В зале в это время было немноголюдно и довольно тихо. Специальные излучатели на стенах и потолке почти полностью гасили шум. Отряд жил в три смены, каждая из которых была сдвинута по локальному времени на восемь часов относительно другой. Несколько человек плескались в большом бассейне, смывая усталость после напряженной смены, да в дальнем углу в общем спарринге бились трое молодых ребят, устроив смешную кучу-малу с диким смешением стилей. Оттуда временами доносились взрывы приглушенного хохота. Да еще за прозрачной стеной группа из свободной смены, разбившись на две команды, азартно резалась в тайский волейбол.
— Вы разрешите? — раздался голос позади нее. Она закончила движение и только потом повернулась, приказав тренажеру отключиться. Фигура виртуального противника послушно застыла на месте.
— Прошу прощения, что помешал. Я старший офицер-инспектор Джексон, — представился незнакомец. Голос был приятным, да и сам он выглядел довольно симпатичным. — Нахожусь здесь по делам, связанным с набором персонала. И в том числе, лично знакомлюсь со всеми, кто прислал рапорт о желании перейти в новый штурмовой отряд.
"Чтоб тебя," — мысленно про себя выругала Элин Тома и вежливо улыбнулась в ответ, приняв почтительную позу.
— Да, я действительно отправляла рапорт. Все мои личные данные, естественно, в банке данных у командира. Вас интересует что-то еще?
— Да, и многое. Но для начала я хотел бы просто принять участие в вашей тренировке. Если вы не возражаете, я переоденусь и вернусь в зал.
Элин пожала плечами.
— Не совсем понимаю, что вы хотите этим добиться. Все данные по физическим тестам лежат там же.
— Хочется ознакомиться лично, до машины. Вы позволите?
Элин равнодушно кивнула головой и включив тренажер, продолжила отработку упражнений. Минут через десять Джексон вернулся. Тело у него было равномерно развитое, но без излишне раздутой мускулатуры, как это практиковалось у некоторой части здешней молодежи. Элин опять отключила тренажер и повернулась к нему. Он отвесил низкий ритуальный поклон и встал в свободную стойку.
— Освещение? — спросила Элин, так же вежливо ответив на приветствие.
— Полумрак.
— А правила? Касание?
— Если вы не против, то контакт. Половинный.
Элин с интересом взглянула на него и слегка насмешливо протянула:
— Тогда уж может сразу в полный?
Гость не принял шутки и отрицательно покачал головой. Элин слегка вздохнула и поколдовала с пультом. На их участок зала послушно опустилась темнота. Она поставила акустический барьер — в темноте нужно хорошо слышать противника, посторонние звуки могут здорово помешать. Потом сделала короткий шаг назад и застыла. Не прибить бы ненароком инспектора, мельком подумала она. Похоже, он о себе высокого мнения, раз любит рисковать.
Джексон сделал легкое обманное движение и пропал из поля зрения Элин, атакуя ее со спины. Элин даже не стала поворачиваться, а мгновенно нанесла назад три несильных, но резких удара ногой: в лодыжку, пах и в голову, постепенно увеличивая амплитуду удара.
Она не ошиблась: по сопротивлению воздуха стало ясно, что последний удар остановился в нескольких миллиметрах от головы противника. Только после этого она резко повернулась, одновременно уходя в сторону от возможной ответной атаки.
На мгновение оба опять замерли. Элин специально не нападала первой, она хотела сначала прощупать противника. Пока он не показал ничего выдающегося, просто хорошая, добротная школа современного дзю-дзюцу.
Постепенно темп схватки начал убыстряться. Они обменялись еще несколькими сериями ударов, а затем Джексон резко изменил манеру боя. Похоже, теперь он уже не темнил и выкладывался в полную силу, стараясь показать все, на что способен. Что ж, надо признаться, он был достаточно хорош. Элин пришлось напрячься, чтобы удерживать его в поле восприятия.
Схватка опять перешла в равновесное состояние, как вдруг, без всякой видимой причины, она почувствовала сильное утомление. Фигура противника начала размываться в воздухе. Она с трудом отслеживала его движения и даже начала пропускать отдельные удары. Руки отяжелели, движения замедлились и давались все большими усилиями. Элин уже с трудом выдерживала навязанный ей стремительный темп.
Как же так, мелькнуло у нее в голове. Гипноз? А барьер? Ее не так легко взять, нет, здесь что-то другое. Ага! Техника. Под курткой на нем жилет, она уже давно ощутила его. Наверняка, какая-то новомодная электроника... Она напряглась, и изо всех сил и с большим трудом, но все-таки смогла поставить защиту. Сразу стало легче. Элин поняла, что она на верном пути. Ах так, со злостью подумала она. Ну, хорошо, тогда жди ответа.
Она сузила глаза, отвела их в сторону, а потом резко вернула назад, поймав взгляд противника. Мысленно приказав ему повиноваться, она, вложив свою всю волю в пронизывающий взгляд и напрягая все силы, постаралась подольше удержать посыл, парализующий волю. Джексон зашатался, как от удара, видно было, что он с трудом удерживается на ногах. О продолжении боя не могло быть и речи. Внезапно Элин стало смешно и она отпустила его, закрыв на мгновение глаза. Джексон медленно опустился на пол и стал делать редкие глубокие вдохи, приводя в порядок сбившееся дыхание.
Элин включила освещение, подошла поближе и скрестив ноги, бесшумно опустилась рядом. Сейчас, когда чужое внешнее воздействие пропало, она почувствовала, что совсем не устала и была довольна, что быстро разгадала причину. Однако в глубине осталось глухое детское раздражение, как от незаслуженного обмана.
— Вы проделываете этот трюк со всеми кандидатами? — равнодушно спросила она, глядя мимо Джексона. — И после этого надеетесь, что люди сохранят прежнее желание работать у вас?
— Прошу извинить меня, — ответил тот прерывающимся голосом. — Конечно, я прекрасно знаком с вашими данными. Спаринговать с вами бессмысленно и это... происшествие никак не связано с поступлением в отряд. Эта штука — разработка одной из наших лабораторий. Прибор создали ребята из смежной группы и очень просили, просто умоляли попробовать его на настоящем эксперте. Разумеется, не предупреждая. Еще раз прошу простить, что дал себя уговорить. Но мастеров вашего уровня можно пересчитать по пальцам...
— Разработка одной из ваших лабораторий? — Элин постаралась выделить слово "ваших".
— Отряд — ядро, вокруг которого постепенно концентрируется огромный коллектив. На него уже сейчас работает масса прекрасных специалистов... и не только оружейники.
— Вашим ребятам придется еще повозиться, — ответила Элин. Злость ее внезапно прошла. — В принципе, при массовом замешательстве, вещь полезная. Но, — она покачала головой, — мастера с нею вряд ли возьмешь.
— Но когда ее доведут, в некоторых ситуациях она может здорово помочь, сэкономить время, вы не находите?
Элин с сомнением посмотрела на него.
— Трудно сразу сказать что-то определенное. В принципе, без техники сейчас не обойтись. Но я привыкла рассчитывать на себя, а не на всякие игрушки. Когда твердо знаешь свои возможности, работать легче. Про других сказать не могу.
Джексон поднялся и поправил куртку. Элин тоже встала.
— Вы сказали, что знакомитесь со всеми, кто прислал рапорта. И много таких, если не секрет?
— Очень много. Но я неправильно выразился. Я знакомлюсь только с теми, кто получил положительные рекомендации нейросети и лишь после этого даю свое заключение. Таких на сегодняшний день около трехсот и все специалисты очень высокого класса. Каждый в своей области, разумеется, хотя и базовая подготовка у всех достаточно высока.
— А сколько вакансий?
— Раз в пять меньше.
Он помолчал, а потом, глядя Элин в глаза, с легкой улыбкой закончил:
— Однако вам, после того, что произошло, я просто обязан сказать немного больше. Та специальная группа, в которую отбираю людей я, совсем маленькая. Мне нужно всего девять человек.
— Значит, весь этот шумный набор — просто прикрытие?
— Можно сказать и так, хотя такой отряд действительно необходим и обязательно будет создан. Надеюсь, дальше эта информация не уйдет?
— Разумеется.
— Могу добавить еще одно. Окончательное решение принимаю не я и даже не нейросеть. Оно будет за человеком. Если, конечно, вы не передумаете и не отзовете рапорт.
Элин молча посмотрела на него. Я, кажется, начинаю догадываться, кто этот человек, подумала она.
Джексон церемонно поклонился.
— Я пробуду здесь еще два дня и готов ответить на все ваши вопросы. Перед отъездом мы с вами обязательно увидимся еще раз. Тогда и решим окончательно. Вы не возражаете?
— Нет, — ответила Элин с легким вздохом.
4
Адмирал обошел всех и лично поздоровался с каждым за руку. Рукопожатие было крепким. Позади него почтительно отставая на шаг, двигался вечно хмурый заместитель, его тень, Роберт Эрманд. Про него ходили полушутливые, полусерьезные легенды, что на самом деле он не человек, а биоробот, из самых первых выпусков и поэтому не умеет улыбаться.
Адмирал широким жестом пригласил садиться, затем сел сам и еще раз внимательно оглядел собравшихся. На мгновение его глаза, как показалось Элин, остановились на ней. И к ее изумлению ей почудилось, что в них мелькнула тень сожаления.
— Позвольте для начала поздравить вас, — негромко начал он. — Большинство, я знаю, незнакомы друг с другом. Так и должно быть. Состав группы сформирован на основе сложного компьютерного анализа для выполнения... весьма специфических задач. Вы прошли очень жесткий отбор, и пусть вас не удивляет, э... скажем так, несколько пестрый состав группы. Каждый из вас высококлассный специалист в своей области, класса ноль, но одновременно и широкий универсал. Именно это нам и потребуется: задачи у группы будут предельно сложными и очень разнообразными.
Все молча внимали. Группа, на взгляд Элин, действительно выглядела очень разнородной, как по возрасту, так и по внешнему виду присутствующих. Единственное, что роднило собравшихся, это продуманно расслабленные позы и безмятежно спокойное выражение на лицах. Из тех, кто был в кабинете, не считая Адмирала с замом, она знала только двоих: Тома и Джексона. Чем руководствовалась нейросеть, собрав их вместе, оставалось загадкой. Она никогда в жизни не сформировала бы подобный коллектив, если бы ее попросили этим заняться. Кроме того, Элин искренне не понимала, как можно вообще добиться чего-либо путного, располагая всего тремя боевыми тройками.
— Руководить вашей работой буду непосредственно я. Данные сетевого прогноза близки к максимально возможным, это очень обнадеживающий показатель, но конечно, очень многое будет зависеть и лично от вас. Надеюсь на долгую и эффективную совместную работу.
Он потер затылок, помолчал и продолжил:
— Создание группы продиктовано новыми вызовами и мы должны обладать возможностью адекватно на них реагировать. Вам придется решать задачи, которые, кроме вас, решить пока никто не в состоянии. Вы будете последней инстанцией. Короче говоря, для группы не будет существовать такой категории, как невыполнимое задание.
Адмирал сделал паузу и опять обвел глазами присутствующих.
— Разумеется, подготовка и обеспечение у вас будут соответствующими. Думаю, что вас, как настоящих профессионалов, не может не заинтересовать подобная перспектива.
Все дисциплинировано молчали, по-прежнему не выражая никаких эмоций.
— Но для начала я должен кое-что прояснить. Лично я придерживаюсь мнения, что теория о том, что исполнитель не должен знать ничего лишнего, не только неверна, но и крайне вредна для дела. Никто заранее не может предсказать, что окажется полезным, а иногда и жизненно необходимым для будущего успеха. Однако в данном вопросе последнее слово, увы, не за мной. Ваша будущая работа — высшего уровня секретности, поэтому если вы на нее согласитесь, каждому из вас будут сделаны две неприятные операции:
Первая — частичная блокировка сознания. Память вам оставят, здесь мне удалось отстоять свою точку зрения. Однако при попытке силой заставить вас заговорить, мозгу будут нанесены необратимые повреждения. Вы просто перестанете существовать, как личность.
Он опять обвел их всех взглядом.
— Кроме этого, каждому из вас в мозг будет имплантирован так называемый буфер, комплекс органических микросхем, который будет отслеживать и накапливать всю информацию, обрабатываемую вашим организмом. Я подчеркиваю, всю — без исключения! Это второе, очень серьезное нарушение закона о правах личности, на которое вам придется пойти добровольно и осознанно.
Элин незаметно оглядела окружающих. Члены маленькой группы все также безмятежно внимали словам Адмирала. Не похоже, что сказанное кого-то особенно напугало. А тебя, подумала она? Но на что другое можно было рассчитывать, оказавшись в этом кабинете? Они давно уже не дети.
Только один из присутствующих, кажется... Дениц? редкой для мужчины красоты, высокий, стройный и смуглолицый парень, время от времени искоса поглядывал на нее. Его кажущийся хрупкий вид мог обмануть любого, но только не Элин. Парень был опасен, как гремучая змея. Поймав ее взгляд, он виновато наклонил голову. Ну вот, недовольно подумала она, опять начинается.
— По тем же самым причинам, — продолжил свое вступительное слово Адмирал, — задания, по которым вам придется работать, будут с неполной информационной поддержкой. Это очень тяжело. В молодые годы я сам долгое время проработал в таком режиме и знаю, какие сложные моральные проблемы это создает. Вы знаете, что даже в армии можно отказаться выполнять приказ, считая его преступным. У вас такого права не будет. Вам придется верить на слово мне, вашему непосредственному начальнику, о правомерности того или иного активного вмешательства и беспрекословно выполнять приказ, каким бы он не оказался.
Адмирал внезапно махнул рукой и улыбнулся своей странной улыбкой:
— Может показаться, что после всего сказанного дальнейшее уже не представляет интереса, но уверяю вас, что вы ошибаетесь. Это далеко не так! Однако об этом остальном мы поговорим позже, когда вы примете решение.
Он стер улыбку с лица и уже серьезно закончил:
— Прежде чем сделать окончательный выбор, вам всем необходимо хорошенько подумать. Психологи рекомендуют не менее суток на размышление. Завтра, часом позже, я жду вас всех у себя. Вы можете свободно располагать своим временем, прошу только до нашей завтрашней встречи не покидать пределов базы.
Адмирал кивнул, показывая, что встреча закончена. Все встали и начали степенно расходиться. Элин галантно уступали дорогу. Когда они подходили к выделенному для жилья ярусу, Том, шедший за ней, негромко сказал:
— Ребята решили собраться в кают-компании. Познакомиться поближе, поговорить. Скажем, через полчаса. Как ты?
— Конечно. Устроюсь и прибегу.
— Отлично. Тогда я тоже к себе. До скорого!
Том расплылся в довольной улыбке и исчез. Весь день, пока их сложным маршрутом везли на эту странную базу, он светился от удовольствия, как ребенок, получивший наконец долгожданную игрушку. Счастливчик, ведь его давняя мечта теперь близка к осуществлению. Интересно, подумала Элин, а почему я не испытываю ничего похожего? Разве я сама не мечтала о чем-то подобном, когда девчонкой рвалась в космодесант?
