

Глава 7: Второй контакт I

  Эвелин плелась по улицам Убежища, чувствуя себя выжатой, словно половая тряпка. Стоило ей открыть глаза вчера дн"м, как е" взяли в оборот. Когда толпа, что накануне хотела разорвать тебя на куски, выстраивается в живой коридор, провожая каждое твоё движение благоговейным взглядом, это страшнее всего виданного ею прежде. Страшнее клинка у шеи, страшнее демона, жаждущего поиграться со смертной плотью, словно с куклой, и вконец спятившего малификара, для которого люди просто ходячие бурдюки с кровью. Наверно, даже страшнее расколотого неба.

  Потом были Кассандра с Лелианой и бешенным канцлером, которого, к счастью, быстро выпроводили, а после сделали предложение, от которого невозможно отказаться. Клетка или плаха: совсем не новый выбор для мага вне границ Тевинтера. Вот оформление удивило, это да.

  Инквизиция, будь она неладна! Видимо, ситуация в мире действительно допекла покойную Верховную, если она решилась воскресить этого полузабытого зверя. В сво" время у организации под этим именем были все шансы раздавить нарождающуюся церковь в утробе, несмотря ни на какую поддержку Кордилиуса Драккона, тогда ещё орлейского короля. Но та Инквизиция поддержала политику владыки единственного города, и колесо истории совершило новый поворот, знаменуя рождение Империи Масок. Можно сказать, что их решение добровольно отдать первенство в делах религии — это последнее явленное чудо Создателя.

  По крайней мере, это верно для Церкви.

  И для Орлея.

  Потом были все эти разговоры и более-менее насыщенные знакомства со здешними заправилами. Искательница даже сейчас, в более спокойной обстановке, продолжала казаться компетентной, прямой, как кочерга, но в целом достойной дамой. Живя в Камберленде, Эвелин встречала пару Искателей Истины, и впечатление они оставили куда менее приятное. Фанатики на зависть многим железнолобым. Пентагаст, пожалуй, тоже такая, но, на удивление, в её исполнении это приняло куда более человечную форму. По крайней мере, на первый взгляд. Судить поспешно — дело гиблое.

  В любом случае, Сестра Соловей была много более непонятной особой, ну да этого следовало ожидать от мастера-шпиона и, в прошлом, барда. Человек, переживший орлейскую Игру в роли пешки, не может быть открытым. И очень жаль: Эвелин хотела бы послушать е" истории о приключениях в отряде сэра Кусланда и остальных Стражей. Может, она, как и многие за пределами страны собаководов, и сомневалась, что Пятый Мор был настоящим Мором, но безумия и героизма при гражданской войне во время нашествия Орды Порождений вс" равно хоть отбавляй. И вообще, её было бы просто приятно слушать. Странноватый акцент, в котором орлейский говор сочетался с ферелденскими нотками, придавал голосу женщины совершенно особенный шарм.

  Больше всего е" беспокоил Каллен Резерфорд, но, похоже, бывший рыцарь-капитан е" не узнал, и это было хорошо. Эвелин пообещала себе сделать вс" возможное, чтобы так оно и оставалось впредь. Она-то помнила резкого и дёрганного храмовника из круга Кинлох, что прибыл в Киркволл после Мора. Находиться рядом с ним для мага было небезопасно и неприятно. Можно было посочувствовать его истории, ведь попасть в руки малификарам и мерзостям никому не пожелаешь, но то, что среди и без того злобного воинства Мередит появился человек с совершенно законным поводом люто ненавидеть всех магов, не радовало совершенно. Хотя сейчас он как будто присмирел. Впрочем, последний раз она видела его семь лет назад, а клоака Киркволла всё это время не прекращала бурлить. Возможно, мастер Тетрас в своей книге и не приукрашивал образ "Кудряша". Когда его труд о Защитнике вышел в свет, было весьма примечательно узнавать во многих персонажах старых знакомцев. И познавательно.