Манок (первая половина)

— Хорошо, успел первым повиниться перед командующим,— в который раз мысленно похвалил себя капитан "Уничтожителя неразумных" , глядя на свою проекцию в голопанеле гальюна, и не без наслаждения любуясь аристократически правильными округлыми чертами своего лица.

Поло можно было бы посчитать зажравшейся беспринципной и беспощадной скотиной, коей он собственно и являлся, если бы не одна небольшая ремарка, позволившая ему в свое время не только стать командующим одним из лучших кораблей империи Амарр, но и подняться почти до самого верха по иерархической лестнице своего клана. Поло Чиди обладал аналитическим складом ума, а беспринципность и местами, казалось, ничем не мотивированная жестокость, помогали успешно претворять в жизнь свои цели. Последней целью, которую поставил перед собой капитан — было место командующего седьмым опорным крылом первого ударного. Опираясь на такую должность, можно было уже поспорить со своим двоюродным братцем за главенство в клане.

Цель была почти достигнута, но слишком рано отпраздновав победу, Чиди получил в правый борт подарок от сумасшедшего шельсийского гражданского извозчика, с таким позорным пунктиком в крьере можно было не только забыть о месте главкома крыла, но и вообще перейти в старпомы станционного буксира.

Поэтому на тот момент его выручило только молниеносное убийство старшего помощника, Чиди таскал за собой этого дебила чуть ли не с курсантских времен, когда он закончил Центральную Звездную Академию двадцать шесть лет назад. Покойный Кочта Гарот на протяжении всей карьеры являлся громоотводом и безропотным последователем Чиди, чем тот не раз пользовался. На этот раз ситуация стала поистине критической, если бы капитан не нашел быстро крайнего, стрелочником сделали его самого.

Чиди посмотрел еще раз на панель и едва заметно передернул плечами вспоминая об унижении причиненном ему главкомом, не смотря на то, что главный виновник трагедии — первый помощник "Уничтожителя " понес суровую кару за то, что "продался шельсийской разведке и злонамеренно дезинформировал своего непосредственного командира о торпедной атаке, давая возможность уйти в гипер последней представительнице правящего дома признанного незаконным" — как было написано в рапорте Поло Чиди... В общем ничего хорошего для себя он не услышал, хорошо еще, что успел отчитаться по гиперу первым, опередив шапровых шпионов дружественных и не очень кланов, которые без сомнения проходили службу у него на корабле. Если бы главком успел сформировать свое мнение по происшедшему инциденту, не сносить бы Чиди головы, не говоря уже о командовании линейником, а так...

-А так, чуть не смыли в гальюн справедливо заслуженное повышение, — в сердцах сплюнул на мраморный пол капитан. Из технической ниши выпрыгнул микродрон — уборщик, пытаясь очистить безобразие и Чиди плюнул второй раз, целясь в вертлявую коробочку, промахнулся и пнул с досады обиженно зажужжавший механизм.

Поло в попытке спасти свое шаткое положение пришлось связаться с некоторыми знакомыми в разведке флота, при воспоминании об этом лицо Чиди перекосилось, будто он съел половину леморма. Долг красен платежом, а уж про платеж эти падальщики от разведки не забудут напомнить. Зато спустя две недели пришла информация, что на некую базу космических землероек прибыл амаррский фрегат. Информация прошла бы мимо развед управления флота, но мощный ИИ стоящий у них на службе и ежедневно отфильтровывающий огромные объемы входящей мусорной кучей информации выделил из нее одно событие, суперкомпьютер насторожило то, что фрегат был последнего поколения, хотя может ли что -то насторожить электронный мозг, который не испытывает никаких чувств, короче так — триггер сработал на информацию о появившемся фрегате последней серии, которая гражданским ни под каким видом не продается, в объеме пространства свободного от амаррских космических сил. Дальше просто, пара запросов по месту и в дополнение к информации о найденыше выясняется, что законного представителя Амарра на борту не было, более того, фрегат сменил своего хозяина на двух неустановленных личностей.

Чиди, когда получил это сообщение, ни разу не усомнился, что напал на след беглянки, немного смущала информация о наличии подельника или подельницы — второго неустановленного лица, но по здравому рассуждению пришел к тому, что с интересующей его персоной в спаскапсуле отправился сопровождающий, сильно это планов не меняло. Капитан хорошо знал лоции района, где был замечен угнанный фрегат, если девчонка не будет всю жизнь сидеть на станции землероек, выйдя там замуж и нарожав чумазых отпрысков своему забулдыге с киркой, то скоро она должна будет объявиться в одной из независимых систем, где как ей может показаться, она сможет спрятаться от праведного возмездия капитана амаррского линейного корабля. Из близлежащих систем больше всего подходила только система Фаратум. Чиди сам не раз бывал в этом "Вселенском саду увеселений тонких душевных метрик разумных", как гласил рекламный слоган местных маркетологов, по факту все остальные жители цивилизованных объемов галактики назвали Фаратум адским раем или раем в аду.

На Фаратуме и в окружающем его орбитальном пространстве можно было воплотить в жизнь все самые низменные мечты, если конечно позволяли финансы и широта извращенного воображения. Как-то проигравшись в хлам в вупи-рупи, Чиди собственноручно без всякого оружия забил трех рабов предоставленных ему казино в услужение, из самого молодого местный шефповар приготовил для черного капитана великолепный стэйк.

Поло Чиди улыбнулся нахлынувшим воспоминаниям, но поняв, что дело еще далеко не сделано, убрал с лица проявление неподобающих эмоций и вызвал через нейросеть второго помощника.

— Второй помощник на связи, капитан, за время несения вахты происшествий не наблюдалось, все системы в нор...

-Отставить блеять, — ты временно назначен на пост старпома, поэтому представляйся по форме!!! — грозно прорычал Чиди, поскольку всегда не без оснований считал, что расслабившемуся за время капитанского отдыха экипажу жизненно необходимо устроить бодрящую взбучку.

— Есть по форме, временно назначенный на должность ста...

-Да заткнись ты уже,— поморщился капитан, белые мартышке, которых мы таскаем с собой от самой Шельсы еще не попрыгали в вакуум от того, что их выдернули из привычной среды обитания?

— Никак нет, господин капитан, капитан-лейтенант НДОШ Тепхо Микаш находится вместе со своим взводом на десантной палубе в отведенных им по временному регламенту кубриках.

-Капитан тут, мать вашу, один, и это-я! — несколько сбавил обороты Чиди. — Предупреди этого глиста, что бы готовил своих жопоруков к оперативной работе, сейчас поднимусь на мостик, берем курс на Фаратум, и не тяни лыбу, я тебя на поверхность если и отпущу, то только в виде участника гладиаторских боев!

* * *

До системы Фаратума дошли без особых проблем, не считать же, право слово, за проблему выгоревшие мозги в санузле, после чего горячей воды в нем не стало. Кстати, воды в жидком виде как таковой там изначально нет, это я так по привычке говорю, умывание происходит при помощи водной взвеси по консистенции напоминающей туман, это делается как я понял для уменьшения массы покоя судна, если оно относительно не большое. На межсистемных лайнерах и больших военных судах — там — да, там не только нормальный душ можно принять, но и в бассейне поплавать. В итоге, вместо теплого тропического тумана джунглей Амазонки пять оставшихся дней мы по паре раз в сутки получали представление о том, как должен чувствовать себя голый человек оказавшийся ранним октябрьским утром на берегу Темзы.

За эти несколько дней меня почти полностью отпустил киберр. Знания при этом никуда не улетучились, зато посерели и ушли на второй план навязанные воспоминания о моей поддельной личности, которая воспринималась мною теперь как результат ночного кошмара, помнишь вроде все, но не особо четко.

Асха тем не менее, внимательно наблюдала за полнотой возвращения моей личности на положенное ей место, изредка задавая провокационные вопросы в самый не подходящий момент.

-Сколько у тебя братьев осталось на Гекторме? — спрашивала она накладывая серую субстанцию из кухонного синтезатора в кают-компании и внимательно следя за моей реакцией.

— Ни одного, моя принцесса,— отвечал я, стараясь сдержать вздох от вида осточертевшей каши. Кухонный монстр "Грязнульки" мог порадовать своих новых хозяев двумя видами изысканных лакомств: розовой кашкой и, угадайте... правильно — серой кашкой.

Розовая — слегка сладковатая, серое варево — солоноватое. Первую общим голосованием экипажа было решено использовать в качестве завтрака, вторая употреблялась на обед и ужин и уже начала сниться мне по ночам, перемежая коротенькие вставочки, в которых Дорп Стертак, дико хохоча, танцевал вальс под ручку с битом архов. В конце моего сна Дорпу надоедало танцевать, он упирал игольник своего бронескафа в пузо ксеноса и нажимал на гашетку, того разрывало на мелкие ошметки подозрительно похожей на серую кашу субстанции, часть которой обязательно попадала мне в глаза, рот, нос, я начинал задыхаться и на этом просыпался. Естественно, что рассказывать о своих ночных встречах принцессе я не стал, нечего нагружать девушку у которой и так жизнь в последнее время тихой и мирной не назовешь, проблемами слегка поехавшего крышей землянина.

Ко всему прочему, я чувствовал себя вполне себе цельной личностью, пусть и с парочкой новых небольших прибабахов, добавившихся к несчетному числу старых. И если уж быть точным, то на Гектоме остались брат с сестрой, не считая отца, так -то.

На время полета мы с Асхой поделили вахту пополам, в основном из-за опасений за системы корабля, которые, как я уже говорил, назвать новыми можно было только с большого перепоя и с выколотыми глазами.

Дневную вахту несла девушка, мне же вменялось в обязанность ночью наблюдать за параметрами выведенными на отдельный монитор, и в случае, если прыгающие столбики выходили за предельные значения, срочно вызывать специалиста службы поддержки, спящего в жилом отсеке.

Что бы хоть как то победить скуку, я развернул в рубке тренажерный зал. Конструкция пилотских кресел позволяла в случае необходимости откатывать их в любое место рубки, потянув за рычаг и разомкнув магнитные захваты, которые крепили кресло к палубе. Так, каждый вечер, разогнав кресла по бокам рубки и освободив себе тем самым шесть квадратных метров простора, я приступал к отработке комплексов уника — универсального рукопашного стиля, который использовали специальные войсковые сухопутные подразделения Калдари.

Вдоволь намахавшись руками и ногами, исполнив пару финальных сложных связок я переходил к упражнениям по закачиванию разных групп мышц, используя для этого вместо штанги, снятую с поддерживающего экзоскелета ЛУП рельсовый винтовочный ускоритель, постепенно повышая силу тяжести в рубке.

Когда мышцы начинали ныть, требуя покоя, я полностью переводил гравикомпенсатор в нулевое положение, позволял себе расслабиться минут десять, повиснув над контрольными панелями, и продолжал отрабатывать техники ведения рукопашного боя уже в условиях отсутствия гравитации. Этому меня научили в штурмовом абордажном отделении, точнее я помню тому, чему меня могли бы научить... Ну вот, опять запутался, ну хоть смысл от этого не меняется. Вообще скажу вам, самая сложная часть тренировок — это тренировки в невесомости. Когда бой идет в отсеках обездвиженного корабля, часто вместе с основным реактором страдает и резервный, который отвечает за систему жизнеобеспечения и корабль превращается в мертвый лабиринт, наполненный озлобленными частичками разума, одни из которых пытаются взять корабль на абордаж и извести под корень других, которые тоже не хотят вот так за здорово живешь поднимать ручки и ровным строем маршировать в вакуум.

В последнее время, перед тем, как покинуть землю я по большей части ездил на общественном транспорте, так оно куда как сподручнее, особенно, если надо перемещаться между домом и работой. Поэтому я стал частым гостем в метро, а что обычно делают мужики в подземке? Нет — не правильно они не рассматривают ножки и декольте случайных попутчиц, ну то есть рассматривают конечно, но не всегда с вами в один вагон случайно попадает толпа манекенщиц, спешащих домой после смены. Как правило, с одной стороны вас подпирает какая-нибудь мать многодетного семейства с размерами восемь на семь, с другой толкается животом заядлый любитель пивных выходных. Так вот, в промежутках между набегами манекенщиц и институток, я и повадился читать фантастические романы. -К чему такое неказистое отступление? — Опять спросите вы. К тому, что ничего общего с настоящей техникой пустотного боя я там не вычитал. Писали фантасты о магнитных подошвах, о больших бронескафах, и все как оказалось можно использовать на деле только на страницах тех же фантастических романов.

Любое боестолкновение — это в первую очередь тактика, а тактика невозможна без маневра, потерял возможность быстро перемещаться и менять позицию — считай, что проиграл, а как это можно сделать, имея на ногах магнитные присоски и шаркая ими по палубе. По той — же причине абордажники предпочитают лекгобронированные скафы, гравитации то нет, но инерция никуда не делась, и быстро разогнаться, или резко поменять направление в ограниченном пространстве судна, когда идет бой, в нескольких центнерах брони — довольно сложно. В итоге, современный космический абордаж сводится к перемещениям в трех плоскостях, абордажники отталкиваются от различных поверхностей, используют выступы и скоб-трапы для остановки и разворота. У каждого бойца как правило есть запас сжатого газа, кроме того, что находится в дыхательной системе, если надо резко ускориться или затормозить, можно подрубить небольшие реактивные сопла. Ну а если уж дело дошло до рукопашки, в ход идет все, начиная от виброножей и заканчивая острыми изорванными взрывами перегородками, на которые можно нанизать противника, как шпрот на край консервной банки, если столкнуться под правильным углом и с расчетной скоростью.

Одним словом, кроме приемов, которые позволяют остаться на месте или незначительно сместиться в нужном направлении существует целая наука движения в невесомости. Вот отработкой и оттачиванием до полного автоматизма мышечных рефлексов этих движений я и занимался в последней трети своих импровизированных тренировок. И как-бы первые две части моих занятий не были проще в физическом плане.

Так заканчивалась моя последняя вахта перед нашим прибытием в систему Фаратум. Мне оставалось сделать последнее упражнение, в котором требовалось оттолкнувшись от палубы и сделав сальто, поймать ногами подволок, оттолкнуться от него и так раз полста, когда в рубку влетела Асха. Она ловко оттолкнулась от комингса , пролетела чуть выше стойки с ИРом и, поймав за подголовник кресло, опустилась в него. Я невольно залюбовался той грацией, с которой она это сделала. "Настоящая кошка, не зря у нее такой позывной",— подумал я.

И тут, что-то толкнуло меня, ангел или черт, я в тот момент разбираться не стал. Оттолкнувшись от подволока, на котором находился, я поплыл в сторону девушки. Несколько метров, которые я летел до ее кресла, показались мне вечностью. Сердце разогнало пульс еще больше, хотя после тренировки он и так составлял под сто семьдесят единиц. Я успел пару раз передумать и решить обернуть все в дурацкую шутку, успел почувствовать себя мальчишкой на первом свидании.