Почему я должен жалеть того, кто втоптал меня в грязь? Это своего рода месть за причиненную мне боль. Я не могу бить Вилена, зато могу отыграть на Максе, а брат тоже получит свою порцию Ада, только чуть по-другому.

Максим больше не сопротивляется. Лишь едва слышно всхлипывает каждый раз, когда его настигает очередной удар. Бью ногами по лицу, телу, мне сейчас плевать, что я могу сломать ему что-то. Наверное, этого и хочу.

— Влад, не надо, я же тебя люблю, — слышу его тихий всхлип.

Прекращаю сыпать на него свои удары и резко замираю. В душе всё как будто бы переворачивается и злость уже практически утихшая вновь топит меня. Ой, зря он это сказал!

— Любишь, значит, да?! — насмешливо хриплю я, поднимая избитого парня.

Ох, хорошо же я его приложил. У Максима из носа течёт кровь, губа разбита, да и на теле множество следов от ударов. Становится даже жаль его, но, вспомнив, что сделал этот ублюдок, я откидываю всё своё сочувствие и сожаление. Хочу, чтобы ему сейчас было больно также как и мне. Сейчас устрою ему любовь, о которой он даже не мечтал!

Тащу парня в спальню и кидаю его на разобранную кровать, в которой видимо не так давно спал паренёк.

— Эта ночь будет не забываемой для тебя, — зло хмыкаю я, наваливаясь на парня.

Не знаю, что сейчас творю. Разум как будто бы помутнел и растворился в той злости и боли, которая накрыла меня после объяснений Вилена.

Да, я осознаю, что потом буду жалеть обо всём, что возненавижу себя. Но сейчас это не важно. Мне просто хочется унизить это существо лежащее сейчас подо мной.

— Влад, что случилось? — едва слышно спрашивает он, буквально захлёбываясь в своих слезах.

С презрением смотрю на него. Максим ничего кроме отвращения не вызывает. Даже жалости к нему нет, он сам во всём виноват. Если бы он меня любил, то никогда не повёлся бы на этот глупый развод. На что он рассчитывал? Думал, что я влюблюсь в него, пока буду исполнять условия его шантажа? Наивный. Да, мне, безусловно, нравился секс с ним, но не более. Мне нравилось его тело, но не он сам. Самого Максима я по-прежнему ненавидел всеми фибрами своей души.

— Нравилось со мной играть, да, малыш? — произношу я ему в самое ухо, при этом резко стягивая, с него боксёры и грубо мня упругие ягодицы.

Максим вздрагивает, пытается скинуть меня с себя, что-то шепчет и вновь дёргается, однако безрезультатно.

— О чём ты? — пересохшими губами спрашивает парень.

— О том, что ты сейчас ответишь за то, что водил меня за нос. Вилен рассказал всё о вашей задумке, — рычу я.

Резко встаю с кровати. Стягиваю с себя джинсы и футболку, с удивлением отмечая тот факт, что Максим по-прежнему лежит на месте, даже сбежать не пытается. Он что не понимает, что я собираюсь сделать или смирился?

— Влад, прости, — шепчет парнишка, захлёбываясь в своих слезах, — я просто хотел быть рядом с тобой, я ведь люблю тебя. Правда, люблю...

— Вот и я сейчас тебя буду любить, — насмешливо произношу я, вновь наваливаясь на парня. Грубо целую его в губы при этом резко вводя в него один палец.

Максим громко всхлипывает и снова пытается вырваться. Не позволяю ему сделать это, ещё сильнее прижимая к себе.

— Влад, не надо, пожалуйста, — умоляюще просит парень, уже практически рыдая, — лучше бей меня, но не это...Влад, я...

— Заткнись, тварь, — прерываю его я, а потом резко переворачиваю его на живот.

Не могу смотреть в его глаза. Они полны боли и отчаянья, от этого у меня внутри всё переворачивается.

Не хочу его жалеть. Это сейчас лишнее. Максим заслужил, он и сам это понимает. Я должен отыграться на нём, тогда мне будет легче и плевать, что это не правда. Я не могу держать в себе весь свой гнев, отчаянье и боль.

Резко вхожу в него. Смазкой служит лишь слюна, пусть и за это скажет спасибо.

Вдалбливаюсь в его тело сильно и жёстко, стараясь причинить парню как можно больше боли. Я не вижу сейчас его лица, но примерно понимаю, что он сейчас чувствует. От этого я получаю какое-то удовлетворение. Я рад, что он сейчас страдает. Это правильно.

Боже, в кого я превращаюсь?

Разум требует прекратить, но я уже не могу. Понимаю, что веду себя как последний ублюдок, но слишком поздно что-то менять. Я возбуждён и хочу довести дело до конца, хочу показать ему, что со мной шутки плохи.

Парень громко всхлипывает, кусает зубами подушку, но ничего не говорит. Я наделся, что он будет умолять меня остановиться, но он не произнёс ни слова. Гордый, сука. Только где его гордость была в тот момент, когда он меня фактически покупал? Хотя о чём это я? Тогда ведь в грязь втаптывали не его чувства, а мои.

Кончаю прямо в него, тем самым, пытаясь ещё больше унизить парня. Дальше не говоря ни слова, резко одеваюсь и выхожу из квартиры. В голове как будто бы эхом отдаётся его наивное: "я тебя люблю" и "не надо".

Только сейчас осознаю, что я сделал. Однако должного сожаления нет. Да, я жесток и причинил ему боль. Но теперь мы квиты.

Резко завожу машину и с бешеной скоростью мчусь домой. Надеюсь, Вилен никуда не свалил, потому что разговор с ним я не закончил.

Представляю, как вытянется лицо брата, когда он узнает, что я сделал с его дружком. Зло усмехаюсь, прокручивая в голове дальнейший план мести Вилену, ведь я не могу оставить всё просто так. Хотя здесь особо думать не надо, я его морально уничтожу. Завтра нужно обязательно съездить к предкам и рассказать отцу о том, что Вилу нравится парень. Улыбаюсь, скандал дома будет отменный. Папочка около года меня презирал, когда узнал о том, что я по мальчикам. Он меня тогда всех средств к существованию лишил, и матери запретил со мной общаться. Если бы не бабушка, не знаю, что со мной было бы. Но потом оно успокоился, сказав, что у него есть ещё один сын, который точно обеспечит его внуками. О да, обломись папочка!

Громко смеюсь, представив всю эту ситуацию. Не знаю, что отец сделает с Вилом, но ему точно жизнь раем не покажется, в этом я уверен.

Понимаю, что нужно успокоиться и принять решение утром, предварительно поговорив с братом, но я не хочу так. Он ведь не думал, когда договаривался с Максом об этом шантаже. Почему я должен прощать предательство? Они ведь задели не только мою гордость, они душу мне расковыряли. Я парился, бесился, хотел помочь любимому братику, даже ненавидел себя за то, что грубил Максиму. А оказалось, что это всё фальшь, тупой развод. За всё в этой жизни нужно платить, думаю им пора это понять.

— "Ты ничтожество", — язвительно шепчет внутренний голос, который я пытаюсь прогнать.

На секунду закрываю глаза, желая убедить себя в том, что поступаю правильно. Неожиданно в открытое окно врезается чей-то громкий голос, крики и резкий скрип тормозов. Распахиваю глаза, пытаясь понять, что происходит. Всё как в тумане, ничего не ясно. Лишь отчётливо вижу грузовик, вывернувший из-за поворота и несущийся прямо на меня.

Изо всех сил выворачиваю руль, пытаясь уйти вправо. Потом резкий удар и темнота...

Глава 27

Pov Вилена

Проснулся я оттого, что кто-то молотил кулаками в дверь моей квартиры. Опять Влад ключи взять забыл? Вот же мудак!

С недовольством открываю глаза и жмурюсь. Как же голова болит. Мда, мне всё-таки давно пора прекращать пить, иначе это чревато.

— Иду я, иду! — громко ору я, вылезая из под одеяла.

Чувствую себя отвратительно. По всему телу слабость, да и голову ужасно ломит. А самое главное я прекрасно помню, что было вчера, именно по этой причине мне совсем не хочется открывать дверь Владлену. Ну не готов я сейчас для выяснения отношений.

Однако на пороге моей квартиры оказывается вовсе не брат, а мама, чему я признаться удивлён. Она вообще редко к нам заглядывала, обычно мы всегда предков навещали, а не наоборот.

— Привет, мам, — хрипло произношу я, пропуская её в квартиру.

Мама как-то странно на меня смотрит. Алкоголь ещё не окончательно выветрился, поэтому я не особо хорошо соображаю, но меня напрягает такое выражение её лица.

— Мам, что-то случилось? — глухо спрашиваю я.

Слишком уж плохо она выглядит. Красные круги под глазами явно от слёз, волосы спутались и одета как-то небрежно. Не очень-то её нынешний образ связывается с моей матерью, которая всегда следила за собой.

— Сынок! — неожиданно громко произносит мама и бросается мне на шею.

Я замираю совсем ничего не понимая и лишь ощущая как её слёзы капают на мои оголённые плечи. В душе нарастает беспокойство, и опьянённый разум пытается хоть что-то понять, но выходит плохо.

— Мам, что-то с папой, да? — оторвав от себя мать, спрашиваю я, усаживая её на пуфик.

Мама молчит, смотрит стеклянными глазами в стену и не говорит ни слова.

— Что случилось?! — уже буквально кричу я, тряся её за плечи.

— Ты опять пил? — тихо шепчет мама, закрывая лицо руками.

С непониманием смотрю на неё. Она больше ничего не говорит. Просто сидит и плачет, а я стою рядом с ней и совершенно не знаю, что делать.

Я терпеть не могу слёзы, особенно женские. Ну не могу я утешать людей, если не знаю причину их слёз.

Мама у нас своеобразный человек, она могла разреветься потому, что ноготь сломала или не смогла посетить салон красоты. А на этот раз, наверное, отец денег не дал на очередную ерунду.

Думаю пора вызывать Владлена. Да, пускай я с ним вчера поругался в пух и прах, но всё это можно списать на алкоголь. Влад всегда знал, как именно надо успокоить мать, когда у неё начинался очередной приступ беспричинной истерики.

— Мам, ты подожди минутку, я схожу за телефоном и позвоню Владу, — начал я, уже выходя из прихожей, однако после моих слов мама разрыдалась ещё больше и стала что-то шептать.

Я толком ничего понять не мог, разобрал лишь слово "сынок".

— Мам, ну что такое? — присев на корточки рядом с ней спросил я, успокаивающе гладя женщину по волосам.

Мама вновь всхлипнула, потом вытерла лицо руками и посмотрела на меня. В её глазах было столько боли и тоски, что мне даже как-то не по себе стало. Никогда не видел маму такой.

— Сынок, я ведь всегда за тебя боялась. Даже подумать не могла, что с ним может что-то случиться, — тихо-тихо начала мама срывающимся голосом.

Что она несёт? Я с непониманием вновь посмотрел в заплаканное лицо матери. И замер.

В голове пронеслась картинка вчерашних событий: ссора с Владом, то, как он меня ударил и выскочил из квартиры.

— Мам, что с ним? — шёпотом спрашиваю я.

— Сынок, — вновь всхлипнула мама, утыкаясь в моё плечо, — ты, почему не брал телефон, мы с отцом раз сто звонили.

— Я спал, мам! — уже буквально кричу я, вскакивая на ноги.

В голове какой-то сумбур и сейчас я вообще ничего не понимаю, а мама, похоже, просветить меня в таком состоянии не особо может.

Резко выскакиваю из прихожей и бегу в свою комнату. Хватаю мобильный телефон. Шестьдесят семь пропущенных. Пиздец.

Возвращаюсь назад к матери и набираю номер отца. Тот берёт практически сразу же.

— Пап, что случилось, чёрт возьми? — хриплю в трубку я. — Мама пришла сейчас, вся зарёванная и толком сказать ничего не может.

— Сегодня ночью Влад попал в аварию, — послышался холодный голос отца.

Я вздрогнул. Он всегда так говорил — холодно, пусто и без единых эмоций, как будто бы со столбом разговаривает.

И только сейчас до меня дошёл смысл его слов. Ноги подкосились, в голове ещё больше загудело, и к горлу подкатил неприятный ком, заглушающий доступ к кислороду.

— Что с ним? — пересохшими губами спросил я.

— Он сейчас в больнице...врачи говорят, что шансов нет, — и здесь голос отца задрожал.

Резко сбрасываю и кидаю телефон прямо в стену, чем вызываю ещё один всхлип матери.

В душе пусто, а в голове нет ни каких мыслей.

Стеклянными глазами смотрю на мать, которая уже не плачет. Лишь смотрит в одну стену и всхлипывает, шмыгая носом.

Вновь приседаю на корточки, взяв её за руку.

— Мам, в какой он больнице?— шёпотом, почти беззвучно.

— Поехали, — отвечает мне мама таким же тоном.

* * *

В больнице мы оказываемся уже через минут двадцать. Едем на моей машине. Доверять маме управление автомобилем чревато.

— Он в реанимации, но к нему не пускают, — тихо произносит мама, проходя в больницу.

Я плетусь следом за ней. Внутри пусто и нет совершенно ни каких эмоций, что в принципе меня и пугает.

Мой родной брат попал в аварию, сейчас лежит тут в критическом состоянии, а мне всё равно. Я ведь должен кричать, так же реветь как мама, но ничего этого нет. Мне просто холодно, как душевно, так и физически. В сердце какая-то непонятная пустота, а в голове крутится лишь одна мысль — "если бы не ты, он бы никуда не поехал".

Поднимаемся на нужный этаж. Возле палаты обнаруживается папа, я даже съеживаюсь весь от его вида.

— К нему можно? — умоляющим голосом произносит мама.

Папа мотает головой.

— Я не договорился. Врач говорит, что нельзя ни в коем случае, даже деньги не берут, — слышу я его голос, который отдаётся где-то в голове.

Я сейчас себя странно ощущаю. Как будто бы сплю. Нет ни каких мыслей, эмоций, переживаний и страхов. Есть только дурацкий сюжет, в котором я участвую.

Сажусь на стоящий рядом с палатой стул и бездумно смотрю в потолок. Я не спрашиваю родителей ни о чём. Сейчас не важно как это произошло и почему Влад, умеющий виртуозно водить машину попал в аварию. Это всё мелочи, которые мне расскажут потом.

Вспоминаю слова матери о том, что она боялась за меня, а не за него. Ну да, Влад ведь образцовый, никогда не влипающий ни в какие передряги и вечно помогающий непутёвому мне.

Устало закрываю глаза и потираю замёрзшие ладони друг об друга. С детства ненавидел больницы. Жутко раздражают эти люди в белых халатах, запах лекарств, сырости и смерти. Меня всегда пугали стены этих зданий, как будто бы накопившие всю боль и болезни когда-то находившихся здесь людей.

— Мы сходим к главному врачу, узнаем, что здесь за безобразие и почему нас не пускают! — доносится до меня голос отца.

Я лишь киваю в ответ, как будто бы на автомате. Стеклянным взглядом смотрю на палату с номер двадцать три.

Слёзы незаметно капают из глаз, а я даже не пытаюсь их смахнуть. Интересно о чём он думал за минуту до того как разбился?

К горлу подступает тошнота, а живот скручивает от какого-то спазма. Я хватаю ртом пропитанный лекарствами воздух и произношу лишь одну фразу: "всё будет хорошо". Мне хочется в неё верить, потому что с Владом ничего не может случиться. Всегда так было, ему везёт.

Если мы падали с велосипедов, то я обязательно что-нибудь разбивал, а Влад оставался целым и невредимым. Это во всём проявлялось. Он всегда был лучше меня, и ему больше везло. Даже в отношениях. За ним бегали толпы и он мог за секунду завоевать любого, а я пол года ходил за каким-то одногруппником, которого в итоге так и не добился.

Поэтому всё точно будет хорошо. Я уверен.

А вечером Владлена не стало...

Глава 28

Pov Максима