Кэт и Прерия

Когда, наконец, выперла её и закрыла дверь, почувствовала ни с чем не сравнимое наслаждение от тишины. Но все же подбежала к окну, глянуть на её Стаса. Стоит, подтянутый, в джинсах и клетчатой рубашке. Красавчик, даже в ручках букетик полевой мнет, с ноги на ноги переступает аккуратно. А вот и Сапфир с разбегу прыгает ему на руки и ... . Сразу целоваться. Хорошо парень успел удачно облокотиться о такси, а то бы грохнулись на мостовую.

Наверно подъедут до коптера и махнут на ранчо. Везет им. Задумчиво сделала себе чаек, намазала огромный бутер с малиновым вареньем. Остатки, кстати. На столе стояло блюдечко с большей частью запаса, но в нем обнаружился плохо затушенный огарок сигареты. Поборов соблазн докурить бычок, выкинула все в помойку. А ведь говорят, в эту марку добавляют какие-то спецвещества, типа наркоты, надо было все же курнуть.

Но не успела я броситься вытряхивать мусорку, как в дверь позвонили.

Неужели Сапфир что-то забыла?! Свою бошку, наверно!

Но нет, в приоткрытую дверь быстро втиснулся Вик. Я даже не успела нормально отворить, а он уже стоит в прихожей. Вмиг скинул тапки и ужарил в кухню. Бодрый какой-то. Неужели люрра злоупотребил. Последовала за гостем. Ишь, уже сел на мое место и торопливо доедает бутерброд.

— Прохладся осень, — еле выдавливает он с набитым ртом. И тут же отхлебывает заботливо налитый чаёк. Мой чаёк! Едва табуреткой в него не кинула. Вовремя вспомнила, что он мой квартиросдаватель.

— Где Сапфир? — почти нормально спрашивает он, облизывая пальцы.

— Она на сафари уехала, будет бычка одного хм... объезжать.

Вик неверяще посмотрел на меня. Потом до него видимо дошло, что бычок будет не настоящий, и лица коснулась насмешливая улыбка. И сразу снова хмурит бровки.

— Так, где твой дробовик, или может револьвер, или что ты там купила?

— Купила себе проблем на одно место — я оседлала табуретку, не собираясь более кормить этого обормота.

Не сдерживаясь, обрисовала ему эту наглую девчонку и её предложение.

— И ты согласилась? — изумился Вик.

— Конечно, как я еще докажу, что я умнее, быстрее, хитрее некоторых личностей!

Его голова отрицательно качнулась, но переубеждать меня не стал. На глазах становится человеком из тупого чурбана.

— Не думал... ты и в лесу... — гость осушил мою кружку и отодвинул ее в сторону. — Я что, значит, пришёл...

Он в некоторой задумчивости придвинул кружку обратно и переставлял с места на места до конца размышлений.

— Ты ведь с Земли прилетела и назад хочешь, да? Мой друг, ну ты видела его, Пашка, он мог бы, да, мог бы... если бы ты хотела... взять с собой, билет сделает и поможет там, если что...

Вот значит как! Я вскочила со своего места. Бросилась наливать чай, чтобы не высказаться. Избавится, значит, хочет, сбагрить меня на Землю, выкинуть на помойку! Плеснула кипятку в чашку и почти половину на пол, едва не обварившись.

"Козёл, придурок, подлец!!!" — с яростью обзывала его вновь и вновь, так и забыв добавить заварки.

За спиной зашебуршалось это ничтожество.

— Ну, мне бежать надо, да. Ты если что, напиши по визорам, Пашка улетает через три дня. Пока...

Я не повернулась, пока подлец и придурок позорно не сбежал прочь. Когда за ним захлопнулась входная дверь, устало упала на табурет. Всё — ухожу в леса! И плевать на него, на квартиру и Землю. Пусть ему будет стыдно, если меня звери сожрут! Надеюсь, умрет от чувства вины, дебил!

Злая улеглась спать. С большим трудом удалось заснуть. Точнее, тока глаза, наконец, закрылись — и тут же будильник. Пора бежать на катер. А вставать, ну хоть убей, не хочется. С трудом выволклась из постели, натянула одежду. Торопливо накидала всякого разного в рюкзак и бросилась к причалу. Идти-то туда долго. Успею ли?

К счастью, катер, а точнее — огромная древняя посудина с громко тарахтящим мотором, еще издали дала знать о своем наличии. Задыхаясь от стремительного спринта, забралась на борт. Тут было десятка два ребят, все сонные, кто спит на мешках, кто борется со сном посредством тихой беседы. Девчонок от силы штук пять, остальные парни. Все конечно младше меня, так недолго и старой себя почувствовать.

— Ну, наконец! — откуда-то с берега запрыгивает Татьянка, — мы тебя полчаса ждем.

— Чего не уплыли? — заносчиво спрашиваю я. Ведь сама грозилась.

— Жалко тебя стало, — насмешливо отвечает малявка. И устремляется в единственное строение на посудине, что-то типа рубки. Я рухнула рядом со спящей компанией и вскоре сама вырубилась. Несмотря на грохот мотора, плеск волн и утреннюю холодрыгу.