Мать Клана

Встав с постели, наскоро поплескав в лицо водой, Ашам пошла бродить по дому, на ходу расплетая волосы — за ночь, в тугой косе, они как следует не просохли, но хоть капать с неё перестало, благодаренье Всевышнему.

— Выспалась? — на первом этаже пустого дома в гостиной обнаружился Рийрон, всё ещё находящийся в облике человека не самой приятной наружности. Обосновался он здесь весьма основательно. На небольшом журнальном столике обнаружился поднос со свежей выпечкой и горячим хвойном, а на коленях у мужчины те самые тетради, которые они вчера вынесли из испытательного полигона.

— А Юргон где?

— Во дворец вызвали. Срочно, — он испытывающее посмотрел на Ашам. — Могу я на правах старшего брата задать деликатный вопрос?

— Что у меня с этим мужчиной? — демон аккуратно уселась в ближайшее к камину кресло и подвинула к себе чашку с горячим напитком.

— Да. Мне не хотелось бы влезать в твою личную жизнь, и так, скинув на тебя обязанности Матери Клана, взвалил на твои плечи наши проблемы. Но если он будет играть значительную роль в твоей жизни, мне хотелось бы знать и учитывать это.

— Да ладно, — она небрежно отмахнулась. — Вся моя жизнь — решение чужих проблем и права выбора, за какую из них браться, у демона нет. Так что эта ситуация ничем не отличается от того, что со мной происходило раньше. И твоей вины в случившемся нет. Не переживай. А что касается Юргона, — она на мгновение задумалась, в очередной раз заглянув в собственную душу в поисках ответа на этот вопрос. — Не знаю. Наша с ним история ещё только начинается. Жизнь покажет, какое растение вырастет из этого семечка, — впрочем, то что сегодня она проснулась в его постели весьма показательно.

Она улыбнулась, на щеках появились маленькие ямочки. Потом уселась в кресле поудобней и неподвижным взглядом уставилась в камин. В последнее время простейшие магические упражнения давались ей всё легче и легче. Вытянуть тонкую энергетическую нить, завернуть кольцом вокруг лежащего в камине полена и схлопнуть её, резко уменьшив диаметр практически до ноля. По полену пробежал рыжий язычок пламени, охватил его всего, потом перекинулся на собратьев. От камина пахнуло теплом. Вот так-то лучше.

— И если уж мы перешли на личные темы, скажи, почему в клане до сих пор нет достаточно сильной наследницы. Насколько я помню, по нашим прикидкам ваши с Шейтан дети должны и обладать достаточным потенциалом личного могущества и принадлежать к правящей династии, чтобы передача власти произошла плавно и безболезненно.

— Нет у нас детей, — Рийрон перевёл взгляд на огонь, неприятная тема, но объяснить ситуацию нужно. — Хранитель Рода, знаешь ли не только лишал меня возможности использовать магию, но и делал бесплодным.

— Понятно, — Ашас сощурила глаза, мысленно что-то прикидывая. — Значит, сейчас, когда с тебя снято бремя Главы Клана, можно ожидать, что наследники всё-таки появятся. Моей жизни как раз хватит, чтобы дать им время не только родиться но и чуть-чуть повзрослеть.

— Твоей жизни? И каков её срок?

— Лет сорок-пятьдесят. Может чуть больше. Сколько там обычно живут люди? А мне по человеческому счёту уже около тридцати двух.

— Мало-то как. И всё это время, вместо того, чтобы наслаждаться заслуженным отдыхом, ты будешь решать чужие проблемы, — он сокрушённо покачал головой.

— Э нет. Основную часть проблем я оставляю тебе. Был ты Советником при родителях, при сестре, останешься им и сейчас. Себе я забираю только решение принципиальных вопросов. Вот вроде проблем с яйрами.

— И на что тогда ты планируешь тратить своё время? — ему было действительно интересно, что может выбрать для себя существо, попробовавшее в этой жизни практически всё.

— На магию.

Его лицо отразило недоумение.

— Не понимаешь. Это для тебя владение магией — данность, полученная от рождения. А я родилась в мире, где о таких чудесах можно было только мечтать. Потом, подселяясь к магам, я была только сторонним наблюдателем. Здесь же, после воплощения в материальную оболочку у меня появились собственные магические силы, и грех было не попытаться их развить.

— Так что в университет ты поступила ради исполнения этой мечты.

— Ну уж не ради пополнения знаний о местной истории и географии.

— А почему именно здесь? В столице ноострихской империи был наибольший риск, что раскроется твоё инкогнито. Так, кстати и случилось, иначе откуда бы в твоём окружении появился императорский кузен.

— Ну даже если не упоминать того, что где-то здесь был ты и не попытаться тебя найти после того как ты попал в неприятности разыскивая меня было бы чёрной неблагодарностью. Я не знаю толком ни одного языка этого мира кроме ноострихского. А потом, куда я ещё могла пойти без средств? В других странах учёба требует денег и немалых. Здесь же я ввела бесплатное обучение и даже стипендию для выдержавших серьёзный экзамен.

— Хорошо устроилась: заранее определила условия поступления в учебное заведение, заранее подготовилась к ним. Легко, наверное, при таких условиях быть отличницей.

Ашам насмешливо фыркнула.

— Я, если хочешь знать, на вступительных экзаменах едва не провалилась. И если с географией проблем не возникло, то история, со всеми её фактами и фактиками, а также их оценкой... Выручил только "оригинальный" взгляд на события прошлого.

— Значит, свою дальнейшую жизнь в качестве обычного человека ты начала планировать ещё будучи Заместителем Императора?

— Сразу же. С первого дня появления в этом мире. И об образовании позаботилась и культуру изучала и даже в быт и нравы венедов вникала заранее.

— А документы? Как же ты их получила? Любая империя — это, прежде всего, развитый бюрократический аппарат.

— Ну, видишь ли, у моего "родного" народа никаких документов вообще нет, так что при пересечении границы в городском магистрате им выправляют новые. Это распространённая практика. На севере дела обстоят непросто, голод надвигается. И вот, чтобы все эти толпы дикарей, которых, кстати, тоже теснят соседи, не ринулись грабить Борею, их пускают на поселение в свободные земли. Не самые хорошие, конечно, да и налоги потом придётся платить, но это лучше чем подыхать с голода в родных и вольных степях.

— Ну вот, и здесь какие-то неполадки! Вот не даром нам запрещается целенаправленно вмешиваться в жизнь людей и менять ход истории!

— Не бери на себя слишком много. На этот раз яйры и дроу ни при чём. Обычное изменение климата. Холодает. А холод рождает бескормицу. Правда, пускать в страну всех подряд — временная мера. Но может Айнулер что-нибудь придумает, мне, если честно, в своё время не удалось.

Во дворце было весело. Нет, там и раньше особенно скучно не бывало, но с тех пор как на правах пока ещё неофициальной императорской невесты там начала распоряжаться мари Рийран... Может быть с усталости и недосыпа он бы и не сообразил, куда надо сразу податься, но почти у ворот его встретил один из темнокожих воинов дровского посольства и направил в нужную сторону.

— Что здесь происходит? — тихонько спросил он у Айнулера, с философским спокойствием ожидавшего пока любимая женщина перестанет бушевать. Рядом с императором наблюдался единственный во всём помещении оазис спокойствия.

— Тёмные говорят что, у Клана Белой Мыши теперь новая Мать и значит мари Рийрон умер, но ею стала не Рийран, а кто — неизвестно и обнаружить новую Мать не помогают ни классическая магия, ни жреческие приёмы, — Юргон недоверчиво хмыкнул. — Ты что-то об этом знаешь? И вообще, куда ты пропадал больше чем на сутки?

— Удали всех посторонних. Информация закрытая.

Императору потребовалось лишь бровью двинуть, чтобы помещение опустело. Одна лишь Рийран, не слишком обращая внимание на происходящее вокруг неё, раз за разом запускала волчок по разложенной на столе карте столицы и внимательно следила за траекторией его движения. Результат каждый раз был другим. Бушевавший в ней вулкан страстей постепенно угас и тихо и как-то растерянно девушка пробормотала себе под нос:

— Ну так же не бывает. Связь с новой Матерью ощущается очень отчётливо, а определить её местонахождение ни как не выходит.

— Это вы просто раньше не пробовали магией демона искать, — ради конспирации Юргон произнёс это на ломаном дровском, но достаточно разборчиво, чтобы она его поняла.

— Демона? — внезапно осипшим голосом переспросила Рийран и мановением изящной ручки установила "полог безмолвия". Весьма удобным побочным эффектом тёмноэльфийской магии было то, что людям её перебить не удавалось. — Я хочу знать подробности.

Подробное изложение событий предыдущих суток заняло около часа, в течение которого речь Юргона никто не перебивал. Заодно он вставил свои соображения по поводу расследования возможной деятельности яйров на территории империи.

— Это всё правда? — спросил Айнулер, не столько сомневающийся в истинности слов кузена, сколько привыкший искать во всём подвох. — Не может быть такого, что вас с Ашам обманул ловкий аферист?

— Сомнительно. В любом случае, я думаю это несложно проверить.

— Почему же ты не привёл его прямо сюда, во дворец?

— А вы не подумали, как придётся объяснять его нынешнюю внешность? Особенно если мы придём к выводу о необходимости замолчать существование яйров?

— Да, — Айнулер с Рийран переглянулись, явив миру весьма схожие выражения лиц. — Об этом мы действительно не подумали.

— Я тоже, — невесело усмехнулся Юргон. — Меня уже на выходе поймал сам Рийрон и заранее предупредил о возможных последствиях.

— Узнаю дядюшку, — глаза Рийран засияли, кажется, она только сейчас окончательно поверила, что старший родственник наконец-то нашёлся. — Но хоть неофициально увидеть его можно?

— Да. Если провести тебя к моему дому под маскировочным плащом. Но только тебя одну, для всех остальных Рийрон пока не нашёлся. Ну и кузену встречаться лицом к лицу с Ашам не стоит. Я уже изложил её сомнения по этому поводу.

— Когда?

— До завтра потерпишь? Чтобы дать нам всем отдохнуть и чтобы твой уход не связали с моим визитом.

Чуть позже, оставив взбудораженную новостями девушку переживать известия, они с Юргоном уединились в императорском кабинете. Как всегда в задумчивости Айнулер принялся выводить абстрактные узоры на листке бумаги.

— Знаешь, что мне в этой истории особенно не нравится?

Юргон только вопросительно поднял брови.

— То, что эти ребята способны подделать чью угодно внешность и если обнаружение магических личин у нас хорошо поставлено, то с ними неизвестно что делать.

— Всё не так катастрофично. Насколько я понял, более-менее полного подобия яйры могут добиться, только если человек похож на них по комплекции. А люди такого роста не часто попадаются. Да и потом, подобие получается не полным, близкие люди всё равно заметят отличие. А неблизких и невнимательных может даже накладная борода с усами обмануть. Я так понял, во избежание провала они вообще предпочитают изначально новую личность создавать.

— Значит, появления моего двойника можно не ожидать? Успокоил.

— Твои двойники, штук пять, и разной степени схожести, находятся под плотным негласным наблюдением стражи. И что изменит появление ещё одного, будь он даже яйром? Тем более, ту демоническую ауру, что видят служители и в тебе и в Ашам подделать невозможно.

— Кстати, о ней, я вижу, за эти сутки вы успели довольно плотно пообщаться. Рассказать ничего не хочешь?

— Попросить. Отпустишь?

— Нет, — и увидев вытянувшееся лицо Юргона, развил свою мысль. — Насовсем и навсегда не отпущу. Но если ты отправишься с ней к тёмным, будешь там представлять интересы империи, так же как Рийран при случае защищает интересы Дейкарена здесь. Хотя, по правде сказать, им мало чего от нас надо.

— Успокоил. Я уж думал, ты действительно собираешься мне жизнь испортить.

— Ну что ты! Я же не зверь какой-то, к тому же, ты по-прежнему являешься моим самым близким родственником и любимым кузеном.

На этом разговор пришлось прервать — императора ждали неотложные дела, а Юргон заторопился домой, чтобы убедиться, что единственная женщина, которой удалось всерьёз и надолго занять все его мысли по-прежнему на месте и ждёт его. На месте. Никуда не исчезла. Сидит в гостиной, неподвижным взглядом уставившись на огонь. Волосы тёмным водопадом стекают по спинке кресла, от этого она начинает казаться более близкой и понятной, такой, какой он привык видеть её раньше. Вот только морщинка прочертившая линию меж бровей ему не сильно понравилась.

— О чём задумалась? — он присел на подлокотник её кресла и, собрав в руку, взвесил тяжёлую шуршащую массу волос.

— Как сходил? — вместо ответа спросила она.

— Нормально. Всех успокоил, пересказал последние новости и твои соображения по поводу дальнейшего развития событий. Гостей ждать только завтра и только Рийран.

— Знаешь, я вчера забыла спросить, — она минуту помедлила, облекая в слова беспокоящую её проблему. — Некоторое время назад я наткнулась на уличных певцов, которые исполняли сатирические памфлеты про императора. Но мало того, в них ещё и восхвалялась я и период моего правления. Так вот, хотелось бы знать, насколько это распространено, не вырастет ли в проблему в будущем и не стоит ли что-нибудь предпринять прямо сейчас.

— А что, что-то можно сделать? — Юргон настолько удивился, что даже перестал перебирать гладкие шелковистые пряди.

— Можно, — Ашам энергично кивнула и её волосы окончательно выскользнули из руки Юргона. — Можно провести какую-нибудь демонстрационную акцию очерняющую моё светлое имя. Я всё равно должна буду основное время проводить в Дейкарене, так что напоследок можно и сослужить империи ещё одну службу. Выставить нас с Айнулером эдакими антагонистами. Герой и злодей. Свой и чужой, — по мере оформления новой идеи её глаза разгорались азартом. — Между прочим, у нас для этого идеально подходящие образы. Он — мужчина, высокий и светловолосый, и свой, родной. И я — маленькая тёмненькая чужачка, да к тому же женщина. Самое то, чтобы сыграть на глубинных, подсознательных инстинктах народных масс.

— Даже думать об этом забудь, — он взял в ладони её лицо и склонился так, что они соприкоснулись лбами. — Это не очень хороший ход уже потому, что ты пришла как посланница Единого. И просто мне это не нравится.

— Правда?

— Правда. А по поводу песенок менестрелей не волнуйся, это всего лишь закономерное следствие того, что ты помиловала одного их собрата чуть ли не на эшафоте. За талант помиловала, а не по причине невиновности, — голос Юргона понизился до хриплого мурлыканья, а его ладони накрыли маленькие ручки Ашам.

— Ну вы ещё прямо тут целоваться начните, — раздался от окна насмешливый голос Рийрона, до той поры Юргоном незамеченного.

— А ты мог бы и промолчать, — огрызнулся он в ответ и взяв Ашам за руку, потянул её за собой. И, о чудо, она не стала сопротивляться, как и позже не возразила против общей спальни и общей кровати. Счастье есть!

Поздним утром, она осторожно выбралась из-под руки Юргона, стараясь не разбудить спящего мужчину. Потянулась до хруста в костях — тело пело гимн жизни. Чего, спрашивается, так долго боялась вспоминать об этой стороне человеческих взаимоотношений? И быстренько скатилась вниз. Пока никто не встал, нужно было успеть выскользнуть из дома, чтобы не задержали или не навязались в сопровождающие. Судя по всему, её жизнь в очередной раз сделала крутой поворот и нужно закончить незаконченное, попрощаться с друзьями и знакомыми, чтобы не тянули назад неисполненные обязательства. И сделать это нужно обязательно самой. Так она чувствовала, а интуиции своей привыкла доверять. Конечно, Ашам не собиралась покидать империю навсегда, но кто знает, когда вернётся и кого здесь застанет. А потому оставив на видном месте записку: "Не беспокойтесь, скоро вернусь", выскользнула из дома.