Далекое сияние звезд

— Кстати, — я остановился с еще одним возникшим внезапно вопросом, — вы что, для вооружения лазерную технику не используете?

Лазер в переводе получился лучевым оружием. Мудрено!

Парам немного помялся, снова настраиваясь на общение со мной. Небось, уже облегченно вздохнул попрощавшись.

— При конструировании этого вида оружия мы столкнулись с некоторыми проблемами, — он пошамкал немного губами, выискивая простые и понятные мне слова, и этим наверно показывая мою варварскую необразованность. — Возникло несколько видов проблем. Это необходимость применения сверхточной механики, учитывая маневренность подразумеваемого противника и расстояния до цели. Эффект поражения объектов у него также низок. Кроме того, наши аналитики предположили наличие электромагнитных щитов у кораблей более развитых рас. Мы тоже работаем в этом направлении, но пока не далеко ушли. Нам не хватает, теоритических знаний и еще больший, чем мы имеем источник энергии. Насчет применения лучевого оружия в атмосфере тоже выглядит не очень эффективно. Но все же спектр применения более широк в виду малых расстояний и точности оружия. Прежде всего, в воздушных столкновениях. Там не нужен полностью разрушающий вид оружия, достаточно лишь повредить противника, остальное довершит физика. С техникой наведения тоже проще, атмосферный истребитель сам является подвижной платформой. Для применения же в открытом пространстве мы ограничились лишь разработкой комплексов лучевых орудий поражающих небольшие снаряды в опасной близи кораблей. Но для использования таких разработок нам не хватает мощностей нашей вычислительной техники. А закупленная у инопланетян имеется в очень ограниченном количестве.

Куда ни глянь везде облом! Чего-то да не хватает.

Глава 23

Я шел по, казалось бы, бесконечному коридору — рукаву отсека оружейников. Впереди еще целый ряд запланированных дел, посещений, ознакомлений и пока поверхностной ревизии всех отделений станции. Надо, вроде бы, внутренне собраться, обдумать задания и линию поведения с местными специалистами, но мысли почему-то витали совсем в других далях.

И все из-за увиденного самого себя через камеру наблюдения при прощании с бородачом Парамом. Произошло это как-то само собой, постоянно сканирующий пространство мой искусственный глаз вдруг обнаружил интерфейс к системе видеонаблюдения этого отсека и уже на автомате 'прошерстил' все камеры в помещении.

'Кстати', — отметил себе, — 'надо не забыть поинтересоваться, почему здесь этот интерфейс? И еще так искусно спрятанный.... Мутят или вернее мутили что-то оружейники у себя в отсеке'.

Почему мой глаз сканирует помещение? А это у меня так паранойя разыгралась, и я дал ей в услугу кое-какую волю для самостоятельного поиска необычного вокруг и анализ этого на степень опасности.

Но сейчас не это главное, а то, что я подглядел себя со стороны, да еще в нескольких ракурсах. Мне стало грустно являться хозяином этакой образины с автоматом на шее, с голым торсом отмеченным множеством шрамов, с неказисто сидящими на мне шортами, бывшими штанами серокожих коротышек и уже разъезжающимися кое-где по швам. Но самое удручающее, это мое лицо... — стянутое в нервном напряжении мускул, грязное, от порезов на коже безобразное и высоко на лоб задранная бровь над искусственным глазом — а-ля Шварценеггер, в небезызвестном фантастическом боевике. Со стороны я уже не выглядел человеком. И внутренне... — тоже закралось сомнение в моей 'человечности'.

А может ну его об это думать?! Ведь, скорее всего это всего лишь подсознательный поиск выхода наружу меня психа и живодера, что бы, наконец-то, наказать всех обидчиков.

Но не думать не получается.

И сейчас в этом предательски грустном настроении я задавал себе вопрос, практически всегда остающийся без ответа — 'а кто я на самом деле?'

Да, кто?

Гонял машины с вроде бы успешного запада на вроде бы неуспевающий восток. Вся жизнь в дороге. Но тогда нравилось. Обернулся, денег заработал. Постепенно обрастая знакомыми и клиентурой, уже беря деньги заранее в задаток на заказ очередной звезды мирового автомобилестроения. Дешевые отели, дорога, девки по настроению и наличию денег. К сначала угнетающе действующей разнице по обе стороны границ тоже привык. Как-то быстро научился вычислять некоторые несогласованности жития за рубежом и подстраиваться, не попадая по их влияние. Ну и наш восточный бардак, и беспредел в контрасте. Иногда он даже казался симпатичным по сравнению с якобы порядком западных стран. Пришел к выводу — никогда не бывает достаточно хорошо там, где находишься. Но все это так, незначительная накладка на психику при такой моей деятельности.

Изменения происшедшие на рынке легковых автомобилей я честно проворонил! Увлекся безмятежностью — съездил, пожил там, приехал, пожил тут. Богатым не стал, стимул развиться в этой области так и не появился. Да и торгашом как таковым я никогда не был. В таком деле действительные торгаши и не приживались. Их быстро вычисляли и у них не получалось хоть как-то раскрутиться. Они, как правило, выживают, и даже пользуются успехом в более крупных фирмах. Там где можно и даже выгодно быть пройдохой и ответственность сложить на работодателя. А здесь напрямую с людьми и ты сам себе шеф. Сам устанавливаешь степень навара на клиенте! И, как правило, скрывать от него размер твоей выгоды не стоит. Чего я никогда и не делал. Ну, почти никогда. Были пару клиентов, показавшимися мне какими то левыми.

Постепенно с бизнесом стало туго, и я вложился в грузовик автовоз. Подвязался с одним автомагазином и на первом же рейсе попал — потерял управление и перевернулся. Вот так и закончилось мое предпринимательство. На погашение долгов ушло все то, немногое, накопленное, еще и не хватило. Семью так и не завел, с единственной сестрой отношения не складывались. Муж у нее упертый фанат безумного патриотизма, с наполненной железобетонными идеями головой. Она у себя дома и пикнуть не смеет. В кого только сестренка уродилась? Мама вроде всегда вела себя достойно, да и отец не позволял на себе ездить. Но их уже нет, и некому нас правильным советом поддержать. Вот и пришлось мне подаваться в далекие края, а если точнее — в моря.

В итоге я здесь.

И кто я сейчас с такой биографией? Инопланетянин, недоделанный киборг, обязанный для своего выживания вершить судьбы других, случайно оказавшихся под его властью.

И что мне со всем этим делать?

Одна моя половина, скрытая и немногословная, жаждет всех покромсать и пофиг что там будет дальше. Другая же, постоянно считает, анализирует, спрятавшись где-то в подсознании, и часто выдает подсказки к нужному направлению моих действий. Можно сказать, интуиция в моем новом 'я' получила порядочное развитие.

И вообще, в подсознании ли действует этот изощренный новый вид интуиции? Иногда подкрадывается мысль, что меня теперь несколько, орудующих в голове параллельно. Правда, одно хорошо, что результатом их деятельности пользуюсь только я — настоящий, а они, те параллельные сознания, всего лишь облизываются и ворчат недовольно. Особенно, если им не позволяют уничтожать серых коротышек.

Я теперь, получается, стал шизофреником, с большой трехэтажной общагой в голове.

Хорошо хоть четко это осознаю и власть над своими действиями еще не утратил!

А если серьезно, без иронии, скорее всего это всего лишь эффект присутствия электроники в мозгах, и так как подчинения моего разума имплантатам получить не удалось, многие процессы работают вхолостую, мимо сознания, лишь иногда его задевая. Надо просто научиться пользоваться этим на все сто, и не как сейчас — постоянно бояться, да переживать утраченной 'человечности'. Надо бы уже смириться — не человек я сейчас, и никогда им снова не стану!

И тут же мысли перетекли в другое русло озабоченности. По сути — нахрена мне эта власть? А куда, спрашивается, деваться? Морей, да океанов чтобы снова убежать, здесь не наблюдается. Есть бескрайний космос, но опять же — как и на чем удирать? Самое большое, это могу добраться до Алотара, где меня сразу продолжат изучать... со всем научным пристрастием.

Так что буду делать то, что нужно. Что Я считаю нужным для МЕНЯ! Потому что никто пока не годится на роль советчика по установке правил — что мне делать надо, а что не стоит. Некому пока доверять!

Лиромы? Такие же заблудшие души, которые хотят всех уничтожить и только потом думать, как жить дальше.

Старик? Откровенный псих, съехавший с катушек, за пять лет одинокого, можно сказать, пыльного пребывания в лаборатории. И еще, не известно найдет ли он себя снова! Хотелось бы надеяться. Во всяком случае, последние его действия подают такую надежду. В остатке пребывают серокожие! Они всегда будут врагами. И не зависимо от наших деловых договоренностей и отношений. Я ведь отнял и постараюсь удержать за собой надежду на независимость и будущее развитие этой расы. Так они будут считать всегда, не замечая своих ошибок и преступлений.

Вроде бы иногда я начинаю воспринимать их как людей, но в следующие мгновения ловлю себя на мысли, что расслабляюсь! Нельзя, чревато это....

Есть, конечно, еще неизвестная величина — население добывающих баз на планете. Личности различных рас и возможно уже сломанные безвыходностью существования в заключении. Смогут ли они быть полезными? И насколько?

В таких раздумьях я, наконец, миновав центральный зал, добрел до нужных мне ворот. За мной всё так же неотступно следовал Ругат. Ему, как ответственному за правопорядок на станции тоже надо познакомиться со всей базой и ее населением. Он погримасничал со стоящим в зале на посту коллегой, что-то бросил на тему коротконогих серокожих трусов и как сейчас, вероятно, снова произойдет уменьшение их поголовья! Они весело заржали.

Счастливые, еще не утратили возможность веселиться!

Они выстроились неровным рядком, решив наверно таким маневром, смягчить мою ненависть! Меня боялись, стараясь не смотреть прямо. Напугал я их, похоже, очень сильно в прошлое мое посещение. Бригада технарей следящих за работой линии по производству электронных микроэлементов для кибернизации разумных организмов — таких как я! И пару специалистов разработчиков этих самых элементов.

Они уже выбрали на мое утверждение старшего, стоящего сейчас чуть впереди остальных. Ни чем не примечательный серокожий коротышка. Как китайцы для европейца — трудно запоминающиеся лица.

Познакомились. Назвался он по имени Муранда Дул.

Я утешил общество тем, что умирать они просто так уже не будут, а только за особые прегрешения. За не особые же, будут работать на базах вместе с бывшими их подневольными. Обрадовал их короче и настроил на позитивное отношение к работе.

Дальше прошелся с умным видом по лабораторным помещениям. Поглядел через многократное увеличение на продукцию — микроэлементы, такие же сейчас и во мне находятся. Удручающе как то видеть инструменты подчинения сознания. Подступившую волну злости удалось отбить. Волноломы у меня сейчас уже более добротные, справились.

Дальше, через наблюдательные окна смотрел на производственную линию, находящуюся в вакууме. Умная автоматическая линия со способностью перенастраиваться на производство множества различных изделий. Успевай только программировать и подавать заготовки с сырьем.

Здешний отсек также занимался производством, но больше сборкой элементов для бортовых компьютеров космических кораблей. Часть сегментов была собственного производства, но большинство прибывало с Алотара. А так как сообщение с родиной серокожих давно не работало, деталей не хватало.

Пришел черед раздавать задания:

— Составляете перечень необходимых ресурсов, также кадровых для разработки недостающих деталей для бортовых компьютеров. Особое внимание уделить на указание сроков продвижения работ. Буду за это особо, — здесь я сделал многозначительную паузу с ударением на последнее слово, — спрашивать. Мне важны реальные сроки, но и за медлительность буду искать вам замену. Это прошу учесть. За хорошее поведение и выполненную работу будут послабления режима и, в конце концов, удаление вероятности посылки на другие, менее квалифицированные работы на планете. Первая разработка должна быть уже через несколько дней. Мне нужна замена планшетов для общения меж расами. Чтоб была удобная, не громоздкая, с большим вычислительным потенциалом для других функций. Так же со всевозможными интерфейсами. Базы языковых данных получите. Сразу в смету производства вносить большое количество. Скажем, предварительное число в тысячу штук!

Мне ведь совсем не нужно недопонимание в моем окружении из-за языковой преграды! Была еще одна задумка — запихать небольшую программку в этот аппаратик, для слежения за кадрами так сказать. Чтобы, значит, исключить межрасового сговора. На всякий случай. Надо будет со Стариком на эту тему пообщаться. Все-таки в этой области, думаю, он особо преуспел и разбирается лучше меня. А то местные компьютерщики обнаружат еще, появится недоверие. Зачем?

Ха, как будто они сейчас мне все доверяют!

Видно было, что задание в такие сроки выполнить сложно и Муранда тужится придумать уже сейчас что-нибудь в оправдание, но явно трусит, не может перебороть себя и сказать, что это невозможно.

Пожелал ему ударного труда и что список необходимого по первому заданию жду уже сегодня.

Все спекся товарищ. Он впал в откровенный, трясущийся всем телом ступор. Выбрали его в главные, похоже, по жребию. Ну да — кто же по своей воле в петлю полезет?

И что мне сейчас делать? Пожалеть бригаду? А вот хрен вам!

— Сообща решили делать жребий, так и дальше работайте сообща. Не выполните — каждый третий поедет на рудники. По жребию! — здесь я уже не удержался и заржал, каким то противным, не своим смехом.

Даже Ругат, обычно смешливый, не поддержал. А только лишь криво усмехнулся.

Ну не получается у меня равнодушно относиться к личностям, что разработали и произвели элементы для моей кибернизации. Злость постоянно ищет лазейку вылезть наружу.

Ругат то до конца не понимает, что эти серокожие вообще здесь производят. Темная личность, необразованная. Поэтому и не смеется.

Вот — уже ищу поддержку у посторонних для обоснования своей злости. Иначе не комильфо становится. А еще утверждение о собственной 'не человечности'. Тьфу, блин. Надо просто ограничить общение с персоналом этого отсека до минимума. Пока, во всяком случае, не найдется замена им. А то сорвусь и перестреляю их всех к чертям собачьим!

Глава 24

Я продолжил осмотр станции. В отсеке у строителей ознакомил народ, там скопившийся с их новым статусом, повторил почти тоже, что и в предыдущих отделах. Взамен получил короткое ознакомительное введение в их производственные будни.

Оказывается после переворота военных почти все планы по дальнейшему благоустройству, расширению и некоторой реконструкции станции были свернуты. Часть кадров переправили на планету для превращения оранжереи в командный пункт и своего рода рай для избранных. На орбите осталось только малое количество персонала. Занимаются они в большей части строительством оборонительных шахт для орудий на поверхности недалеко расположенных булыжников-спутников Гингбара, а также мелкими работами по ремонту и некоторыми переделками внутри базы.