Эйлана Смитерс книга 1. Адская кошка на Мальве.

— Что ты собираешься делать? — Кнут подвинул свой стул поближе и приобнял меня за плечи.

— Рожать, конечно. Других вариантов я не вижу. После родов проведу тест ДНК на определение отцовства. Нужно же знать, с кем я сотворила будущую главу дома Смитерс, чтобы вписать его в генеалогическое древо, — я доверчиво прижалась к его плечу и улыбнулась. — Основание нового дома уже произошло, глядишь, лет через сто мой дом войдет в двадцатку великих домов планеты. А как у тебя дела?

— Я попробовал на днях попасть на корабль, идущий на Гарон, но, как ты и предсказывала, ничего не вышло. Денег на счету не хватило даже на место в трюме. Никто не желает брать на борт мужчину ни с документами, ни без, меньше чем за тысячу кредитов.

— Сожалею, но больше 100 кредитов в месяц я класть на твой счет не могу. У меня дом и пять мужиков, которых нужно кормить и одевать, а работаю только я одна. Месяца через четыре я и вовсе работать не смогу, придется жить на сбережения.

— К слову о сроках. Мне пришло уведомление, что мое разрешение на проживание в космопорте истекает завтра. — Кнут жалобно на меня посмотрел. — Госпожа моя, сделай милость, продли никчемному рабу разрешение.

— Кнут, сегодня я как-то не испытываю жалости к мужчинам. Убеди меня в необходимости твоего присутствия в космопорте, и я сделаю твое пребывание здесь бессрочным.

Кнут открыл рот, потом закрыл и поднес мою руку к губам.

— Понятно. Ты просто необходим здесь для поддержания нравственности, не так ли? — улыбнулась я. Кнут недоуменно на меня посмотрел. — Я имею в виду, что твоими стараниями закрылись уже три борделя в связи с уходом работающих там девушек в декрет.

— Не правда. Я был только в двух из них, — возмутился инопланетник, потом увидел смех в моих глазах и тоже улыбнулся. — Госпожа шутить изволит?

— Кнут, через неделю должен приехать мой бывший муж. Я вызвала его на Мальву для подписания нового соглашения на опеку над нашими детьми. Вызов я мотивировала невозможностью взять отпуск, так как его еще не заработала. Он пробудет на Мальве 5 дней. Поэтому у тебя есть шанс получить бессрочное проживание в космопорте, а со временем покинуть планету.

— Я весь внимание, госпожа Пантера Смитерс, — на этот раз слово "госпожа" прозвучало на полном серьезе. — Приказывай, я сделаю все, что ты захочешь.

— Я поселю своего бывшего в квартире, которую ты занимаешь. Твоя задача — объяснить ему, что обижать адскую кошку опасно для здоровья. Можешь использовать любые методы, в том числе и программу моих вечеринок. Главное, не убивай и не калечь. Бальзама Леад получишь ящик, используй, не стесняйся. Еще вчера я бы подключила к этому делу и Крега, но сегодня видеть его не хочу. Хотя, если я и его поселю с тобой в одной квартире, то все мои желания сбудутся.

— Я готов преподать Альберту урок, который он никогда не забудет. Только окажи мне милость, госпожа моя, — Я потребовала у официантки планшет, заполнила бланк разрешения и приложила свой перстень к месту печати. Кнут проверил свой браслет связи и вновь поцеловал мою руку. — Спасибо, госпожа моя, твой раб всегда к твоим услугам. А твой любимчик, которого ты не желаешь видеть, направляется сюда.

Я повернула голову в указанном направлении, увидела Крега, приближающегося к нашему столику, и встала.

— Спасибо за сочувствие и поддержку, Кнут. К слову о любимчиках. Послезавтра ты сопровождаешь меня в патрулировании этого уровня. Обычно этим занимался мой любимчик, но сейчас он в опале, и кроме тебя мне спину прикрыть некому.

— Как пожелаешь, майор Смитерс, — кивнул Кнут.

К столику подошел Крег.

— Госпожа, могу я поговорить с тобой? — Крег недобро посмотрел на поднявшегося вслед за мной Кнута.

— Не сейчас, Крег. Я занята, — с этими словами я покинула кафе.

* * *

Крег дернулся догнать госпожу, зажать где-нибудь в тихом углу космопорта и, наконец, объясниться, но его удержал за локоть Кнут.

— Парень, мне срочно нужно с тобой поговорить об одном важном деле. Оно напрямую связано с нашей хозяйкой.

— Говори, только быстро. У меня еще есть шанс ее догнать.

— Нет у тебя шанса. Госпожа может поехать куда захочет, и тебе не угадать даже направление ее движения. Пошли в квартиру, мое дело не терпит свидетелей.

Войдя в квартиру, Кнут впечатал Крега в стену, пару раз встряхнул, ударив затылком об обшивку, только после этого дал пояснения.

— Парень, ты или дурак, каких мало, или ублюдок почище меня. Зачем ты Пантеру Смитерс до слез довел? Она тебя в свое сердце пустила, подарок сделала, какой на этой планете ценится дороже золота, а для рабов, как я понял, он и вовсе бесценен. А ты чем ей отплатил? Наплевал в душу, растоптал сердце, и лишний раз напомнил о ее возрасте. Бывший муж ей итак немало крови попортил. Если после развода она все же решилась завести с тобой ребенка, значит, поверила, что ты можешь оказаться лучше, чем ее бывший, и что с тобой она обретет, наконец, счастье, которого не видела с момента возвращения на службу из отпуска по уходу за детьми. Думаешь, от счастливого брака Пантера бралась за самые опасные задания? Я знаком с майором Смитерс около 7 лет и 5 из них служил под ее началом, но впервые за эти годы я видел ее слезы. Ты — второй мужчина, который разозлил ее до потери контроля над собой.

— А кто был первый? — невольно спросил Крег, даже не пытаясь освободиться. Он настолько был потрясен речью Кнута, что не знал, что еще сказать.

— Первым был я. Два года назад на С-13. Мы зачищали от пиратов освобожденный город. Я зашел в дом, оказавшийся садомазохистским клубом, и в одной из комнат обнаружил висящую на цепях избитую голую девицу, забытую при эвакуации. Я начал было ее освобождать, а она потребовала, чтобы я ей вставил, угрожая пожаловаться начальству. Ну, я, нормальный мужик, сделал, что она просила, и тут входит Смитерс с плазмометом наперевес. Девица при виде плазмомета сомлела и с ужасом уставилась на майора. Представляешь картину маслом: голая и избитая девица весит на цепях, а я ей вставляю сзади. Тогда я не мог взять в толк, почему майор не поверила моим объяснениям, но теперь, когда узнал, что "Рейнская Дева" — ее работа, все стало на свои места. Увидев такое безобразие, Смитерс побелела как полотно и нацелила ствол плазмомета мне в голову. Посмотрев в ее холодные серые глаза, я понял, одна жалоба со стороны девицы и мне не жить. Пантера порвет меня на куски голыми руками. Тогда я и не подозревал насколько был близок к истине. С перепуга я сломал девице шею, оправил одежду и попытался поговорить со своим командиром. Куда там. Пантера отложила оружие и голыми руками избила меня до потери сознания. Такого гнева у Пантеры Смитерс, обычно спокойной как звездолет, я никогда прежде не видел. Я сам не дурак подраться, но против холодной ярости урагана по имени Смитерс не устоял. Очнулся я в палате госпиталя и узнал, что Пантера сломала мне несколько ребер, руку и ногу. После лечения меня уволили со службы по состоянию здоровья без возможности восстановления. До драки в кафе на этой проклятой Мальвы я майора не встречал и век бы еще не видел. Только через полгода после увольнения я понял, что сделала для меня Смитерс. Избив и организовав увольнение по состоянию здоровья, она мне фактически жизнь спасла. Подай она, как положено, рапорт, меня отдали бы под трибунал, и ей, как командиру роты, пришлось бы руководить моей казнью. Знала ли она, что я не был виноват в изнасиловании, или нет, теперь уже не важно. Важно, что она позаботилась обо мне, как всегда опекала своих людей, адских котят, так она нас называла. — Кнут улыбнулся, вспомнив что-то приятное. — Даже здесь на Мальве Пантера сделала для меня все, что могла: научила как выжить в этом аду и при первой же возможности вывезла в это оазис цивилизации из местного кошмара. Смитерс — хорошая женщина и как никто достойна счастья в браке.

— Я и без тебя знаю, что госпожа — ангел, сошедший с небес. От меня ты чего хочешь? Я и так целое утро бегаю за ней, как жеребец за кобылой в охоте, чтобы извиниться. Только госпожа все время от меня ускользает.

— Тебе не извиняться нужно, а предложение ей делать.

— Какое предложение? — опешил Крег.

— Руки и сердца, конечно, — увидев непонимание в глазах Крега, Кнут сжалился и объяснил на пальцах. — Предложи Смитерс вступить с тобой в брак.

Крег съехал по стене на пол и обнял колени.

— Я не могу — рабы не предлагают своим хозяйкам взять их в мужья. Да и госпожа не согласится.

— Это мне Смитерс откажет, я для нее ублюдок, каких мало, и она права. А тебя она любит. Да, любит. Я знаю, как смотрят женщины на предмет своей любви. От нелюбимых мужчин детей не заводят, особенно, если для зачатия нужно сначала вынуть чип. К твоему сведению, Смитерс меня ни разу в жизни не пустила в свою постель, зато тебя из нее не выпускает. Если это не любовь, то я не знаю, что это такое.

— Госпожи не влюбляются и не любят мужчин. Они лишь на время делают кого-нибудь из рабов своим фаворитом, а когда надоест, меняют на другого. — Произнес Крег истину, выученную за годы рабства.

— Может местные госпожи и не влюбляются, а вот Смитерс любить умеет. Каждый свой отпуск она разбивала на дни и после выполненной миссии впереди звездолета летела к мужу и детям. Своего Альберта она любила, потому и терпела столько лет его вечные высказывания о том, что женщина должна сидеть дома с детьми, а не шляться с толпой мужиков по горячим точкам. И тебя она любит, но на местный лад с плетьми и пощечинами для твоего же комфорта. Вот только с мужиками ей не везет. — Кнут сел напротив и оперся спиной о стену. — Альберт, например, плохо обеспечивал семью, не просто же так талантливый пилот перевелась в элиту космодесанта. Адским котам платят раз в 5 больше, чем пилотам космодесанта. Смитерс с первого раза прошла жесткий отбор, на котором отсеивались такие здоровые парни, как мы с тобой, и стала одной из 5 женщин, когда-либо служивших в этом подразделении, и единственной женщиной — командиром. Одной из причин перевода, как я выяснил в свое время, была как раз нехватка денег на выплаты за дом и воспитание детей. Вместо благодарности Альберт с ней развелся, а ты жениться не хочешь и от ребенка отказался.

— Я не отказался. Меня с детства учили, что мужчины после 30 лет ни для чего уже не годятся. Для зачатия ребенка подходят парни от 17 до 29 лет, кто старше — уже бесплодны. Я искренне верил, что детей от меня быть уже не может. Мне и в голову не могло придти, что мое объяснение так обидит госпожу.

— 5 лет назад у меня родился сын, а спустя год моя жена сбежала с каким-то банкиром, забрав сына и не оставив адрес. Развод и потеря сына повергли меня в такую депрессию, что я месяц из запоя не вылезал. На тот момент мне было 33 года, сколько мне сейчас, считай сам. Знаешь, кто вернул меня к нормальной жизни? Пантера Смитерс. Ради меня она передвинула свой отпуск, на сутки заперла меня трезветь в кладовке с двумя ведрами, а потом месяц гоняла на тренировках так, что к вечеру у меня не было ни одной мысли кроме желания спать. После такой встряски я пришел в себя и поклялся, что обязательно верну ей долг. К сожалению, помочь Смитерс пережить развод с Альбертом я не имел возможности, но вот помешать тебе испортить майору жизнь мне по силам.

Крег смотрел на него широко открытыми глазами. Перед ним сидел мужчина, у которого после 30 лет родился ребенок, что в корне опровергало его представление о мире.

— Короче, парень, ты сегодня же предложишь Смитерс выйти за тебя замуж, или как это у вас на Мальве называется. А если еще раз посмеешь довести ее до слез, я вылезу из милого моему сердцу космопорта и объясню тебе вашими же гаремными методами, что беременную женщину следует носить на руках, баловать изо всех сил и, ни в коем случае, не волновать.

— Если я снова доведу госпожу до слез, то сам под тебя лягу, — пообещал Крег, поднимаясь на ноги.

* * *

Вернувшись домой, я передала Мара на попечение Вилли и поднялась к себе. После душа я позвала Стэна и только начала его тискать, как распахнулась дверь, и в спальню ввалился взъерошенный Крег с горящими глазами.

— Стэн, выйди, мне с госпожой срочно поговорить нужно.

Стэн слез с кровати, подобрал одежду и как был голый, выскочил из комнаты. Крег запер за ним дверь, скинул обувь, запрыгнул на кровать и встал надо мной на четвереньки, лишая возможности снова уйти.

— Допустим, ты меня поймал, мой милый хищник. Что теперь делать со мной будешь? Съешь или сначала поимеешь? — я легла на спину и насмешливо посмотрела ему в лицо. — Мне, правда, интересно, что ты планировал сделать, до того как Пантера Смитерс порвет тебя когтями на ленточки и перегрызет глотку.

Я отполировала ногти об его рубашку и полюбовалась на результат.

— Я хочу объяснить сказанное утром, госпожа. Я был убежден, что бесплоден, так как меня с детства учили, что по достижении 30 лет мужчина теряет способность к воспроизводству потомства. До сего дня мне не встречались примеры, опровергающие это утверждение. У меня и в мыслях не было обидеть или оскорбить тебя, госпожа.

— Интересный предрассудок. Хорошо, предположим, что ты действительно не причем. Кого ты можешь предложить в кандидаты на отцовство? — я подняла руку и провела ногтями по его щеке. На коже выступили капельки крови. Крег распахнул рубашку, обнажая торс. — Предлагай варианты, и мы обсудим вероятность зачатия от этих мужчин.

— Я не знаю, кого выбрать в кандидаты, госпожа. Ты почти нигде не бываешь, кроме космопорта, куда милостиво позволяешь тебя сопровождать, кафе у фонтана и дома. В бордель ты не ездила с момента клеймения Кнута. Жерар уже подробно объяснил, что конкурентов у меня нет. Я предполагал участие Кнута, но он искренне сожалеет, что госпожа не воспользовалась его услугами. У меня нет вариантов, которые можно было бы тебе предложить.

— И что мне с тобой делать? Надеюсь, ты понимаешь, что только любопытство удерживает меня от выкидывания твоего тела из постели и выставления за дверь, — мои ладони погладили его торс, заставив выгнуться от наслаждения. — Последняя твоя выходка показала, что ты в отчаянии. Выгнать наложника из постели госпожи без ее на то разрешения — это неслыханная наглость. Полковник, если я не ошибаюсь, выписала бы тебе 50 плетей и дилдо без смазки. Не вижу причин назначать меньшее наказание.

— Воля твоя, госпожа, — Крег наклонился и поцеловал мою шею. Потом решил, что терять ему уже нечего и принялся покрывать поцелуями мои плечи и грудь, прикрытые лишь тонкой тканью пеньюара. — Можешь делать со мной все, что пожелаешь, госпожа. Я перееду, куда скажешь, и перестану раздражать тебя своим присутствием. Только умоляю, позволь хотя бы раз в неделю спать на пороге твоей спальни, целовать твои следы и издали любоваться, как ты проходишь по дому. Большего мне для счастья не нужно.

— Какой ты скромный, — я рассмеялась и полоснула ногтями его грудь. Крег ахнул от полноты чувств, но, продолжил целовать мою шею. — Когда я порола тебя последний раз?

— Пять недель назад, госпожа.