Звезданутые войны

Увы, за всеми этими обсуждениями терялось главное: причина, по которой возник этот спор.

  Терялась везде. Но не в Высшем Совете Ордена. Там она... созревала. Если, конечно, можно так выразиться. Созревала в умах членов Совета, ожидая... А чего, собственно? Подходящей минуты?..

  Уютно устроившийся в своём кресле в зале Высшего Совета Великий Магистр мысленно хмыкнул: вот она, подходящая минута! Самая подходящая из всех возможных: гость покинул Храм! Да, на время. И да: при желании он наверняка услышит всё, что будет говориться в этом зале. А при очень большом желании...

Да, может. Но — Великий Магистр мысленно покачал головой — не будет...

Главе Ордена пришлось подождать ещё почти четверть часа, прежде чем в зал вбежал навещавший Магистра Йаддль Магистр Мейс Винду (корун, оказавшись в зале, кивнул Учителю: Йаддль передала ему право распоряжаться её голосом), а на стенах засветились два экрана, явив членов Совета Магистров Ки-Ади-Мунди и Шаак Ти. Итого — девять членов Высшего Совета, имеющих право распоряжаться десятью голосами. Можно было начинать...

Интерлюдия

  Коротко свистнув, посох крутнулся в руках Сущности, ударил концом в лежащий на земле ржавый болт, и тот отправился в короткий быстрый полёт в сторону предполагаемого противника.

  — Можно так, — без каких-либо эмоций произнёс "мальчишка-хуманс" (предпочитаемый Сущностью образ), проводив "снаряд" взглядом. — А можно вот так, — добавил он несколько секунд спустя, и конец посоха чиркнул по земле, выбив из неё веер мусора, отправившийся в ту же сторону. — Зависит от ситуации.

  Кивком подтвердив, что понял, Мол задумался: повторить показанное он мог. Может, не настолько быстро, но достаточно, чтобы применить этот приём в бою. Повторить тем посохом, который ему передала (или вручила?) Сущность. Но не своим обычным оружием.

  Наблюдавший за ним "мальчишка" понял терзания забрака и попросил (!) достать "зубочистку". А когда... наверное, всё же ученик... выполнил просьбу, протянул в его сторону свой посох и посоветовал стукнуть. Добавив, что лучше — несильно, а то кристалл не выдержит.

  Если Мол и испытывал сомнения, то очень недолго. Меньше секунды. Потом включил своё старое оружие и осторожно ударил одним из алых клинков по посоху Сущности.

  Безрезультатно.

  Можно, конечно, ударить сильнее, но...

  — Попробуй приложить и надавить, — посоветовал "мальчишка".

  И опять ничего не получилось...

Мол взглянул на "мальчишку", глазами которого на него смотрела Сущность. С заметным любопытством. Как бы спрашивая: "И что ты выберешь?" С таким разглядыванием Мол встречался уже дважды. В первый раз Сущность наблюдала за душевными метаниями забрака, во второй — за его же медитацией. И оба раза это заняло порядочно времени.

  Сейчас... сейчас Сущность не наблюдала. Она... решала. И решила: шест снова крутнулся, коротко свистнув, и ударил концом в кусок корабельной брони. Замер на секунду, как будто давая возможность рассмотреть себя в подробностях... и исчез. А следом, удаляясь, растаял и "ребёнок"...

  Забрак покачал головой:

В корабельной броне бесстыдно зияло сквозное отверстие, пробитое шестом...

Посещение

  — ...представляешь?

Долетевший от входа в лабораторию вопрос — точнее, его обрывок, — заданный детским голосом, заставил Кронала, бывшего когда-то колдуном Ранда, а теперь отвечавшего за магическую безопасность графа Серенно и членов его семьи, отвлечься от наблюдения (ну и контроля, конечно) за ходом сложного эксперимента. Находящегося на завершающей стадии. Эксперимента, направленного на восстановление, хотя бы частичное, способностей, утраченных в результате смены Пути. Предпоследнего в длинной серии, описание которой магу удалось раздобыть... раздобыть. Благодаря оставшимся знаниям и опыту...

Тем временем Воплощение, явно по привычке (хотя кто знает хоть что-то о Воплощениях?) принявшее вид ребёнка-хуманса, продолжало:

— Основная часть их состояний — акции, долговые расписки и так далее. В виде денег — пусть даже электронных — и драгоценностей содержится совсем немного. При этом тебя устроят только последние.

"Вообще-то, — подумал Кронал, — электронные деньги..."

  — Номерные, — рыкнуло Воплощение. — А которые не номерные, имеют очень ограниченное хождение. Я про банковские чипы. А ты громко думаешь, — и добавило секунду спустя: — Не отвлекайся!

— Да, госпо... — начал было маг, но тут его накрыло почти непрозрачным куполом, глушащим звуки — Воплощение, явно не надеясь на исполнительность Кронала, приняло меры...

  Следующие одиннадцать минут (шесть — закончить процесс, четыре — проверить результат и одна — чтобы подправить слегка пошатнувшееся душевное равновесие) пролетели очень быстро. Можно было... выходить?.. Но как? Постучать?..

Маг попробовал и с удивлением увидел, как казавшаяся нерушимой преграда рассыпается на быстро истаивающие маленькие ромбики. Процесс этот сопровождался лёгким шорохом. Очень лёгким. Но граф с Воплощением всё равно услышали, и Кронала встретили два вопросительных взгляда.

— Сделал, — стараясь не частить, сообщил маг. — Предварительно — успешно. Окончательно станет ясно через девяносто часов. Возможен разброс, поэтому дальнейшие действия... — он развёл руками.

Посетители переглянулись, потом Воплощение... спросил, означают ли эти слова почтенного Кронала, что в ближайшие сорок восемь часов он будет не слишком занят, и если да, не окажется ли поименованный помочь...

  Естественно, поименованный не отказался! И Воплощение... изложил свою просьбу: припомнить магические тексты, относящиеся к Целительству, Смерти, Некромантии и Некрохимерологии. То есть названия, что они из себя представляю — книги, свитки, таблички и так далее — и местонахождение. Хотя бы примерное. Ну а через упомянутые сорок восемь часов он, Воплощение, прибудет и Кронал поделится с ним воспоминаниями.

  Если, конечно, Его Сиятельство — Воплощение посмотрел на стоящего рядом графа, которому Корнал, поступая на службу, принёс вассальную присягу — не возражает.

Его Сиятельство не возражал, и Воплощение стал прощаться. И прежде всего попросил графа передать Её Сиятельству графине его, Хранителя, сожаление, что не смог выразить восхищение её красотой лично. Посмотрел на скривившееся как от кислого лицо графа, весело хмыкнул — мол, сами такие правила хорошего тона придумали — и растворился в воздухе...

В... сучение подарка...

  Неторопливо, дабы не уронить достоинства поспешностью, уходили за горизонт Тату Первый и его-её брат-сестра Тату Второй. Следом, подчиняясь напору так же медленно наступающего Вечера, уходил и закончивший свои дела День...

  Во дворце каджидика двое разумных, привольно разлёгшись на устланных шкурами возвышениях...

  Джабба Десилиджик Тиуре сбился с мысли и недовольно поморщился: неточности! Их слишком много! Во-первых, возвышение в Зале Приёмов всего одно. Во-вторых, разлёгся на нём только он сам, каджидик Джабба Десилиджик Тиуре, что же касается второго разумного — почтенного Хранителя, его гостя — он, по своей привычке, висит в воздухе, уложив нижние конечности так, как не сможет большинство даже очень гибких танцовщиц...

  Сам Джабба однажды попробовал уложить хвост если не так же (поскольку всего один), то хотя бы похоже... Хорошо, удалось самому... развязаться...

Он опять поморщился, и рабыня-забрачка, принявшая эту гримасу за недовольство ею, сбилась с движения. Однако тут же взяла себя в руки и продолжила танец. Заслужив одобрительное хмыканье сначала гостя, а потом и самого Джаббы.

  Новая рабыня...

Джабба Десилиджик Тиуре помнил предупреждение, сделанное почтенным Хранителем в первую встречу. Помнил и долго обдумывал. И к третьей встрече с почтенным Хранителем у него уже был план, как, по выражению почтенного, I na yolku vlezt I ne obodratsya. Что переводилось, как "совместить несовместимое".

  Следует заметить, что почтенный Хранитель отнёсся к предлагаемому решению со всей серьёзностью — внимательно изучил, тщательно обдумал и... сделал несколько замечаний (в частности, о повышенной опасности именно подаренных рабынь) и дополнений, посоветовав обзавестись парой дроидов серии НК, замаскированных под протокольных, и держать их при себе.

  Это было разумно, и теперь рабыни, какими бы привлекательными они ни были и кто бы их ни дарил, почти сразу же передаривались, а дроиды-убийцы, с внесёнными в управляющие программы соответствующими правками, превращавшими их в телохранителей, всегда находились при Джаббе...

  Танцовщица закончила наконец выступление и склонилась в глубоком поклоне, ожидая решения хозяина. Тот одобрительно, как показалось девушке, покряхтел*, сделал знак подойти, оглядел с ног до головы... и, покосившись на висящего в воздухе мальчишку-хуманса, отпустил отдыхать — шутка, в которую превратились первоначальные попытки подарить деловому партнёру самку покрасивее (по понятиям двуногих), изрядно заплесневела.

  *Неканон.

  Раздавшееся со стороны партнёра насмешливое хмыканье показало, что он явно догадался о мыслях гостеприимного хозяина. Точнее, думал, что догадался: некоторое время назад, размышляя о том, что могло бы понравиться древнему существу, которого не интересуют самки, Джабба Десилиджик Тиуре "зацепился" за слово "древнему". И приказал разведслужбе каджидика подыскать что-нибудь... этакое. Из тех времён. Желательно — не оружие.

  Разведслужба возилась с этим делом больше месяца — в конце концов, были ведь и другие задачи, а хозяин о срочности ничего не говорил. Но — справилась. Всего лишь день назад прислав бронированный чемодан, ознакомившись с содержимым которого, хатт ощутил: оно! И вот сейчас этот чемодан, несомый одним из сервисных дроидов, медленно подплывал к гостю...

С каждой секундой приближая миг торжества каджидика Джаббы Десилиджика Тиуре...

...но обещал вернуться...

  На вторые сутки отсутствия гостя (и на третьи после окончания операции по спасению жизни Магистра Йаддль) к спорам о порке, как о приёме воспитания, добавились поползшие по Храму слухи... Мол, гость, которому надоело доказывать очевидные вещи-и-так-далее...

  На четвёртые (они же, соответственно, пятые) сутки, когда слухи ещё не стали поводом для серьёзной тревоги, но уже начали вызывать беспокойство, один из юнлингов, набравшись смелости, спросил Драллига, куда делся Наставник и когда он вернётся.

  Драллиг честно признался, что не знает, но обязательно спросит у кого-нибудь из Советников, не откладывая, и уже завтра... И сразу после занятий обратился с этим вопросом к Великому Магистру, справедливо рассудив, что если кого гость и поставит в известность о своих планах, то это его.

  Великий Магистр, озабоченный назревающей... обсуждением принципиального, с точки зрения некоторых... разумных... изменения традиций, хотел было вежливо отмахнуться, однако вспомнил не так давно утихшие волнения из-за запрета на браки, сосредоточился и, немного подумав, высказал предположение, что ещё дней через пять... Нет, гость перед отбытием предупредил, что... ненадолго. Но вот что это означает в его понимании...

  Мастер Драллиг, уловивший в ответе Главы Ордена оттенок неуверенности, мысленно скривился, но выбора не было. Придётся передавать ученикам слова Великого Магистра как есть. Без своих комментариев. Правда, со ссылкой на источник, но-о-о...

Как ни странно, помогло. Немного. Но тем не менее. Потом последовало заявление Высшего Совета об изменениях в традициях. В частности, древний обычай выхода на задание в джедайской робе был заменён ещё более древним — ношением брони. В связи с чем Стражам, как единственному Корпусу в составе Ордена, чьи члены обучались носить доспехи (и носили их почти не снимая, дабы привыкнуть), вменялось выделять своих рыцарей для обучения братьев и сестёр по Ордену. Заодно во внутреннем парке были выставлены на всеобщее обозрение несколько комплектов...

На какое-то время о госте забыли, а потом кто-то из собравшихся посмотреть спросил, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Интересно, а что сказал бы про это Наставник?..

  К счастью, немедленного обсуждения не последовало. Но и незамеченным вопрос не остался — на следующий день отдыхающие между упражнениями юнлинги и не только проводили время, вяло рассуждая на эту тему. А на следующий после следующего...

Мнений, как всегда, было больше, чем тех, кто их имел, и обсуждения легко могли смениться ожесточёнными спорами (для начала), но тут ворвавшийся в зал опоздавший к началу занятия юнлинг прокричал: "Он вернулся!" — и один из лучших бойцов Ордена почувствовал, как с души сваливается неподъёмная тяжесть...

Да, едва начавшееся занятие пришлось прервать, но — ненадолго. На время, необходимое, чтобы "вестник" сообщил подробности ("В библиотеке! С Магистром Джокастой!"), и чтобы услышавшие новость её... переварили... После чего тренировка продолжилась, но уже в менее нервозной атмосфере...

  Глава Ордена и глава Корпуса Равновесия тоже ощутили возвращение Источника Беспокойства. Хотя и по-разному. У Великого Магистра возникло ощущение, что исчезла дыра в стене древнего замка, коим ему представлялся Орден. Причём, что самое непонятное, до того как эта дыра исчезла, Великий Магистр о её существовании и не подозревал... Так, ощущалось некоторое неудобство, но и только...

А вот главе Корпуса Равновесия гость приснился... И ничего необычного в этом не было: отдежурив ночь, мастер Аелори прилёг отдохнуть и вскоре после того как смежил веки, увидел Хранителя. Таким, каким видел его в самую первую встречу. Правда, теперь он не сидел на коврике для медитации, а, точно так же скрестив ноги, парил над ним на высоте ладони. А ещё — перед его лицом медленно создавалась схема объёмной поисковой сети для контроля пространства на среднем удалении. Та её часть, что никак не давалась мастеру. Затем она замирала на некоторое время, после чего распадалась... И снова... И снова...