Милорд решил не переодеваться, поэтому, как только Имра управилась с нижними юбками и платьем хозяйки, Энна об руку с мужем и в сопровождении слуги прошли в малый обеденный зал.

За обедом Владетель и жерендал, лорд Анастаси, бурно обсуждали возможности ранней уборки зерновых культур, необходимость посева весной кормовых трав, являющихся важной статьёй экспорта Теремиса, ещё какие-то хозяйственные вопросы. Энна заскучала, с кислым видом посмотрела на золовку. Супруга жерендала, леди Териза, невысокого росточка, пухленькая, улыбчивая, рыжеволосая, по возрасту, как и её муж, ровесница леди Зелинне, предложила отобедавшим гостьям пройти в одну из комнат на первом этаже.

Они удобно расположились в мягких креслах, подставив под ноги маленькие скамеечки. Энна отметила про себя, что ей надо будет завести дома такие же.

На маленький изящный столик служанка поставила большую вазу с фруктами и тарелочки с орехами. Улыбаясь, леди Териза спросила Энну:

— миледи, вы хотите купить в Андарине коней?

Энна фыркнула, леди Зелинна заулыбалась.

— Что вы, леди Териза! Вы сами знаете, что эти кони стоят безумно дорого. Мы едем просто полюбоваться на них. Ни я, ни Зелинна ни разу не видели их вблизи. Лорд Эйжен договорился с Владетелем Андарина, что тот покажет нам этих сказочно красивых лошадей, только и всего.

Леди Териза покачала головой:

— странно, что андаринец согласился.

— А почему он должен был нам отказать? — Удивилась Энна.

Хозяйка переглянулась с леди Зелинной:

— миледи, вы недавно вышли замуж за лорда Эйжена и, видимо, не знаете, что пятнадцать лет назад Андарин напал на Теремис. Война не затянулась надолго, но погибло много людей с той и другой стороны. Ваш муж, встретившись в поединке на мечах с Владетелем Андарина, победил его, но и сам получил тяжёлое ранение.

Энна с ужасом слушала леди Теризу, возмущённо думая, что Эйжен ни словом не обмолвился о том, что они едут к бывшему врагу.

— Но что надо было Андарину от Теремиса? Мне кажется, это Владетельство итак очень богатое!

— Ах, Эни, — вмешалась леди Зелинна, — Андарину нужны были наши заливные луга в пойме Айранила. Вот будем проезжать — посмотришь, какие там, до сих пор, стоят травы. Андаринцы хотели оттяпать у Теремиса эти луга, чтобы не покупать у нас сено для своих лошадей.

— Но почему Эйжен не сказал мне ни слова! Я не стала бы просить его съездить в Андарин!

— А почему не стала бы просить, и что я должен был сказать? — Вошедший к дамам Владетель с улыбкой смотрел на жену.

— Эйжен, оказывается, мы едем в гости к нашему врагу! — обвиняюще сказала Энна.

— Солнышко, — он, наклонившись, обнял её за плечи, — Врегор сказал, что ты должна испытывать только положительные эмоции. Не беспокойся, всё хорошо. Мы давно уже не враги. Не друзья, конечно, но добрые соседи и торговые копартнёры. Владетель Тагран заинтересован в хороших отношениях с Теремисом.

Вскоре после обеда кортеж продолжил свой путь.

Ближе к вечеру дорога устремилась строго на восток. Энна подумала, что если ехать по ней, никуда не сворачивая, то через несколько дней будет Эристан. Неожиданно сжало сердце, нахлынули воспоминания: рывком распахнутая дверца кареты, сияющие радостью и счастьем синие глаза, устремлённые на неё. Она крепко зажмурилась, отвернулась к окну, чтобы скрыть навернувшиеся слёзы.

Некоторе время спустя кортеж свернул с основного тракта, и вскоре дорога устремилась вдоль русла Айранила. Между рекой и дорогой расстилались зеленеющие луга. Морозов ещё не было, и стада коров, овец и коз привольно паслись на уже загрубевшей, но всё ещё сочной траве.

Широкая река величественно катила свинцовые холодные волны к Зелёному морю. Энна поёжилась, явственно представив, как холодно скоро будет, когда выпадет снег.

Недалеко от границы с Андарином остановились в маленькой деревеньке. Владетель со свитой полностью заняли небольшой постоялый двор, где их уже ждали. Хозяин был несказанно рад гостям. Их приезд обещал немалую прибыль. Весело бегали по комнатам жена и дочь хозяина, застилая свежим бельём постели, разжигая в жаровнях чёрный горючий камень. Два хозяйских сына разносили по умывальням вёдра с тёплой водой.

Ужин был великолепным. У Энны слипались глаза, когда она, с трудом дождавшись, пока Имра напялит на неё ночную рубашку, упала на огромную пуховую перину. Вытянула руку и, не имея сил подвинуться самой, потянула мужа поближе к себе. Сложила на него ноги, улёгшись головой на плечо, носом уткнулась ему в шею, вдыхая тёплый родной запах, обняла и провалилась в сон. Краем сознания уловила, как он осторожно прошёлся рукой вдоль спины и попы, подтыкая одеяло.

Утром собрались быстро. Завтрак был на столе, когда Энна спустилась в обеденный зал. Леди Зелинна улыбнулась ей:

— хорошо поспала, Эни?

— Ой, Зел, я спала, как труп! Даже не слышала, как ушёл Эйжен. Где он, кстати?

Леди Зелинна не успела ответить. Дверь распахнулась, и вошёл лорд Эйжен в сопровождении капитана Онорена и ещё трёх мужчин. От них пахло морозной свежестью.

Милорд бегло оглядел зал, нашёл глазами Энну и чуть заметно ей улыбнулся. Он представил жене и сестре вошедших с ним мужчин, оказавшихся старостой деревни, купцом, торгующим с Андарином и травником-лекарем.

Энна предложила мужчинам присоединиться к ним за столом и поймала одобрительный взгляд мужа. Ему было приятно, что его жена не гнушалась обществом людей, ниже её по общественному положению. А ей было интересно послушать их рассказы о жизни приграничной деревни.

Выехали сразу после завтрака и вскоре пересекли границу с Андарином. Она была отмечена лишь пограничным столбом. Снова потянулись деревеньки и небольшие городки, где кортеж останавливался пообедать, поужинать и переночевать на постоялых дворах.

Наутро третьего дня въехали в столицу Владетельства Андарин город Тагран. Столица Энне понравилась. Она показалась ей богаче Теремиса, но более чопорной, холодной. Трёх — четырёхэтажные дома из розового дорогого привозного камня, маленькие ажурные балкончики и галереи по фасаду зданий, вычурные ограды и выложенные брусчаткой мостовые.

Не мешкая, кортеж проехал город насквозь и въехал в распахнутые ворота Владетельского замка.

Не успели кареты остановиться, как высокая парадная дверь замка распахнулась, и на крыльцо вышел мужчина. Энна сразу поняла, что это и есть Владетель Тагран. Очень высокий, широкоплечий, он двигался легко и свободно. Лорд Эйжен выпрыгнул из кареты и двинулся навстречу Владетелю Таграну. Мужчины церемонно раскланялись, а потом пожали друг другу руки. Энна не слышала, о чём они говорили, но видела улыбки на их лицах и спокойные глаза. Тревога отпустила её. Лорд Эйжен вернулся к карете и подал жене руку. Подошедший андаринец подал руку леди Зелинне.

— Энна, позволь представить тебе Владетеля Андарина лорда Файнеса аль Таграна! Лорд Файнес, познакомься, пожалуйста, с моей женой леди Энной! — сказал лорд Эйжен. — Ну а с моей сестрой вы знакомы.

Энна и леди Зелинна присели в реверансе. Когда Энна подняла голову, то увидела, что хозяин внимтельно рассматривает её. Потом он улыбнулся:

— леди Энна, леди Зелинна, добро пожаловать в Андарин! Я рад принимать вас у себя! Прошу в замок, ваши покои ждут вас!

Подбежали конюшие, забрали у спешившихся воинов лошадей и повели их в конюшни. Слуги пригласили самих воинов пройти в казарму, в отведённые для них комнаты.

Лорд Эйжен сказал:

— лорд Файнес, посели нас с женой, пожалуйста, в одних покоях. У нас общая спальня и мы привыкли быть вместе.

Андаринец ухмыльнулся, коротко поклонившись, сказал:

— как пожелаете, милорд, миледи! — Наклонившись к уху лорда Эйжена так, чтобы не видела Энна, шепнул: — я завидую тебе, Эйжен! Малышка очаровательна!

Лорд Эйжен нахмурился, а андаринец расхохотался.

За обедом Энна потихоньку рассматривала хозяина. Он был, примерно, одного возраста с её мужем, но значительно выше. Широченная грудь, бычья шея, коротко остриженные волосы, чуть раскосые чёрные глаза под сросшимися бровями, тонкогубый большой рот. Лорд Эйжен шепнул ей на ухо, что Владетель Тагран не женат. Лорд Файнес поймал её любопытный взгляд и подмигнул ей. Энна смутилась, покраснела. Андаринец расхохотался, на вопросительный взгляд лорда Эйжена сказал:

— леди Энна изучала меня, лорд Эйжен и, кажется, я ей не понравился!

Энна окончательно смутилась, не зная, что отвечать. Муж пришёл на выручку, сказал, смеясь:

— ну, если ты завтра подаришь одного из твоих великолепных скакунов моей жене, ты ей, возможно, и понравишься!

Все засмеялись. Леди Зелинна искусно отвлекла внимание от Энны, с интересом выспрашивая, чем кормят лошадей зимой, как их выгуливают, притом, что среди них много полудиких. Это было действительно интересно, и гости засыпали лорда Файнеса вопросами.

Лорд Эйжен решил, что после обеда они будут отдыхать. Энне нетерпелось поскорее ехать в луга, где паслись табуны, но муж строго сказал, что ребёнку после такой утомительной поездки нужен отдых. Невзирая на её возражения, он уложил Энну в постель, а сам сел тут же, за небольшой столик, разложив на нём какие — то бумаги. Леди Зелинна тихонько сидела в кресле напротив него с вязаньем в руках. Она вязала крохотные носочки и тихонько шептала, считая петли. Лорд Эйжен время от времени шелестел бумагами, иногда о чём-то задумываясь. Глядя на них, Энна думала, что и Эйжен, и Зелинна очень дороги ей. Они, да ещё лекарь Врегор, самые родные и близкие ей люди, те, в чьей любви она уверена. Они чувствовали её взгляд, и время от времени то муж, то золовка поглядывали на неё одинаковыми мягкими карими глазами. Наслаждаясь их теплом и заботой, Энна не заметила, как сон сморил её. Лорд Эйжен тихо встал и вышел из спальни. Он хотел поговорить с лордом Файнесом о завтрашней поездке. Леди Зелинна тоже неслышно удалилась. Она решила прилечь в своих покоях: дорога её утомила.

На следующее утро, сразу после завтрака, к парадному входу замка была подана карета для дам и осёдланные кони для мужчин. С Энной и леди Зелинной поехала одна Имра. Для сопровождения взяли по три воина Теремиса и Андарина.

Вместо плаща муж велел Энне надеть новую меховую шубку и шапку, так как предстояла длительная прогулка по свежему воздуху.

До луга, где пасся небольшой табун, доехали довольно быстро. Как пояснил Владетель Андарина, здесь были кони, которые часто использовались для поездок, поэтому многие из них имели хозяина.

Дамы вышли из кареты и замерли в восторге. Около двух сотен совершенно одинаковых лошадей неторопливо щипали последнюю зелёную траву на обширном лугу. Шкуры животных насыщенного тёмно-каштанового цвета блестели на ярком осеннем солнце. Ни единого пятнышка не было на них.Тёмные, почти чёрные, гривы и хвосты выглядели так, как будто их только что тщательно расчесали. Высокие, мощные, с горделиво изогнутыми шеями, блестящими, чёрными, настороженными глазами, кони были изумительно красивы. У Энны прямо руки зачесались — так хотелось их погладить.

Подскакал старший табунщик на здоровенном жеребце. Тот захрапел и ощерился на незнакомых людей. Табунщик соскочил, шлёпком отогнал коня в сторону, поклонился хозяину и гостям.

Пока владетели разговаривали с табунщиком, дамы отошли немного в сторону, обмениваясь впечатлениями, ахая и восхищаясь мощной статью коней, блеском тёмно-каштановой шерсти, волнистыми гривами. В табуне были и кобылы с маленькими жеребятами. Они смешно скакали вокруг матерей, тыкались носами им под брюхо. Отделившись от табуна, к дамам, заплетаясь длинными несуразными ножками, поскакал один из малышей. Зло заржал вожак табуна. Оторвав голову от травы, он настороженно смотрел на жеребёнка и на женщин. Те попятились к карете. К счастью, жеребёнок внял предупреждению и вернулся к матери.

Мужчины тоже услышали вожака. Лорд Эйжен встревоженно направился к жене и сестре. Подошли андаринцы. По предложению табунщика все медленно направились по кромке луга вокруг пасущегося табуна. Вожак поглядывал на людей, временами всхрапывая. Табунщик погрозил ему плетью.

Внезапно Энна увидела, как кобыла укусила крошечного жеребёнка. Тот обиженно взвизгнул и попытался снова припасть к вымени. И снова был укушен. Он отошёл, повернулся и поковылял к другой кобыле. Та тоже укусила его. Жеребёнок обессиленно лёг и затих.

Забыв обо всём, Энна рванулась к нему. Лорд Эйжен успел схватить её в охапку, строго посмотрел в глаза:

— Энна, тебе жить надоело?

— Но Эйжен, они ведь его убьют! Посмотри, его все обижают!

Андаринцы снисходительно смотрели на неё.

— Миледи, — сказал лорд Файнес, — этот жеребёнок всё равно погибнет. Кобыла ожеребилась двойней, что большая редкость. Она приняла кобылку, а жеребчика отгоняет, потому что ей не прокормить двоих. Да он так и так пойдёт на мясо, потому что имеет отклонение от породы. У него на лбу белая звёздочка.

Энна заплакала. Может быть, ей было жаль малыша, потому что она ждала своего?

Лорд Эйжен прижал её к себе, достав носовой платок, сунул ей в руку, спросил:

— Файнес, сколько ты хочешь за этого жеребёнка?

Энна насторожилась, вытерев слёзы, уставилась на андаринца. Тот громко засмеялся, табунщик тоже усмехнулся.

— Эйжен, за пятьдесят возов твоего лугового сена ты можешь забирать этого задохлика!

Владетель Теремиса замешкался. Пятьдесят возов — баснословная цена за жеребёнка, который всё равно умрёт. Энна шагнула вперёд:

— Пятнадцать возов, лорд Файнес и не охапкой больше! Или можете оставить его себе!

Владетель Андарина снова засмеялся, махнул рукой:

— забирайте, леди Энна! Впридачу к нему я прикажу поставить в вашу карету несколько больших кувшинов кобыльего молока.

Энна радостно улыбнулась:

— благодарю вас, милорд!

Андаринец повернулся к улыбающемуся Владетелю Теремиса:

— ну, лорд Эйжен, если ты когда-нибудь разозлишь леди Энну и она тебя бросит, я всегда готов предложить ей руку и сердце!

Все облегчённо засмеялись, заговорили, обсуждая, как везти жеребёнка в Теремис.

Табунщик направился за малышом, грозя вожаку плетью. Тот косился на человека, ощеривая зубы, но позволил взять жеребёнка на руки.

Теперь гостям стало не до осмотра коней. Дамы и лорд Эйжен сели в карету, все вместе на один диванчик, жеребёнка положили на другой. Но затем милорд был вынужден сесть к малышу, чтобы придерживать его. Имру посадил перед собой один из воинов Теремиса.

Кое-как доехали до замка. Энна не доверила своё приобретение никому из слуг Владетеля Андарина. Она попросила капитана Онорена отнести жеребёнка в конюшню и устроить его в отдельное стойло. Здоровяк — капитан легко поднял лошадиного младенца на руки и унёс его. Вернувшись, сказал, что жеребчик дрожит, и было бы неплохо его покормить. Помня об обещании хозяина, Энна побежала его искать. Лорд Файнес распорядился отнести подогретого кобыльего молока в конюшню. Энна с леди Зелинной решили идти туда же: было непонятно, как накормить малыша. Выход нашёл капитан Онорен. Он взял грубую кожаную перчатку, вывернул её наизнанку, чтобы подкладка из шерсти оказалась снаружи. Затем прорезал в одном из пальцев перчатки дырку и налил в неё молоко. Белая струйка брызнула наружу. Жеребёнок жадно схватил палец и стал сосать. Капитан едва успевал подливать в перчатку молоко.