Фентези 2017.Путь лекаря

— Есть. — Декурион раздал приказы. Получившие их легионеры, гремя кольчугами, побежали с поручениями.

— Чесслово, удивлен, — добавил он, — наш-то маг после одного-двух огнешаров колдовать уже не может. А вы вон сколько выпалили, а еще два раза страшилище какое-то применили. Всех, кто попал под него, как демоны слизали.

— Сам удивляюсь, — искренне ответил Олег, — но поесть хочу не хуже голодного демона. Так что присаживайтесь и угощайтесь.

Пока они подкреплялись, собирали командиров, устраивали раненых и организовывали захоронение убитых, прошло больше четверти часа, пожалуй, даже больше получаса. Зато военный совет был по-военному краток. Все согласились, что надо срочно идти к Понтее.

— Конечно, городок не пограничный и на ополчение надежды нет. Но вигилами командует отставной центурион, Алекс Крысолов, — заметил Ким, — а он, чесслово, может отбить атаку шайки коннахтов даже с половиной своих людей. Есть шанс, что город еще держится.

— Тогда слушайте приказ, — подвел итог Олег. — Оставляем в лагере всех пеших, бенефициариев и раненых. Остальных сводим в три алы. Первой командует Ким, второй — Марк, третьей — Крисп. Вперед вышлем дозор во главе со Спатой. Я иду с третьей алой. На подходе к городу узнаем обстановку от разведчиков и атакуем. Или обходим и идем к Столице, если атаковать поздно или невозможно. Вопросы?

Вопросов не было. Какие могут быть вопросы, если враг вторгся в родную землю?

Запроливье. Новоромания. Лагерь алайских войск

— Ну и как? — спросил дон Гуг, не оборачиваясь. — Хороши союзники?

— Союзники? Великолепны. Именно поэтому я боюсь их еще больше. Заметьте, благородный дон, что мы с ходу взяли город и понесли потери втрое меньшие обычных только благодаря им.

— Это же хорошо, мой благородный друг.

— Это плохо, благородный дон коннетабль. Если они захотят, они могут разбить и нас заодно. А то, что они делают с пленными и обывателями...

— Это война, дон Кондор.

— Война, — согласился собеседник и неожиданно зло добавил: — Война, а не бойня для скота. А они режут всех без разбора. Словно скот. Даже эльфы и те так себя не ведут. Это... — замолчал он, подбирая слово, — недостойно благородного воина быть в одном строю с этими мясниками. Посему, благородный дон Гуг, примите мою нижайшую просьбу и отпустите меня на лечение. Люмбаго обострилось, и никакие магические меры не помогают. Только покой и большие дозы кронарского с медом в течение нескольких недель.

По-прежнему не оборачиваясь, коннетабль протянул руку и взял свиток.

— Сдайте командование дону Гау. И можете ехать к кронарскому, к демонам Серых Пределов и вообще на все четыре стороны, — злость прорвалась ругательствами. — Вам легче, вы не прямой вассал, — последовавшее неожиданное признание было произнесено так тихо, что дон Кондор еле расслышал его. Но ничего не сказав, лишь тронул поводья коня.

Если завтра война (продолжение)

И вот снова копыта коней топчут дорогу. Лица воинов строги и напряженны, и только Олег выглядит безразлично усталым.

"Вот и пожил по-человечески, крестовину мать! Лициния и неродившийся сын... Не знаю, кто и зачем все это сотворил, но клянусь, что я до него доберусь. Когда же доберусь, то демонам в Серых Пределах станет страшно от того, что я с ним сделаю. Клянусь, все причастные еще не раз пожалеют, что у них родилась мысль о нападении", — обычно Олег не очень любил пафосные слова, но сегодня в голову приходили только они. Если не считать, конечно, самых черных и непечатных ругательств.

Колонна всадников продвигается не столь быстро, как одиночка. К тому же лошадей надо беречь, чтобы сохранить силы для боя. Поэтому до Понтеи они добрались ближе к вечеру. И очень обрадовались, увидев, что ворота закрыты, стены целы, а над ними развевается ярко-красный флаг — символ опасности.

Рано утром выросший почти до полной когорты отряд Олега неторопливо приближался к Столице. Вчерашний разгром под Понтеей еще одной группы коннахтов, небольшой, но наглой и самоуверенной, обернулся несколькими десятками добровольцев. Среди них оказались и отставные военные, и бывшие ополченцы, умеющие владеть оружием. Даже несколько купцов пришли сами и привезли с собой припасы и некоторое количество оружия.

— Удержит ли город Крысолов, боги ведают, — объяснил один из них, пройдошистый, крепкий, ростом с Олега купец Луций Сергий по прозвищу Рара Бестия (Редкозверь). — Припасы так и так уйдут безденежно, когда еще компенсацию от Казначейства дождешься. А вам они не помешают. Как и лишние мечи тоже. Вы ведь к Столице пойдете? А у меня там главная контора. Так что берите, не сомневайтесь. Выгодно и мне, и вам.

Так что разросшийся отряд сопровождало теперь несколько повозок с продуктами, палатками и даже запасными мечами и стрелами. И вообще теперь отряд напоминал не сборную солянку, а вполне приличное воинское соединение. В Понтее, как оказалось, находился один из армейских вещевых складов. Его слегка порастрясли, поэтому сейчас все были экипированы в новенькие армейские туники, плащи и калиги. Вооружены бойцы были не по-армейски разнообразно, в соответствии с их предпочтениями. Но только это и отличало отряд Олега от армейской когорты.

Если вражья сила нагрянет

И единственно верный торпедный удар

Победителю скажет, что мы еще здесь.

Алькор

Город был слишком большим, а нападающих пока слишком мало. Поэтому они не стали даже пытаться взять его весь под контроль, несмотря на то что из захваченного Портального Замка непрерывным потоком текли подкрепления. Захватили несколько ключевых точек и постарались уничтожить организованное сопротивление. Осматривая панораму Столицы с большого дуба на окраине одной из пригородных рощ, Олег и Марк сразу заметили огромные пожарища в окраинных районах и бои у лагеря первого легиона. И необычную тишину в остальных районах. Внешне, если не смотреть на стены, Город напомнил Олегу увиденные кадры первой чеченской — Грозный после первого штурма.

— Наши еще держатся, — заметил Марк, опуская "дальнозрительную трубу" — Первый Легион не зря называется Стойким.

— Поможем? — командовать такими силами Олегу еще не приходилось, да и собственное состояние казалось ему самому не совсем нормальным. Если быть точным, он как бы глядел на себя со стороны, причем чувствуя абсолютное, ничем не возмущаемое спокойствие. Ледяное спокойствие и никаких эмоций, словно робот из того мира. "Терминатор, твою маман", — нашел в себе силы сыронизировать он.

— А иначе зачем мы здесь? — ответил вопросом на вопрос Марк.

— Тогда спускаемся и будем советоваться, — приказал Гордеев.

Внизу их уже ждали у расстеленного прямо на траве плаща три "центуриона военного времени" — Крисп, Ким и Сергий. Не теряя времени, они знакомились с расстеленным на плаще планом Города. Сергий Редкозверь попутно рассказывал всё о посещенных им лично районах столицы.

— Считаю, — не теряя времени, начал Олег, — к Палатинскому холму нам не пробиться. К Портальному Замку — тем более, там, по моим наблюдениям, не менее полулегиона в охране. И уж точно не один маг. Нас просто раздавят. Но многие районы противник просто не тронул, а Сибурну, Эксквилин и Муниций просто подожгли, видимо, чтобы обезопасить свой фланг. Вот такие дела у нас, доны. Кто что предложит?

Марк с Криспом промолчали, купец лишь озадаченно чесал в затылке, уставившись в план города так, словно видел его первый раз.

— Раз уж все молчат, скажу, — решился Ким. — Я, чесслово, не сильный тактик или там стратег. Но, раз к Портальному Замку прорваться не удастся, считаю, надо к легиону идти. Выручим наших, да и сил наверняка побольше станет. Чесслово, других вариантов не вижу.

Тут оживился Сергий.

— А верно вояка предлагает! Что до прорыва, — он опять почесал в затылке, — знаю я тут одну дорожку через Эксквилин... — Он замолчал.

— Могу поклясться всеми богами, не раз пользовался, чтобы беспошлинные товары провозить подальше от вигилов, — усмехнулся Марк, и тут же добавил, глядя на возмущенно вскинувшегося купца: — Но это инквизиции не касается. Думаю, надо так и сделать. Да и Его Высочество с преторианцами в этой ситуации должен был именно к легиону отходить... если уцелел, — продолжил он.

— Принимаю, — согласился Олег. — Крисп, вышлешь передовой дозор, остальные идут в авангарде. Рарабестия — с Криспом, свою центурию передашь пока заместителю. Замыкающей — центурия Марка. Боковые дозоры вышлем от нее же. Далеко их не отправляй, пусть не далее одной улицы параллельно колонне идут. Где не получается — ждут тебя и идут в общей колонне. Атакуем с ходу, развертываемся от вот этого дома на Марсовом поле справа налево. Вопросы? По коням, доны.

И неожиданно для себя, когда все встали, добавил шутливо:

— Веди, Вергилий, — обращаясь к Редкозверю.

— Ну, вы скажете, благородный дон, — столь же неожиданно отреагировал Сергий. — Никакого отношения к этому пьянице и игроку в кости я не имею.

— А разве ты его знал? — удивился Крисп.

— Обижаешь, военный, кто в Городе не знает Луция Вергилия Валерия Хому? Не только Город, вся Новоромания знает про его знаменитый выигрыш в кости.

— Не в кости, а на ипподроме и не выигрыш, а проигрыш. Он тогда на заведомого фаворита поставил большие деньги, а тот взял и проиграл гонку. Целое состояние...

— Да ладно тебе...

— Все, отставить шутки. Война не ждет, — остановил разгорающуюся пикировку Марк.

Олег смолчал. Люди перед боем волнуются, понятно же. Странно только осознавать, что его случайная шутка внезапно попала в цель. Он-то имел в виду несколько другое. Но получилось удачно, все смеются.

Через городскую свалку, по которой пришлось ехать в буквальном смысле не дыша, они вышли к городской стене. Ворота были закрыты, но ни одного стражника ни на стенах, ни в башнях не видно. Дозваться тоже не удалось, как ни старались.

Тогда Спата предложил влезть на стену. Оказалось, что он в свое время служил в горных егерях на юге, у самых Гномьих гор. Там часто приходилось лазить по отвесным склонам, догоняя шайки гоблинов, нападавших на мирные поселки и торговые караваны.

Через ров перебросили сколоченный тут же штурмовой мостик и уже собрались перетаскивать один из двух зенитных арбалетов, когда раздосадованный Спата доложил, что подходящих для подъема веревок в отряде нет.

— Демоны меня забери. — Стоящий рядом с Олегом Редкозверь растерянно пытался почесать затылок, но в результате лишь поскреб пальцами по металлу шлема. — Придется открыть Тайну.

— Тайну? — переспросил Марк.

— А ты думаешь, мы в сам Город тайком безакцизные товары провозили? — вопросом на вопрос ответил Редкозверь. — Сколько бы пришлось вигилам на воротах платить, сам подумай.

Оборвав разговор, он пришпорил своего конька и поскакал назад, в рощу, крикнув на ходу:

— Разворачивайте когорту за мной, благородные доны!

Вход в подземный ход оказался замаскирован как раз на опушке той рощи, с деревьев которой Олег с Марком наблюдали за Городом. Неприметный холм, к которому ведет еще более неприметный отрезок проходящей через всю рощу просеки. Удивленный отсутствием явных следов прохождения груженых телег, Олег присмотрелся к траве и рассмеялся про себя. Ну, конечно, какие могут быть следы на горной камнеломке.

Ход был построен на совесть, обложен камнем, широк и высок настолько, что вслед за воинами в него затащили и обоз. Судя по кладке, это был один из старых, заброшенных (или специально забытых?) ходов в крепость.

Шли недолго, а вышли довольно далеко от стены, в неприметном тупичке, окруженном со всех сторон глухими заборами. Подозрительный переулок, кривой, словно ломанный не один раз через колено, вывел их на опушку рощицы за малым храмом Весты. Неожиданно выяснилось, что в этой роще, куда доступ вроде бы закрыт для всех посторонних, кроме жриц, пролегает вполне приличный путь. Вот она — дорога, и никакой магией прикрытия не пахнет. И никто о ней не знает? Взять бы кое-кого за тогу да порасспрашивать с каленым железом и заклинанием Пента Тантал. Хотя сейчас и продажные вигилы да архижрецы пользу принесли, так как дорога прямым путем вывела в тыл атакующих лагерь легиона врагов. Причем так, что никто из них и не заподозрил, что сзади стоит внушительный отряд в двести с лишком мечей. Готовый обрушиться на коварного врага, как только будет отдан приказ. А приказ никак не хотел появляться на свет. Неожиданно для себя Олег вдруг понял, что сейчас ему придется бросить в эту мясорубку своих людей и отвечать за всех убитых по его вине.

"Но я же не стратег! И никогда не командовал ничем, кроме десятка рядовых. И то недолго. А тут... перебьют нас без всякой пользы. Я-то, может быть, и уйду, а остальные? И как я потом буду смотреть в глаза уцелевшим?" — неожиданный приступ интеллигентского самокопания в стиле Раскольникова: "Тварь я дрожащая иль право имею", прервал приход к атакующим очередного пополнения. Пестро одетые, валящие толпой коннахты из самых бедных родов, которым не хватало богатства ни на лошадь, ни на приличное вооружение, бросились было грабить убитых, вместо того чтобы сменить отступивших после атаки имперских арбалетчиков из Майлза. Но приведшим их имперским же латникам и нескольким вождям эти поползновения не понравились, и они принялись наводить порядок по-свойски, снеся головы нескольким самым шустрым. Началась неизбежная при таких войсках и таких обстоятельствах сумятица. К тому же коннахтские пешцы частично смешались с имперцами, разбив и их строй на несколько сохранивших боевой порядок островков.

Увидев это, Марк подтолкнул Олега. Да и сам Гордеев понял, что лучше момента не найдешь.

— Выходим из переулков и разворачиваемся на ходу! Третья центурия в резерве, выходит на площадь и строится в тылу для поддержки. Телеги оставляем здесь. Атака!

И вновь почувствовал, как его верный Ант выносит его вместе с атакующими центуриями прямо на площадь. Громовое "барра!" раздалось одновременно с двух сторон, осажденные легионеры тоже заметили удачный момент и контратаковали навстречу.

Олег рубил разбегающихся варваров, чувствуя какое-то мрачное удовлетворение. Нет, сначала его оттеснили внутрь, и в первые моменты он видел перед собой и с боков лишь своих соратников. Но потом, как всегда во время боя, все смешалось, почти как в доме знакомых каждому школьнику Облонских. А может, хуже. Но, во всяком случае, возможность помахать мечом Олегу выпала, и он не преминул ею воспользоваться. Рубил, топтал конем, опять рубил, твердя про себя откуда-то всплывшие строки: "Есть упоение в бою, у бездны смертной на краю..." Рубил бегущих мужиков в килтах, потом — пытавшихся сопротивляться мужиков в кольчугах с мечами и арбалетами, потом опять килтоносцев...

Как всегда во время конного боя, все сменялось неожиданно и быстро, не оставляя время для раздумий. Но своих Гордеев узнал сразу и сумел остановить Анта. Небольшой отряд, меньше обычного манипула, сохранил строй, хотя большинство до того встреченных в суматохе ромеев бились двойками и тройками. Строй был совсем необычный для ромейской пехоты, но, видимо, эффективный в данной ситуации. Легионеры шли ромбом, впереди двое, за ними — трое и так далее, потом строй сужался снова до двух человек. Остановившись, строй раздвинулся и навстречу Олегу, как он внезапно обнаружил, с тройкой удержавшихся в круговерти боя рядом телохранителей, вышел центурион. Небрежно отсалютовав мечом и перекрикивая грохот схватки, он представился: