Равиен. Дорога обратно

У меня после этой отравы реакция замедленная, поэтому он меня достал. Ударил лапами в грудь и уронил навзничь. Но я быстро опомнилась и через пару секунд вывернулась из под бешеного лиса уже пантерой, ошарашено рявкнула и отскочила подальше. Его кто-то покусал?!

Стоит. Смотрит. Псих какой-то. И магеныш такой же! Я снова обернулась в человека и на всякий случай отошла подальше от этих ненормальных. Оба надутые и недовольные, а меховушка еще и дерется! Я и сама так рыкать умею... И вообще!

— Ты тут как оказался?

Прижав уши к голове и широко расставив ноги лис рыкнул, оскалился, потом принюхался и обернулся к магенышу, в повороте меняя образ.

— Ну что, удалось найти конец пророчества?

Мой вопрос этот шелудивый потомок собачьих проигнорировал, выслушивая злющего Ромку:

— Я там все перерыл, но старая грымза книгу перепрятала! Зато смотри, что я нашел! — и магеныш покрутил перед носом у лиса чем-то блестящим. Мне тоже стало любопытно, и я подошла поближе. Хм. Кольцо. Мужская печатка с камнем кроваво-красного цвета. Явно магическая штука.

Лис скривил нос набок и только не плюнул, выражая свое отношение к неудачным поисками и их результату. А потом, наконец, изволил обернуться ко мне:

— Я тут так... мимо пробегал, — и зыркнул злобно. — Вместо мира, тебя спасаю все время. Надо было тут оставить, но его, — и лис кивнул на мага, — жалко стало.

Нет, ну ни фига себе наглая лисья морда! И смотрит еще, как на таракашку:

— Сразу дальше пойдем или тебя совсем всю наизнанку вывернуло?

— Мы пойдем, — упрямо выдала я. — А тебя никто спасать и не просил! Шел бы себе... в лес.

— Ну как никто, — хмыкнул черно-бурый нахал. — Вот он просил, — и снова кивнул на магеныша, сразу сделавшего вид, что он тут не при чем. — Травку, после которой из тебя отрава вся вышла, я достал. Мало только. Отрава вышла, дурь осталась. Тебя без присмотра оставлять нельзя — не поняла еще, что ли?

— Слушай, ты! — Он меня реально достал. Настолько, что я опять перекинулась и дальше ругалась уже рыком. — Тебя никто не звал с нами! Я все сделала, чтобы ты, дубина упертая, шел домой и размножался, блин, редкий генофонд! За каким бесом ты прешься все время за мной и пытаешься командовать?

Нет, я понимала, что надо сказать лису спасибо. Я и скажу. Потом. Когда поскандалю как следует!

— Потому что без меня ты никуда не перлась, а подыхала в этом саду. Вместе с ним. Ясно? — Лис был злой, но спокойный, абсолютно спокойный. А вот Ромка нервничал и переводил взгляд с меня на лиса и с лиса на меня.

— А вопрос "сразу дальше пойдем или как" задают когда хотят услышать чужое мнение. Так, из уважения к слабостям самок, например. Вдруг тебя лапы не держат или есть хочешь.

И все это с этаким пренебрежительным сочувствием. Ну, лис, ты нарвался!

— Ты не лис, ты КОЗЕЛ! — рявкнула я уже на лету. Сейчас я покажу ему слабость, шерсть ему по ветру, хвост ему в капкан!

Приземлилась я на пустое место, вернее как раз по хвосту лапой и задела, теперь в когтях клочья шерсти, а напротив — морда к морде — лис. Уши прижал, хвост вытянул, глаза прищурил, шерсть на загривке дыбом. Р-р-р-р! И прыг на меня! Р-ряу!

Ух, хорошо мы размялись, действительно, шерсть по ветру. Сильный лис, хороший противник. Противный только! У, самец!

Магенок от греха подальше залез на дерево и оттуда следил за нами, иногда смешно ругаясь, когда мы прокатывали слишком близко от его убежища.

Все же нет лучшего средства от стресса, чем хорошая драка. Под конец мы оба слегка выдохлись и уже больше дурачились, чем пробовали друг друга на зуб. Мы оба сильные, и когда до лиса это дойдет, с ним, наверное, можно будет иметь дело... Не бросил же, принес... травку-отравку. Правильный мужик, только слишком нос задирает...

Но я тоже не домашняя кошечка с бантиком, поэтому уши мы друг другу натрепали знатно. Не знаю, откуда у лиса к моим ушкам нездоровый интерес, но мне самой давно хотелось потискать его... лопухи. Они у него уж-ж-жасно ми-ми-мишные, пушистые, лапы так и тянутся.

Окончательно выдохлись мы одновременно, но лис первым обернулся в человека, причем тогда когда я была на нем сверху. Но не стал выворачиваться, а с хитрым выражением морды руками провел вдоль моего живота.

Вообще-то кошки терпеть не могут, когда трогают их животик. И позволяют такое только самым близким, тем, кому доверяют. Но мы с лисом после такой шикарной драки вроде бы уже не чужие? Я, правда, фыркнула для порядка и слегка придавила зубами его руку, поймав ее, но так, чисто символически.

— Ты упертый, как баран. Спасибо тебе за это.

Соскочила с лисятины и села под деревом, на котором Ромка уже свил гнездо.

— То есть я могу спокойно пойти поохотится? — ухмыльнулся этот потомок рогатых, приподнимаясь с земли сразу на четыре лапы.

— Ты налево, я направо! — во мне проснулся охотничий азарт. И вообще, как-то легко стало на душе... и весело. — У кого добыча мельче, тот... тот... — я посмотрела вверх, на гнездовье магенка. — Снимает его с дерева и заботится до завтра!

Ромэй:

Эти два психа разбежались в разные стороны, оставив меня одного, откровенно так подчеркнув, что я — обуза, заботу о которой надо пытаться перекинуть на чужие плечи. И я ей еще про дружбу и морковку хотел рассказывать? Как же, делать мне больше нечего!

Я сам, САМ!, слез с дерева, возвел вокруг магическую стену, устроился по удобнее и принялся изучать кольцо. Да, это явно был амулет, причем не слабый такой, не для бытовых мелочей предназначенный и даже не как средство обычной защиты. Но что он конкретно делает я не мог понять, как не старался.

Зато увлекся настолько, что пропустил явление плюшевой гадости и лохматой тупости. Сразу было понятно, что этим двоим очень хочется обо мне забоится — они пол леса перебили, только бы спор выиграть. Нам этого за неделю не съесть!

Тут у меня живот радостно заурчал, и я резко вспомнил, что последние два дня ничего мясного у меня во рту не было — только яблоки да ягоды. Ну еще морковка...

Татьяна:

— Ничья! — радостно провозгласила я, обозревая две кучки дичи. — Зато на всех хватит! Ромка, ты голодный?

Громкий положительный ответ мгновенно выдал Ромкин желудок, а сам магенок за ним не успел, потому что я сразу же обрадовала его:

— Тогда нужны дрова. Лис... знаешь, как-то глупо все время зверями обзываться. Меня зовут Татьяна. Можно просто Таня.

— Я не лис! Я — лонгвест! — возмущенно фыркнул этот потомок барашка и собачки. — А зовут меня Тайнгжэрми, — дальше накал пафоса в голосе несколько снизился: — Можно Тай.

— Лонгвест — это очень большой и крутой лис? Ну вот... Тай — красивое имя, — сделала я комплимент. Мне не жалко, лису приятно, а имя, и правда, красивое.

Я вопросительно посмотрела на Ромку. Он будет знакомиться, или это мне его представить? Хотя он вроде еще в начале нашего пути представлялся, но тихо.

Магенок вопросительно посмотрел на меня, потом на лиса, потом снова на меня, потом у него в глазах мелькнуло озарение:

— Я уже в курсе про Тайнгжэрми и всех его знаменитых предков до восьмого колена.

— Ну, а ты Ромэй, хотя мне больше нравится — Ромка, — кивнула я и улыбнулась.

Магенок на Ромку нахмурился, а Тай ехидно хмыкнул:

— Я его вчера уговаривал называться по-нашему, Ройем, а он не согласился. Теперь будет Ромка.

Магенок нахохлился, потом улыбнулся с ехидинкой во взгляде:

— Ну а ты тогда будешь лис, ясно?!

Тай рыкнул, Рома фыркнул... Я тоже фыркнула и ткнула в бок кулаком одного и другого:

— Вы еще подеритесь! Я же не обижаюсь, когда меня кошкой называют, хотя обычно вполне себе пантера.

— Энтакату! — лис посмотрел на меня очень серьезно. — Назвать оборотня не его зверем, значит оскорбить.

— А с чего это зверь не твой? — удивилась я. — Лонгвест — это большой лис, — я выделила голосом слово "большой". — Энтакату — большая кошка. Ромэй... большой Ромка! И все в порядке! Все уменьшились, чтобы незаметно проползти через вражескую территорию, вот! — я не стала объяснять им, что у настоящей альфы звериный облик не один. Долго.

— Это ты мне с Ромкой, — лис хмыкнул, потом не удержался, улыбнулся и подмигнул надувшемуся магенышу, — можешь втирать. А больше никого "уменьшать" не советую. Это я на... самок не обижаюсь, — выдал он примерно тем тоном, каким у нас говорят "все прощу дуракам, детям и женщинам".

— Вот за самку я тебе уши намну! — насупилась я. — Задолбал уже своим мужским шовинизмом. Я не самка, я альфа, понятно? Это значит, вожу свою стаю, а не прячусь за самца. В паре альфа с альфой всегда равноправны, понятно?

— Как это ты не самка? — лис изобразил на лицо дурашливо-изумленное выражение. — Нет, могу уменьшить, ради прохода по вражеской территории. Будешь самочка. Или тебе больше котеночек нравится? — и нагло лыбится, гад, во всю морду. Ничего, я тоже умею ехидничать.

— Тебе точно надо ушки лечить... ЛИСИЧКА! — я взяла и показала ему язык. — Ромка, скажи ему, что он вредина и задавака!

— Лис, котенок просила тебе сказать, что ты вредина и задавака, — произнес Ромка серьезным голосом. Потом не выдержал и заржал:

— Вы — два идиота, точно! Ну, хоть один из вас знает, что нам дальше делать?!

— Дальше надо ужинать и спать, — я почесала нос и огляделась. — Ромыч, костер сумеешь? Ты в этом деле вообще асс! — искренне похвалила, маг — знатная зажигалка. — Это в частности, а в глобальном смысле — нам надо идти... — я повертелась на месте, принюхалась и вслушалась в себя. — Туда! И мы не идиоты, у нас просто стресс был.

Ромэй:

Не идиоты они, как же, так я им и поверил. Самые настоящие идиоты, и выделываются друг перед другом кто кого круче.

А главное, я не понял, вот привязала меня Таня к себе и что? Вот что я теперь, здоровый половозрелый девятнадцатилетний мужчина должен делать?! Особенно осознавая, что конкурировать за внимание единственной в нашей компании девушки мне придется с тупым, но сильным лонгвестом. К тому же психом на всю голову.

Да я бы и не задумывался о своей половозрелости — не до того как-то, и без нее есть над чем подумать, но когда ты лежишь между двух... между энтакату и лонгвестом... Нет, тепло, конечно, особенно с учетом всех хитростей, которые Таня провернула. Интересно откуда она об этом всем знает?

Когда они в четыре лапы принялись рыть яму, чтобы развести в ней костер, я решил что это у них блажь очередная. Главное, что меня удивило, Тай даже не спорил. Кивнул в сторону меня: "Чтобы этот не мерз?" и все, давай рыть. А меня эти два землекопа за ветками отправили. В лес, матервестер! Одного! Ну я насобирал чего смог, развел огонь... Поели.

Вкусно поели и почти не ругались — жевали и молчали, только когда я про воду заикнулся, Таня мне фляжку с водой протянула: "Пей".

А потом эти двое, опять в четыре лапы, закидали угли от костра землей, пока я искал какой-то мифический лапник по лесу, опять один... Нет, Таня мне показала, как он выглядит, но можно подумать его вокруг вот просто бери и тащи, а не ходи и ищи, да еще используя магическое зрение, потому что темно уже, хоть глаза выколи.

Короче совесть или страх, или оба вместе их замучали, но лапник этот они сами натаскали и покидали сверху на землю, затем кинули сначала мой плащ (хорошо я сумку в саду этом не забыл), потом меня, моим же плащом прикрыли, другим краем, и сами улеглись с двух сторон. Сонные все были, осоловелые от еды, уставшие.

Таня сразу уснула, лонгвест лежит и притворяется спящим, а я даже не скрываю, что не сплю. Совсем не сплю... Даже не хоче-е-ется во-о-обще...

Тай:

Не самка она, ща! Раз альфа — значит не самка, а бесполая зверушка, что ли? Самка. Красивая, кстати, если привыкнуть к тому что не лонгвестом, а кошкой пахнет. Большой кошкой. Большой самкой-кошкой, в самом расцвете... и готовой к спариванию. А я тут лежи и нюхай. Это же пытка! Вот она самка, только лапу протяни... Р-р-р! Может попробовать тихо напрыгнуть, пока маг уснул? По быстрому? Ну чего ей, жалко, что ли? Я щенков делать не буду... Рано еще, сначала надо мир спасти. Хотя если ей щенков сделать, тогда может она по спокойнее станет?

Я приподнял морду и поизучал спящую самку. Та-а-аня. Вздохнул. Нет, не станет она спокойней. Даже если я ей сразу двойню сделаю.

Ну вот если к ней спящей сзади пристроится...

Go home

Равиен — 12

Татьяна:

Я устала... как кошка после посевной. Нет, на кошках не пашут и не сеют, зато когда из амбаров выгребают семена, там столько мышиных нор расковыренных... никакому трактору и не снилось!

Так что я привалилась боком к магенку, подобрала лапы так, чтобы они не свешивались с приятно колючего лапника и задремала.

Животные никогда не засыпают так крепко, как люди в кроватях. Всегда какой-то кусочек мозга бдит. Мой мозг тоже выделил дежурную извилину и ушел в нирвану.

И вот эта дежурная извилина вдруг поднимает вой на всю голову — что-то не так! Мозг из нирваны еще не успел добежать до рабочего места, а тело уже само разобралось, в каком районе нападение.

Я спросонок рявкнула на вес лес, почувствовав сначала чей-то нос под хвостом, а потом и зубы на загривке, а потом вывернулась и врезала агрессору когтями по морде, не сдерживаясь с перепугу. Да еще и зубами цапнула за что достала, отскочила подальше и угрожающе зашипела. Кто?! Магенок где!?

Тьфу...

— Лис, ты охренел?!

Охренел, как пить дать! Стоит, кровь из разодранной лапы вылизывает с такой мордой, словно это я на него напала и покусала ни с того ни с сего. На магенка поглядывает.

Ромкой я даже восхитилась. Ждала, что сейчас еще и это мелкое-мосластое начнет блажить на весь лес про шумных соседей. Нет, только повернулся на другой бок и закуклился в плащ с головой. Судя по дыханию — не проснулся.

Чернобурка перетек в человеческую форму и уставился на меня чуть ли не с возмущением во взгляде. Судя по тому, как он внимательно изучает руку, укусила я его от души,раз даже после обращения беспокоит. Так ему и надо, психу недоделанному! В другой раз вообще отгрызу.Сам напал и сам же еще недоволен!

— А ты чего?

— Я чего?— нет, вы видели эту наглую лисью морду?! — Я спала! Никого не трогала!

— Ну и спала бы себе... Я же аккуратно старался, — да-да, теперь мы не возмущенные, а обиженные.

— Что ты старался? Загрызть меня? Тай, тебя никто подозрительный не кусал в последнее время? — Нет, правда, может он бешенством заразился? Черт, тьфу! Я ж его до крови прокусила... хотя, у меня прививка, а он воду после ужина пил.

— Только ты цапнула, — убедившись, что с покусанной конечностью все в норме, лис снова перетек в зверя и ответил уже у меня в голове: — С чего бы мне пытаться загрызть единственную в стае самку?!

— А я откуда знаю! — хвост так и хлещет по бокам от нервного возбуждения и злости. — Не я на тебя кидалась ночью, на спящего!

— А я бы не отказался, если бы ты на меня накинулась, — стоит, скалится, наглая морда. Потом задумался: — У тебя что, самцов еще не было?