Колдовская кровь

— Ничего, на благо Астрала ему придется пожертвовать своими принципами, — ухмыльнулся Генрих.

— Вы это о ком? — у меня голова кругом шла от всевозможных вариантов событий.

— Лианочка, ты отдыхай, а мы скоро вернемся, — нагло усмехаясь произнес Елизар.

— Только не уходи никуда, мы вернемся с помощью, — пояснил Генрих.

И весь квартет заговорщиков быстро покинул мою комнату. Я зависла на пару минут, а потом резко кинулась убираться, с них станется и директора сюда притащить.

Момент истины настал когда, как всегда без стука, вся честная компания ввалилась в комнату, где обитала несравненная я. Вслед за старостами, к моему глубочайшему удивлению, вошел магистр Серафим, прикрывая за собой дверь. Как всегда невозмутим и спокоен. Каждый шаг, каждое движение несли в себе уверенность и силу. Он окинул меня изучающим взглядом, повернулся к ребятам и произнес:

— Вы психи. Я, похоже, тоже, раз согласился на эту авантюру, — он посмотрел на четыре улыбающиеся физиономии и возвел взгляд к потолку, за неимением неба и тот сгодился. — Лиана, они хоть сказали тебе Как это делается и Чего это будет тебе стоить?

— А? — я уставилась на четыре опущенных мордашки. — Это не только опасно?

— Я бы не назвал это опасностью, — сказал мой ненаглядный. — Скорее издержи профессии.

— И что же?

— Вместе влиться в матрицу мы сможем только при полном соединении наших сознаний, ты может ничего особенного не почувствуешь, но я узнаю о тебе все. Все блоки в сознании и подсознании падут. Ты еще хочешь этого? Хочешь ли ты, чтобы я знал все твои страхи, опасения, желания... твое прошлое и настоящее?

Он говорил это очень тихо, что я слышала обиженное пыхтение со стороны старост, но все его слова впивались в мои мысли, заставляя задуматься, взвесить все за и против.

— Это единственный способ испытания глобального заклинания, — сказал Генрих.

— Вы должны опробовать его, ведь если есть ошибка, то плата за нее тысячи жизней, -проникновенно произнес Капитон.

Серафим посмотрел на меня, явно ожидая ответа. Я немного подумала, скривила рожицу, порвала в клочки какую-то тетрадь и только потом посмотрела на магистра. Я его любила, всем сердцем. Я его ждала и надеялась. Так какая разница что он узнает все о моей жизни, может потом расскажет мне кто я есть на самом деле. Пусть узнает о моих чувствах, о страхах, о том, что я скрывала даже от себя. Пусть знает, мне же меньше рассказывать. Он поймет, я знаю. Потому как человек, которого я люблю, никогда не причинит мне вреда. Я в этом уверена.

— Я согласна, -сказала я, брови Серафима удивленно полезли на лоб. Он думал, что я откажусь. — Только у меня есть одно условие!

— Какое? — спросил магистр.

— Никому ни слова, особенно этим хмырям, — сказала я, указывая на четыре зубоскалящие морды моих коллег по цеху.

Пока Аскольд при сомнительном участии остальной команды варил необходимое зелье, меня вводили в состояние медитации. Этим занялся сам магистр Серафим.

— Расслабься!

— Не могу!

— Как будто я тебя убивать собрался...

— С тебя станется...

— Не ворчи, вообще ты должна молчать...

— Я так не умею!

— Я заметил, придется принимать меры...

— Ой, боюсь-боюсь, бегу и прячусь по кустам!

— Лиана, я же тебе помочь пытаюсь!

— Что-то незаметно...

Похоже, что только я умею снимать эту маску безразличия к миру с лица Серафима. Ах, он такой лапочка, когда злится! Все его самообладание вылетает в трубу.

— Лианка, ты готова? — спросил вошедший в мою комнату Генрих, со скляночкой в руке, наполненной чем-то непонятным. Увидев выражение лица Серафима, он подмигнул мне. — Вижу, что нет. Я вам тут зелье принес, — он поставил склянку на прикроватный столик. — Продолжайте, мы не будем вам мешать.

— Выпей зелье, — приказным тоном сказал мне Серафим, протягивая зелье.

— Все? — я открыла скляночку и понюхала зелье, пахло оно довольно таки вкусно, малиной и ванилью. — Это точно не компот?

— Нет, выпей его, оно поможет тебе сконцентрировать силы, — Серафим устало закатил глаза, когда я, чокнувшись с тумбочкой, выпила зелье. Оно только пахло хорошо, а на вкус кислятина!

— Какая гадость! — проворчала я, плюхаясь на кровать.

— Теперь запускай матрицу заклинания, — следуя указаниям Серафима, я выстроила матрицу заклинания. — А теперь запускай свое сознание в матрицу, но прежде раскрой свое сознание, я введу в помощь тебе свое сознание.

— Чего ты там введешь? — не удержалась я.

— Что имею, то и введу! — прорычал Серафим, все, надо слушаться, не то прибьют. — Не бойся...

Я открылась. Теперь я ощущала, что я не одна, где то рядом есть кто-то, кто всегда поддержит. Меня окутывало теплое золотое облако, аура Серафима...

Иди...

Боюсь...

Все будет хорошо...

Поверю тебе на слово...

Смешок.

Я бросила свое эфемерное тело в силовые линии заклинания.

Вот она, территория темпоральных сил. Это миг будущего, временная петля.

Я стою посреди черной пустыни и мир, вокруг меня, становится пеплом. Темный песок, на весах баланса, перевесил и ссыпался наземь. Я увидела себя, стоящей на развалинах Школы, в окружении орды демонов с кранными адскими глазами. Солнца больше не было, лишь пыльно-серые грозовые облака клубились в небе. Ко мне приближалась черная тень, проходя сквозь орду демонов, как будто не замечая их. Жуткая ненависть, исходившая от этого существа, заставила меня застыть на месте. Неудержимый страх сковал мое тело, хотелось кричать, но голоса не было. Существо приближалось. И тут я поняла свою ошибку. Ошибку Лиона, что я могла повторить... Черные когтистые лапы потянулись ко мне, но были отброшены золотым сиянием, рядом со мной появился Серафим.

Уходим?

Да!

Он схватил меня на руки и вынес из этого места, я была обессилена и, сковавший меня ужас, не хотел отпускать меня.

Не бойся...

Постараюсь.

Я спала и мне снился прекрасный сон. В этом сне я скакала на серебряном коне, а мои волосы, которые никогда не были настолько длинными, развивались в потоках ветра. Меня окружала цветущая долина, зеленые луга стелились под копыта коня. Всевозможное зверье выглядывало с облюбованных ими лесных опушек, а звонкий ручеек, плавно втекающий в небольшую реку, так и молил испить ключевой воды. Птичье пение не могло не успокоить мое сердце, тперь беспечная радость царила в душе. А сердце забилось еще быстрее, когда вдали возник всадник на золотом жеребце. Обогнала!

— Хельга! Опять ты умчалась вперед!

— Ты дождался, как и обещал...

— И не узнал тебя при встрече, не удивительно что ты попала в Школу...

— Я вообще ничего не помнила...

— Так и надо, это твоя новая жизнь.

— Мне страшно.

— Все будет хорошо, мы справимся.

— Не уходи, столько всего навалилось...

— Не уйду, спи...

И я уснула, в его крепких объятиях, прильнув к мужской груди. Я чувствовала, что он защитит меня, я за ним, как за каменной стеной. Теперь чувство вечного одиночества навсегда покинуло мое сердце.

Открыв глаза, я поняла, что в комнате одна. Я испугалась, что все что было — это лишь сон. Сердце сжалось от тоски, а на глаза навернулись слезы.

Дверь раскрылась и вошел Серафим. Я вскочила с кровати, подбежала к нему и уткнулась лицом в его форму магистра.

— Что такое? Что опять случилось?

— Я думала, что все сон, — со всхлипом ответила я, заглядывая ему в глаза. — Это ведь не так?

— Это не так, — послушно повторил Серафим. — Не бойся.

— Тебе легко говорить, — проворчала я. — А мне страшно стало.

— Лиана, — Серафим легко подхватил меня и усадил на кровать, сам же присел напротив. — Ты же не любишь плакать.

— Не люблю, — кивнула я. — Только что теперь с нами будет?

— Первое в списке дел, это освободить Астрал, а что дальше, подумаем после, — сказал Серафим. — Ты поняла ошибку в заклинании?

— Да, я рассматривала этот вариант. Надо заменить одно слово и равновесие, нарушенное при первом заклинании Лиона, будет восстановлено, — я посмотрела на Серафима и улыбнулась. — Ты прости за твой дневник.

— Забудь, усмехнулся магистр. — Теперь мы квиты, ты знаешь обо мне, я знаю о тебе.

— Я одного не могу понять, — я изучающее посмотрела на Серафима. — Ведь оракулы не могут любить и вообще испытывать глубокие чувства. Игнат мне об этом ясно дал понять.

— Если бы это было действительно было так, то меня бы и на свете не было, — сказал магистр. — Ведь моя мать, Казиэль, до сих пор любит моего отца, Генрих тому яркий пример.

— Но как тогда?

— Оракулы имеют способность менять судьбы людей, на это тратится много сил, которые восстанавливаются потом очень долгое время. Мы способны изменить и свою судьбу, что я и сделал. Правда мои силы до сих пор не восстановились, поэтому я не смог победить Игната.

— И когда твои способности вернутся?

— Через четыре года, тогда пройдет ровно сто лет с момента принятия новой судьбы.

— Если у тебя сейчас ограниченные силы, то насколько силен ты станешь, когда ограничение спадет? — опешила я, ведь сейчас он не намного слабее меня, а я, как наследница колдовской крови, являюсь очень сильным магом.

— Надеюсь ты не будешь против, что я стану немного сильнее тебя? — Серафим увидел задумчивость на моем лице и рассмеялся. — Вижу, что ты против.

— Совсем нет! — воскликнула я. — Я совсем не против!

— А вдруг у тебя развивается звездная болезнь от твоего превосходства над знакомыми магами? — посмеивался надо мной этот хитрющий тип.

— Ты же меня знаешь, неужели подленькие мыслишки тебя подначивают, что я именно такая? — обиженно произнесла я.

— Что, снова плакать собралась, раньше я за тобой такой привычки не замечал, — сказал Серафим, поднимаясь.

— Ах ты! Да я... да я тебя сейчас ударю, нечего плаксами обзываться! — я вскочила и набросилась на Серафима, тот не ожидал такой реакции, и мы вместе покатились по полу. — Вот гад, обзываешься еще! Так не честно...

— Теперь я узнаю старушку Лиану, — смеясь, Серафим ловко уходил от моих шуточных ударов.

— Я?! Старушка?! Ты на себя посмотри! Мне то всего двадцать, а вот тебе давно за сотню перевалило! — возмутилась я и, перевернувшись, оказалась на Серафиме... В такой позиции нас застали вошедшие без стука старосты. Их ошарашенные физиономии так и светились удивлением. — Чего уставились, драки никогда не видели? — прикрикнула я на них, а Серафим извернулся аки змеюка и встал, подхватив падающую меня и поставив на пол.

— Она и есть Хельга, — пояснил кому-то Серафим.

— Здорово, — Генрих подошел и хлопнул меня по плечу. — Рад за тебя, подруга. Ребята, я вам все объясню, пошли отсюда, оставим их одних. Если друг-друга не прибьют, то все будет прекрасно.

С этими словами Генрих вытолкнул всех лишних за дверь, заговорчески подмигнул нам и скрылся.

— Э-э-э-э... откуда он о Хельге знает? — спросила я у Серафима, который как и я смотрел на закрытую дверь.

— Думаешь только вы с Лионом скобы откручивать умеете? — усмехнулся Серафим. — Я ему еще за меч отомщу, который он у меня "одалживал", а за скобы он еще в детстве от меня получил.

— Упс, — я забыла, что в моей голове были не только мои секреты. — А может не стоит?

— А еще я думаю, что тебе стоит научится закрывать за собой дверь, а то твоя комната больше на проходной двор похожа.

— Легче этих раздолбаев стучаться научить. Я же еще та раззява.

— Если бы только раззява, — вздохнул Серафим.

— А что не нравится?! — тут же возмутилась я.

— Да все мне нравится... даже твое постоянное ехидство, — рассмеялся серафим, обнимая меня за плечи. — Только нам все равно придется заново узнавать друг друга, ты уже не Хельга, а я не тот, кем был сотню лет назад.

— Да, иначе проблем не оберемся, — согласилась я с ним, в коем то веке. — Начнем все сначала?

— Да, но только после битвы, — сказал Серафими, поцеловав меня в макушку, подошел к двери. Послышался стук и дверь распахнулась, за ней стоял Алан, однокурсник Генриха.

— Мне сказали, что вы здесь, магистр Серафим, — сказал Алан отдышавшись, было видно, что он долго искал магистра по Школе. — Цитадель пала, вражеская армия движется медленно, поэтому будет здесь через пару дней.

— Спасибо, Алан, — кивнул Серафим. — Лиана, беги к старостам, начинайте готовить ритуал.

— Хорошо, — я кивнула Серафиму и, подвинув Алана, бросилась на поиски старост. Утро обещало быть интересным.

— Вы Серафима видели? — спросила я, вычерчивая на полу зала сражений оберегающие знаки.

— Да не волнуйся ты о нем. Это не первое его сражение, так что все будет путем, — сказал Генрих, который вместе с Капитоном устанавливал алтарь в центре магического круга.

— И тем более не последнее, — добавил Елизар, складывая необходимый инвентарь на нужные места.

— Он командует нашими мечниками, — из-за кучи мусора произнес Аскольд. Сегодня на нем была уборка и делал он ее в первый раз в жизни. Ради этой самой жизни он старался вовсю.

— Мы успеваем? — я оглядела помещение, в котором мы работали уже второй день, постепенно оно приобретало новую форму. Усилители магии вот-вот будут готовы, накопители мы сейчас установим, сейчас закончим с защитой и приступим.

Последний накопитель был установлен и мы, облегченно вздохнув, вышли перекусить. Зал для ритуала будет готов в течение часа.

— А вот как... — Аскольд замолк, так как дикий рев сотряс здание Школы. — Что за фигня?

— Ого, похоже на нас напали, — сказал Елизар пробравшись к окну, мы оккупировали соседние.

Масса демонов, черным полотном накрывало долину, подходя к стенам Школы. Их было много, очень много.

— Вот мы попали, — пробормотал Аскольд.

— Мама, роди меня обратно, — произнесла я, коленки предательски задрожали. — Если они нападут всем скопом, то снесут Школу в считанные минуты.

— Не дрейфь, Лианка, — Генрих хлопнул меня по плечу так, что я чуть в окно не вылетела.

— Ладно, раз нам запрещено вступать в бой, тогда предлагаю почувствовать себя командирами, смотрящими на все из главного штаба, — Елизар достал свой меч и потряс им над головой. — Вперед гарны хлопцы!

— Зато мы можем построить пакости издалека, — Капитон, никогда не учувствовавший в наших проделках, удивлял меня своим поведением. — Для этого нам не обязательно покидать Школу.

— И что мы отсюда сделаем? — спросил Аскольд.

И началось.

Армия демонов хлынула на стены Школы, за что была обкидана алхимиками взрывающейся смесью. Взрывы лишь оглушили рожденных в огне. Тогда вступили в бой друиды. Ростки, появившиеся из земли, окутывали идущих впереди демонов, буквально разрывая их на части. Атака захлебнулась собственной кровью... ненадолго. Твари лезли по трупам своих сородичей, и лианы друидов уже не справлялись с таким числом врагов.

Гора трупов грозила превысить стену, когда в бой пошли стрелки. На скоростных метлах они поднялись в воздух, у каждого за спиной сидел алхимик, в паре они обстреливали вражью армию. Черная масса отхлынула от ворот Школы, чтобы мгновенно перегруппироваться, и с новыми силами продолжила нападение. Контратакуя, со стен спрыгнули мечники, закутанные в заклинание абсолютного щита. Они клином вошли в стан врага, рубя и круша противников. Первые потери мечники понесли после внезапной атаки крылатых демонов, налетевших с восточного фронта. Наши летяги справились, но пятеро пар стрелков канули в гуще битвы, магистры с трудом телепортировали их к целителям. Мечники шинковали врагов в капусту, действуя как мечом так и магией, но и здесь без раненных не обошлось. Казалось, что все демоны с нижних уровней явились к нашим вратам, сколько бы демонов мы бы не уничтожили, на их место вставало в разы больше.