Омаранш. Ищущая для драконов

-Н-нет, я нагулялась, спасибо. А зачем тогда султану наложницы, если он к ним не ходит? — она непонимающе приподняла брови, но Маджида лишь отмахнулась, вновь поморщившись.

-Забудь о них, — сказала, как отрезала темноволосая красавица и неожиданно потянулась, растопырив тонкие пальчики. — Еще так рано. Я впервые за год поднимаюсь раньше полудня. Но для тебя не жалко, ты интересная.

Внезапно за дверью раздалось громкое "дестур!" и она распахнулась. В полумрак комнаты вошли трое мужчин с низко опущенными головами. Они внесли широкие подносы с разнообразными глубокими блюдцами на них и кувшины с бокалами. Расставив яства на низкий столик у постели мужчины зажгли какие-то ароматные курения в специальных подставках по углам комнаты и все так же, не понимая головы, спинами вперед вышли из помещения.

-Это кто? — желудок Малахит учуял запах еды и протяжно заурчал. Маджида хихикнула, и подцепив пальцами с подноса странный кубик, присыпанный чем-то белым поднесла ко рту Малахит улыбнувшись непонятной улыбкой. Карие глаза зажглись предвкушением.

-Это были евнухи. Им запрещено в нашем присутствии поднимать головы и смотреть на нас. Попробуй! Самый лучший рахат-лукум на весь султанат! — Малахит на миг задумалась, но затем приоткрыла рот, позволяя вложить лакомство. Маджида вновь странно улыбнулась и провела пальцами по нижней губе девушки, а затем облизала поочередно каждый пальчик, зажмурившись от удовольствия. — У тебя там пудра осталась, — ответила она на удивленный взгляд Малахит и вновь склонилась к столу. Малахит же тем временем перекатила сладость на языке и раскусила. Рот затопил божественный вкус меда, фруктов и орехов. Она последовала примеру Маджиды и в наслаждении прикрыла глаза. Это было невероятно вкусно! Лакомство было гораздо слаще, чем все пробованное ею до этого. Первая жена тем временем уже приготовила следующее лакомство и поднесла к губам девушки. На этот раз в ее пальчиках была какая-то незнакомая и на вид очень хрупкая слоистая выпечка, посыпанная сверху чем-то светло зеленым. Малахит, уже не боясь, вновь приоткрыла рот, пробуя и эту сладость. И вновь взрыв вкуса прокатился по всему телу. Это действительно была выпечка, только она была пропитана медом и чем-то еще. И так же как рахат-лукум было очень, до неприличия сладким. Маджида снова облизала пальчики и выжидающе посмотрела на девушку. Прожевав, Малахит уже самостоятельно потянулась к кувшину и налила себе вина в высокий золотой бокал. После такой феерии вкуса дико захотелось пить. От кружившего в воздухе дыма благовоний немного кружилась голова. Осушив бокал, Малахит тяжело вздохнула и потерла виски.

-Так, поешь потом. Ты явно устала, — сочувствующе протянула она. Малахит кивнула, откинувшись на ворох подушек. Действительно во всем теле чувствовалась дикая усталость, а еще снова нахлынуло возбуждение, унося мысли совершенно в неправильном направлении. На миг подумалось, может тут не так плохо как казалось? Но девушка упрямо отогнала эту мысль. Она тут ест сладости и пьет вино, а Адаман с Кианом вероятнее всего заперты где-то.

-Да. Есть немного. Все же новая обстановка. Все такое непривычное. И..надо смириться с мыслью о своем положении, — девушка намеренно произнесла последнюю фразу, дабы не наводить Маджиду ни на какие подозрения.

-Я придумала! — первая жена хлопнула в ладоши и улыбнулась — Я сделаю тебе массаж! Это расслабит уставшие мышцы и поможет тебе немного прийти в себя! Переворачивайся!

-Ч-что? — Малахит приподнялась на локтях, удивленно смотря на девушку, сидящую перед ней. Та грозно насупила тонкие брови и надула губки.

-Давай-давай! Ложись, а я тебе спину разомну! И без разговоров! С первой женой не спорят! — она с удивительной для такой хрупкой девушки силой резко дернула на себя, ухватив за щиколотки. Малахит осознала, что воля вновь покидает ее. И во всем виноват приторный запах благовоний, витающий в воздухе. Она уже слабо соображала, когда Маджида перекатила ее на живот, и проворно расстегнув застежки лифа на спине, откинула его края в стороны. Все происходило столь стремительно, что уплывающее сознание было не в состоянии угнаться за событиями. Малахит лишь слабо дернулась, когда первая жена оседлала ее бедра, а на спину полилось что-то вязкое и прохладное. Теперь к аромату дыма примешался еще и запах жасмина, окончательно кружа голову. Маленькие ладошки плавно заскользили по плечам, действительно разминая уставшие мышцы и втирая масло в кожу. И Малахит расслабилась. Даже мысли о том, что ее настораживали странные реакции ее тела, уплыли вдаль и остались далеко за гранью. Она прикрыла глаза, наслаждаясь массажем. Руки плавно очертили изгиб талии, прошлись по позвоночнику вверх и вниз, чуть царапая коготками на обратном пути и заставив непроизвольно прогнуться. А затем основание шеи обожгло жаркое дыхание, и тихий шепот проник в сознание.

-Этому я тоже тебя обучу, маленькая Исар. Это теперь твое имя. Так приказал называть тебя султан, и ты запомнишь это имя, будешь отзываться только на него, — мягкие губы прильнули к чувствительной коже за ушком, проскользили чуть ниже и неожиданно острые зубки прикусили мочку. Жар возбуждения, накатывавший до этого мягкими волнами, в такт массирующим движениям рук Маджиды стремительно расползся по телу, затмевая сознание окончательно. Малахит дернулась и тихо застонала. По ее спине скользила уже оголенная грудь первой жены, задевая твердыми горошинами сосков. Возбуждение тугим комком пульсировало между ног, заставляя плотно сжимать их. Руки Маджиды проворно расстегнули пояс на бедрах девушки потянув ткань вниз, и шаровары улетели в сторону, оставляя Малахит совершенно голой под жаркими ласками девушки. Она терялась в этих прикосновениях губ и рук. Казалось они были везде. Увлажнившиеся соками возбуждения бедра первой жены терлись о попку девушки. Маджида прикусила плечо и сразу же лизнула укус, затем чуть продула, вызывая волну мурашек по всему телу. Малахит нетерпеливо поерзала. Ей было этого мало. Хотелось чего-то большего. Неожиданный переворот, и вскрикнув, Малахит оказывается лежащей на спине, широко распахнутыми потемневшими от возбуждения глазами наблюдая как та, кого она только совсем недавно увидела впервые, с предвкушающей улыбкой склоняется к ее груди. Захват напряженного соска мягкими губами пронзил тело электрическим разрядом. Судорожно выдохнув и вцепившись в простыни, Малахит застонала сквозь прикушенную губу, когда проворные пальчики, пробежавшись от пупка туда. Где было сосредоточено сейчас все желание девушки, и погладили болезненно напряженный бугорок. Все тело горело и жаждало продолжения, и эти мягкие поглаживания подводили ее к черте, шаг за которую сулил неземное наслаждение. Она выгнулась в умелых женских руках и протяжно всхлипнув, развела ноги шире, когда Маджида проникла в уже влажное и пульсирующее желанием нутро двумя пальцами. Феерия чувств и ощущений прокатилась по телу, пальцы настойчиво двигались внутри, а вскоре к ним прибавился и язык, лаская и кружа по клитору. Перед прикрытыми глазами вспыхивали звезды. Ласки становились все настойчивее, быстрее и глубже. По телу проносились волны надвигающегося экстаза. Малахит уже сама двигалась навстречу рукам, желая разрядки.

Дверь тихо скрипнула, и ласкающая перевозбужденное девичье тело Маджида стремительно вскинув голову, резко отстранилась, вызвав у Малахит протестующий всхлип. Она приоткрыла мутные глаза и встретилась взглядом с вошедшим мужчиной. Первая жена соскользнула с кровати, оставив на ней распаленную девушку, изнывающую от желания завершить начатое, и низко склонила голову перед вошедшим.

-Солнце моего сердца, — с трепетом в голосе прошептала она, и облизнула вмиг пересохшие губы. Мужчина насмешливо вскинул брови, и под его взглядом девушка упала на колени на ковер, касаясь лбом мягкого ворса. — Я начала без вашего дозволения. Простите меня.

-Продолжай, Маджида. Ты все делаешь верно, — мужчина улыбнулся, кивнув распластавшейся перед ним девушке, и неспешной походкой прошел к ложу. Малахит проводила широкоплечий силуэт взглядом, ощущая неловкость, переплетающуюся с возбуждением. Маджида грациозно поднялась с пола, еще раз склонилась перед Фатихом, и вернулась к прерванному занятию, не позволив и рта раскрыть изнывающей десятой жене.

Султан опалял алым взглядом, изучая сплетающиеся на постели тела. Судя по довольному выражению лица, доносящиеся до него стоны, вкупе с представшей перед его взором картиной доставляли ему неимоверное наслаждение. Малахит же вновь потерялась в ласках. Руки и губы первой жены не прекращали изучать тело, замирая лишь на миг, когда девушка уже балансировала на грани оргазма. В какой момент к этой жаркой порочной игре добавилась еще пара рук — Малахит и не поняла. Осознала лишь что широкие, чуть шероховатые ладони, очерчивающие и мягко сжимающие ее грудь, оканчиваются довольно острыми когтями. Приоткрыв глаза, она подтвердила свои догадки. На трансформировавшихся пальцах Султана красовались заостренные алые ногти, оставляя на пути своего движения маленькие порезы, которые тут же зализывались жарким языком мужчины.

-Вон, — одно короткое слово, и девушка остается наедине со своим новым мужем и хозяином, уже не в силах ни сопротивляться, ни говорить. — Моя сладкая Исар. Давно я не встречал омаранш. Вы так вкусны. Ты — самое ценное приобретение в мою коллекцию, малышка. И если будешь хорошей девочкой — я положу к твоим ногам все желаемое тобой.

До сознания перевозбужденной Малахит неожиданно донеслись отголоски чужого яростного раздражения и боли, и именно это на миг отрезвило ее, заставив вслушаться в слова султана и понять дальнейшую стратегию собственного поведения с этим пугающим мужчиной. Она слабо улыбнулась в ответ на выжидающий взгляд кровавых глаз, и перевернулась на живот, чуть приподняв бедра. Ей было стыдно перед собой, и перед своими любимыми, но иного выбора не было. Позже она все объяснит им, и надеялась, что ее драконы поймут этот поступок.

-Умная девочка, — за спиной послышался смешок, и когти прошлись вдоль позвоночника, оставляя за собой кровавые отметины, заставляя девушку невольно прогнуться — Но просто так — не интересно.

Еще миг, и ее рывком усаживают на постели, руки, тело и ноги оплетает веревка, крепясь странными узлами и болезненно обхватывая грудь, а рот накрывает широкая полоса кожи со странным шариком. Малахит лишь удивленно моргнула, как вновь оказалась лежащей лицом в подушки, а султан уже очерчивал каждое переплетение связующих пут и тела перед ним, исследуя руками и языком. Проникновение было резким и болезненным, будто огненная волна прошила насквозь, заставив захлебнуться в крике, поглощенным жестким кляпом. Девушка выгнулась дугой, сжала шарик зубами, пытаясь вывернуться от обжигающего проникновения, но ее волосы крепко намотали на кулак, запрокинув голову назад и зафиксировав в такой позе, второй ладонью оглаживая и царапая бедро. Возбуждение схлынуло, оставив за собой лишь боль, из глаз брызнули слезы.

Фатих медленно, явно растягивая удовольствие, вышел из такого тесного для его размеров лона, и вновь резким движением ворвался в девушку, выбивая из нее очередной крик. Он двигался размашистыми сильными толчками, и девушка с удивлением отметила, что проносящаяся по телу огненная боль вновь смешивается со странным желанием, вызванным пламенем внутри нее, в ней. Когти ифрита полоснули по плечу, и тут же горячие губы припали к ране, судорожно глотая кровь. Движения стали рваными, стремительными, вжимая постанывающую девушку все сильнее в кровать.

-Да, такая сладкая..в тебе столько энергии...моя Исар — мужчина глухо простонал и, сжав бедра Малахит двумя руками, окончательно обезумел, двигаясь в сумасшедшем яростном темпе. Малахит ощутила, как волны оргазма накрывают сознание и, забившись в своих оковах, выгнулась навстречу неминуемому, двигая по мере сил тело навстречу мужчине. Перед глазами пронеслись ее драконы, ласкающие ее тело там, на корабле, где были лишь они, и она взвыла, рухнув в сладкую пропасть эйфории. Следом за ней излился и султан, заполняя девушку горячей, словно лава, спермой. От резкого контраста, вырвавшего ее из неги, Малахит провалилась в небытие, обмякнув в руках своего мучителя.

Фатих отстранился, тяжело дыша. Откинув с лица багровые прилипшие к щекам пряди, он удовлетворенно улыбнулся, погладив безвольное тело под собой по волосам, и коротко поцеловав в плечо, рывком поднялся с ложа. Тихо скрипнула дверь, и в комнату бесшумными и безмолвными тенями скользнули евнухи, низко склонив головы перед своим повелителем.

-Девочку привести в порядок и залечить раны. Известить меня, как только очнется, — он вновь огладил бедро своей последней жены, и мечтательно улыбнулся — Мы скоро повторим, моя сладкая Исар. Твоей энергии хватит мне надолго.

Ничуть не стесняясь собственной наготы султан, бросив последний взгляд на молчаливо стоящих у стены евнухов, покинул покои Малахит.

* * *

Адам метался по камере, круша все, попадающееся под горячую руку, а за эти дни целого в помещении осталось мало. Даже металлические трубы кровати были изрядно погнуты. Киан устало наблюдал за терзаниями брата, не забывая чутко прислушиваться к любым эмоциям их девочки. За ее здоровье он волновался сильнее, чем за свою судьбу. Угнетала лишь нынешняя безысходность.

-Все демоны преисподней! Я так не могу больше! — кулак влетел в стену, срывая кожу с костяшек и кроша на пол осколками камня. — Мы тут уже почти неделю! И кроме этих вялых не пойми кого по соседним камерам, да охранника, мы так и не узнали где мы, и, главное, как отсюда выбраться! И Малахит! Что там с ней делают? Исходящие от нее то боль, то страх, то выбивающее почву из под ног возбуждение! Я скоро свихнусь!

-Брат, успокойся. Я поймал образы от Звездочки. Она во дворце, и вроде как в порядке. За ней ухаживают. А вот выбираться надо, только вот как? — Киан демонстративно позвенел оковами на руках и ногах.

-Я не знаю..Не знаю, но что-нибудь придумаю! — и вновь кулак влетает в стену, проламывая толстую каменную перегородку между камерами.

-Дракоши, это вы? — в дыре появляется искрящийся весельем глаз — Какая прелесть! Да еще и второй живучий! Я по вам даже соскучился!

-Тыыы! — Адам взревел, окончательно выходя из себя, и обламывая отросшие за неделю заточения ногти, стал выламывать куски камня из стены — Проклятый Гилберт!

-Так, тшш...Белый, успокой своего нервного братца! — мужчина с той стороны явно отошел подальше от стены, голос стал звучать приглушеннее — А то я даже не знаю, как смогу вам помочь в мертвом состоянии.

Несмотря на всю свою уравновешенность, Киану и самому хотелось добраться до оборотня в соседнем помещении и отомстить за то, что тот чуть не сделал с их Избранницей, но и в этот раз здравый смысл победил. Дракон положил руку на плечо брата, и чуть сжав, рывком отодвинул от стены.

-Адам. Спокойствие. Прислушайся к тому, что он говорит, — Адаман попытался сделать рывок вперед, но не гнушающийся всю эту неделю еды брат сейчас был гораздо сильнее, в отличие от гордого первого наследника, раз за разом швыряющего свои миски в охрану.