Zirex- 3

Больше не говоря ни слова, он двинулся вверх по улице, оставив Дэйвона. С самого начала все пошло не так, как задумывалось. И все же разумнее всего сейчас было ничего не делать, чтобы не стало еще хуже.

Ему нужен третий, но прежде необходимо решить проблему с девчонкой, чтобы не путалась под ногами. Айя всегда выбирала настырных, как сама. И еще неизвестно, как она отреагирует на смерть парня. Брайан бы предпочел, чтобы носители были незнакомы друг с другом. Сильная эмоциональная связь в данный момент может только помешать. А еще этот Дэйвон...Брайан не доверял ему даже на 1%. Но и убирать его тоже нельзя. Пока.

Вернувшись к себе в номер, он сделал только один единственный звонок, который не отнял у него и минуты. После этого Брайан собрал свои немногочисленные пожитки в сумку и спустился вниз, оставив ключ на регистрационной стойке. Выйдя на улицу, он выбросил сумку с вещами в первый попавшийся на глаза альфатор и сел в припарковавшееся у дороги такси.

— Куда ехать?

— К переправе.

— К переправе? — удивленно переспросил водитель. — Что там можно делать в такое время?

Вместо ответа Брайан бросил на переднее сидение крупную купюру.

— Этого достаточно?

— Переправа, так переправа. Какие-то музыкальные пожелания будут?

— Мне все равно.

Машина припарковалась в метрах ста от старой переправы, которая не функционировала уже лет пятьдесят. Даже ведущая к ней дорога заросла травой в метр высотой. Высадив пассажира, таксист поспешил побыстрее убраться обратно в город.

Он до сих пор помнил маршрут. Триста шагов вверх по склону, затем поворот, ведущий к небольшой поляне, и еще где-то полтора километра. Переправа осталась далеко позади. Он медленно шел, смотря себе под ноги и мысленно считая шаги, хотя и так бы не сбился.

Лучше забери меня...

От неожиданности он споткнулся.

Я не могу тебе позволить сделать это!

Тогда попробуй помешать мне. Попробуй остановить.

Ему хотелось кричать от злости, но вместо этого вырвалось только жалобное:

— Где ты?

Там, где и всегда. Это ведь ты ушел.

Нельзя полагаться на память. Как узнать теперь, спустя столько лет, что она говорила на самом деле, а что является плодом его фантазии? Часто он даже сомневался, правильно ли помнит звучание ее голоса или черты ее лица. Нужно ли еще кому-то все это?

Бред!

Он пошел быстрее, карабкаясь на гору, хватаясь руками за камни и ветки, подтягиваясь вверх, снова и снова соскальзывая. Он должен исполнить то, что задумал. Быстрее, еще быстрее. Выдох, вдох, выдох, опять выдох.

Задумавшись, он не успел подставить руку, и ветка изо всей силы хлестнула его по лицу. Он почувствовал жар, но не боль. Сейчас он почти мечтал о физической боли.

Встав на ровную почку, Брайан посмотрел вниз, где среди густых крон терялась река. На юг — дорога в Торн, на восток — в Аренс. Но мало кто знает, что это не единственные города, где обитают мутанты. Кроме тех, кого сослали, были так же ушедшие добровольно. Один найденный в Аренсе, другой в Городе-4. Искать там же третьего было бы глупо, как и в затхлых человеческих городах. Люди настолько привыкли к тому, что мутанты прячутся под землей, что никому и в голову не пришло бы искать их здесь.

Итака не была скрыта в скалах, под горными массивами или камнем, не располагалась она так же на морском дне, под защитой морских чудовищ. Это было бы слишком сложно. Первые переселенцы избрали для своего дома уютную местность с плодородной почвой, окруженную густыми лесами и скалами с двух сторон. Почти у самого подножия вулкана, прибывавшего в спячке более пятисот лет. Место одновременно скрытое и у всех на виду.

Еще сорок лет назад вход в новую Итаку был скрыт за водопадом, но теперь река пересохла, и от водопада не осталось даже тоненькой струйки. Можно только надеяться, что его судьба не постигла и саму Итаку. Когда-то уступы были скользкими от воды да еще и покрытыми толстым слоем растительности, теперь же камни сияли грязной желтизной. Место, куда сливалась вода, заросло травой, такой высокой и густой, что Брайан легко смог бы там спрятаться. Подтянувшись на руках, он забросил на каменный уступ сначала одну ногу, затем другую. За долгие годы вода хорошо отполировала камень, и уцепиться пальцам было не за что, не считая проступивших кое-где узких борозд, в которые не пролазили даже тонкие пальцы Брайана.

Достигнув главной площадки, находившейся в метрах двадцать над землей, Брайан решил немного передохнуть, прежде чем двигаться дальше. И дело было не в том, что устало его тело. Ему не давал покоя старый страх высоты, пришедший с ним еще из прошлой жизни. Его распирало от смеха: мертвец, который боится сорваться с высоты и умереть.

Оставшиеся десять метров были для него самыми сложными, хотя он старался сосредоточиться только на камнях, за которые нужно ухватиться, и движениях собственного тела. Один раз он даже чуть было не сорвался вниз, лишь в последний миг умудрившись ухватиться за край плиты.

Раньше для того, чтобы забраться наверх, ему нужно было только захотеть этого. Сейчас даже ощущение страха приносило больше удовольствия, нежели неприятностей. Страх так глубоко сидит в человеческой натуре. Страх — метка жертвы.

Еще снизу он заметил двухметровую каменную арку, вырезанную в стене. Заметить это отсюда было нельзя, но он помнил, что она вся испещрена маленькими письменами, вырезанными в камне чем-то очень острым. С левой стороны арка заросла мхом. Каменные стены были покрыты толстым слоем плесени — этим проходом очень давно никто не пользовался. Впервые его захлестнул настоящий ужас: а что если Итака более не существует?

С другой стороны, это только один из трех входов. Что могло случиться такого, что им перестали пользоваться местные жители? Обвал, извержение, сильное землетрясение? Или же обитатели решили окончательно порвать связи с внешним миром?

Это место уже более полувека считалось потенциально опасным из-за возможности внезапного извержения. Власти считали, что поселиться здесь могут только чистые безумцы или же самоубийцы. Наверное, поэтому попасть сюда мог любой. Не было пограничного поста, преграждающего дорогу. А космическими спутниками уже давно не пользуются.

Пройдя через арку, Брайан спустился вниз по некогда вырезанным грубым степеням, а затем стал подниматься вверх. Стены не были непроницаемые из-за тонкой сетки трещин и отверстий в камне, сквозь которые проникал свет.

Дорожка, заканчиваясь, выводила прямо к обрыву. Он был крут, так что спуститься здесь не представлялось возможным, зато отсюда открывался отличный вид на плато.

Первое, что почувствовал Брайан, — радость. Но уже через несколько секунд она сменилась отчаянием. Его глазам предстала ужасная картина.

У его ног лежал город, построенный прямо в скале, с высеченными башенками, тонким кружевом резьбы, множеством лестниц, окон и коридоров. Это был давно заброшенный город. Большая часть стен светлых обвалилась, каменные проемы попросту раскрошились от какого-то ужасного явления, фарфоровые акведуки растрескались, как яичная скорлупа.

Брайан спустился вниз по одной из боковых лестниц, для чего ему пришлось не меньше пяти минут идти вдоль обрыва. Еще тридцать минут он посвятил изучению останков Итаки, но так и не обнаружил ни единого трупа или скелета. Куда бы не исчезли местные жители, наверняка их постигло то же, что поглотило Шепот.

Он шел дальше, миновал застроенную часть города, спустился в сады. Когда-то деревья были высажены ровными рядами и всегда аккуратно подстрижены, теперь же растительность заполонила всю округу. Толстые морщинистые корни, переплетаясь друг с другом, путались под ногами, и только кое-где можно было различить желтую каменную плитку. Огромные, покрытые вьющимися растениями, ветки угрожающе нависали над головой. Везде было слышно копошения жизни, начиная от крошечных муравьев под ногами до птиц, звонкие голоса которых доносились откуда-то сверху.

За садом следовали теплицы, представляющие собой еще более удручающую картину. Одна из дверей, ведущих внутрь, была распахнута настежь. Проходя мимо, Брайан не смог удержаться, чтобы не заглянуть внутрь, но уже через несколько секунд испуганно отшатнулся назад. Теплица превратилась в настоящие джунгли. Скорее всего, раньше здесь выращивали генно модифицированные растения, так как он никогда раньше не видел, чтобы любые растения вели себя подобным образом.

То, что раньше, несомненно, было помидорами, сейчас превратилось в целую сеть на подобие паутинной. В самом центре нити паутины были почти втрое тоще, чем на периферии, не тоньше руки самого Брайана. Каждый круг обрамляли крупные ягоды жуткого красного цвета, источающие мерзкий приторно-сладкий запах, больше всего похожий на запах разложения плоти. Заткнув пальцами нос, Брайан чуть ли не бегом бросился прочь, стараясь даже близко не подходить к теплицам. Что еще могло ждать его здесь?

Насколько далеко зашли здешние генетики? Или же дело в каком-то странным сбое?

Миновав хозяйственные земли, он немного расслабился, зайдя в лес. Если здесь когда-то и жили люди, то это было давно. Даже в лесу попадались обломки камней и обугленной древесины, какие-то рванные тряпки. Но и здесь не обнаружилось ни единого скелета.

Брайан решил, что не вернется назад, пока не убедиться, что выживших не осталось. Если погибла Итака, мутанты могли уйти в другие земли.

Воздух был нестерпимо жарким и влажным, как в тропиках. Нагнувшись, Брайан положил руки на землю. Она так же была неестественно теплой. Что это, пробуждения вулкана? Горячие подземные источники?

На другом конце полесья Брайан увидел крышу. Обрадовавшись, он ускорил шаг. Да, действительно дома. Целый поселок. Но почему так близко от Итаки? Если люди уходили из разрушенного города, то утраиваться так близко совершенно неразумно.

Выйдя на главную улицу, Брайан понял, что это очередной город-призрак. Огромный город с обрушившимися домами. Повсюду лежала пыль, обломки и кости, заросшие высокой, уже пожелтевшей травой. Кости. Сотни белых костей, словно их только что отделили от мышц. А впереди кладбище, простиравшееся до самого горизонта. Некоторых хоронили прямо посреди дороги, тем, кому повезло, чуть в отдаление, под заборами, у стен домов. Попадались так и не захороненные трупы, выставившие на показ свои искривленные, уродливые кости. Эти люди умирали в мучении. А над ними росли огромные уродливые деревья с шершавой ярко-красной корой и длинными голыми ветками, сочившимися чем-то ярко-бардовым. Во рту появился кислый привкус. Трупов явно было гораздо больше, чем жителей Итаки.

По мере того, как он уходил из центра города, трупы становились все более свежими. Наконец, у окраины, притаившись под декоративным забором с рисунком из розовых и голубых цветов, лежало то, что еще несколько дней назад было человеком. Его грудная клетка была распорота, а внутренние органы вынуты, но кожа и белки глаз...

Кто или что охотилось на него?

Нагнувшись, Брайан провел пальцами по краю рваной раны. Судя по следам, его потрошили ножом или другим острым предметом. Но не когтем, однозначно. К тому же на теле не было следов шерсти. Научились ли здешние растения подобным штукам? Скорее всего, нет. Остается только работа человека.

Если два селения уже заброшены, тогда где их искать?

Краем уха Брайан услышал какой-то звук. Топот ног. Резко обернувшись, он заметил позади мелькающие фигуры. Они двигались как-то странно, перебежками, стараясь держаться в тени. Брайан не сдвинулся с места и никак не выдал того, что заметил их. Если это люди, ему нечего бояться, ведь так?

В следующий миг он отпрыгнул в сторону. Копье воткнулось острием в землю в шаге от него.

Нападающие подошли еще ближе.

Они были одеты в драные лохмотья, один из четверых имел только узкую полоску ткани вокруг бедер. Их тела были покрыты темной шерстью, растущей густо, как у человекоподобных обезьян. Высокие лбы, широкие, сильно выступающие вперед массивные челюсти, сильно выдающиеся надбровные дуги. Глаза дикарей. Но в них совсем не было страха. Они даже не могли быть дикарями. Изменилась не только мимика, присмотревшись внимательнее, Брайан отметил и другие особенности: ростом они были ниже, чем среднестатистический мужчина, ширококостные, смуглая толстая кожа, большие круглые глаза, рука, сжимавшая копье, имела только четыре пальца, желтые ногти с крепкой роговистой основой. Волосы до плеч, но не у одного не было бороды.

Тот, что стоял ближе всех агрессивно зарычал, выдвинув вперед челюсть, и начал интенсивно трясти перед носом у Брайана самодельным оружием, которое оказалось штыком с винтовки, выпускаемой приблизительно лет шестьдесят назад.

Остальные чуть присели, при этом их коленные суставы выдвинулись вперед, как у насекомых. Один издал боевой клич, а его друзья приветствовали его одобрительными криками.

Брайан потянулся за пистолетом. Некоторые навыки никогда не забываются. Первая пуля пробила вожаку дикарей живот и вышла из спины, вторая угодила в череп и осталась там. Дикарь зарычал и принялся трясти головой, выставив руки перед собой. Огнестрельная рана у него на груди заросла за долю секунды. Толстые ногти начали скрести по коже, издавая мерзкий скрипящий звук. Остальные трое несколько секунд недоуменно смотрели на своего вожака, а затем бросились в атаку.

Брайан убрал бесполезное оружие и сделал единственное, что ему оставалось: поставил все на свое тело. Молнии, сорвавшиеся с пальцев, причиняли нестерпимую боль. Он сжал зубы, чтобы не закричать, прикусив при этом себе язык. Вкус крови немного привел его в чувство. Но что самое главное, жалили они и дикарей. И хотя их раны тут же затягивались, они пребывали в панике, еще ни разу не сталкиваясь ни с чем подобным. Они бросились прочь, побросав на землю оружие и кое-какие трофеи, прихваченные по дороге.

Брайан в изнеможении опустился на колени, стараясь перевести дыхание. Сердцебиение повысилось до пятидесяти ударов в минуту. Из носа хлынула темная густая кровь. Еще через несколько секунд картинка перед глазами стала расплываться, и он потерял сознание.

Что-то тяжелое ударило его в живот, а затем сверху полилась холодная вода. Брайан открыл глаза, пытаясь сфокусировать взгляд.

— Вставай, если не хочешь стать закуской.

Он попытался сесть, но дерево перед глазами тут же пришло в движение.

— Медленно, и на вот глотни воды, — последовал совет, а ему в ладонь уткнулся холодный бок металлической фляжки. Вода помогла. Не настолько, чтобы он почувствовал себя хорошо, но достаточно для того, чтобы встать.

Но даже воде не удалось стереть мерзкий привкус во рту, песка и крови.

— Это они тебя так отделали, или ты сам? — послышался равнодушный голос.

Рядом с ним стоял мальчик лет четырнадцати на вид. Среднего роста, с взлохмаченными черными волосами. Судя по виду, он стриг себя сам. Зато на нем была привычная одежда: грязные брюки и черная футболка, а не лохмотья.