| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Прекрасное дерево, — кашлянув, попытался улыбнуться эльф. — Как нельзя лучше отражает жизнь в Империи. В ее землях сильные корни и мощный ствол, который не ломается, даже прогнувшись под грузом тяжести и печали, друг мой.
— Да, думаю, ты прав, — усмехнулся в ответ Ван. — Амальтииртарэ когда-то мне сказала, что лишь те, кто носит в сердце свет Энис, способен проводить эльфа в последний путь. Она долго пыталась научить меня понимать ваш народ. Слушать переменчивый ветер. Слышать то, что он несет в себе. Она считала это "голосом" вашего древа.
— Она преувеличила, — попытавшись вытереть потекшую со рта кровь о плечо, недовольно потянул Стирдиппид. Благодарно кивнув Вану, спешно вытершему его кровь рукавом, эльф вновь перевел взгляд на горизонт. — Но и сказать, что она не права тоже было бы неправильно. Энис покидает нас, если в бою мы умираем без чести. Без верного товарища, способного прикрыть нас в накале битвы. И за это я вынужден сказать тебе спасибо, человек.
Вытерев глаза обожженным кулаком, Ван попытался выдавить из себя улыбку. Слегка недоверчиво поведя бровью от странной попытки Горычева не выглядеть грустным, эльф откинул голову назад, глядя вглубь кроны.
— Прежде, чем я уйду, — сглотнув, перебил тишину Стирдиппид. — Энис хочет, чтобы ты пообещал мне кое-что. Нет. Я хочу.
— Все, что угодно, — положив руку на плечо умирающего эльфа, как мог серьезно взглянул на него Ван.
— В Мивуде хранится древняя реликвия нашего народа, — стараясь не поворачиваться в сторону Горычева, тихо продолжил Стирдиппид. — Лук, который должен был достаться мне от отца после его смерти. К сожалению, в свое время я не послушал дедушку. Он учил меня, что лук — оружие мудрых, которое дает силу одолеть врага, не открывая ворот. Но еще больше он хотел, чтобы я нашел свой путь. И я пошел по стопам матери. Она была "танцующей со смертью" и учила ближнему бою, сколько себя помню. Мне нравилось не полагаться на стрелы, а бросаться в пламя битвы. Я уважал мудрость дедушки, желание отца и таланты моей матери. Дедушка умер, и с двадцать первой зимой я получил свое оружие — лук, способный защитить меня в ближнем бою. Отцу сначала это не понравилось, но увидев меня в бою с ним — он не стал спорить, что совет сделал верный выбор. "Стрелы души", которыми славился мой отец, стали чужими мне. А когда умер отец — лук запечатали до тех пор, пока кто-то из моих детей не пойдет по стопам отцовской линии. К сожалению, я не успел оставить наследников и сегодня ты станешь свидетелем смерти одного из древнейших родов эльфийского народа. Поэтому, заклинаю тебя, Ван...
— Ты просишь невозможного, Штырь...
— Тем не менее, я хочу, чтобы именно ты забрал лук, — прослезившись, повернулся к Вану Стирдиппид. — Хоть наш народ и чужд вашему, ты понимаешь эльфов. Ты знаешь язык нашей души. Энис не пыталась защитить себя, когда ты вошел в Мивуд. Она поддерживала в тебе жизнь, когда ты лежал в лазарете. Ты стал достойным этого лука не благодаря годам тренировки, а благодаря сердцу, доставшемуся тебе от отца. Когда я был маленьким, твой отец часто проводил время в Мивуде. Он стремился помогать нашему народу в особо трудные времена, несмотря на то, что его всюду клеймили предателем. И я верю, что однажды вы снова встретитесь. Главное не сходи со своего пути и пусть свет Энис ведет тебя в битвах, друг мой.
— Я не...
— Не можешь или не хочешь этого делать? — усмехнулся эльф.
— Только, если ты действительно этого хочешь, — решив не спорить с, уже бледнеющим от боли, боевым товарищем, склонил голову Ван.
— Не дай тьме осквернить твой путь, — вновь запрокинув голову назад, Стирдиппид закрыл глаза. — Возможно, однажды мы встретимся, по ту сторону света. Ну а пока, я вынужден покинуть тебя. Прощай, Ван.
Слегка засветившись, Стирдиппид обдал руку Вана легким паром, появившимся от ранений. Раны эльфа затянулись, а запекшаяся кровь испарилась с его костюма.
Мигом позже, его тело стало светиться еще ярче. А еще спустя пару мгновений — он растворился в воздухе, обдав Вана легким порывом ветра.
Безразлично опустив руку, еще секунду назад крепко держащуюся за плечо Стирдиппида, Горычев молча смотрел на собственное колено. После смерти Зезеты, Стирдиппид был последним, кому Ван мог доверять в этом, чужом мире. Теперь и он ушел. Горычев остался один. Один против Империи.
Стукнув кулаком по песку и недовольно поморщившись от легкого шипения в обожженных руках, Ван поднялся на ноги и спрятал руки в карманы. Постояв около дерева еще какое-то время, он поймал на лету листик, слетевший с кроны. Крепко сжав его в кулаке, он направил руку по ветру. Разжав ладонь и завороженно глядя, как ветер подхватил трепещущийся листок, Ван засунул руку обратно в карман, направившись в сторону башни.
— Стой, ты куда? — недовольно заворчал Грейс, когда Горычев нагло прошел между ним и Вэртом.
— Он бы хотел, чтобы я закончил начатое вместе с ним дело, — даже не оборачиваясь, бросил Грейсу Ван.
— Уважать чувства светлых бессмысленно, — поведя глазами, крикнул в спину Горычеву Грейс, но лишь недовольно шикнул, получив в ответ, поднятый над плечом, средний палец. — И что я такого сказал?
— Просто смирись с тем, что в тебе сопереживания другим не больше, чем в кучке грифоньего помета, — скрестив руки на груди, холодно нагрубил своему напарнику Вэрт.
Безразлично пожав плечами, Грейс отошел к краю уступа и вытащил из внутреннего кармана своей мантии пачку имперских сигарет. Подкурив с пальца и выпустив клубок дыма, он сел на край, вглядываясь вдаль. Задание было завершено, хоть смерть светлого эльфа была трудным моментом для него. Смахнув накатившуюся слезинку кончиком пальца, он нервно побегал глазами из стороны в сторону. Убедившись, что Вэрт ничего не видел, он зажал сигарету зубами и довольно улегся на локти, закинув ногу на ногу. Им предстоял долгий путь, и перед походом следовало бы поднабраться сил. В отличие от Вэрта, он слишком ценил любую возможность передохнуть, чтобы, как минимум, стоять сейчас, а не вальяжно развалиться на краю пропасти с сигаретой в зубах.
Глава 18. Дороже жизни.
— Милорд, я достал то, что вы просили. Но я не совсем понимаю... — неуверенно прозвучал усталый, слегка испуганный голос посреди длинного, красного зала. Освещенный факелами с обеих сторон, зал заканчивался троном, на котором восседало странное существо. Оно было одето в расстегнутую, темно-коричневую куртку поверх голого, красного торса и в черные, расклешенные от колена брюки. Краснокожее существо имело повышенную лохматость на самом торсе, руках и голове. Пышная, небрежная, черная шевелюра, треугольная бородка, холодный взгляд и два закрученных бараньих рога по бокам.
Получив разрешение подойти, обладатель голоса поднялся с колена и направился в сторону трона. Светлые, длинные волосы. Строгие, рыцарские черты лица. Легкие, блестящие доспехи и сомнительная, слегка нервная ухмылка. Через зал к "милорду", с легким стуком от сапог, уверенно продвигался Вергилий, не так давно покинувший своих товарищей в пустыне, и протянул ему сумку с прахом, столь старательно собранным Луксором.
— Прекрасная работа, Нефер, — вытащив из сумки первую попавшуюся склянку своей когтистой лапой, разразился хохотом милорд. — Или тебе больше нравится Вергилий? Непривычно видеть тебя в этом облике, — хмыкнул демон и высыпал немного содержимого склянки себе на язык, украшенный выжженным крестом. Довольно облизнувшись, подтвердив для себя подлинность полученных образцов, демон убрал склянку обратно в сумку, отложив ее в сторону.
— Тысяча извинений, — виновато, не скрывая при этом легкого самодовольства, отвесил поклон Вергилий. Когда он выпрямился, его кожа уже была пепельного цвета. Уши вытянулись, на лице появилась щетина. Доспехи изменились вместе с самим темным эльфом. Теперь на нем была одета черная рубашка, заправленная в такие же черные брюки, а поверх рубашки — накинута темно-синяя куртка с небольшой прослойкой лисьего меха. Единственное, что отличало его от своих собратьев из Самаркегана — два небольших рога в верхних уголках лба. — Будут еще какие-то пожелания, или же я могу покинуть ваши покои?
— Да, пожалуй. Пришли ко мне Арасмаса, для него есть работенка. И, если ему или тебе доведется пересечься с ним — Орукнака. Он задолжал мне две сотни имперских, а мне очень хотелось бы вернуть долг, — довольно оскалившись, демон лениво зевнул. Словно решив хоть как-то развлечь себя до ухода темного эльфа, демон оперся на подлокотник трона и перевел взгляд на свободную руку. Секундой позже, на ней вспыхнуло небольшое пламя, принявшееся прыгать по кончикам пальцев, словно живое.
— Как прикажете, милорд, — недоверчиво косясь на огонек, Нефер спрятал руки в карманы и направился в сторону выхода. — И все же, я не понимаю, для чего вам это все.
— Тем лучше для тебя, — слегка поморщившись, глядя на спину удаляющегося Нефера, самодовольно ухмыльнулся демон. — Или для тебя это кажется проблемой?
— Никак нет, — чуть дрогнув от прозвучавшего со стороны трона взрыва, сглотнул Нефер, тут же развернувшись и отвесив еще один поклон.
— Тогда не смею более задерживать.
— Благодарю, милорд.
Выпрямившись и встретившись взглядом с черными, бездонными глазами демона, Нефер спешно развернулся и продолжил свой путь к двери. Не каждый из приближенных "милорда" был способен долго смотреть ему в глаза. Что уж говорить о темном эльфе.
— И все-таки я не понимаю, для чего тебе оно нужно, — на подходе к Самаркегану устало потянул Вэрт, косясь на вытянутый предмет за спиной у Вана, замотанный в окровавленные тряпки. — Ты же, вроде, человек. Мог бы и в Камелоте попросить себе ручного грифона.
— Неважно, — в очередной раз, поправив груз, коротко ответил Горычев.
Пожав плечами, Вэрт беспомощно посмотрел на Грейса, пытаясь мысленно попросить у него помощи, но тщетно. Безразличный взгляд напарника ответил за него лучше, чем тысяча слов.
Покривив носом от табачного дыма сигареты Грейса, Вэрт недовольно засунул руки в карманы. Вергилию нужна была информация. А если он не сможет ее добыть — что тогда? Прочитать мысли Вана, как у сотен других приезжих, у него не получалось. Допросить было тоже не вариантом. Проследить — весьма проблематично, поскольку Вергилий, вероятнее всего, уже знал об их возвращении и с нетерпением ждал доклада.
— Ван... — оторвав взгляд у песка, практически уже у самого входа в город, неожиданно тихо потянул Вэрт.
— Да, слушаю? — вновь поправив яйцо на спине, попытался хоть как-то добродушно ответить Ван.
— Думаю, что в Мивуде уже знают о смерти твоего друга, — сглотнув, попытался, как можно более аккуратно, начать Вэрт. — Но мы на всякий случай передадим эту информацию с ближайшим караваном.
— А... — слегка нахмурившись, выдавил из себя Горычев. Резко мотнув головой, он гордо приподнял подбородок, уведя взгляд в сторону далеких песчаных барханов. — Буду признателен. Думаю, мне не обрадуются, если я вернусь в Мивуд с подобной новостью.
— Хорошо, рад слышать, — слегка проникнувшись взбодрившимся Ваном, чуть заметно кивнул Вэрт. — Грейс, тогда...
— Даже не проси, — практически приставив ладонь к лицу Вэрта, поспешно отвернулся Грейс. — Тебе надо — ты и передашь.
— Но, Грейс...
— Я что, не ясно выразился? — опустив руку, повел бровью Грейс. — Мне наплевать, сколько светлых уже сдохло, дохнет и сдохнет в ближайшее время. Их от этого меньше не становится. Назойливые, мерзкие, противные....
— Грейс...
— Гадкие, бесполезные, бессмысленные...
— Грейс, заткнись уже!
— Ты меня еще и затыкаешь? — усмехнулся Грейс в ответ на грубость напарника. — О, я могу продолжать это бесконечно! На чем я там остановился? А да, на бессмысленных...
— Прошу простить грубость моего товарища, — тяжело вздохнул, попытался улыбнуться Вану Вэрт, перебивая дальнейшую подборку эпитетов к светлым эльфам со стороны Грейса. — Он это не со зла...
— Еще как со зла! — резко перебил его Грейс. — Да я их терпеть не могу! Эти ползучие, прогнившие, истлевшие духом и телом...
— Как бы там ни было! — уже практически крича, вновь повернулся Вэрт к Вану. Кашлянув в кулак, он попытался унять пыл и продолжил более спокойно. — Информацию передадим, ручаюсь за это.
— Если только "кто-то" не загонит тебе кинжал между ребер, — хитровато ухмыльнувшись, закончил за него Грейс. — Но, это так, просто предположение.
— Благодарю, — абстрагировавшись от существования Грейса, кивнул Ван Вэрту.
— Удачи в пути, — протянув руку, попытался улыбнуться Вэрт.
Пожав протянутую руку и безразлично махнув Грейсу, Ван направился вглубь города. Из-за спины еще доносилась ругань между Грейсом и Вэртом. Из всего потока лишней информации, было лишь понятно, насколько нарочито безразличные светлые эльфы Грейсу.
Чуть слышно усмехнувшись, Ван прошел по людным улицам, пытаясь прикрывать яйцо. Его путь лежал в самое сердце Самаркегана, на торговую площадь, где его, без сомнений, ожидал торговец.
— Неужто будущее стало настоящим, и мои мудрые глаза не лгут мне? — убрав от губ стакан с рыжеватой жидкостью, отдаленно напоминающей апельсиновый сок, радостно воскликнул торговец, завидев Вана. — Сами боги вели тебя в бой и дали сил противостоять опасностям пустыни! Я, раб божий, преклоняюсь перед тобой, о...
— Держи, — перебив длинную речь торговца, снял со спины тряпки с яйцом Ван.
— Что ж, вижу, вижу, — развернув тюк и с интересом аккуратно стукнув по скорлупе кулаком, потянул торговец. — Ходили слухи, будто из города ты вышел с эльфийским братом. Почему же за наградой ты пришел один?
— Он не вернулся, — слегка поникнув, нахмурился Горычев.
Отпив немного сока из стакана, смакуя его пухлыми губами, торговец невольно сглотнул. Он прекрасно понимал, что в смерти эльфа есть и частичка его вины. Не отправь он Горычева на задание, эльф бы не пошел с ним и, возможно, был бы еще жив.
— Ответь мне, сын семи лун, — отложив стакан в сторону, грустно начал торговец. — Познал ли твой эльфийский друг свет Энис перед смертью?
— Он говорил что-то об этом... — слегка нахмурился Ван.
— Счастливый эльф, — немного успокоился торговец, выдавив из себя легкую улыбку. — Лишь единицы из светлых эльфов способны познать свет духа основательницы. Если он и правда познал его, то сейчас он счастлив по ту сторону света.
Нехотя, Горычев кивнул, взглянув в сторону башни Вергилия. Дошла ли весть до Мивуда? Сделал ли Вэрт, что обещал, или же Грейс всячески пытается помешать ему?
— Как бы там ни было, — громко хлопнув в ладоши, перебил рассуждения Вана торговец. — У нас тут бизнес. Часть денег я отправлю с караваном в Мивуд, вместе с плохой новостью, так что осталось только с тобой разобраться.
— А? — оторвавшись от башни, лениво переспросил Ван. — А, да, бизнес.
— Проснись, дитя внезапности, — усмехнулся торговец, от чего по блаженному животу прошлась очередная волна колыханий. — Товар доставлен качественный. Из крепкой скорлупы рождаются сильные грифоны. Я даже не удивлюсь, если это один из чернокрылов. А если это так, то мне придется выискивать тебя по всей империи, дабы накинуть сверху еще с несколько тысяч имперских. Сколько у нас было оговорено? Три?
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
