Привет! Я буду твоим мужем

'...да, ты прав, берсерк, некоторые...эм, побочные эффекты, скорее всего, будут. Я же говорил, сил у меня сейчас маловато, но я могу направить энергию слезы. Посмотри на это с другой стороны, риск застрять в зубах некроманского чудища, по дороге в замок, для нее куда более весомый побочный эффект, чем еще одно забвение на несколько часов и некоторые проблемы с памятью в первое время.'

Воспоминание было внезапным и резким, словно скачок цены на золото. Но разве мне стоит уже чему-либо удивляться? А в голове еще и это слово, странное, незнакомое. Теле...телепрация. Нет, Луг назвал это по-другому, но хоть убей, не помню как. Но то, что таит в себе это странное слово, мигом наполнило меня детским возбуждением. Захотелось подскочить к окну и окончательно убедиться в том, что в мире существует возможность переместиться с одного места в другое, минуя тяготы длинной дороги. Которой, после своей торжественной речи, Туат по-простецки предложил воспользоваться. А я была столь заинтригована (хотя скорее еще не отошедшей от пережитого стресса и уставшей морально), что согласилась. Или же, признаюсь сама себе, просто захотелось увидеть настоящее чудо в божественном исполнении. Не то чтобы Луг и до того фокусами занимался...но интересно же! Страшно, да, но лес пугал меня еще больше. И, если он заново не обставил свой Холм и не превратил Крейга в псинку, чудо удалось, а к побочным эффектам стоит приписать еще весьма реалистично-пугающие сны. Стоп. А если он это действительно сделал? Помниться, мой дикий лэрд достал его до печенок. Я с подозрением уставилась на насыщенный рыжий мех. Морда, лежащая на моих коленях, уставилась в ответ, сверкая темными глазищами. Н-е-е-е-е-т. Что-то я совсем поплохела со своей паранойей. Вряд ли бы Луг мог такое сделать. Я знала его всего-ничего, но превратить огромного мужика в, пардон, суку, это даже для него слишком... по-фоморски. Но и мои подозрения можно понять. После Холма я могу поверить во что угодно.

-Знаешь,— я приподняла собачью мордашку одной рукой, другой почесала за ушком,— оказывается, у меня есть родня. — Я поднялась с пола, потянулась занемевшим телом и решила, что в тепле 'палатки' продолжить 'разговор' куда приятнее, тем более что меня предусмотрительно раздели до нижней рубашки. Хотелось и не хотелось, чтобы этим некто оказался супруг. Псинка запрыгнула вслед за мной, и я не сдержала остального признания.— И твоя морда во сто крат красивее их ней. Серьезно. Не шучу. В тысячу. Раз. Прекраснее.

Продолжить и дальше изливать собаке душу мне помешал тихий звук у двери. Едва слышный скрип двери, шуршание одежды. Видеть, кто там я не могла, опущенный полог скрывал, как и входящего, так и меня от него. Зато, когда входящий заговорил, в голову закралась мысль, что сегодня вместе с памятью отдыхает и моя интуиция.

-Господин? Вы здесь, милорд?— Казалось бы невиннейший вопрос. А меня пробрало до печенок. Потому как мне опять попалась сука. Но если в первую я влюбилась с первого взгляда, шкала неприязни ко второй росла, с каждыми мяукающими нотками в словах 'господин' и 'милорд'.— Это я, Фиона. Мне сказали, вы уже вернулись. Я так переживала, так переживала!— Придыхание, якобы должное изобразить пережитые бедняжкой страдания, подняли мою шкалу неприязни до красной отметки. Шуршание юбок приближалось. — И никто, никто не хотел говорить, где вы подевались! Ваш несносный Грир избегал меня и говорил только с вашей матушкой. Мои страдания...только вы, милорд, можете их унять. Утешить мое бедное сердце.

После проведенной ночи с лэрдом, я прекрасно поняла суть страданий 'несчастной', и методы желаемого ею утешения. Желание утешить ее замес то моего супруга, появилось просто колоссальное. Подозреваю, мой метод утешит только меня. Готова, как ни-будь, пережить угрызения совести по сему поводу. Шуршание юбок было совсем рядом.

-Простите, что я к вам без приглашения...не подумайте чего, я честная девушка! Но не могла больше быть в незнании, мой лэрд. — Впечатление, что ее кошки воспитывали и обучали, усилилось, похоже, не только у меня. Умная собачка навострила ушки и замерла, беззвучно скаля клыки. Я постаралась успокоить ее поглаживанием. Леди не пристало зубоскалить. Леди должна выждать удобный момент. Тогда кусать. Шуршание юбок. И шуршание сдвигаемого 'честной девушкой' края полога. — Ты кто такая?!!

Грудное мурлыканье сменил взвизг. Надо отдать должное, 'несчастная' больше не переходила на неприличный визг, но и ее яростное шипение не походило на мурлыканье кошечки.

— Я спросила, ты кто такая?! — Зеленые глаза и золотистые волосы 'кошки' пускали искры и отнюдь не от мягкого освещения камином полумрака зашторенной комнаты. С неожиданной сноровкой и силой она ухватила меня за предплечье и подтянула к краю кровати, напрочь игнорируя собачье рычание, как оказалось, чтобы рассмотреть получше. Я, мысленно пожелав ей удачи в опознании, невозмутимо уставилась в ответ, также изучая ее лицо. Практически безупречное, фомор его задери, лицо. Лицо сердечком с высоким гладким лбом, темно-коричневыми, подведенными, бровями-чайками и носиком, на мое предвзятое мнение, слегка излишне вздернутым кончиком к верху, но это, что б ей провалиться, ее не портило. Золотистые волосы тоже напоминали капюшон кобры, как и у моей новой любимицы, но в этом случае меня это совершенно не умиляло. Очень даже наоборот.

Судя по тому, как прищурились ее и в правду кошачьи зенки, и застыло лицо, я ей тоже не понравилась.

-Сейчас ты встанешь, оденешься и уберешься из Дейбхидха. Я дам тебе все, что задолжали тебе за службу, девка, и даже сверх того, но ты уберешься подальше отсюдова. И никогда больше не попадешься на глаза моего жениха.

Сказать, что я удивилась, это все равно, что тихонько промолчать.

-Вынуждена ответить отказом.— Я вот старалась не увлекаться плагиатом и оставить привилегию шипеть новой знакомой. Очень старалась так же и не зарычать. — Боюсь, милорд будет...как бы так сказать...несколько огорчен если я куда либо 'уберусь'.

Я все так же смотрела ей прямо в глаза и всеми силами души хотела верить, что это сейчас я так не блефую. И несносный МакЛейн, который еще ответит мне на парочку вопросов, действительно огорчиться, уберись его нэндек подальше со звонким откупным в кошеле. Глаза Фионы сузились еще больше, а улыбка вышла откровенно неприятной.

-Вот значит, как...значит не все так просто. Правильная речь и осанка, дерзкий взгляд...-она ухватила, на этот раз, меня за кисть и взглянула на ладонь.— руки лишенные мозолей. Доченька какого-то захудалого помещика? Опального придворного? Папочка решил наладить быт, подсунув возможному претенденту на трон, да и просто, хорошему человеку, любимую дочурку? Почему бы и нет, если хороший человек к тому же, если даже и не станет королем, все равно останется одним из четырех лэрдов?— Тонкие, но красиво очерченные губы разошлись в циничной, для ее лет, улыбке.— Не могу судить ни твоего родителя, ни тебя, но...всегда есть 'но'. Я — Фиона Броуди, и я дочь Грехама Броуди, такого же лэрда, как и МакЛейн. Улавливаешь разницу, малышка?

-Некоторую закономерность — несомненно.— Ее умозаключения были довольно интересны и стоили внимания, не смотря на всю ту бурю, что подымалась во мне от них же. По крайней мере, в том, чтобы понять, значительны ли различия между устоем жизни в Меровии и Кельторе, это было полезным. Пока выходило, что не очень все и отличается.

-Ведь не зря же гусь берет в пару гусыню, а голуб голубку. Ты, когда ни-будь, видела, чтобы голубь вил гнездо с гусыней? Я так не думаю. Знай, свое место, девка, пока я не украсила тебя яблочками и хрустящей корочкой. И я говорю тебе, ты сейчас встанешь, оденешься и скроешься с глаз моих и лэрда долой. Я даже могу быть настолько доброй, что если будешь паинькой, познакомлю тебя со своим братом, он, знаешь ли, тоже когда-то станет лэрдом. А по сути, какая тебе разница, МакЛейн или другой?

-Ну, я бы так не сказала, как по мне, разница вполне ощутима. Для меня, глупой гусыни, знаешь ли, голубиная верность весьма близка к сердцу.— Я позволила себе ироничную улыбку.

-А мозги гусиные тебе не жмут?!— Фиона все же взъярилась — Что, разве не понимаешь? Такие, как Крейг МакЛейн не способны на голубиную верность! И, уж тем более, не на мезальянс с девахой из низших слоев, насколько бы у той не были синие глаза и красивые сиськи! Звериная натура тянет его завалить тебя на спину, а прагматичный ум и вынужденное держание рамок — жениться на ком то, вроде меня! Знаешь, сколько у него уже таких было?! Не ты первая, не ты — последняя.— Она презрительно фыркнула, сложив руки на груди, с вызовом смотря на меня.

-Вот чего я не понимаю,— медленно сказала я, сползая с кровати, не в состоянии усидеть на месте, но вынужденная скрывать злость. Благо, по прошлой жизни, как ребенка рожденного от пресловутого мезальянса, держать в руках себя я умела. — так это то, почему ты мне все это так настойчиво объясняешь? Я ведь не первая...неужто каждую ждала эта лекция? Немудрено, что они сбежали. Или же...— я начала медленно ее обходить, оценивая так же, как и она меня прежде. Я была выше, в этот раз это стало моим преимуществом. Бросая ответный вызов с высоты вниз, добиваешься лучшего эффекта. — Или же, в этот раз ты действительно чуешь угрозу. И не зря...

Договорить нам не дали, опять вломившись в спальню без стука. Нет, ну что это за проходной двор? А еще покои лэрда! Мое мысленное возмущение прервало осознание того, кто сейчас так беспардонно прервал милые девичьи посиделки. Наглецом оказался хозяин этих покоев, Крейг МакЛейн собственной рыжей персоной. Вот благо слово, не вовремя он. Потому, как и я, и эта голубиная гусыня Фиона, сейчас находились на пике зарождения теплых отношений между нами. И в процессе дележа. Негоже это, когда сам предмет дележа так несвоевременно появляется на глаза алчущих его, и таких же сердитых на него же, девушек. Придется постараться не ударить в грязь лицом, опустившись до банального скандала, в то время, когда вся моя сущность так рьяно этого желает. И опять, опять эта тоска по родимому котелку и его уникальной способности решать проблемы...

Дэйбхидх. Привет от Крейга

-...МДА-а-а-а...— Вот за что всегда любил Грира, так это за его умение одним словом и интонацией передать весь масштаб грозящей нам задницы. Пардон, ситуации. Хотя, то, во что мы влипли с нэндек в Холме...короче, как не назови хрен, слаще от этого он не станет.

-Ага...— Мой ответ был такой же емкий и полный понимания... ситуации.

-Что собираешься делать?

-Доесть рагу.

-Ты понял, о чем я.

-Как тут не понять. — Меня непроизвольно перекосило, а аппетит соизволил пропасть. А может, умяв пару порций тушеного мяса, я, наконец, его унял. Аппетит берсерка был почти столь же легендарным, как и его ярость. Зверский аппетит, это прямой синоним берсерка побывавшего на грани. И видит Дану, мне кажется, что я хожу у грани с тех пор как увидел маленькую промокшую фигурку у причала. Такую ладненькую и манящую, даже под всем тем ворохом юбок, который мне постоянно хочется сорвать, и дурацкой подкладки на...о, да. Избавиться от нее было особо приятно...

-Кхм! Ты, конечно, меня прости, но если тебе вздумалось помечтать, будь добр, не смотри при этом на меня. Нет, может мне и стоит быть польщенным вниманием самого лэрда, но прости малыш. Ты не в моем вкусе. Рыжие мне уже приелись. Меня одарили кокетливым трепыханием ресниц и смущённым выражением на давно небритой роже. Раздражение, что меня подловили как мальчишку, было ощущением новым и малоприятным.

-Можешь не переживать, такие старые и потасканные мне ни к чему.

-Старый конь, как говориться... Ну, все-равно рад, что мы объяснились. Теперь я могу не переживать за свой за...хмм, задушевный покой. — Грир не удержался от паскудной ухмылки, но откинувшись на деревянную спинку стула посерьезнел. — Это все равно не даст ответа на вопрос — что будешь делать?

-Высплюсь.— Тень раздражения пробежала по его нарочито расслабленном лице, а взгляд стал укоризненным.— Не смотри так на меня, сейчас только четыре утра. Последние сутки были трудными и длились вечность. Утром, я все взвешу на свежую голову. А после, представлю всем новую леди Дэйбхидх.

-А как же приказ Луга? Ты должен исполнить его волю. О, боги...я все еще не верю, что это правда. Ты видел Самилданаха! Последнего короля Туата! Ты женат на его жрице! Ты...ты...

-Крыл его по матушке, а он меня по бабушке.— Пришлось остудить внезапно ожившие восторги наставника. Как ни крути, а это Грир растил меня на байках о великолепном Луге, любимце богов и людей.— Луг как Луг. Острая на язык блондинка с завышенным самомнением.

-Судя по тому, как ты выцеживаешь из себя каждое слово...ему пришлась по душе его новообретенная жрица?

-Слишком пришлась.— Хмуро согласился я.

-Выдохни, лэрд. С тех пор как Туаты ушли в свои Холмы, редко какой жрец или жрица проводят тот вид служения, который так напрягает тебя. Да и те случаи, о которых нам известно, скорее всего, ложь гораздых на выдумки и пошлости мужиков.

-Да знаю я. Но, знаешь ли, берсеркство — не сильная сторона моей натуры в подобных вопросах.

-Раньше тебе это не мешало.

-Раньше я не имел пагубной привычки ревновать. С Алейне же...фомор его задери, меня это бесит! Я научился, привык, держать себя в руках и мыслить здраво в любой ситуации. Ты сам знаешь как, почему и чего мне это стоило. Сейчас же...любая мысль о ней выбивает меня из привычного спокойствия. Я либо хочу ее...либо убить того, кто может тоже ее захотеть. Это бесит. И я совершенно не знаю, что мне с этим делать.

-Выспаться. — Дал лаконичный совет Грир. — Вы вместе всего ничего, ты еще привыкнешь. Возьмешь себя в руки, научишься с этим жить. Только Дану ради, не пытайся вновь превратить себя в кусок камня. Ни меня, ни твою мать твоя постная, бесстрастная рожа совершенно не вдохновляла. Уж лучше как сейчас, малость дерганый и ревнивый. Зато такой живой и человечный.

* * *

Я думал о словах Грира все время по пути в спальню. Может он и прав...а может и нет. Потеря контроля над ситуацией откровенно раздражала, и мне не нравилось чувствовать себя слепым щенком на поводке. С юных лет мне пришлось привыкнуть самому вести за собой, а за годы правления это только окрепло во мне. Это было у меня в крови. А как я смогу вести за собой свой клан, если даже мои чувства подводят меня? Может Грир прав и со временем буря во мне уляжется, но что делать до этого? Мой отец единожды потерял контроль, пусть вынужденно и оправданно, но ничем хорошим ни для него, ни для клана это не закончилось.

Я же учился избегать этого даже в мелочах. Годы контроля и все псу под хвост. Один неосторожный вдох, один взгляд в бездну сапфировых глаз и я пропал. Меня словно забросило в тот день, с которого я начинал, в день, когда принял в себя Хранителя. Утешало, что, кажется, моя неуравновешенность проявляет себя только в делах, касающихся нэндек. Но, поглоти меня Нижний Мир, сейчас практически все касается ее! Сначала гребаный братец, потом Холм, фоморов ублюдок Луг, жречество, Слеза! А еще Черный Друид и некромант... И то ли еще будет, когда прибудут остальные лэрды. А они прибудут, не каждый раз кого-либо с Кельтора одаривают Избранником Квода. Я буду делать вид, что безмерно им рад, а они — что в высшей степени рады за меня. Ровно до тех пор, пока я не передам им весть от Луга. Ровно до того, как они узнают о происхождении моей Алейне. О-о-о, я уже даже знаю, кто особо взбеситься по последнему поводу! И по поводу женитьбы особенно сильно. Ну и хрен с ним. Будет глотку рвать, что я таки планирую занять трон после кончины бездетного Джодока. Как же так можно, если он уже столько лет ошивается у двора, втираясь старику в доверие?! А ко мне прислал на воспитание сына, дабы скрепить дружбу между кланами по старому обычаю Наставничества. И как бы, между прочим, с сыном приехала и дочь. Подозреваю, чтобы уж совсем сдружить...кланы. И если честно, до получения свитка от жрецов, я вполне серьезно обдумывал эту новую...дружбу. Но теперь у меня есть моя нэндек и каким бы сдержанным и уравновешенным я не собираюсь быть, от нее отказываться не собираюсь. Так какое я теперь имею право претендовать на что-либо?! Без Броуди за спиной. Ха.