Он вздохнул и продолжил.
-Теперь по американцам — двое из них очень опасны. Профессиональные разведчики высшего класса, да ещё и с упором в боёвку. Взглянул я тут на их послужной список, честно скажу, впечатляет. Поэтому, вне зависимости от решений, которые примет руководство, их будем брать, жестко колоть и зачищать. Ответственность за это я беру на себя. А делать придется твоим людям Алексей, вы же у нас спецназ, — повернулся он к Евграшину, — так что готовься. Ориентировку на них я тебе дам. Надо будет постараться сделать это под видом ограбления или еще какого-нибудь конфликта с уголовниками, здесь тебе Сергей поможет.
-И, товарищ Морозов, скажи мне, что по Космонавту у тебя до сих пор информации нет? — с укоризной обратился он к седовласому, — вы же его уже считай два месяца, как в розыск объявили, неужели не нашли еще? Милиция тоже работать разучилась, со смежников пример берете, что ли?
-Да нашли мы его, только толку-то, — грустно вздохнул помощник, — убили Космонавта нашего. В Тамбовской области несколько дней назад его тело нашли в овраге. Место глухое, в лесу, снег недавно сошел, случайно обнаружили.
-А это точно он? — уточнил Старый.
-Точнее не бывает, у него приметы были особые, все совпало. Расследование местные проведут, там есть опытные опера, и я туда хорошего криминалиста им в помощь отправил. Так что найдут, я думаю, убийц. Да только нам это вряд ли поможет, его, скорее всего, из-за денег убили, — добавил Сергей.
-Ясно, — вздохнул начальник, — ну что, будем, наверное, на сегодня заканчивать. Задачи поставлены, так что приступайте к их выполнению, товарищи. В четверг в девять часов утра здесь же и соберемся. А вы мне все свои отчеты принесете, я обещал Григорию Васильевичу к одиннадцати часам всю информацию собрать. И Миша, чтобы пишущая машинка здесь завтра же была, мало ли что нам допечатывать придется.
Вторник 22 мая. Красноармейский проспект. Время чуть позже 14 часов дня.
(Танцуют все — особенно если в холодильнике пусто).
Сразу после школы, Соколов направился с Кузей и Мелкой на пробежку. Яся же, вместе с Афанасьевой, пошли домой к Томе. По каким-то своим девичьим делам.
-Так девушки, — сразу же предупредил двух подружек Андрей, — сегодня все делаем в темпе, ко мне Паштет через полчаса должен прийти.
-Он смерти нашей хочет, — устало вздохнула Наташа, но покорно взяла школьную форму и направилась в ванную.
-Мы, что, мешать вам будем? — спросила у Андрея Мелкая.
-Нет, конечно, просто мне хочется, чтобы Вы душ до его прихода приняли, особенно некоторые, — тут он выразительно посмотрел на дверь ванной.
-Да, — хихикнула Тамара, — поплескаться она любит.
-Ага, а еще она очень любит нештатную форму одежды, типа банного полотенца. Ну, здесь все же свои, кого мне стесняться! — передразнил Кузю Андрей.
-Бедный, бедный братик, — Тамара легко приобняла парня.
-Как же заездили тебя твои подруги, — прошептала она, и тут же неожиданно язвительно добавила, — а впрочем, сам виноват, всеядный он, видите ли! Вот и мучайся теперь со своим гаремом.
Андрей ошеломленно взглянул на девушку, — это от кого ты такое услышала?
-Про гарем, или про всеядность? — сделала невинное личико девушка.
-Про всеядность, конечно, — сказал Соколов.
-А это Яся с Афанасьевой болтали во время похода, а я услышала и запомнила, — усмехнулась та.
-Ну Яська, ну язык без костей, заложила все-таки, — тихонечко ругнулся парень.
Но Тамара услышала и восхищенно взглянула на парня, — братик, а ты что, и с Ясей тоже? Если честно, совсем не ожидала.
Андрей хотел ей что-то ответить, но тут из ванной вышла Наташа и разговор прервался.
-Секретничаете? — спросила девушка,— ну ка Мелкая, быстро в душ!
-Вообще то, просто сплетничали, — не осталась в долгу Тамара, показала Кузе язык, и гордо выпрямив спину, неторопливо направилась в ванную.
Та только головой покачала, но к удивлению парня ничего не стала комментировать, а просто тихо присела на краешек кровати, в задумчивости перебирая чуть влажные волосы.
Андрей сел рядом, — о чем задумалась, Наташа?
Та тихо улыбнулась, — да так, в общем-то, ни о чем. Растет твоя Мелкая не по дням, а по часам. Скоро совсем взрослая станет.
-Ну, ты и сказала, взрослая, — не согласился с ней парень.
-Я говорю то, что вижу. Девушки вообще быстрее мальчиков взрослеют, ты у нас скорее исключение, чем правило, — тихо сказала Кузя.
-Странная ты сегодня какая-то, — удивился Андрей, — на философию тебя, что ли потянуло? И вообще, ведешь себя тихо, послушно, вон даже про массаж не вспоминаешь. Не заболела часом?
-А тебе я смотрю, понравилось меня полотенцем по попе стегать, — напомнила ему девушка про вчерашнее происшествие, — нет Андрюшенька, моя попа не для этого предназначена, ее надо ласково гладить или сжимать так бережно, бережно, а не так как некоторые, — тут она окончательно развеселилась, глядя на слегка покрасневшего парня.
Тот взглянул на нее, бросил вороватый взгляд на дверь ванной и неожиданно быстро поцеловал Наташу в губы. Та чуть дернулась, но сразу не отстранилась, сделав это лишь несколько секунд спустя. — Ну, нет, так просто ты от меня не откупишься. За тобой, за вчерашнее, должок. А сейчас ты бы чайник поставил, что ли. А-то очень кушать хочется.
-Ага, — подхватил парень, — так кушать хочется, что и переночевать негде. — Оставив последнее слово все-таки за собой, Андрей направился на кухню.
"Так давно я горячих бутербродов не делал, похоже, реально обленился", — подумал он про себя. Взял сковородку и начал обжаривать на ней белый хлеб. Включил духовку. Открыл банку со шпротами и аккуратно выложил их на подрумянившиеся тосты.
-Теперь добавим сыр и майонез, и в духовку, — в радостном предвкушении прошептал парень.
Тут в дверь позвонили.
-Да, Паштет, как всегда, на запах еды приходит, — настроение Соколова стремительно пошло вверх. Он выглянул из кухни, — так быстренько проходим к столу, а то всё остынет. Или я сам все слопаю.
Впрочем, ждать никого не пришлось. Паша и девчонки уселись за стол, и несколько минут с кухни доносилось только довольное чавканье, поглощающих угощенье ребят.
-Мм, вкусно, — пробормотала Кузя, — но мало. А раз мало, значит нужно что-то ещё.
-А ничего ещё, в общем-то и нет, кроме печенья и баранок, остальное родителям на ужин. Правда, могу предложить еще кефир, в холодильнике целая бутылка осталась, — насмешливо произнес парень.
-Сам пей свой кефир, — ответила девушка, — ну раз больше ничего нет...
-Уже уходите, да? — зачем-то влез Паштет и тут же осекся под взглядом Наташи.
-Нет, Пашенька, — почти пропела та, — вот теперь-то я точно не уйду.
И с улыбкой взглянув на Андрея, насмешливо произнесла, — раз не сумели толком ни накормить, ни спать уложить — значит, придется танцевать.
-Что делать? — удивился тот.
-Не тупи Дюша, — расмеялась Кузя и обратилась к Мелкой, — ну что Тамара, ты со мной?
-Еще бы, — быстро кивнула та, и девушки прошли в комнату. Вскоре оттуда донеслись громкие звуки проигрывателя.
-ABBA, Digitally Remastered, альбом 77 года, — чуть обреченно вздохнул Соколов, — все пошли, Пашка.
-А может, ну ее, — попытался отказаться тот.
-А-то ты Кузю не знаешь, — ухмыльнулся Андрей, — всё, раньше сядем, раньше выйдем, — он взял Паштета за плечи, — пошли, пошли.
В комнате девушки встретили их довольными возгласами и потащили в круг. Постепенно чувство легкой неловкости ушло, и народ стал отрываться по полной программе. Быстрые ритмы сменялись средними, когда партнершу можно было, слегка дурачась, легонько прижать к себе или прокрутить ее вокруг себя, а затем, вновь разойдясь в стороны продолжать быстро и ритмично двигаться. Но вот стремительный Hole in your soul стих и зазвучал медленный I Wonder. Кузя повернулась в сторону Соколова, но Мелкая опередила ее и первой буквально подскочила к Андрею. Это выглядело так комично, что все невольно рассмеялись. Наташа тоже улыбнулась и повернулась к Пашке,
-Ну что ты готов? — произнесла она.
-Куда я денусь с подводной лодки, — чуть нервно пошутил тот и взял девушку за талию. И они закружились в медленном танце. Впрочем, Наташа к удивлению Паштета, вела себя абсолютно спокойно, без каких либо подколов, явно просто наслаждаясь танцем.
Когда же музыка закончилась, она только с улыбкой взглянула на него, — вот видишь всё не так страшно!
-И даже приятно, — честно ответил парень.
-Неужели заценил? — искренне удивилась девушка, — но тут музыка зазвучала вновь. One man, one women.
-О, еще один медляк, — довольно прошептала она, и погрозила пальчиком Мелкой, которая вновь шагнула, было к Андрею, — э, нет, теперь моя очередь.
-Да не больно-то и хотелось, правда Паш, — и Тамара направилась прямиком к Андрееву. Наташа подошла к Соколову, и они плавно заскользили в медленном танце. Пашка с нескрываемым удивлением следил за ними. Девушка с закрытыми глазами удивительно красиво двигалась в объятиях партнера, при этом они умудрялись каким-то образом держать пионерскую дистанцию.
-Вот, здорово, — прошептала Паштету на ушко Мелкая, — я тоже хочу научиться так танцевать.
Парень только кивнул. Вскоре музыка закончилась, Наташа осторожно высвободилась из рук Андрея, подошла к проигрывателю и сняла иголку с пластинки. — Все, мне пора, хорошего понемножку, а то мама скоро с работы придет, а я не все домашние дела еще сделала.
-Мне тоже пора, — сказала Тамара, — спасибо всем за приятный вечер.
-Вообще-то, еще день, — усмехнулся Паштет, — хотя это не важно, мы все тебя поняли.
Когда девчонки ушли, Пашка повернулся к Соколову, — ну что Дюха, рассказывай какое у тебя ко мне важное дело.
-Пойдем, комиссар, письмецо тебе одно покажу, — они вошли к Андрею в комнату, тот вытащил небольшой полиэтиленовый пакет с незаклеенным конвертом внутри, положил его на стол, кивнул Паштету, — читай адрес получателя!
Тот прочел и в изумлении уставился на приятеля, — это что, шутка юмора такая, да?
-Да нет, Паша, какие тут шутки, — вздохнул Соколов, — это письмо надо реально этому человеку доставить, причем так, чтобы на нас никто не подумал.
-А что просто в почтовый ящик не бросить, в той же Москве, например? И следов никаких, ты же обратный адрес явно не свой писать собираешься, — спросил Паштет.
-Срочное это письмо, очень срочное, я сам хотел в Москву ехать, чтобы отправить, а тут ты нарисовался со своей поездкой. И если все сделаешь как надо, то к нам никаких вопросов не будет, — пояснил Андрей.
-Ну, надо, значит надо, — серьезно сказал Пашка, но тут же не сдержался и съехидничал, — жду подробных инструкций, Шеф.
-Инструкция Паша, простая: конверт из пакета не доставать, никому не показывать и никому не говорить, — начал свой рассказ Соколов, — как приедешь в Москву, лучше всего в субботу доехать до метро Профсоюзная, там сесть на пятьдесят второй троллейбус и доехать до остановки "Фабрика-прачечная". Дальше пройдешь между хрущовскими пятиэтажками, слева от тебя школьный двор будет. Поднимешься вверх по маленькой лестнице, и перед тобой будет новая кооперативная шестнадцатиэтажка. Заходишь в первый подъезд, справа от лифта будут почтовые ящики, в ящик для квартиры 15 опустишь это письмо. И уходишь. Дом новый, бабушек у подъезда нет, друг друга мало кто знает, так что внимания на тебя никто не обратит. Единственное — письмо руками не хватай, только через носовой платок, чтобы отпечатков не оставить. За почтовый ящик тоже не хватайся.
-Понял, не маленький, — кивнул Паштет,— а в том доме этот генерал живет? И откуда, ты так подробно все знаешь, про этот дом?
-Не генерал, а его секретарь. А знаю — потому что уже так отправлял ему письмо, только уже давно, ещё в прошлом году, — почти честно ответил Андрей.
-Темнишь ты что-то, — вздохнул Пашка, — ладно это не важно, раз надо сделать, значит сделаем. Потом расскажешь, что и как, если захочешь, конечно. Ты мне письмо, когда отдашь?
-Давай в пятницу созвонимся вечером, — предложил Соколов, — тогда я и забегу к тебе.
-Договорились, а теперь я побежал, а то мы с Иркой встретиться договорились, — ухмыльнулся приятель, — а то она ждать очень не любит.
Паштет ушел, а Андрей достал чистый лист бумаги, взял пинцет, осторожно вытащил конверт из пакетика и начал писать обратный адрес — ОПВР УВД Пермского облисполкома...
Потом взял двойной тетрадный лист в линеечку и крупным детским почерком написал:
На деревню дедушке (Москва, Кремль, товарищу Леониду Ильичу Брежневу).
Милый дедушка, Леонид Ильич (бабушка сказала, что я могу тебя так называть, так как ты нам всем советским пионерам, словно дедушка родной).
И пишу я тебе письмо из бывшего стольного града Санкт-Петербурга, нынче Ленинградом именующемся.
Пишу я тебе о том, что сложно и опасно стало в центральных районах города нашего. Шастают по нему басурмане разные (бабушка их цэрэушниками величает) и нет от них нигде покоя...
Закончив эту часть письма, Андрей чуть отдохнул, сосредоточился и уже красивым женским почерком на другом листочке продолжил:
Генеральному секретарю ЦК КПСС товарищу Леониду Ильичу Брежневу...
... В случае продолжения попыток поставить меня и мое окружение под контроль силовыми методами оставляю за собой полное право на любые ответные действия, вплоть до эмиграции. Помогать Родной стране я могу и оттуда.
-Все, — выдохнул Андрей, — теперь коротенькая записка для генерала, чтобы он все сделал как надо. Потом один конвертик кладем в другой конвертик, запечатываем и, чтоб уж всё совсем им ясно было, один код интересный в правом верхнем углу химическим карандашом напишем, для достоверности. И так как в ближайшее время я письма писать больше не планирую, то собираем все улики и отвозим их на разные помойки в паре кварталов отсюда.
Соколов аккуратно разорвал оставшиеся бумаги и конверты, сломал ручку и карандаш, собрал их в несколько газетных кульков, сложил в авоську и отправился на прогулку.
Вторник 22 мая. Измайловский проспект. Квартира Соколовых. Вечер.
(Брачные игры Соколовых-старших, или любви все возрасты покорны).
Около семи вечера в квартире появились родители Андрея, но они тут же засобирались в кино.
-Ну что, — ухмыльнулся парень, — типа на последний сеанс?
Отец взглянул на радостно суетящуюся маму парня и широко улыбнулся, — да и я обязательно постараюсь взять билеты на последний ряд.
-Здорово, — восхитился Андрей, — целоваться будете?
-Обязательно, — подтвердил Соколов старший.
-Ох, и оболтусы вы у меня, оба, — мама взлохматила шевелюру сына, — так я быстро в ванную.
-И что ж они все так любят водные процедуры, — улыбнулся парень ей вслед.
-О, уже заметил, — кивнул отец, потом чуть построжел взглядом, — интересно и по кому ты успел сделать такие выводы?
-Да все, пап, — усмехнулся Андрей, — и Тома, и Мелкая и другие.
