Привет! Я буду твоим мужем

Как только о нем вспомнили, он, словно по волшебству оказался рядом. Хотя имя тому волшебству — изрядная доля виски и нервозность.

-Мы входим в бухту. Как я и говорил, она должна быть безопасной...на некоторое время. — Капитан старался говорить нейтрально и держать себя в руках, соответствуя щедрому пассажиру. Получалось плохо.

-Непогода может свирепствовать у берега?

-Н..нет. Только середина осени, ад начнется с первым снегом.

-Значит это не то, чего ты опасаешься?

Капитан фыркнул и потянулся к поясу. Обхватив эфес сабли, почувствовал себя увереннее, но лучше бы это снова была полная фляга.

-Вы же знаете...я говорил вам. Лучше бы нам было пристать в нескольких днях отсюда, на ничейных землях. Там, у скал, превосходная...хм.

-Контрабандистская тропа. Не стесняйся, я тоже преступил закон и твои...маленькие шалости, не мое дело.

-Да, это оно хорошо. Но...почему здесь?

-А это уже не твое дело.— Отрезали в ответ.

-Я все понимаю, не первый год варюсь в этом, но так рисковать? Это же чертовы лэрдские земли!

-А какая разница? Если не забыл, весь Кельтор принадлежат лэрдам, плевать, здесь нас найдут или в паре дней отсюда.

-Но это уже слишком! Нам повезло обойти законный порт ночью, а сейчас мы будем торчать почти под носом у МакЛэйнов! Их хренов замок всего ничего отсюда!— Капитан уже с трудом сдерживался, алкоголь — не то успокоительное для нервов, на которое можно полностью положиться. Его собеседник лишь слегка приподнял седую бровь, его жесткий прямой взгляд действовал весьма отрезвляюще для того, кто был достаточно наслышан о нем. А капитан был. Зло сплюнув за борт, он взял себя в руки и продолжил спокойнее. — Вы же понимаете, мне не охота подводить команду под тяжелую руку лэрда. Чертов берсерк хоть и молод, но греет задницу на лэрдском стуле с младых когтей и уже не раз доказал, что не просто так. Особого милосердия к нашему брату я за ним не припомню.

Его собеседник лишь сильнее сжал поручни, на которые опирался, с силой впечатляющей для его возраста. Ему не надо было говорить, насколько опасными противниками могли быть лэрды. Его отец в свое время старательно это объяснил, как много еще чего о Кельторе. И это была первая причина, из-за которой он приплыл в место, в которое поклялся никогда не попадать. Пока у него не отобрали его сокровище.

-Я понимаю твои страхи. Но разве я мало тебе заплатил?— Возразить капитану было нечего. Если дело выгорит, он сможет заменить старую 'Чайку' на более крепкий корабль. И команду, если придеться.— Ты сам говорил, у нас мало времени для того, чтобы вернуться до начала штормов в Меровию. У меня нет времени и желания тратить время на дорогу, тогда, когда то, что мне нужно, будет в замке Дэйбхидх.

-Вы...вы...

-Не твое дело.— Жестко оборвал его мужчина.— Твое дело, дождаться меня здесь и увести назад, не спрашивая ни-че-го. Остальное мое дело и проблемы. Не вернусь через две недели, уплывешь сам. А чтобы у тебя был стимул, все-таки подождать, как договорились, я накину тебе еще половину того, что уже дал. Когда вернемся Меровию.— Капитан почувствовал, как от новостей у него вспотели ладони. Мысленно он их уже потирал. От того, что сказал старик дальше, у него вспотела и спина.— Но если ты нарушишь слово и удерешь раньше...некоторые мои друзья зайдут к тебе справиться о моем здоровье по прибытии. И тебе же лучше, если тогда я буду рядом. А еще...ты же знаешь, что мой сын граф? Знаешь. Если не жмут лишние зубы, то может быть лицензия на твое корыто? Насколько я знаю, ты только в этом году смог на нее заработать.

От потребности отвечать и позорно потеть дальше, капитана спасли двое его моряков. Они приволокли двоих парней. Судя по общей потрепанности, те не сразу согласились подняться с трюма на борт.

-Капитан, у нас парочка зайчат. Прятались в пустых бочках.— Говоривший моряк встряхнул 'своего' парнишку, явно мечтая треснуть того посильнее. Наверное, из-за уже заплывшего глаза, который успел ему подбить 'зайчонок'.

Вместо капитана первым голос подал его собеседник. Сперва он излишне спокойным голосом попросил оставить его наедине с внуками. А потом ругался, долго и от всей души. Парни присмирели, покорно спустив головы, ведь витиеватый монолог всецело касался их персон. На их памяти, дед впервые так костерил их. Наверное, поэтому и стояли смирно на первых порах. Пока мастер Лорбе, тяжело выдохнув, не припечатал:

-Ждете меня вместе с капитаном и командой. А по возвращении домой, я очень серьезно поговорю с вашим отцом, на тему вашу военного образования. Ибо Миль свидетель, вам не помешает научиться дисциплине и послушанию!

-И пускай! Пускай! Но мы не будем торчать на корабле, когда наша сестра в лапах кельторского варвара! Мы идем с тобой!

-Ален, Алэр...вы нахрен понимаете, чем это может грозить?!

-Понимаем. Но ты же понимаешь, что мы все равно увяжемся за тобой?— В отличии от вспыльчивого близнеца, Алэр не тратился на лишние эмоции, он констатировал факт. И многоуважаемый мастер Лорбе достаточно хорошо знал своих внуков, чтобы понять это. Даже заперев гаденышей в трюме, надолго этим их не удержишь. Эти двое имели удивительную способность сообща попадать и с таким же успехом, ускользать, с тупиковых ситуаций. Что может случиться с мальчишками, если они удерут и поплетутся за ним, мастер и думать не хотел. Поход через кельторский лес для меровийцев, пусть и натасканных во владении оружием графских сыновей, может обернуться чем угодно. Их семья уже лишилась одного упрямого сокровища, потерю еще и двоих сыновей, его невестка не перенесет, а сын не простит. Придется брать мальчишек с собой и радоваться, что для его лет, у него еще достаточно крепкие нервы и здоровье.

И почему...почему он потворствовал желаниям внучки?! Надо было отдать ее замуж сразу, как вошла в пору. Но нет же...старый дурак. Растил, учил и радовался одаренности своего сапфирчика, забыв предостережение предков. Что однажды их бог вернется к своим жрецам и призовет их. Но разве это так? Тогда почему, почему их девочку не направили в Кельтор как жрицу?! Нет, в проклятом свитке глаза резала надпись 'Жена в земли Кельтора'! То, что он дал капитану, ничто, по сравнению с тем, сколько он потратил на благочестивых жрецов, не лишенных вкуса к жизни и ее радостям, что могут предоставить деньги. Когда ему передали точное место и имя будущего мужа Сапфир он едва не взвыл. Лэрд. О них он тоже знал достаточно, чтобы в рекордные сроки подготовиться к путешествию. Он не позволит своему сокровищу жить рядом с берсерком, чей зверь может лишить того разума в любой момент, если лэрд не сумеет с ним совладать. А если в тот момент Сапфир будет рядом? Мастер Лорбе уже давно потерял наивную веру в чудо и то, что кельторец, к тому же лэрд, спокойно воспримет в роли жены меровийку. Время не настолько спокойное чтобы и другие кланы нейтрально отнеслись к чужестранке, которая, скорее всего, заняла место чьей-то дочери.

И вот, теперь он здесь. Ни слова не сказал своему сыну, дабы кара Высших не пала на него за нарушение завета. Ведь он твердо намерен забрать Сапфир. Пусть и домой путь им будет заказан, жрецы станут искать их, чтобы вернуть Дар Одаренному и наказать виновных. Но разве мир кончается одной Меровией и Кельтором? Есть тот же Сасек, и то, что он сейчас в холодном нейтралитете и с королевством, и с островом, только на руку. Но что теперь делать с этими двумя? Бежать с ними? Нет...для них еще ничего не потерянно. Его старый друг служит в военной академии. Он сможет оформить мальчишек и задним числом обеспечить их доказательством невиновности. Военная служба на самом деле не плохая судьба для младших сыновей.

-Вы хоть о родителях позаботились? — Устало спросил мастер.

-За кого ты нас принимаешь? Конечно же! Мы сейчас едим с Гийомом охотиться в его поместье на пару недель. Друг решил отвлечь нас от тяжелых мыслей о сестре.— Довольно отчитался Ален.

-Посмотрите-ка на них. Заботливые какие...Если с вами что-то случиться, можете так же заботливо ждать свою мать за Чертой. После Сапфир, это будет именно тем, что ее туда отправит.

В этот раз смолчали оба, виновато спустив глаза долу.

-Мы должны. — Тихо, но твердо ответили ему парнишки, которые сделали свой первый мужской выбор.

-Я знаю...знаю. — Глаза, редкого цвета зеленого сапфира, вновь обратили свой взор на сушу. Где-то там, его сокровище, его Сапфир. И он тоже должен.

Привет от Алейне. Дэйбхидх

Море посылает яростные волны, те со страшной силой бьются об скалы. Но рваные, острые каменные бока с легкостью разрезают их, образуя вокруг себя облака из брызг и пены. Ветер такой, что устоять на нем практически невозможно, он сбивает с ног. Но сейчас он мой помощник, злой, но весьма действенный. Он толкает меня в спину, помогая выбраться на крутой берег и бежать со всех сил, а их все меньше. Но в дали я вижу спасительную полосу леса, вынуждая себя не останавливаться...ведь позади я чувствую яростные волны, которые посылает уже не море.

Наконец...лес. В боку, словно кол застрял, а во рту отвратительный привкус крови, хотя я точно знаю, что это моя слюна. Позволяю себе на секунду опереться на ближайший ствол, чтобы совершенно невоспитанно сплюнуть на землю. Почему леди не учат бегать? Так, чтобы потом не хотелось лечь и сдохнуть? Но я не имею на это права. А еще мне безумно хочется жить, долго, счастливо, как в сказках. И пусть моя сказка слегка страшненькая, опасненькая и полна чудищ, не желаю, чтобы она прерывалась. Поэтому заставляю себя оттолкнуться от шершавой поверхности молодого дуба и бегу дальше. Сзади пышет злобой и посылает волны одно из этих чудищ, и оно все ближе. Спереди, заставляя резко затормозить, врываясь каблуками в прелые листья и грунт, разноситься волкодлачий вой. И он еще ближе, чем тот, что нагоняет сзади...И их все больше.

Я прихожу в себя от того, что мне трудно дышать, что-то давит на грудь, а лицо...лижут? Резко сажусь, лишь краем глаза отмечая, как с меня скатилось нечто лохматое, но это волнует в последнюю очередь. Я дышу, дышу глубоко, жадно, все еще охваченная животным страхом. И даже не сразу понимаю, что нахожусь не в лесу и позади меня не опасность, а массивное деревянное изголовье кровати, ноги мне обездвижило одеяло, а спереди со всем присущим морде любопытством, на меня смотрит не волкодлак, а пес. И до того странновато-потешный, что я даже почти забываю о пережитом только что...во сне? И вообще...где я? Последнее что помню, это Холм. Лучше бы и его забыла, нахлынувшие воспоминания заставляют со стоном откинуться на подушки. Моя страшненькая, опасненькая и полная чудищ сказка во всей красе. Но пережитый во сне ужас настойчиво напоминает, что это не то, что можно назвать худшим из всех возможных вариантов.

И все же, где я? Темно синий, в серебристых узорах, балдахин над головой, отвечать не спешил. Как и четыре массивных, под стать изголовью, деревянных резных столбика, оный удерживающих. Ощущение, что кровать не под мои размеры было очень явным, даже раскинув руки, до ее боков мне было далековато. Мягко сказать. Остальную комнату практически видно не было, полог плотного балдахина отделял меня от нее, превратив кровать в подобие палатки. Когда я подползла к узкой незаслоненной полосе, пропускающей скудный свет в мое царство снов, я поняла почему. Так сказать 'снаружи' было куда прохладнее, хоть и в комнате горел камин. Или же просто меня все еще знобит после странного сна? Завернувшись плотнее в одеяло, спустила ноги, и, к своему счастью, прежде чем сделать шаг, посмотрела вниз. Оказалось, чудо-кровать стояла на возвышении, и вниз вели две широкие ступеньки. Ну вот, маленькой меровийке повезло спасти свою шею и честь от позорного полета носом вниз. Не успела я порадоваться этому факту, как меня чуть не сбил с ног новый знакомец. И судя по запаху и ощущениям, далеких от приятных, он же и вылизал мне лицо. Псинка была мне где-то чуть выше колен и подобной породы мне раньше встречать не доводилось. Узкая длинная, слегка 'горбатая' морда казалось, росла прямо из шерсти. Вернее, шикарная шерсть росла в стороны от собачьей морды, напоминая капюшон кобры. Только это было куда более приятным зрелищем для девичьего взора. Треугольные ушки потешно торчали с пышной собачьей шевелюры, на самых кончиках загнутые к морде. Трёхцветная масть только добавляла красоты этой пушистой копне. Рыжая мордочка с белой полосой по всей длине 'носа', легкая черная окантовка по краю от глаз, прелестнейший пышный белый 'воротник', белые чулочки и основной насыщенный рыжий цвет остальной 'шубки' делали из псинки загляденье. А миндалевидные умные глаза не заурядной. Изящно присев на лохматую попу и наклонив голову слегка влево, она, готова поклясться, с задорным интересом смотрела на меня.

-Ну...привет?— Помимо моей воли не сказала, а скорее спросила я. Но звук моего голоса, видимо, было всем, что было нужно для начала знакомства. Мне радостно завиляли и пришли тыкаться влажным носом в ладони. Тут уж я не смогла отказать себе в удовольствии воспользоваться возможностью и зарыться пальцами в шерсть, проверив, настолько же она мягка на ощупь, как выглядит.

-Красавчик...кто тут у нас такой красавчик? Ой...прости...красавица...какая же ты прелесть! — Чем дальше в лес, как говорят, тем больше нас обеих заносило. После первых осторожных касаний мы весьма быстро перешли к почёсыванию ушек и пузика, тогда то и оказалось, что мой знакомец, вовсе и не 'ец', а очень даже 'ца'. Мне улыбались на собачий манер и норовили облизать, с первых минут выдавая веселый, игривый характер этой красавицы. А я позволила себе пару минут удовольствия. Что может быть естественнее игры с собакой? Что может быть нормальнее... Именно чувства нормальности мне сейчас остро не хватало. Но есть вещи, которые нельзя просто отбросить и забыть.

Я до сих пор не знала, где я и как здесь оказалась. Хотя, поразмыслив логически, это должен быть Дэйбхидх. Мой новый дом... Я окинула взглядом спальню и понадеялась, что не ошиблась. Как я представляла свой новый дом, на корабле по пути в Кельтор? Точно не так. Даже тогда, когда я узнала, что стала женой лэрда, мои фантазии перескочили с продуваемой старой хижины на не менее продуваемый старый замок, где все еще стелют солому на земляные полы. Мягкий ковер под ногами разбил эту теорию в прах, да и каменных стен не наблюдалось. Обстановка была едва хуже домов, которые я видела в Меровии и скорее по-мужски скудной.

Основным предметом интерьера была все же кровать, которая со стороны напоминала королевскую палатку еще больше. Королевскую не только из-за размеров и красивого балдахина, долю величественности ей добавляли все те же широкие ступени, вознесшие ее на пьедестал. Остальная мебель поражала не меньше. Виной тому были уже не ее размеры, а сочетание, например, вполне модных сейчас в Меровии кресел с шелковой обивкой у камина и комода, массивного, в чем-то даже грубоватого, чье потемневшее дерево выдавало его длинную жизнь. Скорее всего, оно служило в несколько раз дольше, чем я живу. Были и другие мелочи, но мне понравилось, как мастерски это все сочеталось, новое и старое, не вызывая отторжения и обладая собственным обаянием.