Ди Ландау поднял брови, но всё-таки кивнул.
Так внезапно у меня появились дела в праздники. Впрочем, тогда я точно решил себя порадовать и всё-таки купить ту самую модель. К моей коллекции газетных вырезок как раз бы подошла эта маленькая игрушка. Это была точная копия "Метеора", и мне очень хотелось заполучить её.
На этом предпраздничные сюрпризы не кончились. Ещё через пару дней я был удивлён не меньше матроны, нос к носу столкнувшись в коридоре дормитория с ди Ландау. Тот деловито тащил туго набитый чемодан в определённом направлении. Как раз напротив моей комнаты дверь была распахнута — буквально день назад оттуда съехал один из специалистов, которого с повышением перевели на юг, в Ромко.
-Привет, Фил! — отдуваясь, махнул рукой маг. — А мы теперь соседи!
Честно говоря, я был удивлён таким соседством. Как правило, маги выезжали из дормитория на новые назначения, в съемные квартиры или в собственные дома, но никак не наоборот. Я спросил ди Ландау, что случилось с его мансардой. Маг досадливо отмахнулся, заявил, что надоело мёрзнуть — все щели продувает.
-У вас тут — центральное отопление! Шикарно же! — грохнув чемодан на пол прямо посреди комнаты, заявил он. — Теплынь, не сравнить. А там ещё и соседи повадились у меня дрова тырить!
Юноша оглядел скудную обстановку, кинул шляпу на постель и ухмыльнулся:
-Ничо так, жить можно.
На следующее утро весь дормиторий с содроганием наблюдал, как этот беспокойный юноша обливается на морозе ледяной водой у колонки.
Где-то через два дня, до меня дошёл слух, что в одном знакомом мне районе, в конкретном доме произошёл взрыв, да такой силы, что с дома чуть было не снесло крышу. Пожар удалось предотвратить. Пожарные говорили, что виноват засорённый дымоход в старенькой печке и слишком сырые поленья. Как это было связано вместе, я не очень понял. Мне казалось, что от этого вряд ли будет такой эффект. В газете даже появилась небольшая заметка на данную тему. Мне это почему-то очень сильно напомнило о дне отъезда в Бергенту и дымящийся чемодан одного мага...
Я выложил свежий выпуск с обведённой статейкой перед магом, когда он обедал в столовой. Рядом никого не было, поэтому я позволил себе заговорить об этом. Ди Ландау прочитал текст, поднял на меня глаза и пожал плечами:
-Дураков надо учить.
Я позволил себе нахмуриться, наверное, впервые за всё время нашего общения, и хмуро сказал:
-Вам очень повезло, что никто не погиб.
Маг аж подавился булочкой. Он не ожидал, что я (!) буду его ругать, и смутился:
-Да ладно тебе, я просто пошутил. Это всего-навсего три перекись ацетона, ему всего лишь печку покорёжило. Воровать всё-таки нехорошо.
-Взрывать чужие печки — тоже.
Ди Ландау насупился. Да, маги не терпят, когда их воспитывают, но, к сожалению, должностная инструкция чётко предусматривает постоянное напоминание им их возможных поведенческих рамок, которых необходимо придерживаться. Владеющие Силой склонны о них забывать, что приводит к грустным последствиям для окружающих.
Я корил себя, что недосмотрел за этим безобразником, посчитав, что его шуточки не выходят из разряда безобидных. На наше счастье, взрыв печки не стали связывать с переездом одного мага в дормиторий, и никаких жалоб на пакостника матроне Маргарите не поступало. Боюсь, иначе на одного сотрудника в нашем отделе тут же стало бы меньше.
После этого ди Ландау не разговаривал со мной целых два дня, но Зимние Огни близились, и бессовестный колдун снова начал устанавливать со мной контакты. В смысле, он не возражал, если мы оказывались в столовой за одним столом, или даже не торопил меня, пока я возился с его отчётами, проверяя и сшивая их. В общем, мой напарник вёл себя как паинька. Похоже, ему очень сильно нужны были эти деньги. Я решил, что надо поинтересоваться, зачем ему дополнительная сумма. Если мой маг вляпался в неприятности, то его надо будет спасать. И чем скорее, тем лучше, иначе это может здорово аукнуться всему Министерству.
Впрочем, ди Ландау не производил впечатления юноши в беде. Он не лез за словом в карман в перепалках с Луиджи, работал за двоих и даже подрядился украшать дормиторий к праздникам.
Вышло это так. Мы как раз спускались по лестнице в одно студёное утро, когда дыхание клубами пара вырывалось изо рта. Ди Ландау зевал на ходу: у него полночи горел свет. Когда я зашел к нему спросить, всё ли в порядке, он сидел за столом, нацепив очки на нос, и переводил какие-то бумаги с агарского на солернийский. Предприимчивый маг брал работу даже на дом.
Внизу, на веранде смотритель дормитория переругивался с дворником, которому было поручено заниматься развешиванием флажков и традиционных фонариков-дракончиков для ночной иллюминации. Весь город готовился к празднику, и хозяева домов старались перещеголять друг друга. В этом году что-то случилось с фонариками и флажками, то ли их уронили ещё прошлой зимой, то ли их подпортили за лето мыши.
-Да чего вы паритесь, — с детской непосредственностью влез в спор ди Ландау. — Скиньте мне оплату за комнату хотя бы в половину, и я вам таких ледяных драконов наморожу, весь квартал обзавидуется. На улице холодрыга, что и до весны ничего не растает.
Я хорошо знал нашего смотрителя. Для него возможность щегольнуть и не потратиться была на первом месте. Буквально через пять минут, сойдясь в сумме оплат, мой напарник и начальник дормитория ударили по рукам.
Так что половину дня следующих выходных мы с магом убирали снег с территории, а так же таскали вёдра с водой из колодца. Ди Ландау не обманул — на каждом столбе ограды расселось по дракончику. Так же ледяными скульптурами украсились крыша и обе стороны дорожки. Даже на деревьях угнездились прозрачные ящерки с крыльями. Надо признать, что фигурки получились отменными, во-первых, ни одна не повторялась, а, во-вторых, выглядели они как живые.
Один из магов-аналитиков, живущих в нашем же кампусе, проходя мимо, попробовал было насмехаться над моим напарником, который "тратит свою Силу на такие глупости, недостойные настоящего волшебника"! В результате оба мага высказали друг другу, всё, что думают друг о друге, разругавшись в пух и прах. А потом я не понял, что случилось, но эта парочка бегала вокруг дормитория и зачаровывала ледяных дракончиков на спор, чтобы те светились в темноте. При этом оба волшебника старались переплюнуть один другого по сложности, изощрённости и ёмкости заклинаний. Я так и не узнал, кто выиграл, потому что под вечер они, помирившись, сидели в холле и распивали бутыль красного вина на двоих, восполняя потраченные Силы.
Результат просто потрясал. При свете дня в лучах солнца всё наколдованное великолепие сияло и переливалось, а ночью дракончики разноцветными огнями таинственно светились по всей терртории.
Ди Ландау был прав, спрашивать у нашего смотрителя, что это за украшение такое, приходили со всех окрестных домов. В результате мой напарник получил ещё три заказа от соседей за очень даже приличную плату. Так как я носил вёдра с водой, мне тоже отсыпали пригоршню монет.
Я просто поражался его способности зарабатывать деньги себе и другим и морально готовился к напряжённым Зимним Огням. Работы предстояло много, но не могу сказать, что нас двоих это сильно пугало.
24
Перед началом выходных, мы с напарником ещё раз побывали у доктора. Маэстро Бьянко выглядел очень уставшим, но всё равно оставался таким же мягким и добрым, как и всегда. Видимо, перед праздниками поток больных увеличился. Всем хотелось пройти проверку до, а не после выходных.
Многие несли доктору подарки, у него весь стол был завален традиционными фонариками и печеньем в форме языков огня и дракончиков. Ди Ландау сделал вид, что ничего не замечает, быстренько пожелал врачу хороших праздников и, едва кончился осмотр, ускакал.
Мы с маэстро проводили его взглядом и одновременно вздохнули.
-Ваш напарник выглядит уставшим, видимо, он много работает, — заметил Бьянко, делая пометки в своём табеле. — Проследите, пожалуйста, чтобы он хорошенько выспался и отдохнул на выходных. Думаю, нам надо будет ещё увидеться, но уже после праздников.
Я только мысленно вздохнул. Как я мог заставить отдыхать этого хулигана? Разве что резким ударом по голове вырубить и привязать к кровати, пока он будет без сознания. Вот только я сомневался, что смогу верно рассчитать силу удара. Будет не очень-то хорошо, если я ненароком проломлю ему череп.
Мы с маэстро пожелали друг другу всего наилучшего и расстались. У больничных ворот, нервно покуривая сигаретку, обеспокоенной акулкой вился мой подопечный и ждал меня.
-Маэстро Бьянко ждёт вас после Зимних Огней, — "обрадовал" я мага, вызвав бурю эмоций на его лице. — Он сказал, что вам надо больше отдыхать.
Молодой специалист выказал невероятную силу воли, не став комментировать это заключение. Только вздохнул и понурился, кутаясь в плащ.
Праздники начались.
Ди Ландау и в самом деле выполнил врачебное распоряжение. Он вставал рано утром, обливался водой, растирался полотенцем, завтракал, выпивал два стакана вина и спал ещё пару часов. Я в это время отдыхал, сидя в холле у камина и почитывая газеты.
Ближе к десяти часам мы снова завтракали и шли на службу. Удивительное праздничное состояние распространилось даже на строгое здание Министерства. Вахтёр на своей конторке зажёг толстую ароматную праздничную свечу, и теперь этажи заполнял уютный запах. Кто-то заботливо повесил венок из алых лент на двери криминального отдела. Везде всё было тихо и спокойно, даже дежурные в отделах разговаривали тихо и добродушно.
Нас встречал сеньор Верде, провожал в хранилище, под расписку выдавал ди Ландау коробку с пронумерованными амулетами и стандартные бланки для описей.
Маг не соврал, он действительно хорошо разбирался во всех этих зачарованных штучках. Даже у меня не всегда хватало знания артефакторики, хотя я был ознакомлен в общих чертах с теорией строения амулетов. Возможно, у моего подопечного были способности к изобретательству, ведь он вечно выдумывал всякие проказы с химическими заковырками. Ведь и печку он соседям взорвал с помощью какой-то гадости, спрятанной внутри полена, что как минимум требовало ловкости и специфический смекалки. Полиция не нашла никакой остаточной магии, которая могла бы указать на хулигана, а опасное вещество выгорело полностью, поэтому виновным сочли незадачливого вора.
Работать с ди Ландау было просто. У него была светлая голова, и мыслил он чётко. Знаний и умений у него тоже хватало. Он видел структуру, схватывая главное. Я не очень напрягался, записывая его заключения сначала на черновик, а потом переписывая набело.
Конечно, были и специфические моменты. Иногда мой напарник удостаивал восхищённого присвиста отдельные вещи вроде броши с потайной пружиной и отделением под яд, которое открывалось заклинанием, или зачарованного кинжала со странной резьбой по клинку. Я уже знал, как он неравнодушен ко всему колюще-режущему (одно его детское прозвище чего стоило! Не забыть бы разузнать, как оно появилось...). Маг чуть ли не обнюхал волшебный нож, осторожно придерживая его за лезвие руками, облачёнными в плотные перчатки. Потом предъявил оружие мне:
-Во, видал, какая вкуснятинка? Рейнейская штука, ихние друиды такими сердца жертвам вырезали лет триста назад. Аж до сих пор кровью пахнет!
Я с ним не спорил, магу было виднее, я ни разу с такими вещами не сталкивался. Похоже, ему что-то такое досталось от отца-археолога, хотя разве мог бы шестилетний малыш запомнить хоть что-нибудь из сложной исторической науки?
Из всей груды проклятых сокровищ, мне запомнился этот кинжал да ещё пара вещей, вроде простой стекляшки на верёвочке, у которой внутри была маленькая синяя точечка — как будто в глубину капнули жидкого металла. Это было больше похоже на стеклянный шарик, которыми обычно играют на улицах дети. Ди Ландау долго вертел её в руках, всё никак не в силах разобрать, что это был за артефакт. Слишком странные были плетения заклинаний на этой вещи — их практически не было видно даже такому хорошему специалисту, как мой напарник.
-Видать, активируется чем-то и только потом начинает работать, — пробормотал маг, откладывая. — Или часть чего-то... Жаль, нет никого на месте, спросили бы, откуда такое притащили. Непонятно, как этой штукой можно кого-то убить?
Дальше его понесло на предположения. Он выдал не менее пяти вариантов изощрённого убийства, начиная от прицельного удара этой штучкой в висок или запихивания его в дыхательное горло. Я укоризненно посмотрел на мага, и тот перестал нести всякую чушь, понимая, что я могу запротоколировать все его предложения.
Мы занимались с амулетами где-то до трёх часов, когда начинало смеркаться. За два дня работы мы успели сделать большую часть работы, так что ди Ландау планировал доделать всё в ближайшее время, а последний день потратить на отдых.
Настроение у него было отличное, и он наконец-то вспомнил, что матрона Маграрита обязала его сделать мне подарок.
-Ну, чего ты хочешь?
Я довольно долго думал, стоит ли ему вообще говорить о моём увлечении. Мне не очень-то хотелось подвергаться насмешкам со стороны ди Ландау. Где это видано, чтобы у гомункулуса было хобби?! Но потом всё-таки принёс ему свою папку с вырезками и рассказал, где видел модельку "Метеора".
На удивление, маг отнёсся к моей слабости довольно спокойно, даже не удивился. Насколько я понял, что он был бы в шоке, если бы у меня не было вообще никаких увлечений.
К сожалению, мы опоздали. Ту самую, на которую я смотрел несколько месяцев кряду, продали. Мой "Метеор" всё ещё стоял в витрине, но рядом красовалась табличка "ПРОДАНО". Видимо, не я один такой среди латанцев (а, быть может, и гостей города) был в восторге от поездов. Неудивительно, что кто-то тоже захотел сделать себе или кому-то другому подарок к празднику. Ничего другого мне не хотелось, поэтому я только качал головой, когда мой напарник предлагал посмотреть остальные модельки.
Я никак не выказал своего разочарования (я уверен, что у меня ни единой мышцы на лице не дрогнуло!), но маг как-то понял, что я расстроен. Он почти дружески похлопал меня по плечу и пообещал:
-Ладно тебе, сами сделаем. Делов-то...
И не соврал! Сначала он сделал странный чертёж внутренностей, будто бы собрался собрать настоящий паровоз. Но что-то в этой конструкции было не то, вызывая у меня беспокойство. Рисунок был знакомым, я был уверен, что уже видел где-то такую конструкцию...
Потом он откуда-то притащил обрезки латуни, кучу шестерёнок, винтиков и болтиков, как будто ограбил часовую лавку. Судя по слабому запашку, он нагрёб всё это богатство на какой-то помойке. Я себе слабо представлял мага, копающегося в отбросах, но другой версии у меня не было.
Мой напарник выклянчил у дворника ящик с инструментами и разложился в холле на полу. Смотритель дормитория выгнал его с ковра, чтобы не дай Король-Дракон, ди Ландау не попортил или испачкал ворс. Маг поворчал, но пентаграммы свои ушёл чертить во двор в специально отведённый для этого уголок.
