В отличие от псковского восстания в Новгороде большую, почти решающую роль играли стрельцы. Как и во Пскове, новгородские дворяне заняли враждебную позицию. Верхи посада также не желали поддерживать движение, а во время его подавления открыто перешли на сторону правительства. Митрополит Никон предал проклятию руководителей восстания, за что его новгородцы основательно поколотили.
На подавление восстания в Новгороде правительство послало войска под командованием князя И. Н. Хованского. Царский военачальник пообещал новгородским стрельцам полное помилование, если они прекратят мятеж и впустят его в город. Посадская и стрелецкая верхушка искала соглашения с правительством. Менее чем через месяц после начала восстания войска Хованского вступили в Новгород. Своих обещаний князь не сдержал, последовали аресты, затем казни.
Поражение восстания в Новгороде не только не привело к спаду движения в Пскове, но, напротив, вызвало там бурное развитие событий. Уже первые вести о выступлении новгородцев нашли живой отклик у псковичей. Произошли серьезные перемены в составе повстанческого руководства. Верх взяли более решительно настроенные «молодшие» люди, которых возглавили вновь избранные земские старосты Гаврила Демидов и Михаил Мошницын. Правительство, чтобы восстановить власть царской администрации в городе и уезде, решило заменить воеводу Собакина князем В. П. Львовым. Собакин и сам был не прочь покинуть мятежный город, но восставшие не позволили ему выехать из Пскова. Его рассматривали как заложника на случай, если бы в Москве что-либо случилось с посланными туда псковскими челобитчиками. Затем был низложен и новый воевода. Его принудили передать городские ключи земским старостам. Псков всецело стал управляться повстанческим органом.
Псковичи, прибывшие в Москву с челобитьем от «всего города», задали правительству нелегкую задачу. Царский фаворит Б. И. Морозов, к тому времени опять занявший главенствующее положение в правительстве, не спешил с репрессивными мерами по отношению к псковским ходатаям, тем более что челобитная содержала довольно умеренные требования. Но один пункт последних, содержащий намек на выборность административных должностей и перекликавшийся с челобитными московского восстания 1648 г., вызвал самое решительное возражение центральной власти: «Николи не бывало, что мужикам з бояры… и воеводы у росправных дел быть и вперед того не будет». Ответная царская грамота призывала псковичей принести повинную.
Но в Москве не слишком полагались на уговоры. Одновременно в Псков была направлена карательная экспедиция во главе с душителем народного новгородского восстания Хованским. Его отряд, усиленный солдатами из полков «нового строя» и казаками, в конце мая подступил к городу. Псковичи готовили ему отпор. Взять штурмом хорошо укрепленный и вооруженный город Хованский не смог.
За три месяца осады Хованский понес значительные потери. Но главная опасность для карателей состояла в том, что псковичей в их борьбе поддержали крестьяне уезда и других районов. Они выражали открытое сочувствие восставшим, поднимаясь против своих помещиков. На огромной территории от Пскова до Новгорода заполыхали помещичьи усадьбы. Наибольший размах крестьянские волнения приобрели летом 1650 г. Шла настоящая война между отрядами служилых людей и поднявшимися крестьянами. Местные дворяне и войска Хованского досаждали правительству просьбами отпустить их в оставленные на произвол судьбы имения.
Неспокойно было летом 1650 г. и в самой столице. Псковские известия будоражили умы: «Носитца-де площедная речь, будто будет на Москве грабеж». Иностранные наблюдатели отмечали возможность повторения событий 1648 г. Борьба в придворных сферах распространилась и на вопрос об отношении к восставшему Пскову. Морозову, стороннику решительных мер, пришлось уступить более умеренным, которые предлагали начать переговоры с псковичами. Умеренных поддерживал и Никон, влияние которого на царя возрастало.
Правительство сочло необходимым созвать Земский собор для обсуждения псковского вопроса. Собор открылся 4 июля 1650 г. Состоялось три заседания, последние из них — уже после «замирения» Пскова в октябре.
По решению Земского собора в Псков направили делегацию во главе с епископом Коломенским Рафаилом. Царская грамота псковичам требовала выдачи зачинщиков восстания и настаивала на том, чтобы Хованского впустили в город.
Среди делегатов, отправленных в мятежный город, находились московские посадские люди, тесно связанные с торгово-промышленной жизнью Пскова и, следовательно, небезызвестные там. В городе зрел заговор против восстания, его участники тайно сносились с Хованским. Свой план подавления выступления предложил Ордин-Нащокин, что впоследствии сыграло роль в его карьере, равно как и в карьере Пикона. План предусматривал углубить раскол среди населения города и воспользоваться этим.
Между тем псковское повстанческое правительство во главе с Г. Демидовым проводило ярко выраженную антидворянскую политику. Чтобы спасти бедноту от голода, всегородская изба реквизировала хлебные запасы дворян и пустила их в раздачу. Дворы и имущество многих дворян и богатых посадских подверглись конфискации, в том числе имущество Ф. Емельянова. Однако врагам восстания удалось добиться смещения Демидова и его помощников еще до приезда делегации Земского собора.
Когда посланцы собора во главе с Рафаилом вступили в Псков, начались переговоры. Казалось, движение стало затихать. Но 21 августа во время чтения крестоцеловальной записи в соборной церкви наметившееся соглашение едва не было сорвано. В записи содержались слова о «воровстве» псковичей, т. е. тяжкое обвинение политического характера. Присутствовавшие подняли «шум великий и многие пошли из церкви вон». Рафаилу в конечном счете удалось склонить псковичей к присяге при условии, что Хованский снимет блокаду города и отведет войска. После удовлетворения этих требований в мятежном Пскове восстанавливалась власть царской администрации. Руководители восстания Г. Демидов, И. Копыто, П. Коза и др. были брошены в тюрьму. Опасаясь нового взрыва народного протеста, правительство ограничилось высылкой их из Пскова.
Самую активную роль в подавлении псковского восстания сыграли церковники. В критические моменты движения они объявляли о «чудесах», устраивали крестные ходы, во время богослужений призывали небесные силы «укротить распри», избавить от «междоусобные брани». В домах «лучших» людей «плакали» иконы, когда повстанцы терпели неудачи или принимали антиправительственные решения. Это, несомненно, действовало на колеблющихся. Патриарх специальной окружной грамотой предписал включить в «вечный синодик» крупнейших монастырей имена «дворян, детей боярских и всяких чинов людей» из войска Хованского, убитых в боях с псковичами-«изменниками».
Падение Пскова подорвало повстанческие силы, действовавшие в прилегающих районах, но крестьянское движение не прекратилось. В Порховском и Ржевском уездах зимой 1650/51 г. крестьянские отряды нападали на помещичьи усадьбы. Был раскрыт заговор крестьян и посадских людей, намечавших возобновить восстание весной 1651 г., действуя так, «как-де и было в псковскую смуту». Здесь еще живы были традиции Первой крестьянской войны и последующих восстаний, что нашло отражение в именовании восставших крестьян «шишами». Одно из обвинений, предъявленных Г. Демидову «лучшими» людьми Пскова, состояло в том, что он «велел побивать по уездам дворян». В псковском восстании 1650 г. участвовало население «пригородов» и их округ (Гдова, Изборска, Острова, Воронина).
Псковское восстание является одной из самых примечательных страниц народной борьбы против эксплуататоров, оно отличалось более высокой организацией повстанцев, участием крестьянства и длительностью открытого противоборства с правительством и его войсками.
Классовая борьба в России первой половины XVII в., особенно в 40-х годах столетия, достигла высокого уровня, что заметили современники-иностранцы. О московском восстании 1648 г. в том же году была опубликована анонимная брошюра в Лейдене, появились описания этого события в печати других стран. Посетившие Россию в 60—70-х годах XVII в. иностранцы (А. Мейерберг, Я. Рейтенфельс, С. Коллинс) в своих записках не преминули сообщить о московских восстаниях 1648 и 1662 гг.
Часть вторая
ЕВРОПА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVII ВЕКА
Глава 1
ЕВРОПА И ОСТАЛЬНОЙ МИР В XVII ВЕКЕ
ЕВРОПА В ПОЛИТИЧЕСКОЙ СТРУКТУРЕ МИРА В СЕРЕДИНЕ XVII ВЕКА
Население Европы в середине XVII столетия составляло, по ориентировочным подсчетам, только около одной пятой всего населения земного шара, которое оценивается в 553 млн человек. Большая часть населения жила в Азии — 380 млн человек, из них в Китае и Индии по 150 млн человек. В Африке насчитывалось 60 млн человек, в Америке — 1 млн человек, в Океании — 2 млн человек. В Европе, таким образом, проживало 100 млн человек. Но именно Европа, где в середине XVII в. уже получили значительное развитие капиталистические отношения, сыграла основную роль в образовании мирового рынка, в укреплении единой системы государств и народов земного шара, в становлении нового, капиталистического общества.
Какова же была структура мира за пределами Европы к середине XVII в., когда развертываются эти процессы?
Крупнейшей страной на востоке Евразийского континента являлся Китай. Феодальная империя Мин переживала глубокий упадок. На северных рубежах Китая образовалось маньчжурское государство, маньчжуры с 1618 г. развернули успешные военные действия против империи Мин, захватывая все новые территории. Глава маньчжур Абахай в 1636 г. провозгласил себя императором, принял для своей династии наименование Цин, в том же году был объявлен монгольским ханом в Южной Монголии. Корея в 1637 г. была поставлена им в вассальную зависимость.
В условиях маньчжурского наступления в Китае разразилась великая крестьянская война, которая охватила значительную часть территории империи Мин. В 1644 г. восставшие вошли в столицу Пекин, империя Мин потерпела крушение и была установлена власть повстанцев. Для борьбы с ними минские феодалы призвали маньчжуров, маньчжурская армия заняла Пекин. Сын Абахая в 1644 г. был провозглашен императором Китая. Маньчжурская армия с помощью многих китайских феодалов подавила крестьянское восстание и в течение 40 лет завершила покорение страны. Китай до 1912 г. подпал под власть маньчжурской династии Цин. В завоевании Китая маньчжуры использовали и помощь западноевропейцев, в захвате последнего оплота сопротивления завоевателям о-ва Тайваня принимали участие западноевропейские корабли.
Проникновение европейцев в Китай имело к середине XVII в. длительную историю. В условиях ослабления империи Мин португальцам уже в 1557 г. удалось установить фактический контроль в Аомыне (Макао), в 1624 г. голландцы захватили часть Тайваня и удерживали его многие годы, в 1637 г. после бомбардировки английскими кораблями был открыт для западноевропейской торговли порт Гуанчжоу (Кантон). Но заход европейских кораблей в другие порты Китая был запрещен. Одновременно в Китай проникают и западноевропейские миссионеры, среди которых особенно надо отметить иезуитов.
В первой половине XVII в. устанавливаются русско-китайские связи. В 1618 г. русские получили от императора право приходить с посольствами и торговать в Китае.
Феодально-абсолютистский режим сёгунов дома Токугава, объединивший феодальную Японию, в ответ на проникновение в страну западноевропейских торговцев и миссионеров, с большим успехом распространявших христианство, подверг жестоким репрессиям японцев-христиан, десятки тысяч которых были казнены. Японцам под угрозой смерти было запрещено покидать родину, а европейцам приезжать в страну. Только за голландцами была сохранена торговая фактория на островке около Нагасаки, куда с 1641 г. ежегодно разрешался заход 5 голландских судов, чтобы торговля производилась только на этом острове. Так через 99 лет после обоснования европейцев в Японии был установлен режим самоизоляции, который тяжело отразился на экономическом и политическом положении страны.
Как видим, к середине XVII в. ощущается уже в известной мере присутствие европейцев в странах Восточной Азии. Значительно большей была роль западноевропейских колонизаторов в Южной и Юго-Восточной Азии, в тех регионах, которые европейцы XVII—XIX вв. называли Ост-Индией (Восточной Индией).
В середине XVII в. в Юго-Восточной Азии существовали многочисленные государства — восточные деспотии, находившиеся на различных стадиях развития феодальных отношений. Юго-Восточная Азия являлась регионом обширной морской торговли. Борьба за торговые пути и рынки была важнейшей частью европейской экспансии в этом регионе. Некогда сильные позиции здесь португальцев оказались подорваны вторжением голландцев и англичан во время испано-португальской унии с 1581 по 1640 г. Особенно успешно шло наступление голландцев.
Голландская колониальная экспансия в Юго-Восточной Азии к 40-м годам XVII в. дала заметные результаты. Экспансию осуществляла голландская Ост-Индская компания, утвержденная актом Генеральных штатов в 1602 г. и имевшая монополию на торговлю в регионах от мыса Доброй Надежды на юге Африки до Магелланова пролива на юге Америки. Компания строила и основывала новые фактории и форты, заключала договоры с правителями государств. Голландские колонизаторы успешно преодолевали сопротивление португальцев, а также испанцев, базой которых была Манила на Филиппинских о-вах. Голландская Ост-Индская компания укрепляется на Молуккских о-вах и создает там плантации для выращивания пряностей, захватывает позиции на Яве. Компания навязывает многим местным правителям на о-вах Ява, Калимантан, Суматра свое покровительство, добивается монопольного права на торговлю пряностями. Компания решительно вытесняет португальцев из региона и захватывает их позиции. В 1641 г. она устанавливает свое господство в Малакке, изгнав португальцев.
С тех пор в португальском владении в Юго-Восточной Азии осталась только половина о-ва Тимор. Так создалась голландская империя в Ост-Индии, основанная на морском господстве и жесточайшей эксплуатации местного населения. Голландская империя расширялась, шло голландское проникновение в Бирму, на Индокитайский полуостров и, как было уже отмечено, в Японию и Китай. Нарастали голландско-английские противоречия в Юго-Восточной Азии, принимавшие все более ожесточенный характер, примером чего стала «Амбоинская резня» в 1623 г., когда служащие английской фактории на Амбоине (остров в Молуккском архипелаге) были казнены голландцами.
Англо-голландская борьба происходила и в других регионах, шла она и в Индии. К 40-м годам XVII в. основной силой на Индостанском полуострове продолжала оставаться феодальная Могольская империя, правителя которой в Европе называли Великим Моголом. Под властью Моголов на северо-западе находилась часть Афганистана с Кабулом, на севере их владения простирались до Гималайских гор, а на востоке после завоевания Бенгалии граничили с Ассамом. Войска Моголов вели завоевательные войны на южных границах, подчиняя феодальные деспотии на Деканском плоскогорье и упорно продвигаясь в Южную Индию. Временами войны шли и на восточных, западных и северо-западных рубежах.
