Обгоняющий бурю

— если у тебя было такое подозрение, то нужно было без разговоров её связать, а не предоставлять ей свободу действий. Я чуть остатки рассудка не потерял, когда увидел её в пещере сирен. Если бы они вернулись, женщины были бы обречены! Эти создания Моря чудовищно сильны. Даже сирена-подросток легко сломала руку Жанетте. Можно представить, на что способны взрослые особи! — Он на секунду прикрыл глаза и стиснул зубы: — были бы у меня силы, я отшлёпал бы девчонку прямо там, не сходя с места!

Дэйк усмехнулся, покачал головой: — давай доберёмся до "Обгоняющего", а там уж поговорим. — В разговор вмешался Маленький Бен. Деликатно кашлянув, он пробормотал:

— никак невозможно нейру Диану шлёпать, кэп! Она ведь нас всех спасла! Да и "Огоняющего" тоже...

Тристан захлебнулся на вдохе, закашлялся: — к-к-как спасла?! Что случилось?! — Дэйк с сердцем глянул на матроса, тот понял и потупился.

— Погоди, Тристан, всё узнаешь, надо сначала до брига добраться! — Шедшая сзади Диана обиженно насупилась. Она думала, что её любимый будет рад увидеть её, но пока что он здорово рассержен.

Они, наконец-то, вышли на берег. В тихой лагуне, на чуть заметной зыби, покачивался бриг, а за ним, за рифом, скалящим острые пики зубов, ревело и бесновалось Море. У Тристана расширились глаза, он выругался, глядя на радугу и клочья пены над бушующими волнами. Затем пробормотал:

— Клянусь бородой Морского Владыки, Дэйк, ты совершил невозможное! Как ты смог проскользнуть в проход между рифами?!

Помощник болезненно скривился: — Тристан, я не смог, и нас выбросило на рифы... — Только теперь капитан увидел заплату на борту "Обгоняющего бурю".

— Ты разбил бриг?? Но, всё же, как тебе удалось провести его в лагуну? — Внезапно его взгляд упал на череп под ногами, он огляделся, шумно выдохнул: — кажется, нас с Антуаном ждала такая же участь, как и этих несчастных.

Две шлюпки с гребцами ждали их на берегу. Цепляясь рукой за борт, Диана влезла в шлюпку, села на скамейку, робко взглянула на Тристана, тяжело опустившегося рядом с ней. Он хмуро обнял её за плечи, на секунду прикрыл глаза: — ты думаешь, я смог бы жить, если бы ты погибла?

Она заплакала, уткнувшись лицом в его плечо. Моряки отвернулись. Тристан прижался губами к её волосам, прошептал: — что ты делаешь со мной, Ди?

* * *

Радостными криками приветствовали спасённых оставшиеся на бриге матросы. Хмурясь, Тристан прошёл в свою каюту. Диана устремилась за Антуаном. Он уже пришёл в себя, лёжа на койке, затуманенными глазами посмотрел на сестру: — Ди... эти женщины... мне снилось... или это было взаправду?... — Он смутился, на бледном лице проступил слабый румянец, — мне казалось, что я... с ними... со всеми... — он крепко зажмурил глаза, в уголках выступили слёзы, прошептал: — мне так стыдно, так плохо, Ди! Они же не люди, правда? Они — как рыбы, такие же холодные и скользкие. Иногда они замолкали, тогда я приходил в себя и слышал, как где-то ругался и, кажется, боролся Тристан, а я не мог, у меня не было сил. А потом я снова слушал эту чудесную песню и... и снова... — Он стиснул зубы, сдерживая всхлип. У Дианы от жалости разрывалось сердце. Она опустилась на колени перед его изголовьем, обняла, прижалась щекой к его щеке:

— Антуан, ты ничего бы не смог сделать! Нам всем повезло, что вы остались в живых. Наверно, ты не видел то, что было на пляже! — Он непонимающе посмотрел на неё. — Эти черепа! Моряки, что ждали нас у шлюпок, нашли целую гору человеческих костей и черепов! А ещё там же — несколько полуразложившихся тел. И всё мужчины, моряки и торговцы. Сирены убили всех!

Антуан сморщился: — нет, Ди, они не убивали. Они их, также как и нас, не кормили, а использовали... — он снова покраснел и отвёл глаза, — опустошая без остатка, лишая жизненных сил, а потом и самой жизни. Лёжа головой на подушке брата, Диана крепко обнимала его. Он виновато шепнул: — Ди я, наверно, посплю, очень кружится голова... — Она встрепенулась:

— нет, сначала я вас обоих накормлю! Подожди, не спи. — Она выбежала из каюты.

* * *

С помощью Розины Диана напоила Тристана и Антуана куриным бульоном, ради чего пришлось зарезать одну из тщательно оберегаемых командой кур. Тристан по-прежнему хмурился и не смотрел на неё, а когда она хотела выйти, задержал за руку: — сядь, Диана. Нам нужно поговорить. — Она присела на их постель, неуверенно глядя ему в лицо. Он поднял на неё суровый взгляд: — отныне и на всю оставшуюся жизнь я запрещаю тебе рисковать собой! Каким бы необходимым тебе не казался этот риск, как бы ты не была уверена в благополучном исходе — я категорически запрещаю тебе подвергать опасности свою жизнь.

Диана остолбенела. Как, он не только не благодарен ей за спасение, он ещё и рассержен на неё за это! Вместе с тем, некоторая робость сковала её. Сейчас он казался ей недостижимо взрослым, далёким, чужим. Она, вдруг, вспомнила, каким увидела его в первый раз, в дешёвом и вонючем портовом кабаке: серые холодные глаза, жёстко сжатые губы и нахмуренные тёмные брови. Ласковые фиалковые глаза немедленно налились слезами, и Тристан дрогнул, его лицо болезненно искривилось. Он притянул её к себе на грудь, нашёл губами нежный рот, легко целуя, сбивчиво шептал: — любимая, желанная моя, не обижайся, прошу тебя! Я согласен на всё, пусть со мной случится всё, что уготовила мне судьба и Морской Владыка, но ты! Страх за тебя терзает мою душу как барракуда! Обещай мне, что никогда больше ты не подвергнешь опасности свою жизнь! — Его руки сжимали её, горячечный шёпот сводил с ума. Диана приникла к нему всем телом, покрывая поцелуями его лицо и захлёбываясь слезами:

— я так испугалась, Тристан! Я думала, что никогда больше не увижу тебя! О, Тристан, не требуй от меня невозможного — я не могу дать тебе такое обещание! — Но он был настойчив, и ей пришлось пообещать, что она не станет больше рисковать своей жизнью — тут Диана схитрила, — если будет какая-то возможность обойтись без риска.

Они лежали на их узкой койке, крепко обнявшись и прижавшись друг к другу. Он виновато прошептал ей на ушко, что очень хочет её, но сил нет, как его тянет в сон. Утешая, Диана ласково погладила его по спине, всхлипнув в последний раз, поцеловала, уткнулась носом в плечо. Вскоре услышала его ровное дыхание.

* * *

Наутро Тристан поднялся рано. Бледность ещё не сошла с его лица, но глаза были наполнены жизнью, а движения, как и прежде, стали решительными и уверенными. Не постучав, он толкнул дверь в каюту помощника, которую с ним делил Антуан. Дэйка не было, а юноша спал. Тристан внимательно вгляделся в его бледные, заострившиеся черты, покачав головой, вышел на палубу. Из люка показалась голова Жанетты, а затем и сама она выбралась наверх. Сломанная рука, тщательно упакованная в лубок, висела в переброшенной через шею повязке. Он улыбнулся:

— Жанетта, теперь ты долго не сможешь выполнять свои обязанности! Думаю, команда здорово расстроена таким поворотом дела.

-Ошибаешься, кэп, — она засмеялась, — в моём деле я и с одной рукой управлюсь! В крайнем случае, Розина всегда готова меня заменить! — У них обоих было хорошее настроение. Внезапно Тристан нахмурился:

— у меня имеется одно неотложное дело. Нам просто необходимо уничтожить этих чудовищ! — Повернувшись к мостику, он гаркнул: — Дэйк! — Помощник перевесился через перила:

— слушаю, кэп!

— Я намерен разделаться с этими монстрами и первое, что нужно сделать — разбить каменные чаши, где плавает их икра! Опроси команду, мне нужны добровольцы. Приготовь сабли и пистоли. Я искореню эту заразу!

Дэйк Бурдье согласно кивнул головой: — надо ещё подумать, чем заткнуть уши, чтобы не слышать их песню, — он усмехнулся: — мне совсем не хочется стать папашей множества свежевыведенных бестий. — Глаза Тристана вспыхнули гневом, он отвернулся, торопливо сбежал по трапу в трюм. Жанетта нахмурилась, задумалась, прикусив губу. Потом, решившись, осторожно вошла в капитанскую каюту. Диана спала. Жанетта задумчиво вгляделась в её бледное лицо с засохшими дорожками слёз, осторожно потрепала её по плечу:

— Диана, проснись, надо поговорить... — Та открыла глаза, непонимающе уставилась на женщину:

— а где Тристан?

— На палубе твой Тристан, успокойся. Я по другому поводу пришла. Слушай, он хочет уничтожить сирен. Сейчас они с Дэйком собирают добровольцев, хотят отправиться в ту пещеру и разбить каменные лохани с икрой.

— Да? Я тоже с ними пойду! Ненавижу этих полурыб-полуженщин! А ты? Хотя, что это я, — она запнулась, виновато посмотрела на Жанетту, — тебе и так досталось. Здорово болит, да?

— Та отмахнулась: — Диана, не будь дурой, подумай хорошенько: говорят, сирены — любимые создания Морского Владыки. Как ты думаешь, будет ли он доволен, если матросы уничтожат лохани с икрой? А если сирены это обнаружат и нападут на "Обгоняющего"? Может быть, сколько-то и удастся убить, но ты видела, как они сильны, значит, кто-то из команды обязательно пострадает!

— Ой, Жанетта, — Диана смотрела на неё округлившимися глазами, — а ведь и правда! Морской Владыка спас нас от гибели, а мы отплатим ему чёрной неблагодарностью... — Она торопливо вскочила и натянула платье. Кое-как пригладив волосы щёткой, выбежала на палубу, огляделась. Заложив руки за спину, Тристан расхаживал перед группой матросов и что-то им говорил. Дэйк Бурдье стоял тут же, хмуря брови и оглядывая собравшихся. Диана нерешительно потянула мужа за рукав:

— Тристан, нам нужно поговорить...

Он оглянулся, взгляд суровых серых глаз потеплел: — ты проснулась, Ди... Давай отложим разговор на вечер, сейчас я здорово занят.

— Нет — нет, Тристан, это как раз касается твоего дела! — Она настойчиво тянула его в каюту, и он, кивнув матросам, вошёл вслед за ней и прикрыл дверь. Нетерпеливо глянул на неё:

— Диана, я очень тороплюсь, что ты хотела мне сказать?

— Тристан, — она запнулась, не зная, какие найти слова, чтобы убедить его отменить решение, — не надо убивать сирен! И уничтожать их икру тоже не надо!

Он нахмурился, строго посмотрел на неё: — запомни, Диана, ты никогда, слышишь, никогда не будешь пытаться изменить моё решение в том, что касается благополучия "Обгоняющего" и его команды!

Она упрямо мотнула головой и тоже нахмурилась: — ты знаешь, как Владыка Моря спас нас от неминуемой гибели. Я слышала, что Советник рассказал тебе всё в подробностях... — Он недовольно перебил её:

— да, рассказал и также признался, что, вместо того, чтобы удержать тебя, вооружил кинжалом, когда ты отправилась в пещеру сирен! Я спросил его, отпустил бы он свою дочь, окажись она в схожей ситуации, и господин Баутиста признал, что пошёл бы даже на то, чтобы связать её и воспрепятствовать участию в опасной авантюре! Я жалею, что он не поступил так с тобой!

Диана поняла, что его мысли, по-прежнему, заняты той опасностью, что она подвергалась, и он не слышал более ничего. Она взяла его за руки, встряхнула: — ну Тристан же! Кинжал, наш побег с корабля, воображаемый риск...,

он опять перебил, сказал раздражённо: — не воображаемый, Диана! Совсем не воображаемый! Вздохнув, она продолжила: — хорошо, был некоторый риск, я с тобой согласна, но сейчас я говорю не об этом! Тристан! Убивая сирен, вы навлечёте на "Обгоняющего" гнев Морского Владыки! Страшно представить, на что он способен!

-Я думаю, мы рискнём, — он усмехнулся, — "Обгоняющий бурю" крепкое и надёжное судно, а моя команда умелая и трусов в ней нет. Мы уничтожим чудовищ и их икру, а затем найдём проход в коралловых рифах! Ведь выплывают же как-то сирены в открытое море!

— Я боюсь, Тристан, — она не знала, как убедить его в своей правоте, — ведь сирен очень много, гораздо больше, чем матросов. И они сильные и ... безмозглые, как рыбы! Если вы опрокинете лохани, и икра погибнет, сирены жутко разозлятся, я думаю. Тогда нам не сдобровать!

Он расхохотался: — это будет великолепная драка! Мои матросы против хвостатых женщин!

Вот тут уж Диана разозлилась: — хватит крови, Тристан! Я насмотрелась на неё, когда на нас напали флибустьеры! Сейчас всё зависит от нас. Если мы уберёмся с острова, то все будут живы — здоровы, и мы не разгневаем Мирского Владыку!

— Ди, солнышко моё, что же ты так разнервничалась? — Он привлёк её к себе, наклонившись, заглянул в блистающие негодованием фиалковые глаза, — ты плохо себя чувствуешь, радость моя? Успокойся, мы вместе, а это будет всего лишь прогулкой к пещере морских монстров.

— Нет! — Она вцепилась в его рубашку, уткнулась лицом в его грудь, пробормотала: — я беременна, Тристан и ужасно боюсь тебя потерять!

Он шумно выдохнул, замер на секунду, потом, подхватив её на руки, выскочил на палубу и закружился, засмеялся, запрокинув лицо к яркому солнцу. Команда с недоумением смотрела на него, лишь Дэйк понял, усмехнулся и покачал головой. Поставив Диану на ноги, Тристан привлёк её к себе, с восторгом крикнул: — братцы, я скоро стану отцом! Понимаете ли вы, что это такое?! — Матросы засмеялись, загомонили, посыпались не очень приличные шутки. Диана покраснела, спрятала лицо у мужа на груди. — Да, наша карательная экспедиция отменяется! Жена попросила меня об этом, и я не мог ей отказать. — Улыбаясь, Тристан оглядел свою команду. Многие облегчённо вздохнули, люди стали расходиться по своим делам.

* * *

Ближе к полудню "Обгоняющий бурю" выбрал оба якоря и, не спеша, двинулся вокруг острова. С правого его борта проплывали джунгли, приносящие одуряющие запахи цветущих растений, гниющих плодов и крики неведомых животных и птиц. Слева, совсем рядом, ревело и бесновалось Море, снова и снова обрушивая свой гнев на торчащие из воды коралловые пики рифа. Свободные от вахты матросы напряжённо вглядывались как в воды лагуны, боясь не заметить очаровательные женские головки, направляющиеся к судну, так и в розовую стену рифа в поисках прохода. Тот, который они видели с Моря, показался Тристану слишком узким. Он подумал, что в крайнем случае, им придётся рискнуть и попытаться вырваться из лагуны через этот проход. Он задумчиво потёр висок, сказал стоящему рядом с ним на мостике помощнику: — слушай, Дэйк, а ведь сирены где-то выбираются в открытое Море! Мы не видели, чтобы они утром проплывали мимо нас. Значит, проход в рифе должен быть. Да и женщины рассказывали, что сирены уходили в сторону, противоположную той, где стоял "Обгоняющий".

Дэйк Бурдье отвлёкся от созерцания острова, проплывающего за бортом: — я думаю, ты прав. Но сейчас, мне кажется, нам надо опять встать на якорь и поискать пресную воду. Наших запасов маловато, а кроме того, хорошо бы погрузить каких-то фруктов.

"Обгоняющий бурю" бросил якоря и спустил на воду пару шлюпок. Дэйк отправился в одной из них. Стоя у планшира, Диана с Розиной с тревогой смотрели на удаляющиеся шлюпки. Сирен не было видно, но кто его знает, какие ещё опасности подстерегали матросов. Они с облегчением вздохнули, когда спустя два часа люди вернулись на борт. Диана с любопытством смотрела, как поднимают на "Обгоняющий" бочонки с пресной водой и большие плетёные сетки с разноцветными фруктами. Тристан скептически покачал головой, рассматривая привезённую добычу: — Дэйк, я ты уверен, что съев вот этот лохматый шар я не позеленею, например? Или у меня не вырастет рыбий хвост? А вот эти жёлтые штуки, напоминающие мне, хм, — он покосился на жену, — некую часть мужского тела, не лишат меня моего собственного... э-э-э, достоинства? Ведь мы не можем знать, что из всего этого съедобно, а что нет... — Дэйк весело подмигнул: